Headcanons Genshin Impact

When the violence causes silence

We must be mistaken.

Кажется, будто это никогда не закончится. Вирус возросся до таких масштабов, что уничтожил половину человечества. Лекарства нет, а людей с каждым днём всё меньше. И зомби — продолжают нападать. Никогда бы не подумала, что они будут такими быстрыми и кровожадными, ведь они — разлагающиеся трупы. Будто такое могло произойти только в фильмах и книгах. В этой так называемой битве я потеряла единственного близкого человека — маму. Причём в первый же день, когда всё началось. Тогда их ещё было мало. Люди только-только начали превращаться в зомби, но не могли поверить в происходящее. В тот день мы с мамой собирались устроить марафон фильмов ужасов. Она улыбалась, рассказывала что-то оживлённо. Я старалась поддерживать диалог, но было предчувствие, что случится что-то плохое. И оно не прогадало. В магазин ворвался зомби, а мы, ещё ничего не понимающие, стояли и смотрели, как на наших глазах кусают и превращают незнакомого человека. Я вырвала у мамы пакет и взяла её за руку. Надо было срочно уходить отсюда. Но зомби были быстрее. Один из них догнал нас и укусил маму. Она в последний раз посмотрела на меня, улыбнулась и сказала: — Беги. Что я и сделала. В последний раз оглянувшись на маму, я увидела, что она уже превращалась в зомби. На моих глазах самый близкий человек стал существом, у которого цель — укусить и превратить людей в им подобных. Я плакала, сидя в нашей квартире, несколько дней. Я не была готова потерять маму в двадцать лет. Почти ничего не ела и боялась выглядывать на улицу. Я даже боялась шевельнуться, потому что слышала, что около квартиры появились зомби. А когда смогла встать на ноги — мир за окном стал серым, мрачным, где ходят одни зомби. В тот момент я не увидела ни одного человека. И мне по-настоящему стало страшно. Ладно, мне бы хватило еды и воды на несколько дней, но что потом? У меня из оружия почти ничего нет, а выходить в магазин, где собралась кучка зомби, — не вариант. Те несколько дней я провела в отчаянии и слезах. Умирать не хотелось, хотя это казалось самым лёгким: так я хотя бы не стану одной из заражённых. В итоге я всё же решила выйти в магазин напротив дома в тот момент, когда зомби было меньше всего. Я взяла рюкзак, несколько кухонных ножей, перцовый баллончик и электрошокер. И вышла. Сердце быстро стучало, а руки дрожали. Глаза бегали в разные стороны, а ноги шли будто сами по себе. Я старалась идти быстро и максимально тихо, чтобы за мной не побежали зомби. И это почти удалось. Когда уже подходила к магазину, под ногой хрустнула палка. Три зомби, что были около магазина, повернулись на меня. А затем сразу побежали. Хотелось кричать, но так я сделаю себе только хуже. Я быстро нашла дверь от магазина, но та была заперта. Я ещё больше запаниковала. Зомби уже приблежались. Я побежала осматривать другие входы. В окнах увидела трупы зомби, а над ними — высокого мужчину, смотрящего на меня. Я одними губами сказала ему: «ВПУСТИ МЕНЯ!» Он указал пальцем, куда идти. Задний выход. Я сразу побежала туда и из кармана кофты достала нож. Дверь была тоже заперта. Я начала стучать, и слёзы уже подступали к глазам. Сзади собрались зомби и без замедления направились ко мне. Я только и делала, что неумело размахивала ножом, пока сзади не открылась дверь и чьи-то крепкие руки не ухватили меня. Дверь была заперта. Всё хорошо. Я жива. Мужчина, что спас меня, убрал руки и развернул к себе. В магазине самом было темно и душно. Я не могла разглядеть чётко черты лица, но чувствовала, что он недоволен всей ситуацией. — Чем ты думала, когда шла сюда? Его хриплый тихий голос раздался эхом по магазину. — Я… Еда дома закончилась. Я не собираюсь умирать. — Но это ты сейчас чуть и не сделала. — Я специально подобрала момент, когда зомби будет меньше всего. Центральная дверь заперта была, и я начала паниковать, вот и… так вышло. Спасибо, что помогли. — За это не надо благодарить. На этом диалог закончился. Мужчина сел на пол около стеллажа и поник головой. Я же пошла осматривать магазин и морщиться от запаха трупов. А трупов было много. Он сам их всех убил? Я оглянулась на него. Глаза уже привыкли к темноте, и я могла разглядеть его одежду, что была в крови, красные длинные волосы, собранные в высокий хвост, и большой рюкзак рядом с ним. Я решила сейчас сосредоточиться на еде и воде. На удивление много что сохранилось. Я набрала несколько бутылок воды и консерв в рюкзак. Посмотрела на улицу, а там уже собралась толпа зомби. Видимо, услышали, как я зашла. Чёрт… И как мне потом возвращаться домой? Руки снова задрожали. Я не знала, что делать: умирать не хотелось, а с другой стороны, в ближайшее время от зомби не избавятся, и так надо будет постоянно жить, а защищаться я толком и не умела. Я решила сесть напротив мужчины. Не думаю, что он особо хочет разговаривать, но мне нужно задать вопросы. И хотя бы для приличия узнать имя. — Как вас зовут? — Дилюк. А вас? — Т/и. Приятно познакомиться. — Дилюк кивнул. — И давно вы так? — С самого начала инцидента. — Наверняка вам было тяжело всё это время. Я все эти дни просидела в нашей с мамой квартире, пытаясь… осознать и принять происходящее. А после так бездумно вышла из дома, имея с собой оружие, но не умея им пользоваться. Спасибо, что помогли. Будь я одна — уже померла. Я не знала, слушал ли он меня вообще, но остановиться говорить не могла. Мне нужно было выговориться кому-то за все эти прошедшие дни. — И я даже не знаю, что теперь делать. Возвращаться в квартиру и постоянно искать новые магазины с едой — кажется бессмысленным. Умирать у меня тоже нет желания, а ходить и убивать зомби и искать жилище — вариант, где я стопроцентно умру. Дилюк весь монолог слушал внимательно. Я посмотрела на него, и наши взгляды встретились. Его — поникший, но одновременно с какой-то надеждой, а мой — отчаянный, уставший. Он обдумал всё, чем я поделилась, и наконец сказал: — Если всё-таки решишь выбрать самый последний вариант — скажи мне об этом. Я могу научить тебя драться с зомби. — А потом? — А потом посмотрим.

