20 патронов 9×18, пожалуйста

469-й УАЗ прикатил к точке назначения только к четырем часа дня. Предварительно поблагодарив водителя, Семён спрыгнул со ступенек салона и захлопнул дверь. УАЗ дал по газам, оставив молодого человека наедине с громадным комплексом из бетона и стекла. Оглядевшись и убедившись в отсутствии посторонних, то есть лиц, у которых потенциально можно получить дальнейшие инструкции, Семён взошёл на первую ступень. Обычную каменную лестничную ступень. Затем на вторую. После на третью ступень из пяти. Ступив на четвертую, Семён заметил, как одна половина двойных дверей распахнулась и к нему навстречу направилась девушка. Поднявшись на пятую, заключительную ступень, до молодой особы оставалось пять метров и это расстояние стремительно сокращалось из-за ее быстрого шага. Не возжелав показаться грубым и бестактным, молодой человек вытянулся во весь метр восемьдесят и по стойке смирно рапортовал:  — Товарищ встречающий! Новобранец Персунов для получения дальнейших указаний прибыл! Девушка остановилась, удивленно посмотрела на него своими большими голубыми глазами и звонко рассмеялась:  — Ха-ха-ха, вот же солдатик! На первых порах сам Березович требовал от всех такого обращения, да забил потом, потому что сложно всё это, ах-ха-ха! Семён же стоял с каменным лицом и смотрел вперёд-вверх, как учили все учебники по строевой подготовке. Девушка посмеялась ещё немного и, поняв, что парень не шутит, успокоилась, но с улыбкой на лице дала команду «Вольно». Семён опустил голову и дал волю глазам, ибо смотреть было на что: полурастегнутая рубашка давала свободу большой груди, поддерживаемой кружевным розовым лифчиком, а подсумки на поясе давали пищу для размышлений: магазины к какому оружию покоятся в них? Словив на себе этот прожорливый взгляд, девушка на мгновение пожалела о том, что дала вольную, но, быстро вернув самообладание, прочистила горло и заговорила:  — И так, Семён Алексеевич, ты новый полевой командир «Griffin and Kruger», а я — офицер логистики Калин, для удобства общения лучше зови меня на «ты» и на «Калина». Мне нужно тебе объяснить всё и показать, так что пошли! Не менее бесцеремонно, чем Семён «кушал взглядом» Калину, она схватила его за руку и потащила во внутрь здания. Что-то ёкнуло в груди молодого человека, когда, открыв дверь, он вздохнул воздух холла главного офиса G&K.

