Замри в черно-белом

      Брайану казалось, что все вокруг стало красным: все, а не только руки Джастина. Алое зияло вокруг пропастью, рокотало в венах, застывало в глазах, затмевая собой происходящее. Брайан даже не заметил, как Бен Брукнер одним точным ударом вырубил Теда, швырнул на землю и связал его руки за спиной: внимание было сосредоточено на Джастине, который начал падать куда-то вбок. Брайан подхватил, но боль в колене стрельнула так резко, что пришлось отказаться от попытки удержать: пришлось вместе с ним опуститься на прогнивший от времени пол и уложить Джастина себе на колени.  — Держись! Не теряй сознание, смотри на меня! Сейчас вызовем врачей и полицию… — Брайан краем глаза заметил, что Бен, отойдя чуть в сторону, говорит по телефону. — Зачем ты… Джастин не дал договорить, но чтобы услышать его прерывистый шепот пришлось наклониться почти к губам.  — Я еще не успел тебя освободить, с того места, где он стоял, попал бы прямо в грудь, и неизвестно... А мне… кажется, всего лишь бок поцарапало. Кто это вообще?  — Финансовый директор «Киннетика». Бывший, естественно. Тише, не разговаривай. Брукнер вызывает помощь, не бойся… Все будет хорошо, в больницу поедем.  — Я не боюсь… Ты же рядом… Глаза Джастина закрылись, и Брайан испугался, что тот потерял сознание, но трясти, чтобы привести в чувство, наверняка опасно. Что делать?! Казалось, наступающая паника не позволяла собрать мысли в кучу. Только не отрывать взгляда о тяжело дышащего Джастина и стараться держать его аккуратнее! Брайан обернулся, ища глазами Бена — тот как раз прекратил разговор.  — Надо идти. Недалеко отсюда есть участок, куда может подъехать «скорая». Или придется ждать, пока они доберутся с носилками, а это долго. Брайан попытался встать, не выпуская из рук Джастина, но Бен положил руку ему на плечо и крепко сжал.  — Я его понесу. Лучше вам остаться и охранять Шмидта — отправлю полицейских сюда. Отпустить Джастина?! Сидеть здесь, не видя его и не зная, что происходит?! А вдруг Джастин по дороге… Этого просто не может случиться! Даже думать о таком не стоит!  — Нет! — Брайан чуть крепче обнял Джастина, словно боясь, что Бен набросится в попытке отнять.  — Мистер Кинни… Брайан! — Пришлось поднять голову и посмотреть на Бена. — Мне не дотащить троих…  — Я могу идти! — Брайан не понял, что практически прокричал эти слова.  — Хорошо, нет времени спорить! Тогда на тебе Шмидт, пойдете за мной, кажется, мне знакома эта дорога. Никогда в жизни Брайана не было столь длинного пешего путешествия — это уже потом он понял, что шли всего-то минут пятнадцать. По узкой тропинке, почти незаметной. Бен — впереди, и пришлось признать, что и он сам не смог бы нести Джастина бережнее, а Брайан, одновременно светя фонариком телефона, другой рукой крепко держал за локоть Теда, поведение которого было совсем не понятным. Он не то чтобы успокоился после приступа ярости, его словно вообще здесь не было: ноль реакции на происходящее! Казалось, брось под первым попавшимся деревом — и не заметит! Брайан предлагал связать Теду еще и ноги и оставить на складе — куда денется-то — но Бен на это не согласился.  — Не переживай так сильно, — вдруг раздался в темноте голос Бена. — Настолько могу судить, рана неопасна, полежит несколько дней в больнице, и все. Разве что героический шрам на память останется. А вот если бы досталось тебе… Смутно вспомнилось, что Джастин недавно сказал что-то подобное. Но не было желания это обсуждать. Зачем, ну вот зачем Джастину понадобилось мчаться за ним?! Все эти «чувства», от которых нет ничего, кроме неприятностей! Брайан всегда об этом знал, но сейчас получил окончательную и более чем подтвержденную уверенность. Все, надо завязывать! Как только Джастин выздоровеет…  — Почему ты пришел так поздно? — Только сейчас Брайану это показалось важным. Агентство «Хорват и Брукнер» имело отличную репутацию, с которой сегодняшние события трудно было увязать.  — За Джастином следил наш сотрудник, но попал в аварию — ничего страшного, придет в себя. На поиск замены нужно было время, и мне пришлось мчаться самому. Пока нашел, сориентировался… — Бен тяжело вздохнул, перехватывая ношу. — К тому же я давно уже не занимался активной работой, начальник все-таки. Теряю квалификацию.  — Ты ничего не мог сделать, — пожал плечами Брайан, намеренно резко толкнув вперед безучастного Теда. Есть ли вообще в этом мире человек или какое-то иное живое существо, которое может повлиять на Джастина Тейлора? И помешать ему творить всю хуйню, что в голову взбредет?! Брайан, сжав зубы, постарался абстрагироваться от мыслей о том, что сделал сегодня Джастин. Бессмысленно и ничем не поможет. Накроет после, причем с такой силой, что справиться будет непросто. А пока нужно идти быстрее!

