Тhe path to the sun

С невольным сожалением Вэнь Чжулю вспоминал о тех временах, когда служил в личной страже главы Ордена, всюду сопровождая его. Он был одним из самых приближённых к Вэнь Жоханю людей, тем, кому тот доверял свою жизнь, на кого полагался и кого просто не против был видеть рядом. Вэнь Чжулю столь высокой честью гордился, со всем возможным старанием был главе Ордена полезен во всём, чего бы тот от него ни требовал. И знал, что Вэнь Жохань им в целом доволен. Он знал о некоторых привычках и предпочтениях своего господина, и старался следовать им неукоснительно, чтобы ни в чём не разочаровать его. Вэнь Жохань не любил излишне любопытных и излишне разговорчивых; потому от компании всегда молчаливого Вэнь Чжулю, который не говорил без необходимости, он хотя бы не уставал. Он сам однажды сказал ему об этом — сказал, что в отличие от всех прочих недоумков Сжигающий Ядра не морочит ему голову пустыми разговорами и лишними действиями. Он тих, он незаметен. Пока главу Ордена это устраивало, Вэнь Чжулю готов был целую вечность делать так, как было ему по нраву. Служба никогда не была ему в тягость, даже когда ему приходилось рисковать собой, когда приходилось идти на серьёзные жертвы. Чувство долга всегда ограничивало его, но пока он был подле Вэнь Жоханя — он не ощущал тяжести того, что возложено на его плечи. Вэнь Чжулю близко знал каждого члена семьи главы Вэнь. Знал о них многое — столько, сколько они позволяли ему узнать. Ему, как заклинателю из стражи Вэнь Жоханя, обыкновенно доверяли даже несмотря на то, какая сила заключена была в нём. Только потому, что глава Ордена не подпустил бы к себе того, в чьей преданности допустил бы хоть каплю сомнений. Вэнь Чжулю не стремился прыгать выше головы, зная своё место, но ему необъяснимым образом удавалось легко находить подход к членам семьи Вэнь Жоханя. Вэнь Сюй видел в нём товарища, равного себе, супруга главы Ордена относилась к нему снисходительно и ласково, разговаривая с ним неизменно искренне и с лёгким беспокойством спрашивая всякий раз о его жизни, Вэнь Цин с юных лет не боялась попрекать его тем, что он совсем о себе не заботится, а Вэнь Нин смущённо улыбался ему, когда встречал. Хорошие отношения не сложились у него только с младшим сыном главы Ордена. Вэнь Чао видел в нём лишь слугу, пыль у себя под ногами, и никогда не рассматривал иной возможности. Вэнь Чжулю он не нравился. Не нравился его характер, то, как он ведёт себя. Он не одобрял того, что его отец спускал ему многое с рук даже тогда, когда ему стоило преподать урок. Но не смел бы указывать главе Ордена, как он должен подходить к воспитанию своих детей. Его мало беспокоило то, что делает второй молодой господин, пока его долгом было сопровождать Вэнь Жоханя. Однажды Вэнь Чао по приказу отца отправился в один из приграничных надзирательных пунктов. И не вернулся вовремя. Он не ответил ни на одно письмо главы Ордена, а отправленный на его поиски отряд вернулся ни с чем, доложив, что молодой господин выдвинулся обратно в Цишань, но по пути его никто не видел. Он попал в неприятности. А неприятности Вэнь Жоханю были не нужны; особенно — связанные с его сыном. Тогда он немедля приказал Вэнь Чжулю отправиться разыскивать его, зная, что лучше него никто не справится с этой задачей. Сжигающий Ядра понимал его беспокойство, своими глазами видя это в поведении главы Ордена — он видел его тревогу, которую тот тщательно скрывал за опасным раздражением — и воспринял этот приказ за очередное поручение. Он ещё не догадывался о том, какие мысли посетили Вэнь Жоханя. Если бы догадался — пожелал бы больше не просыпаться. Напасть на след исчезнувшего младшего сына главы Ордена удалось достаточно быстро. Вэнь Чжулю действовал один, подчиняясь своей интуиции и опыту, и никто не мешал ему, не отвлекал от поставленной задачи, позволяя ему взять всё в свои руки. Вэнь Чао пришлось вытаскивать из неприятностей, которые он спровоцировал по собственной неосторожности. Пришлось приложить много усилий, чтобы это завершилось благополучно. Тот и не думал благодарить телохранителя отца за спасение. Раздражённо высказывал ему о том, что его пришлось ждать слишком долго. — И