***

Через полчаса, уже в новой шинели цвета артериальной крови, перетянутой нескольким ремнями, в накрахмаленной рубашке с черным галстуком и с красным отбитым вправо беретом на макушке, Семён шёл из прачечной за Калиной, по её словам «в его офис», параллельно поправляя и распрямляя складки нарукавной повязки с изображением логотипа компании. Из рассказа его адъютанта, молодой человек понял, что он формально является выше всех, так называемых T-dolls, но ниже абсолютно всех полевых командиров, служащих хоть какое-то время, ввиду отсутствия боевого опыта. Также он услышал о высших должностях Гриффина: о Березовиче Крюгере, который является одним из основателей компании и ее генеральным директором, а также мисс Галиантус, старшем исполняющим обязанности офицера компании Griffin. Также молодой человек был почти сразу предупрежден, что действия сексуального характера по отношению к куклам и мешающим их работе, караются штрафами. Не до конца поняв, что это могло бы значить, он лишь ответил «Так точно» и продолжил ходьбу. Из одного поворота вышел ответ на всё ещё стоявший вопрос Семёна, в виде такого же как он (только выше его в силу наличия боевого опыта) командира с ненадлежащего видом формой одежды, но в берете, в обнимку с двумя девушками со странного цвета волосами и неизвестными Семёну образцами иностранного оружия за спинами. Не проявив внешне никаких эмоций, несмотря на закипающую внутри зависть, новоиспеченный офицер отдал воинское приветствие и маршировал с ним до тех пор, пока от проходящего мимо него офицера не потянуло алкоголем и он не скрылся из его поля зрения. Калина презрительно фыркнула.  — Командир, блин, если ты будешь козырять так всем мимо проходящим, то рука отсохнет! Ладно, если это был бы мистер Крюгер или Хелиан, но, блин, здороваться с таким сбродом…  — Понял, — Выдал Семён и продолжил дорогу, сделав соответствующие выводы. Через пару минут ходьбы, Калина демонстративно пропустила Семёна вперёд, в одну из дверей, что открылась после прикладывания ключ-карты. Взору молодого офицера предстала комната, напичканная аппаратурой, с большим открытым оружейным шкафом у одной из стен и несколькими мониторами, под которыми на столе хаотично валялись несколько различных клавиатур и мышей.  — Осталось от прошлого офицера, — Пояснила Калин, — На одном из заданий прямым попаданием из противотанкового оружия разорвало! — Дополнила девушка с немного странной улыбкой.  — В общем, это твой рабочий кабинет. На мониторах, со временем, появится информация обо всех твоих подчиненных, и о местонахождение и т.д. Короче, разберёшься, — Калина приземлилась на кресло и закинула ногу на ногу, — По результатам твоего тестирования нам стало известно, что ты владеешь тактикой на неплохом уровне, однако, конечно, боевым опытом это не подкреплено и поэтому, чтобы тебе не было скучно, но и не слишком легко, тебе выделят несколько кукол под личное командование. Основной твоей задачей на первое время будет являться патрулирование. Ходить будешь с не небольшим отрядом в одном из городов, так сказать, для вида, если будет кто враждебно настроенный из Sangvis Ferri будет, уничтожай. Кто в составе патруля должен состоять?  — Несколько автоматчиков, снайпер, пулеметчик и гранатометчик, — Не задумываясь ответил Семён, вспомнив опыт одного русского солдата, командира взвода, воевавшего во второй чеченской.  — Молодец! — Калина улыбнулась и что-то напечатала на своем ноутбуке, — теперь надо подобрать солдат. Тебе, как я понимаю, известны многие образцы стрелкового оружия отечественного производства. Не так ли? Назови, пожалуйста, несколько наиболее распространенных автоматов, пистолетов-пулеметов, времен второй мировой советского производства.  — Самым распространенным, пожалуй, был пистолет-пулемет Шпагина, менее популярным — Судаева.  — Отлично. А что насчёт штурмовых винтовок советского периода?  — 74-й Калашников. Это в общем, а самым известным является 47-й.  — Это знают все. Что по пистолетам?  — Наган, Тульский Токарев, Макаров, Стечкин, Сердюков… Их много, но это основные.  — Какой бы предпочел лично ты в качестве оружия самообороны?  — Автоматический пистолет Стечкина — компактность в совокупе с большой огневой мощью. Можно Наган, если нужно дешевое и безотказное оружие.  — Стечкнина тебе принесут. Вернемся к теме: как обстоят дела с ручными пулемётами?  — Ручной пулемет Дегтярева во всех его модификациях, а в более поздний период — пулемёт Калашникова.  — Прекрасно, — Калина откинулась на спинку кресла, заложив руки за голову, — А снайперы носили что?  — Винтовка Мосина, самозарядные винтовки Токарева и карабин Симонова, после Великой Отечественной — Драгунова.  — А какой из этих винтовок, помимо СВД и СВУ, отдал бы ты предпочтение?  — Это уже надо смотреть на калибр товарищей. Если калибр «старый» 7.62 на 54, как у винтовки Мосина, которой у простой пехоты много, то Токарев, если «современный» 7.62 на 39, то Симонов.  — Великолепно, — Калина сильно и громко тыкнула пальцем по клавиатуре ноутбука, в то время как Семён переводил дыхание от большого количества вопросов, — Сейчас не умри от волнения, — Калина развернулась лицом ко входу и закричала:  — Входите! Дверь откатилась и в комнату вошло несколько особ. Все были женского пола, причем по виду самой старшей едва ли можно было дать тридцать, большинство было в старосоветских полушубках, идеально белых, как нововыпавший снег, и у всех на ремне в походном положение висели различного вида пушки советского (кое у кого, вероятно, даже имперского) периода выпуска. Что было примечательно — названия всех видов оружия командир перечислял еще минуту назад. Впереди всех прочих, почти вприпрыжку, шла маленькая девочка с фирменной кожаной кобурой Нагана в коротенькой шубке и подобием папахи на голове за ней вошла похожая на нее одеждой девочка со Шпагиным, за ними, не с первого раза втиснувшись вдвоём в дверь, вошла девушка, форма одежды которой не вписывалась не в одни каноны, кроме playboy'овских, с красным беретом на правую сторону и замызганным «калашом» за спиной и пышногрудая особа в довольно простой рубашке и юбке с карабином Симонова, откидной штык которого был сложен, попутно споря на счет удобство штык-ножей со своей сокалибрницей, а замыкала строй высокая девушка, самая старшая на вид, в громозком полушубке на плечах и пулеметом Дегтярева на ремне за спиной с почему-то оттопыренными сошками. Когда зашла пулеметчица, дверь закрылась, и маленькая девочка с Наганом вытащила из-за пазухи пистолет Стечкина в оперативной кобуре и с несколькими магазинами и с несколько презрительным видом положила его на стол.  — Звала, Калин? — Весело спросили малышка.  — Да, звала. Представляю вам вашего нового командира — Персунова Семёна Алексеевича, прошу любить и жаловать, — Семён встал и сделал учтивый кивок, Калина же ухмыльнулась, — Судить о его вкусах, вы можете, смотря на оружие, находящееся у вас за спинами. Маленькая девочка подмигнула бОльшим сёстрам и звонко крикнула:  — Отряд, стройсь! Все за пару уверенных шагов построились по росту. Сама же малышка за один прыжок оказалась прямо перпендикулярно строю, по правую руку стоящей первой девушки в полушубке и с РПД и не менее громко, чем в предыдущие разы, крикнула:  — Равняйсь! Смирно! Равнение на середину! Все команды были исполнены чётко, а сама же Наган строевым шагом встала напротив командира, который, в свою очередь, приложил руку к виску и искренно был рад встретить людей мало-мальски военных, и доложила:  — Товарищ командир! Отряд тактических кукол в количестве пяти кукол для представления построен! Докладывает временный командир отряда Наган!  — Вольно! Наган строевым шагом с важным выражением лица, странно смотревшимся на ее детском личике, встала рядом с начальником. Сам же Семён громко, слишком громко для относительно тесного помещения выкрикнул:  — Здравствуйте, товарищи!  — Здравия желаем! — Хором, со странным для девушек басом, ответило отделение.  — Поздравляю вас со службой под моим началом! — Сказал Семён, где-то в глубине души чувствуя, что ляпнул что-то не то.  — Ура! Ура! Ура-а-а! — Не показав никакого вида на несколько странное «поздравление» ответили солдаты.  — К представлению приступить!  — Есть! — Громко выкрикнула Наган и строевым шагом пошла на своё место. Внутри Семёна распирало от стыда. «К представлению», черт побери! Только когда Наган заканчивала маршировать, до него дошло, что правильнее было бы сказать «Ко знакомству». Однако, если Семёну не изменяет память, то подобных тонкостей прописано в уставе не было, а, соответственно, он мог допустить небольшую ошибочку. Возможно, память ему всё же изменяет, и в уставе прописаны даже такие "мелочи", как это. - …  — Автомат Калашникова образца 1949 года!  — Пистолет-пулемёт Шпагина! Представление окончено! — Доложила последняя, звонко цокнув подметкой сапожка. Командир же изволил отвлечься от самоутешивания только после того, как последняя звонко ударила ногой.  — Благодарю за службу! — Снова пойдя не по писанным уже как несколько сотен лет канонам, выдал командир.  — Служим Гриффин энд Крюгер!  — Вольно, разойтись! Прежней серьезности, как прежде в строю, уже не было, однако развязанности, как при входе, тоже. Кто-то стоял со скрещенными на пышной груди руками, кто-то размазывал по ботинкам грязь, оставленную сапогом товарища, спешившего покинуть строй, а Наган важно подошла к командиру, и, сложив руки за спину и с ухмылкой сообщила:  — Товарищ, а вы команду немного не верно сказали! Семён же, сидел сгорбившись в кресле, спрятав лицо в белых перчатках. Как только издёвка дошла до адресата из-под руки показался огромный глаз, по выражению которого можно было ясно прочитать «заткнись или убью». Хихикнув, забияка поскакала к остальным девочкам. К командиру же вернулось полное самообладание через несколько глубоких вдохов, после чего он бросил вопросительный взгляд на Калину, которая всё это время давила лыбу и сдерживалась, дабы не заржать в полный голос. Она успокоилась почти также быстро как и Семён и разрядила обстановку одним своим голосом.  — Итак, друзья, — Она сделала акцент именно на «друзьях», а не «товарищах», как было бы приятнее всем здесь присутствующим, — с сегодняшнего дня на должность вступает Семён, но так как прибыл он довольно поздно, то работать он начинает с завтрашнего дня. Задача на завтра — патрулирование, — Заметив небольшую горечь в глазах бойцов, и то, что это же заметил и командир, адъютант поспешила внести хоть какое-то прояснение. — Да, платят не много, зато каждодневные патрули — залог постоянного потока денег при минимальном риске для жизни. Согласитесь, лучше небольшая сумма денег на руках, чем большая, но с большим количеством отверстий в корпусе! – Лучше синица в руке, чем журавль в небе, как говорится... - Философски проговорила девочка с Наганом  — Именно! — Калина оживлённо приподнялась с кресла, — Никто же не против? Все, абсолютно все здесь находящиеся, включая и парня, только полчаса как командира, и маленькую неунывающую девочку с револьвером в кожаной кобуре, и несколько интеллигентного вида дам — все в этой комнате осознавали, что подобные назначения ведуться сверху и от них, что от «дикарки с калашом», что от девушки, что регулярно видеться с самим генеральным директором, тем более от пацана, которого из деревни пригнали час назад, вообще ничего не зависит. Есть приказ — его надо выполнять. Калина же, продолжая глупо лыбиться, почему — она сама не поймет, дала команду «Расходимся, всем спокойной ночи» и плюхнулась в кресло, вытирая тыльной стороной руки в перчатке пот со лба. Все медленно направились на выход и каждая выходящая девушка перед тем, как скрыться за дверным косяком, сочла своим долгом заглянуть командиру в глаза и сдержанно кивнуть. Последняя выходила Наган и выпорхнула прям перед тем, как тяжёлая пуленепробиваемая дверь с грохотом закрылась, предварительно показав своему начальнику язык.

