Бордовое золото

Катрина ходила вокруг арены и смотрела на бой студентов либо осуждающе поджимая губы, либо утвердительно кивая, одобряя их действия.       — Как коршун над бедными детками паришь, британка. — Ник стоял в углу арены и кидал на Катрину подозрительные взгляды. — Иди водички попей.       — Мне бы вина. — Катрина тяжело вздохнула и вышла из тренировочного зала, озаряя Николаса взглядом «Я ещё вернусь». Фред зашёл сразу за ней, приветственно кивая Нику и оставляя мимолётный поцелуй на щеке Блэк. Уизли подошёл к Уайлду и перекинул руку через бортик арены.       — Объясни мне, Фред, как ты умудрился заделать ребёнка в… Тебе было девятнадцать?       — Я думал это глюк.       — Неплохой такой глюк, знаешь ли.       — Ага, этот самый «глюк» теперь носит моего ребёнка. Шалость удалась, как говорится. Ник не стал вникать в подробности этой фразы и продолжил наблюдать за боем двух парней. Боковым зрением, Уайлд заметил, как двое других ребят без дозволения взяли тренировочное оружие и размахивают им перед носами друг у друга. Острие клинков так и норовило перерезать одному из студентов глотку.       — Парни, прекратите! — Ник пытался успокоить детей, но те не слушали его.       — Положили оружие на место и встали на кросс, пока я с вас двоих шкуру не спустила и вместо коврика на входе не положила! — Рявкнула Катрина и студенты незамедлительно послушали её приказа.       — Вот, как она это делает? — Прошептал Ник, наклонившись ближе к Фреду.       — Она всё слышит. Катрина бросила на Николаса угрожающий взгляд и тот быстро скрылся в тени зала, перебирая оружие.       — Запугала своего коллегу.       — Ты меня глюком назвал? — Катрина проигнорировала замечание Фреда.       — Я был убежден в твоей смерти! Поверить в глюк — было, куда проще.       — Сам будешь объяснять ребёнку, почему его зовут «Глюк».

***

      — Регулус, это звучит, как бред чистейшей воды!       — Я знаю, но её не могут найти!       — И что мне по-твоему делать?       — Возвращать дочь. Ей будет безопаснее здесь.       — Ага, убеди мою милую дочурку, что ей нужно спрятаться! Она не сделает этого.       — Уж придётся! Сириус, это ради её блага.       — Ладно, я напишу мужчине-опорочившему-семейное-имущество.       — Хватит его так называть.       — То, что я скажу, будет очень не по-взрослому, но пошёл нахуй, Регулус.

***

Катрина зашла в кабинет Чарли, увидела бутылку виски на столе, сложила руки на груди и выгнула бровь.       — На работе пьёшь?       — Ты будешь?       — Ага, только вот, рожу быстренько, и сразу к тебе.       — Не утратила способность к сарказму, Блэк. Жаль будет, когда ты уедешь.       — Я нескоро уеду.       — Вообще-то, скоро…       — Что? Чарли приглашающим жестом указал на кресло в углу, но Кэт проигнорировала это проявление жалости и продолжила стоять, в ожидании ответа.       — Я отправляю тебе обратно в Лондон. Будешь контролировать постройку новой Академии, а потом и в отпуск на годик.       — Уизли, ты научился противостоять родомагии или просто обрёл бессмертие?       — Это для безопасности ребёнка.       — Вы все об этом твердите, но о безопасности ребёнка будете думать не вы, а я и Фред!       — Ты отправляешься обратно уже завтра, я отдал распоряжение. — Чарли игнорировал возмущения Блэк. Катрина вышла, громко хлопнув дверью. Чарли выпил стакан виски и из-за колонны вышел Фред.       — Ты мне должен, братец. У меня тут без неё такой хаос будет, что покойные дядя Фабиан и Гидеон в гробу перевернутся, а они умели наводить беспорядок.       — Ты знаешь, что я любую цену за её безопасность заплачу.       — Знаю. Поэтому, и помогаю.

***

Катрина разговаривала с врачом в больнице Святого Мунго, пока Фред с Сириусом стояли в стороне.       — Извините, мисс Блэк, мне для документов необходимо имя отца.       — Я здесь! — Крикнули одновременно Сириус с Фредом.       — Простите?       — Я отец девушки.       — А я мужчина-опорочивший-семейное-имущество. — Заметив непонимающее выражение на лице доктора, Фред продолжил мысль. — Отец ребёнка. Видимо, врач оценил юмор, но сдержала улыбку и подозвала обоих мужчин.       — Ребёнок появится, примерно, в начале ноября.       — Но это слишком маленький срок, разве нет? — Забеспокоился Фред.       — Ну, часто бывает, что девушки не доходят девять месяцев и рожают на середине восьмого. Мисс Блэк — как раз такой случай. На вас повлиял магический сгусток энергии, так?       — Родомагия.       — Да, так и подумала. — Она сделала пометку в бумагах. — Предлагаю вам лечь в больницу в конце октября, чтобы мы могли быть уверены в вашей безопасности.       — Да. — Сказал Сириус.       — Нет. — Сказала Катрина.       — Хочешь, чтобы Кикимер роды принимал? — Рявкнул Сириус, дёргая дочь за плечо.       — О, два Блэка спорят: исчезаю с горизонта. — Фред пошёл прочь от разъярённых Сириуса и Катрины.       — Катрина, я не хочу сидеть пить кофе на кухне, а потом услышать крики из комнаты и отправлять Тофу с Кикимером, чтобы принять роды!       — Кого ты обманываешь с кофе?       — Ну вино, какая Годриковая разница? Трансгрессировать тебе нельзя, так что, мисс, — Он повернулся к врачу. — мы будем здесь 25 октября. — Он снова повернулся к Катрине. — А ребёнка ты родишь третьего ноября, в мой день рождение. Это будет компенсация за годы моей тяжёлой отцовской жизни и седые волосы.       — А потом, у меня спрашивают, в кого я?