***

Я всё-таки выбрала третий вариант. По сути, это и так было очевидно, что я его выберу, ведь сидеть дома одной без интернета и связи я бы не стала, а умирать — слишком страшно. Мы решили в период моих тренировок остаться в магазине. Это будет безопасно, ведь входы Дилюк заблокировал, трупы зомби он убрал в самую дальнюю кладовку магазина, а также здесь остались еда и вода, плюс служебный туалет, который ещё работал. У Дилюка был с собой пистолет и боевой нож. Увидев мои кухонные ножи, он сразу сказал: — Они не подойдут для убийства зомби. Поэтому держала я в руках его боевой нож. И за это время, что он меня обучал (а мы старались тренироваться негромко, чтобы зомби не пришли на шум, но это часто выходило так себе), мы смогли немного сблизиться, как мне кажется. Я узнала, что Дилюк не в курсе, где его брат, жив ли он вообще, и очень волнуется за него. Хотя лицо его остаётся всё таким же спокойным, я вижу, как сильно трясутся руки при упоминании брата. До зомби-апокалипсиса он работал в баре, а ещё за городом у него есть огромный частный дом, который ему передался по наследству. Дилюк бы хотел поскорее туда добраться, чтобы оставшееся время проводить там. Но, как он сам сказал, есть большая вероятность, что в доме или много зомби, или уже другие люди заняли его. Также его холодность и отстранённость, которые были в самом начале общения, постепенно сменились на заботу и спокойствие. Он более-менее привык ко мне, поэтому стал чаще шутить, разговаривать и чем-то делиться. И с каждым днём я становилась сильнее, наша связь крепче, но я понимала, что скоро настанет день, когда нам придётся выйти из магазина к зомби. Еды стало намного меньше, да и воды тоже. Ну и не можем мы вечность тут торчать. Мне страшно выходить в этот мир. Страшно, что потом останусь одна. Рядом с Дилюком на удивление легко, и я бы не хотела, чтобы мы расставались. Этот магазин, да и в целом апокалипсис свёл наши судьбы и сблизил нас. Встретились бы мы в других условиях? Маловероятно, ведь наши жизни кардинально отличаются друг от друга. Но по итогу всё вышло так. И если бы не еда и вода, я бы оставалась здесь, рядом с ним. С Дилюком я чувствовала безопасность, тепло и притяжение. Да, меня к нему тянуло, но в такой ситуации опасно привязываться. Как жаль, что я уже это сделала. Возвращаясь в настоящее время, я ворочалась, пытаясь уснуть, но тщетно. Мысли поглощали сильнее. Дилюк в это время дежурил и смотрел в окно. Я решила подойти к нему. — О чём думаешь? — со спины приблизилась я. — Почему не спишь? — хрипло спросил он. — Я первая спросила. — Погрузился в воспоминания. После Дилюк замолчал. Слабый лунный свет освещал красные волосы, и в этой тьме мужчина выглядел будто сошёл с картины. Даже в таких условиях Дилюк оставался привлекательным. Его длинный хвост, крупные накачанные плечи, аристократичное лицо… Всё в нём так красиво. — Поделишься? — Это… связано с семьёй. Прости, мне больно об этом говорить. — Всё в порядке, я понимаю. Я положила руку ему на плечо и успокаивающе погладила. Дилюк сначала напрягся от прикосновения, но после расслабился и прикрыл глаза. Так продолжалось несколько минут, пока он не подал голос: — Давай вместе поедем в мой дом? — Что? Я не ослышалась? Он действительно этого хочет? — Ты это сейчас серьёзно? — Да. Я привык к твоему присутствию, и мне с тобой комфортно. Не хочу идти туда один. Да и прослежу, как ты усвоила тренировки. — Хорошо. Я, на самом деле, тоже об этом думала, но боялась тебе предложить… — Зря боялась. Я только за. Мы переглянулись. На его лице появилась небольшая искренняя улыбка, от которой у меня задрожали ноги. Его взгляд полон тепла. А мой — полон надежд. И сейчас, под светом луны, я прижалась к нему со спины, пока он поглаживал мои руки. Мы оба надеялись, что останемся живыми. И ничто нас не убьёт.