***

Больничный коридор. Не очень широкое пространство, окна и двери. В палате — Джастин, которого доставила бригада парамедиков. И Брайан: Брукнер запихнул его в машину, сказав, что тот получил сильный удар по голове и повредил колено. Не стоило возражать, иначе не получилось бы оказаться рядом с Джастином, в теле которого сейчас иголки капельниц, на лице маска, а на животе повязка. Теда забрали полицейские после краткого разговора: говорил в основном Бен, Брайан же в тот момент почувствовал невероятный упадок сил и полное безразличие ко всему, кроме едва слышного дыхания Джастина. Едва расслышал, что в ближайшее время с ним свяжутся — кто бы сомневался… Брайан видел людей в форме в больнице, когда Джастина увезли в операционную, а его самого более тщательно осматривали во второй раз. Наверное, врач, который это делал, запретил допрос, ссылаясь на состояние потерпевшего… И Брайан был за это благодарен, прекрасно зная, что контактов с правоохранительными органами избежать все равно не удастся. Но пусть это будет хоть немного позже… Брукнер был прав: рана не особо опасная, просто нужно было наложить швы. Но одно из лекарств, введенных в машине «скорой», дало сильную аллергическую реакцию, и поэтому пациенту придется провести в больнице какое-то время. Сам Брайан от больничной койки отказался: общая с Джастином палата исключалась, да и несколько уколов привели в чувство. Колено, которое перевязали, перестало противно ныть и стрелять, в голове прояснилось. Настолько, что он сумел позвонить Синтии и кратко рассказать о случившемся, продираясь через охи и ахи шокированной помощницы. Да еще и попросить срочно связаться с агентом Джастина по указанному в контракте телефону: нужно было решать медицинские вопросы. Брайан был готов тут же выложить любую сумму за лечение — не понадобилось, у Джастина оказалась хорошая страховка. Но у Брайана не было прав принимать какие-то решения относительно лечения до тех пор, пока Джастин не сможет сам это сделать. Все, что может — смотреть через небольшое окошко в палате и заставлять себя уйти. Не получалось, словно какая-то странная, дикая сила приклеила его к скамейке. Примчалась заплаканная Синтия, способная лишь повторять: «Я не верю, что Тед на такое способен, он явно не в себе». Наверное, она и сообщила Майклу, потому что он тоже чуть позже оказался здесь — хорошо хоть без Дебби! Неуклюже топтался рядом, переводя взгляд с двери в палату на Брайана и обратно, пытался то обнимать, то хватать за руки, на все лады повторяя, что все будет хорошо. О Теде не говорили. Наверное, потому что Майкл не знал, что сказать, а Брайан не хотел посвящать в подробности недавно произошедшего. Будет еще время. Брайан едва убедил Майкла отправиться домой, сославшись на то, что без визита в полицейский участок скорее всего не обойдется. Конечно, после этого он и сам поедет домой, куда же еще-то? Решив проводить друга до машины, в основном потому, что в больничных коридорах нельзя курить, Брайан заметил известного репортера главной газеты Питтсбурга, мечущегося между криминальной хроникой и светскими событиями. Если, конечно, в этом Нигдебурге можно найти то, что даже с натяжкой к ним относится! «Этот тип что, ночует возле полицейского отделения?!» — подумал Брайан, пытаясь встать так, чтобы спрятаться за Майкла. Незачем проныре-репортеру видеть главу «Киннетика» в перепачканных порванных джинсах и делать из этого несоответствующие выводы! Наскоро простившись с другом, Брайан вернулся обратно к палате Джастина. Через окошко было видно, что тот спит, окутанный проводами в окружении аппаратуры. Надо идти домой, приводить себя в порядок и собираться на работу: финансового директора у агентства теперь нет, и найти удастся нескоро. А состояние Синтии не позволит скинуть работу на нее. Еще надо будет заехать в студию Джастина, обсудить с помощницей перенос съемок — Брайан знал, что таковые у фотографа запланированы. И лично поговорить с его агентом… как ее там… о ближайших обязательствах Джастина в Нью-Йорке. Понятно, что Брайан не выполнит его работу — если бы такое было возможно, наизнанку бы вывернулся — но хотя бы позаботится, чтобы Джастин ее не лишился. Как и деловой репутации. Потому что для Джастина это не менее важно, чем для него самого. Поможет делом… Горькая ирония, как-то он сказал эту фразу Синтии, имея в виду ситуацию с матерью Теда. А сейчас даже интересно — она жива? В смысле, была ли Маргарет Шмидт вообще в хосписе? Нет, надо думать не об этом… Когда у Брайана Кинни возникают проблемы в агентстве, он собирается с силами и решает их! А если по какой-то причине в одиночку это невозможно, ситуацию подхватывает Синтия, вовлекая все имеющиеся ресурсы. Да, он создал «Киннетик» с нуля, сам. Но не идиот же, чтобы не понимать, что агентство работает благодаря не только его личным усилиям! А за спиной Джастина Тейлора, который лежит без сознания, потому что спасал его жизнь, сейчас нет никого. Значит, будет он. До тех пор, пока это будет необходимо… А дальше… Брайан Кинни не создан для чувств и отношений — это прерогатива гетеросексуалов! Вот только пока не представляет, как объяснит это Джастину…  — Мистер Кинни? — Брайан, вынырнув из своих мыслей, с удивлением посмотрел на женщину в джинсах и коротком темном пиджаке. Когда она пришла? — Я детектив Леда Томпсон, и мне нужно узнать, что произошло сегодня. Можем проехать в полицейский участок, но, я думаю, ничего страшного, если побеседуем здесь. Вы уже в состоянии говорить?  — Да, — Брайан вздохнул и поднялся с жесткого, неудобного сиденья. — Может быть, возьмем кофе? И позвольте уточнить: все это началось задолго до сегодняшнего дня…