за что отец тебя только держит рядом? — издевался он, когда они возвращались в Безночный Город. Вэнь Чжулю молчал. В отчёте главе Ордена Вэнь Чжулю кратко пересказал, как выяснил, в какую сторону направился молодой господин, как обнаружил заклинателей из его стражи мёртвыми в лесу у реки и как разобрался с теми, кто напал на него. Выяснять ничего сам он не стал — один из нападавших стал его пленником. Вэнь Жохань сдержанно поблагодарил его за то, что он вытащил его сына из рук потенциальных убийц, и похвалил за его блестящие навыки. Похвала из уст того, кем он всегда восхищался, была Вэнь Чжулю невероятно приятна, однако проявлять свою радость слишком явно он не привык. Он переживал всё глубоко в душе, показывая только вежливую учтивость и холодное спокойствие. Вэнь Чао, стоящий рядом в благоговейном почтении перед отцом, пребывавшим отнюдь не в хорошем расположении духа, несдержанно хмыкнул с насмешкой, когда слушал, как тот говорит о наградах, и как Вэнь Чжулю спокойно отказывается. Глава Ордена не удостоил его ни единым взглядом, не желая обращать внимания на его пренебрежительное поведение, Сжигающий Ядра же смотрел на него долго в глубокой задумчивости, старательно пытаясь понять, откуда во втором молодом господине столько ненависти к нему и чем он её заслужил. А потом Вэнь Жохань заговорил с ним о другом. Начал издалека — о том, что Вэнь Чао разочаровывает его всё больше и больше, что проходит время, всё больше времени, а он так ничего и не достигает — говорил, как только выставил его за дверь, хоть и знал, что он, вероятно, будет подслушивать. Что его нерадивый младший сын только постоянно доставляет ему хлопоты. Вэнь Чжулю понимал его разочарование. Однако не понимал, почему глава Ордена говорит об этом с ним. — Я хочу, чтобы бы стал телохранителем моего сына, — закончил он ровным тоном. Он не озвучил это, как приказ, но Вэнь Чжулю и без того всё понял. Он понял, что отныне он больше не будет сопровождать всюду Вэнь Жоханя, и вместо того вынужден будет терпеть компанию Вэнь Чао только лишь потому, что защитить себя сам он не может. Сжигающий Ядра спокойно принял это поручение, согласный с любой волей господина. Он слишком должен был ему, чтобы перечить и подводить его. Но чувств, мучительно-болезненно пронизывающих его изнутри, было не избежать. Вэнь Чжулю был почти в отчаянии — он нечасто испытывал что-то подобное, потому переживал это особенно трудно. Ему было больно — до тяжести в груди, не позволяющей вдохнуть, до противного головокружения и слабости. Он надеялся, что Вэнь Жохань ничего не заметит; иначе он отправится прямиком в Огненный Дворец. Вэнь Чжулю не хотел. Не хотел становиться постоянным спутником того, чьего авторитета не признавал несмотря на происхождение, того, кого он не мог уважать со всем тем, что он знал о нём; а ещё не хотел разлучаться с главой Ордена. С ним Вэнь Чжулю было спокойнее. Господин невзирая на сложный характер хорошо относился к нему, и в его компании Сжигающий Ядра не испытывал никаких неудобств; они понимали друг друга без слов. И теперь он вынужден был этого лишиться и вступить в новую жизнь, в которой он стал бы окончательно никем. Для Вэнь Чао он — ничто. У Вэнь Чжулю тоже была гордость, которая не позволяла ему мириться с таким порядком, выворачивая наизнанку душу. Сколько бы второй молодой господин ни старался подражать, он даже на сотую долю не был похож на своего отца. Он — не Вэнь Жохань, которому Вэнь Чжулю хотел служить до последнего своего дня и из-за преданности которому готов был пойти даже на столь самоуничижительное дело, как служение Вэнь Чао. Ему пришлось это принять. Принял он это быстро. Согласно поклонился и оставил главу Ордена в одиночестве, следуя, согласно его приказу, к его младшему сыну. Тот встретил его бранью за то, что Вэнь Чжулю задержался. Разумеется, он уже знал о том, кто будет его новым спутником. И ликовал злорадно, непомерно кичась тем, что у его ног будет тот, на кого даже глава Ордена возлагает огромные надежды. Вэнь Чжулю, безжалостно подавляя все порывы и всё то, что диктовали ему перемешавшиеся чувства, пришедшие в хаос, смирился. Если такова будет воля Вэнь Жоханя — он примет её.