Veela Inheritance Problems — Проблемы наследия вейлы

Прежде чем постучать в дверь Молли, Гарри быстро принял душ и оделся. Да, то, что теперь перед выходом из комнаты ему нужно было постучать, было довольно иронично, хотя и не доставляло парню ни малейшего удовольствия. Создавалось впечатление, что он оказался в тюрьме... ну или вернулся к Дурслям. Молли открыла ему дверь, хоть та и не была заперта, и отвела его в первую комнату, где уже был накрыт стол на двоих. Только сейчас Гарри осознал, что успел неплохо проголодаться, как-никак уже наступило время обеда. — Миссис Уизли, — начал Гарри за трапезой, не зная, как же спросить то, что его заинтересовало, — а зачем я должен использовать все эти гели? Ну, я понимаю, что это для того, чтобы скрыть запах, но... зачем его скрывать? И почему именно сейчас? Или это нужно будет использовать всё время? — О Мерлин, нет, конечно! — ответила Молли. — Семьи, в предках которых отметилось магическое существо, невероятно гордятся этим фактом. Это показатель того, что их магия сильнее, что они могут использовать навыки, недоступные обычному волшебнику или же ведьме. И отмечать факт столь полезного родства считается почти обязанностью. Однако не стоит забывать и о том, что, несмотря на происхождение, они ни в коем случае не животные. Соответственно, это накладывает на их поведение некоторые ограничения. «Сезон помолвки» — это чистой воды необходимость. Уверена, что ты и сам это почувствовал. Что-то вроде пробуждения дремлющей до этого части тебя, так ведь? И я абсолютно уверена, что и мистер Малфой ярко демонстрировал свою внутреннюю сущность. Гарри почувствовал как запылало его лицо, и Молли не могла не улыбнуться этой невинности. — А теперь представь, что эти собрания перестали проводить. Это был бы хаос. Доминанты, которые не ограничены временными рамками, а потому могут преследовать понравившегося им партнёра всё время, и претензии на сабмиссивов не будут переставать предъявляться ни на минуту. Ну а остальное, полагаю, додумать в силах и ты сам... ну, просто представь, что бы произошло, войди ты в Большой Зал, который полон ничем не ограниченных доминантов. Гарри был уверен, что только что открыл новую для себя глубину красного, которым могут гореть его щёки. Молли сделала вид, что не заметила никаких изменений, и продолжила объяснения. Она понимала, что чем раньше мальчик поймёт происходящее, тем лучше для него же. — Теперь, когда заявлены претензии, как того требуют традиции и природа, для любой юной леди... или же джентльмена будет считаться крайне неприличным ходить вокруг да около и выставлять себя напоказ. Именно для возможности закрепления помолвки вейлы и перестают использовать все эти специальные продукты, однако сразу после это становится обязательным. — О... — вот и всё, что смог из себя выдавить Гарри. Для него всё сказанное никак не желало собираться в цельную картину или же обретать хоть какое-то подобие смысла. То есть сперва аристократы ведут себя как животные, участвуют в той дикой охоте, после чего всему миру объявляется о том, что этой ночью у них уже всё... произошло. Ну а потом он должен доказать, что может быть настоящим джентльменом и вести себя так, будто ничего необычного и не произошло, а помолвка с Малфоем произошла сама собой. — Итак... — начал он нерешительно, — это значит то, что в течении дня я буду вести себя максимально достойно в светском обществе вейл, а потом, наедине с Малфоем, смогу быть... вейлой? Только для него? — Проще говоря, да, — кивнула Молли. Она видела то, как Гарри пытается разобраться во всём этом, однако это отнюдь не просто. Как можно словами объяснить этот конфликт между гордостью за свою чистокровность и гордостью за примесь в эту самую «чистую» кровь? Они продолжили трапезу, пока Молли изо всех сил старалась ответить на миллионы вопросов, которые возникли у Гарри после обретения его второй сущности. Однако вопрос о том, почему же у него пробудилась эта кровь и, главное, когда же в его предках отметились вейлы, так и остался без ответа. Альбус Дамблдор и десятки других вейл со всем возможным усердием пересматривали книги по генеалогии, пытаясь найти эту неучтённую побочную линию, которую и возродил, судя по всему, своим появлением Гарри. ~ o ~ Нарцисса была полностью погружена в свои мысли. Она провела весь день, разговаривая с множеством вейл, с какими только имела какую-либо связь. Дело дошло даже до