Линии крови

***

Изуку был в комнате ожидания, пытаясь придумать план, но безуспешно. Он понятия не имел, какие причуды были у класса B. Более того, он понятия не имел, сколько причуд Монома может скопировать. Это было невозможно. Изуку придется подождать, пока бой начнется, чтобы что-нибудь придумать. Беспокойство убивало его. Он грыз ногти, когда кто-то постучал в дверь. Кто бы это мог быть? Урарака все еще находился в медпункте Исцеляющей девочки, а Иида уже ушел из-за чрезвычайного положения в семье. Там не было никого, кто хотел бы с ним поговорить. — Войдите! — его голос был хриплым. Изуку был сбит с толку, когда увидел в дверном проеме розовое лицо Ашидо. Что она там делала? Что-нибудь случилось? — Привет, Мидория, могу я поговорить с тобой на секунду? — ее лицо было мягким, что на самом деле не уменьшило беспокойство Изуку. —Конечно! Есть какие-либо проблемы? Тебе что-нибудь нужно? — Нет, нет, ничего подобного! Я просто... мне было интересно... ты в невыгодном положении в следующем раунде, верно? Изуку почувствовал, как его лицо вспыхивает. Да, все именно так. Но это было нормально! Не то чтобы он ожидал победы или чего-то в этом роде. Зайти так далеко уже было огромным достижением. Это было почти нереально. Он был уверен, что Цукаучи и мистер Шимура будут гордиться его выходом в полуфинал. Ему было грустно только из-за того, что он может не сразится с Тодороки. — Это так очевидно? — нервно рассмеялся он, почесывая затылок. — Вот почему я здесь! — голос Ашидо стал немного выше. — Я знаю, что это может быть немного, но если хочешь, можешь позаимствовать мою причуду для боя. У Изуку отвисла челюсть, и его голову словно ударили бейсбольной битой. Неужели она говорила серьезно? Это было так странно. Она... она предлагала ему свою причуду? Изуку не думал, что такое случится когда-нибудь. — Ты можешь не брать, если не хочешь! — быстро дополнила она. — Она не такая уж сильная, поэтому я понимаю, если ты предпочитаешь… — Нет! Это... это не нравится, большинству. Я просто немного сбит с толку, что ты позволяешь мне это сделать. — Изуку не мог смотреть ей в глаза, потому что был слишком взволнован. — Я полагаю, я просто думаю, что людям не нравится идея быть лишенными причуды. Даже ненадолго. — Ой, да ладно! Ты же не плохой человек. Я доверяю тебе! К тому же... я хочу увидеть, как ты надерешь тому парню задницу. Он был тем, кто нас победил. Думаю, это можно назвать местью. Изуку засмеялся, чувствуя себя немного легче. Ашидо протянул ему руку, и мальчик попытался успокоиться. Он не хотел заставить ее упасть в обморок. В тот момент, когда Изуку коснулся ее бархатистой кожи, то, что он чувствовал, начало приближаться. Это было так странно. Изуку чувствовал, что никогда не привыкнет к этому ощущению. Изуку ожидал почувствовать покалывание в своем теле, как это обычно бывает, когда он крадет чью-то причуду. Он также ожидал, что почувствует силу в каком-то смысле. Этого он точно не ожидал. Кожа Ашидо начала терять свой розовый оттенок, становясь темнее, пока не перешла в темный оттенок коричневого, ее волосы также потеряли розовый цвет и стали черными как смоль. Ее глаза также изменились: черная область стала белой, а желтая радужная оболочка приобрела цвет лесного ореха. Но, как будто этого было недостаточно, собственная кожа Изуку начала менять цвет. Кожа, похожая на виридиан, с такой же бархатной текстурой. — Боже мой, это так круто! — почти закричала Ашидо. — У них здесь есть зеркала? Изуку отрицательно покачал головой, немного шокированный неожиданным сюрпризом, и Ашидо просто вынула свой телефон из кармана, открыв фронтальную камеру. Некоторое время она смотрела на себя, говоря вещи, на которые Изуку не обращал внимания, прежде чем передать телефон ему. Его волосы стали ярко-зелеными. Белая область в его глазах окрасилась в черный, а его более темные виридиановые