***

Какое-то время Семён и Калина сидели в полной тишине, нарушаемой только звуками ходьбы в холле и мирным пиканьем и лёгким треском аппаратуры, все это время работающих неизвестным для новорбранца способом. Где-то через минуту с момента закрытия двери, Семён снял пальто и нацепил кобуру. Килограмм железа приятно оттягощал левое плечо, а несколько запасных магазинов — пояс шинели. Несколько раз вытащив пистолет и вложив его обратно, Семён удовлетворительно хмыкнул и повернулся к Калине с простым и понятным каждому смертному вопросом:  — А ужинать когда? Девушка спохватилась.  — Блин! Про святое забыли! Бегом вниз! И пулей вылетела из кабинета, заставив старого больного 20-ти летнего парня бежать за ней, прислушиваясь к звукам удаляющегося топонья.

***

Столовая примечательностью не отличалась и была точно такой же, как в рядовой советской школе, любом оздоровительном комплекс, и других подобных мест, которые требовали от места приема пищи только саму пищу, и чистое место, где можно поесть. А то, что все помещение было выложено керамической плиткой, раздаточные столы были выполнены из трёхмилиметровой нержавеющейки - это лишь общепринятые каноны, проверенные годами. В зале же между длинными рядами столов находились небольшие круглые «оазисы» для учителей, профессоров и других больших начальников, что стоят хоть на одну ступень, но выше простых людей по местной иерархии. За этот стол подошли как офицеры Гриффина запыхавшиеся Калина с Семёном, держа дрожащими руками поднос из цветного пластика. Пролив из гранёного стакана чай, любезно со стороны поварих налитый до краев, подносы были поставлены на стол и молодые офицеры приступили к трапезе. Еда, конечно, не отличалась внешним видом, однако все, как и подобает продукции хорошего заведения общественного питания, была чрезвычайно проста в исполнении и очень питательна. Помимо лёгкого первого блюда, на подносе стоял стакан с кефиром и небольшая булочка с изюмом, что оба поздних посетителя охотно уплетали, помакав хорошенько её в кефире. Ели преимущественно молча. Выскоблив остатки кисломолочной продукции мякишью хлебобулочного изделия, Семён вытянул ноги и навалился на спинку металлического стула, первый раз улыбнувшись на работе. Калина же, может последовала его примеру, может сама уже до этого так делала, повторила действие своего сотрапезника.  — Вкусно… Ик. — Начал Семён.  — Ага…  — Во сколько выходим завтра?  — Выходим не мы, а ты с девочками, а выезжаете завтра в шесть утра.  — Понятно. И до скольки мы будем патрулировать?  — Обычно до часа, иногда до двух. Если не перестреляют, сменят вас примерно в час дня, — Отмахнулась девушка и вместе они пошли на сдачу грязной посуды.

