Линии крови

Весть о встрече Изуку со злодеем распространилась, как огонь по сухой траве. Каждый человек в Альдере начал шептаться, когда проходил мимо него в коридорах. Можно было подумать, что люди будут к нему добрее. Он мог умереть! Но это, видимо, имело противоположный эффект. Время от времени над ним смеялись. «Наконец-то решил последовать совету Бакуго, а, Деку?» или «Может быть, если бы ты не был таким бесполезным, ты бы смог защитить себя». Если бы ситуация была иной, Изуку, вероятно, согласился бы и в течение дня держался бы в тени. Но этого не произошло. Ради бога, он не был бесполезным. Он действительно использовал свою причуду до того, как Всемогущий спас его. Если бы он не был так шокирован всем, он был бы почти уверен, что смог бы это сделать; спасти себя, то есть. И хотя маленькая и почти незаметная горделивая часть его хотела, чтобы он показал, на что он способен, логическая часть его мозга знала, что он не может сказать ни слова о том, что на самом деле произошло. После того, как детектив Цукаути ушел накануне вечером, Изуку бросился в свою комнату, и у него случился приступ паники, пока он думал о своей причуде. Он не мог поверить в то, что сделал. Все казалось неправильным. Его существование казалось неправильным. Как он вообще оказался с такой ужасной причудой? Генетически это было возможно, мутация была редкой, но в пределах разумного. Но он не был лучше всех этих злодеев. Он не мог просто красть причуды других людей, как будто это было ничто. В конце концов, это не казалось законным. — Деку! — голос Каччана был хриплым и угрожающим. — Как думаешь, ты мог бы победить этого злодея в одиночку? Изуку открыл рот, чтобы ответить, даже если то, что он скажет, будет ложью, но слова не слетали с его рта, поскольку подпевалы Кацуки заговорили раньше. — Конечно, он не мог, Бакуго. Все, что тебе нужно сделать, это посмотреть на него. Весь класс начал смеяться, когда они повернулись, чтобы лучше разглядеть ситуацию. Учитель смотрел на листок, явно делая вид, что отвлекается. Это не было новостью. Учителя всегда пренебрегали Изуку. — С таким слабым телом, как твое, и без причуды, держу пари, что злодей убил бы тебя за секунду, — сказал парень, который мог вытянуть глазные яблоки из орбит, ткнув Каччана в руки. — Единственная причина, по которой Деку не умер — это то, что он настолько бесполезен. Даже не может быть убитым. Волна смеха, последовавшая за этим, заставила Изуку содрогнуться. Прежде чем он узнал о своей причуде... он думал то же самое обо всем, что они говорили. — Я думаю, что даже если бы у Деку была причуда, он не смог бы использовать ее в своей жизни, — сказал Каччан, глядя глубоко в глаза Изуку. — Наверное, поэтому его отец так и не вернулся домой. Должно быть трудно выглядеть таким никчемным человеком, как он, и помнить, что это твое наследие. Это было… это было ужасно. Изуку почувствовал частичку ненависти и гнева, которая недавно стала заметной. Каждый раз, когда Каччан оскорблял его, он говорил о том, что Изуку и так знал о себе. Он всегда говорил, что Изуку не сможет стать героем, или насколько он был бесполезен… он никогда раньше не говорил ни слова о семье Изуку. Тем более что-то настолько жестокое. Изуку хотел кричать вместе с Каччаном. Смех, который стал громче, когда Изуку сжался еще больше, сводил с ума. Все эти люди... неужели Каччан действительно имел в виду то, что сказал? Нет! Это не имело значения! Тем не менее он сказал это, и этого было более чем достаточно, чтобы сделать его плохим человеком. Всю свою жизнь Изуку думал, что Кацуки станет великим героем. У него было мужество, у него была причуда, у него даже были оценки! Запугивание было терпимым, и Изуку просто вообразил, что так работает общество. Но... обманывали ли его всю жизнь? Станет ли Кацуки великим героем, спасителем или станет тираном? Кого-то, кто использовал свой статус и власть для подавления таких меньшинств, как он? Если бы Изуку обладал силой Кацуки, он был уверен, что не будет таким засранцем. Если бы он забрал силы Кацуки, был бы он... О чем, черт возьми, он думал? Изуку как можно быстрее схватил сумку и выбежал из класса. Его дыхание было тяжелым, когда он пытался успокоиться. Он не хотел так