глаза, казалось, зарядились электричеством. Это было так странно. Но в то же время так здорово! — Твоя кожа устойчива к кислотам? — слишком увлекся Изуку. Это означало, что его тело адаптировалось к ее причуде! Или, если быть более конкретным, потребовалось все, что было у тела другого человека, чтобы помочь выдержать причуду и перенести ее на свое собственное тело. Его причуда казалось слишком идеальной. — Да! Я немного шокирована, но должна сказать, Мидория, твоя причуда не сравнится с моей. — Я не уверен в этом. — ответил он. — Я еще не понял, какой у нее недостаток. Может быть, это что-то плохое, и я даже не знаю этого. Это была возможность. Каждый раз, когда Изуку думал об этом, что-то глубоко внутри его тела вздрагивало. Что, если это было что-то смертельное? Это было бы не так хорошо. Это было ужасно. — Что ж, я думаю, тебе стоит пойти туда и выиграть этот бой. Не беспокойся о вещах, которых не существует. Если ты этого не знаешь, возможно, недостаток не такой уж и большой, — начала смеяться Ашидо. — О боже, мне нужно найти Хагакурэ и показать ей себя! До встречи! А потом она ушла. Изуку не мог оторвать глаз от своей кожи. Он был похож на растение. Было бы так странно увидеть себя таким позже по телевизору. Что подумают другие? Что подумает его мама? Было очевидно, что в его теле появилось что-то новое, поэтому элемент неожиданности сразу отпадал. Он просто надеялся, что сможет компенсировать это силой воли.

***

— Мидория против Мономы, и что, черт возьми? — растерянный голос Сущего Мика заставил Изуку немного сжаться. Да, это было многовато. — Мидория зеленый? Изуку попытался сосредоточиться на собственном дыхании. Игнорируй это. Сохраняй спокойствие. В этом не было ничего страшного. Люди определенно не стали бы смеяться над ним. Это было круто, как и сказал Ашидо. — О, я понимаю, пытаетесь привлечь еще больше внимания к себе класс А, да? — сказал Монома, пока они оба ждали начала боя. В тот момент , когда раздалось эхо старта, Изуку почувствовал, что его тянет к Мономе. Что за хрень? Это была причуда? Тело Изуку пыталось сразиться с ним и потерпело неудачу. Сантиметр за сантиметром Изуку приближался к Мономе. А потом он остановился. И упал. Изуку плавал там, где ему не положено. Цемент под его ногами был жидким. Это… это была причуда Хоненуки? Изуку попытался всплыть, но цемент оказался плотнее воды, и было труднее вернуться на поверхность. Из-за высокой плотности цемента, давление на организм Изуку оказывалось больше. Как будто кто-то пытался выжать сок из его тела. После того, что казалось вечностью, с болью в легких Изуку наконец коснулся чего-то, что не было жидкостью. «Берег» или место, которое не смягчил Монома, было как благословение. Изуку ахнул, откашлявшись от цемента, попавшего в его рот. У него был ужасный вкус. У Изуку было всего несколько секунд, прежде чем он почувствовал, как что-то липкое льется на его тело. Белое вещество выходило из дыр на голове Мономы и становилось все тверже с каждой секундой. Изуку собирался взбеситься. Монома прекрасно контролировал каждую причуду, которую он использовал, это было страшно. Если Изуку не сделает хоть что-нибудь, он будет обездвижен. Он использовал причуду Ашидо. Это было похоже на Каччана в том смысле, что ему нужно было контролировать железы в своем теле. Разница заключалась в том, что причуда Каччана действовала только на его ладони, а причуда Ашидо, теперь и его тоже, позволяла производить и выделять кислоту по всему телу. Ощущение было странным, как покалывание. Он почувствовал, как его руки становятся все влажнее, кислота растапливает в них белое вещество. Он не мог использовать все свое тело, потому что это могло разрушить его одежду. На данный момент зеленого цвета было более чем достаточно. Трудно было сосредоточиться на секрете и в то же время пытаться избежать атак Мономы, которые не