разговора с Высшими советами Англии, Франции и Норвегии. Тем не менее, никто не сообщал о пропаже мальчиков или же связях с родом Поттер. И именно поэтому единственным вариантом оставалась его мать-грязнок... маглорождённая. Однако ни один маг с кровью вейл не может быть маглорождённым! Да в таких семьях даже сквибы не рождались! Ну, конечно, ходили слухи о кузене Молли... или Артура, однако в роду Уизли вейловская кровь почти исчезла. Нарцисса покачала головой, заставляя себя сосредоточиться на действительно важном. Родословная сабмиссива обязательно должна быть установлена, ведь в том случае, если этот аспект так и останется неизвестным, то в будущем может создать слишком много непредвиденных политических последствий. Забини уже говорили о женитьбе одного из будущих детей Драко на одном из их будущих внуков. И ведь это лишь первое предложение. К Люциусу также уже успели обратиться две разные семьи, готовые поддержать в этой войне сторону рода Малфой. Те семьи, которые доселе оставались убеждёнными нейтралами. Да даже представитель Высшего совета Британии задавал вполне однозначные вопросы о том, где же в войне они найдут себе место в этот раз, что давало понять, что в этот раз к конфликту присоединятся и вейлы... На Нарциссу накатила слабость. Она всегда знала, что титул леди Малфой вызывал невероятное уважение, как в мире волшебников, так и в сообществе вейл. Однако то уважение, что она ощущала на себе всё утро... оно превосходило всё, что она испытывала прежде. Женщина открыла ещё одну книгу по генеалогии, желая наконец докопаться до тайны происхождения сабмиссива своего сына. Стук в дверь заставил вздрогнуть. ~ o ~ У Сириуса уже звенело в ушах, а Римус всё разглагольствовал о тех чарах, которые он кинул в Малфоя так, будто Драко этого не заслужил. Тот самый Малфой, который всё ещё не пришёл в себя, и не приходил даже тогда, когда его бесчувственную тушку левитировали через кучу залов Хогвартса, прямиком в комнаты, которые занимали его родители. Сириус вернулся в свою человеческую форму, после чего Римус вежливо постучал в дверь и дождался их открытия. Ледяной взгляд, которым их смерила женщина и приподнятая в немом вопросе бровь сказала Сириусу крайне многое и смогла добиться успехов там, где все лекции Римуса оказались бессмысленны. Он действительно начал допускать мысли о том, что парень вполне возможно обошёлся бы и без этих чар... Однако спустя секунду ледяной взгляд исчез, как будто и не бывало, а Нарцисса улыбнулась нежданным визитёрам. — Мистер Люпин, Сириус, — сказала легко и весело женщина, немного отступив в сторону и позволяя гостям войти, — прошу, входите. Я и не догадывалась о том, что вы решили остановиться в Хогвартсе. — Мы прибыли совсем недавно, моя дорогая, — улыбнулся Сириус после того, как они опустили на диванчик тело Драко, — посчитали, что во всём этом безумии для Гарри не станет лишним присутствие рядом кого-то, кого можно считать семьёй. — И... — подсказала Нарцисса, ненавязчиво кивнув на тело сына. — И что, моя дорогая сестра? — наивно попытался перевести тему Сириус, кидая на женщину взгляды «Я-Совершенно-Не-Виновен-Ни-В-Чём». Римусу как никогда захотелось ударить друга побольнее. — Сириус Орион Блэк! Даже думать об этом не смей, мой дорогой братишка, — на секунду сорвалась, однако почти сразу же пришла в себя Нарцисса, — однако я желала бы узнать причину, по которой мой сын сейчас лежит на моём диванчике без сознания. — О, ничего такого, он просто использовал на Гарри «Зов», — это было сказано таким тоном, будто подобное происходит повсеместно и ежедневно. Римус начал задумываться над тем, чтобы вместо обычного подзатыльника запустить в друга с размаху статуэткой или опустить случайно на голову вазу. — Какой странный побочный эффект, правда? — ирония так и лилась из уст Нарциссы. — Ну... — начал Сириус, однако Римус решил дать тому шанс на жизнь, которая будет длиннее нескольких секунд. — Юному мистеру Малфою удалось выманить Гарри подальше от нас, Дамблдора и прибывшего сопровождающего. Когда мы всё осознали, пара зашла уже достаточно далеко, а потому нас никто не узнал. Из-за угрозы со стороны юной пары нам пришлось достать палочки и атаковать на опережение. И они чуть было не устроили полномасштабную атаку. — Они? То есть оба? — Нарцисса была немало удивлена случившимся. Обычно сабмиссив полностью сваливал всю борьбу за их семью на доминанта. Хотя да, было бы глупо