думать. Он этого не сделал бы. Он знал, насколько ужасной была его причуда, он не мог иметь в виду то, что думал, верно? Даже если сила Кацуки сделала его плохим человеком... Правильно? Изуку не знал, куда идти. Он просто продолжал бежать по улицам, стараясь не думать об этой ужасной идее. Он был таким плохим человеком! Он рассердился, он не должен был об этом думать. Если бы он дал хоть малейший намек на то, что произошло в его голове в данный момент, он был уверен, что Кацуки разнесет его на куски. Но… разве это не плохо? Изуку хотелось кричать. Он понятия не имел, что было неправильно, а что правильно. Он понятия не имел, что обо всем этом думать. Он был усталым, напряженным и в целом рассерженным. Он просто нуждался в ком-то, кому можно было доверять. Кому-нибудь, кому он мог бы все рассказать. Но кто, в здравом уме, мог бы помочь кому-то с такой злодейской причудой? Никто. В тот момент, когда он открыл рот, чтобы сказать, кто он на самом деле, он был уверен, кто бы это ни был, что этот человек пойдет прямо в полицию. А потом он попадет в тюрьму и никогда не сможет стать героем. Изуку остановился, как только в его голове промелькнула последняя мысль. Он оказался на берегу Дакоба, когда его осенило. Он не мог стать героем. Во всем виновата его причуда. Никому не нужен такой герой, как он. Никто не примет героя, крадущего причуды. В тот день все его мечты рухнули. Все, чего он когда-либо хотел… исчезло. Мальчик поплелся на пляж. Груды мусора ему хватило бы, чтобы спрятаться от всех, кто проходил по улице. Ему нужно было побыть одному. Он сел рядом со старым ржавым холодильником, который был достаточно тяжелым, чтобы выдержать его вес, а затем прислонился спиной к металлической поверхности. Он заставил отрасти ноготь на указательном пальце правой руки, чувствуя смесь отвращения, ненависти и гнева. Он почесал поверхность холодильника ровной линией. Он продолжал оставлять царапины, одни были просто вспышкой гнева, другие были более логичными. Он посмотрел на свою работу. Это было всего лишь слово, но оно значило для него гораздо больше. Это было жестоко, но это была правда. Он не мог отвести глаз от грязно написанного «Деку» на поверхности. В конце концов, это была правда. Прошло много минут, прежде чем Изуку наконец разразился полным отчаянием. Удлинив все ногти, мальчик царапал слово до тех пор, пока его нельзя было узнать. Он плакал. Снова. Он знал, что много плакал. Еще один способ показать, насколько он слаб. Еще одно доказательство того, что он бесполезен. Он посмотрел в сторону и увидел краба, идущего в его сторону. У него была оранжевая скорлупа, и он двигался ровно, как будто его не заботило присутствие Изуку. Мальчик взял рачка за клешню. Его лапы были заостренными и забавного вида. Он просто хотел быть свободным, как этот краб. Не беспокоясь ни о чем. Это было так просто. Если бы он только мог избавиться от этой дурацкой причуды... Его руки начали покалывать. Внезапная боль заставила Изуку бросить бедное животное обратно в песок. Он посмотрел на свои руки, сбитый с толку, почему у него в руках эти дыры. Но потом он снова посмотрел на краба. Что-то в его лапах показалось странным. Изуку внимательно осмотрел его, когда снова схватил рачка. Клешни казались… странными. Длинее… острее… Изуку внезапно снова попытался использовать причуду головореза. Ничего. Он даже больше не мог чувствовать этого странного ощущения. Было ли это... частью его причуды? Мог ли он… мог ли он передать эти причуды другим людям? Не отпуская краба, Изуку сделал то же, что сделал во время нападения: пожелал причуды. Если быть более конкретным, причуда в теле краба. Знакомое ощущение энергии, разливающейся по его венам. И как только это чувство прекратилось, он снова попытался использовать причуду когтей. Вот они, как будто никогда не уходили. Он мог ее вернуть! Его причуда могла воровать и давать причуды другим людям… тогда это не означало, что это было совсем плохо! Он все еще мог быть героем, не так ли? Изуку вскочил со скоростью молнии. Он определенно собирался проанализировать это позже, но сначала ему нужно было кое-что сделать. Изуку направился к полицейскому участку, в котором, по словам детектива Цукаучи, тот работал.