прекращались. Тело Изуку снова начало наклоняться к Мономе. Небольшое отчаяние начало подниматься в груди Изуку. Он убедился, что может двигаться свободно, прежде чем бросить кислоту в сторону Мономы, используя возможность подобраться к нему. — Ты думаешь, что ты намного лучше, не так ли? — спросил Монома, когда Изуку схватил его за воротник. Теперь это был лучший вариант. Монома не мог использовать причуду Хоненуки, потому что это могло повлиять на него самого. Причуда притяжения тоже будет бесполезной, и Изуку будет иметь гораздо больший контроль над своим телом. Единственное, о чем ему нужно было беспокоиться, так это об этом веществе. Он пытался избежать разговора. Вероятность того, что Монома скопировала причуду Шинсо, была минимальной, но она все же была. Более того, могли быть и другие причуды, активируемые голосом, которые мальчик пытался использовать. Было бы лучше, если бы он промолчал. На всякий случай. Изуку почувствовал, как его тело отрывается от Мономы. Так что это не было причудой притяжения. Что ж, это не имело значения, Изуку держал Моному за воротник, так что Мономе будет сложнее сдвинуть его. — Отлично. Ты хочешь так играть? Давай поиграем, — пробормотал Монома, когда к его ногам упало белое вещество. Изуку потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что, черт возьми, происходит. А когда он это сделал… было плохо. Изуку попытался использовать кислоту Ашидо для затвердевания вещества вокруг ног Мономы. Это не сработало. Причуда телекинеза заставила кислоту уйти, оставив цементный блок нетронутым. Изуку почувствовал, как все его тело отделяется от Мономы. Это было странное ощущение. Единственное, что удерживало его на ногах, это рубашка Мономы. Изуку постарался как можно сильнее схватить его за воротник. Лоб Мономы искривился. Его челюсти были стиснуты, и он немного застонал. Изуку запыхался, когда ткань рубашки порвалась, и он начал лететь по воздуху, и эта штука тянула его сильнее, чем раньше. Он собирался перейти черту. До того, как это случилось, оставалось всего несколько метров. Он собирался проиграть. Изуку закрыл глаза. Это был конец. Но затем он наткнулся на землю. Внутри границ. Изуку посмотрел на Моному с болезненным выражением лица. Изуку увидел, что мальчик что-то сказал, вероятно, ругательство. Монома иммобилизован. Он сделал это с собой. Но… почему он ничего не делал? Он… Лимит времени. Изуку скрутило живот. Отвращение на лице мальчика было явным. — Монома, ты можешь двинуться? — с жалостью спросила Полночь. Это было не правильно. Изуку чувствовал себя неправым. С Мономой это было несправедливо. Он собирался победить! Это был просто срок. Это не имело ничего общего с его способностями. Если бы у него было всего несколько секунд… Изуку проиграл бы! — Подождите! — закричал Изуку, приближаясь к Мономе так быстро, как могли его ноги. — Что ты планируешь делать? Смеяться? — голос Мономы был наполнен эмоциями. Нейто был на грани слез. Этого он не хотел. Это было слишком унизительно. Однако он не собирался плакать по национальному телевидению. Он знал, что страх унижения - единственное, что удерживало его от слез. — Нет. Бой еще не окончен. Нейто наблюдал, как Мидория облил кислотой блок, из-за которого его ноги застревали. — Мидория… — позвала Полночь. — Правила были ясны. Для человека, чтобы выиграть, они должны выбить соперника, заставить его выйти за границы или они должны обездвижить противника. Ничего из этого не произошло. — сказал Мидория с решительным выражением лица, что было странно из-за его зеленой кожи. Полночь посмотрела на Нейто. Он не мог объяснить ощущение в груди. Было ли это счастье? Нет, все было иначе. Это было больше похоже на благодарность. Может быть, не все из класса А были кучкой идиотов. — Монома, ты с этим согласен? — спросила Полночь, заставив Моному слегка улыбнуться, облегчение пробежало по его телу. — Да.