ожидать того, что всё пройдёт как обычно, это же Гарри Поттер. — Именно. Оба. Их глаза изменились, появились когти, парни начали на нас рычать. Неловкая ситуация сложилась, должен признать, а что уж дальше будет... — попробовал прояснить ситуацию Римус. — Не думаю, что случится что-то совсем уж выходящее за всяческие рамки, — улыбнулась Нарцисса, желая забыть тот факт, что её сын всё ещё был околдован. В голове не к месту возникали картины похожей ситуации, только тогда её отец «обезвреживал» Люциуса. Хотя другим об этом знать совсем не стоит, — однако это ещё больше меня заинтриговало. Мне и вправду интересно, откуда же в мистере Поттере появилась кровь вейл. О появлении этих существ в родословной его семьи ничего не сказано, и я не могу найти даже ссылок на подобное. А потому появляется другой вопрос: что вы можете поведать мне о его семье со стороны матери? — Это то, что интересует и нас, — вздохнул Сириус, — насколько я помню, вейла не может быть вместе с магглом, а Лили определённо была обычной магглорождённой. Да, она была весьма талантлива, но не более того. — Если ты так считаешь... — рассеяно ответила женщина. — Нарцисса! Мы вообще-то сейчас обсуждаем достаточно важную тему — происхождение матери твоего будущего зятя, — Сириус нахмурился. — Сириус, и не думай начинать, — женщина обречённо застонала, — я ни в коем случае не желала высказаться пренебрежительно, а лишь заметила, что ты, мой дорогой братец, можешь располагать неполной информацией. Вот и всё. Что, если Гарри не родной сын Поттера? Ну, я имею ввиду, что его вполне могли усыновить. Сириус нахмурился, размышляя об этом варианте. Да, при других обстоятельствах он бы уже демонстративно оскорбился, однако сейчас Нарцисса была права. Кровь вейл из ниоткуда не может появиться. — Нет. Мы были там, когда Гарри только появился на свет. Он определённо пах так, как должен ребёнок Джеймса и Лили, — вмешался Римус, после чего заметил гору книг по генеалогии на столе и, желая рассмотреть получше, подошёл ближе, — можно? — Конечно, — кивнула Нарцисса, — я изучаю все эти книги часами, но так и не нашла ни единой ссылки ни на мистера Поттера, ни на пропавшего ребёнка-мальчика в Британии. Собственно, как и в остальной Европе. — А что насчёт девочки, пропавшей примерно пару десятилетий назад? — спросил Римус, пролистывая одну из книг. — Пока мы только начинаем поиски в этом направлении. — Мы? — Сириус был удивлён. — Да, дорогой братец, мы, — Нарцисса бросила на него многозначительный взгляд, — Совет вейл ведёт крайне строгий учёт каждого ребёнка, который был рождён в семьях с кровью вейл. Ещё три дня назад я с уверенностью могла сказать, что наши записи идеальны, сейчас же это несколько... не соответствует реальному положению дел. Так что узнать происхождение столь могущественного сабмиссива стало делом чести для многих из нас. — Есть ли у Совета теории, хотя бы примерно объясняющие, откуда это в Гарри? — спросил Сириус. Однако прежде чем Нарцисса успела ответить, легкий перезвон возвестил о том, что настало время обеда. Решив, что лучше будет продолжить разговор вечером, они разошлись по своим делам. Нарцисса отправилась к Люциусу в тот зал, где обедали семьи вейл, а Мародеры на кухню, где присутствие сбежавшего преступника Сириуса Блэка не вызвало бы переполоха. После трёх часов дня школьные врата были открыты. Многие репортёры поспешили занять себе места на грядущей пресс-конференции. Надёжно спрятавшись за одним из витражей, Гарри пытался узнать хотя бы кого-то из присутствующих. — Некоторые из них кажутся знакомыми, но остальных я вообще не узнаю. Например вот её я никогда раньше не видел, — сказал он, указывая на богато одетую волшебницу. — Это Сандра Уильямс, дорогой, — миссис Уизли бросила взгляд на журналистку, на которую указал Гарри, и вновь начала поправлять его плащ и волосы, — она, как таких называют, «социальная бабочка». Пишет исключительно для глянцевых журналов, освещая кто с кем встречается, кто вышел замуж, кто устраивает бал, и кто во что одет. Ну, знаешь, вся эта, несомненно, «важная» информация, — добавила она, видя интерес Гарри к теме. Парень рассмеялся над тоном, которым было сделано уточнение. Было до боли очевидно, что же Молли думает о всех них и, если говорить честно, то и он сам разделял её точку зрения. Миссис Уизли вновь проверила его внешний вид. Ему снова сказали надеть ту мантию-лодочку, на которой теперь был и