***

 — Могу я узнать, где находится оружейная? — Спросил Семён, идя в сторону кабинета.  — Зачем тебе? — Удивилась Калина, — Оружие тебе дали, что ещё?  — Броник.  — Чего?  — Бронежилет. Желательно класс третий, чтоб от автоматной пули защитил.  — Ты знаешь, сколько он весит? — Ухмыльнулась помощница.  — Килограмм десять, может чуть меньше. Сам факт — мне нужен бронежилет.  — Как знаешь. Только стандартный шесть бэ какойто-то там от энергетического сгустка тебя не защитит, но броню я тебе выделю. Калина повернула на первой же развилки, а Семён, ввиду отсутствия знания планировки здания, покорно последовал за ней.

***

Вытащив из одного из своих бесконечных карманов ключ-карту, Калина провела ею по сканеру и ещё более массивная и более бронированная, чем дверь кабинета, откатилась в сторону. В дверь также прошмыгнула и девушка, ранее встречавшаяся Семёну, что ходила с карабином Симонова. Девушка скромно встала у двери и стала покорно ждать, пока Калина не найдет в электронном каталоге подходящий нашему заказчику бронежилет. Искала она его не долго, и через пару минут после входа в палату арсенала один из ящиков автоматически распахнул свою тяжёлую дверь и скромных размеров Калина взвалила на стол, стоящий посередине комнаты, внушительного вида стальной панцирь.  — Меряй, — Сказала Калина и тут же обратилась к стоящей у двери девушке — Подходи, СКС, что хотела?  — Мне бы сорок патрон в обоймах.  — Приняла! Повесив на удачно попавшийся под руку стул пальто и ременную систему кобуры, Семен попробовал влезть в броню снизу, но не вышло и он только помял еще недавно свежую рубашку. Вздохнув, он начал отрывать брюшные полосы на велекро, предварительно зажмурившись из-за ужасного звука, издаваемого ими, после чего легко накинул жилет через голову и плотно затянул обхватывающие торс ремни. Натянув поверх брони кобуру и пальто, Семён вопросительно посмотрел на девушек. СКС, стараясь не обращать внимания на начальника, пихала обоймы в подсумки, а Калина ходила около какой-то импортной винтовки и ворчала, снимая с оружия сошки и кладя их в отдельный шкаф. Парень многозначительно прочистил горло, одновременно с этим обозначив свое присутствие. Девушки повернулись.  — Командир, я считаю, что вам эта броневая защита более чем подходит. Довольно высокий класс защиты в совокупности с относительно не большим весом является оптимальным для вашей защиты.  — Дело говорит. Данная модель от выстрел мощной винтовки не выдержит, но от стандартных пушек Sangvis защитит.— Подтвердила Калина.  — Благодарю. Сняв тяжёлый бронежилет, а он оказался довольно увесистым для почти неподготовленного солдата, Семён взял панцирь в охапку и почти было собирался уходить, как вспомнил о своем довольно скромном боезапасе.  — А, и ещё шестьдесят патронов в магазинах по двадцать штук к Стечкину, пожалуйста.  — 9 на 18 ПМ же? — Уточнила Калина и, не дождавшись утвердительного ответа, протянула три магазина, щедро смазанных маслом, которые Семён поспешил раскидать по карманам.

***

Семёну выделили жилую комнату с ванной и санузлом, находящуюся в считанных десятках (а их было около трёх) метров от своего офиса. Комната роскошью не сияла, однако, была достаточно удобной для ночёвки одному. По словам Калины, можно на свои деньги покупать сюда мебель и другие предметы интерьера, однако Семён отнёсся к этому скептически, так как привык довольствоваться малым, распределяя средства на более нужные расходы. Развалившись на жёсткой, скрипучей, но теплой кровати, Семён ощутил некое душевное состояние, которое можно было назвать умиротворением, ранее которое он не испытывал. Не известно наверняка, однако можно предположить, что это связано с его новой работой: с коллегами, подчиненными, начальством, с работниками столовой или того дедка, что довез его сюда, со всем, что произошло с ним за этот день. С одной стороны, Семён внутренне ликовал: у него есть все возможности для свершения мести, с другой — ему так хотелось спать и уже было так на всё наплевать, что разницы, что делать завтра — мочить гадов Сангвис Ферри с утра пораньше или дрыхнуть до утра, что чревато последствиями, которых Семён опасался, и, поэтому, он поставил будильник на пять утра, чтобы завтра проснутся вовремя, чтобы мочить гадов Сангвис Ферри. Примерно так отрывисто и почти бессмысленно мыслил уже засыпающий молодой офицер частной военной компании «Griffin & Kruger».