герб рода Поттер. — Пойдём, дорогой, — сказала она, открыв дверь и проверив зал на предмет неприятных сюрпризов, — нас ждут в Большом зале. Ты входишь вовнутрь и становишься с другими сабмиссивами. Немного попозже я присоединюсь к тебе. Наше объявление будет последним, потому что организаторы сомневаются, что кто-либо будет слушать любые новости после того, как прозвучит твоя фамилия. — Эм... да, хорошо, — Гарри отчаянно пытался всё запомнить, однако понимал, что совсем скоро у него лопнет голова от обилия новой информации. Это было слишком... слишком! Теперь, как будто так и должно быть, он направлялся в зал, полный репортёров, хотя все инстинкты кричали ему бежать прочь. Гарри начал безмолвно молиться о скорейшем окончании всего этого. ~ o ~ Пэнси переступала с ноги на ногу и осторожно оглядывалась, желая понять, не смотрит ли кто на неё. Довольно скоро она поняла, что всеобщее внимание приковано к выступающему. Гарри Поттер же всё это время стоял всего в нескольких футах от неё. Его внимание было полностью сосредоточено на столе в другом конце зала, а потому девушка свободно могла двигаться. Медленно шагая и следя за тем, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания, Пэнси осторожно встала прямо позади Гарри и, после двух не шибко удачных попыток, наконец смогла засунуть парню в карман маленький браслет. Её сообщник уверил её, что на побрякушке лишь лёгкий Конфундус. Убедившись, что браслет на месте, она почти беззвучно пробормотала слова, активирующие заклинание, после чего попыталась привлечь внимание Гарри. — Полагаю, мне стоит тебя поздравить, — ласково начала Пэнси. — Эм... да, спасибо, — вежливо ответил Гарри, бросив на неё недоумевающий взгляд. — Это так здорово, что ты сегодня здесь. Помолвка и всё такое... — словно разговаривая сама с собой, продолжила Паркинсон, — подумать только! А ведь это всё случилось благодаря отработке, на которой тебе поручили собрать компоненты для зелья. Профессор Снейп наверняка был благодарен за сбор столь важных ему ингредиентов, — Пэнси старалась как можно чётче выделить некоторые слова. — О нет, — глаза Гарри расширились, когда он вспомнил о забытой в лесу корзинке, — я их так и не принёс! — Гарри, это же просто ужасно! — изображая глубокое удивление, выдала Пэнси. — Ты же и сам должен понимать, каким злым может быть профессор, особенно, если его проигнорировать. Ты обязан исправиться. — Но как? — в отчаянии спросил Поттер. — Если ты сейчас же тихо улизнёшь отсюда, твоего отсутствия никто не заметит, а потом ты как раз вернёшься. И ты успеешь принести необходимые травы до того, как профессор Снейп их хватится. — Я не... — Иди, — настояла Пэнси, — я тебя прикрою. На долю секунды Гарри задумался. Это и впрямь звучало убеждающе, а он был обязан принести ингредиенты. Снейп сдерёт с него шкуру живьём, если Гарри не выполнит задание. Нужно идти. Сейчас нет ничего важнее. И, разумеется, он успеет вернуться вовремя. — Да... спасибо, Пэнси, — уже на выходе из Большого зала прошептал он. Оказавшись на улице, Поттер бегом бросился в Запретный лес и даже не заметил, как ещё один человек покинул замок и отправился вслед за ним. В это время Пэнси улыбнулась. — Гарри, дорогой, я была только рада помочь. Так рада, — пробормотала она, пробираясь к главному столу. Вступительная речь подошла к концу, и присутствующим уже было объявлено о единственной свадьбе сезона. Настал черёд помолвок. От Пэнси не укрылось то, как представители прессы украдкой поглядывают вокруг. Они понимали, что сперва будут объявлять о не самых громких помолвках, однако уже успели заприметить в числе доминантов одетого в специальную мантию Драко Малфоя и с нетерпением ожидали имени его суженого. Момент славы Пэнси Паркинсон неумолимо приближался. И вот... Поднявшись со своего места, Люциус Малфой подошёл к главному столу, тогда как Нарцисса и Драко с нескрываемой гордостью заняли места за его спиной. — Я, Люциус Абрахас Малфой, имею честь заявить, что нынешний сезон не прошёл бесследно для рода Малфой. Хочу представить вам... — Пэнси Паркинсон. И я уже ношу под сердцем ребёнка Драко Малфоя, — объявляя свою великую новость, девушка выскочила вперёд. Её довольная улыбка не угасала ни на секунду, пока толпы фотографов спешили запечатлеть её на снимках. В зале воцарился хаос. Тем временем Молли Уизли взволнованно озиралась, пытаясь отыскать своего подопечного. Однако Гарри Поттера нигде не было.