Безмирная

      “Мы могли его убить” — заметила драконница, когда мы вынырнули из вод Моргулдуина и двинулись обратно, к оставшимся там воинам людей и фэйри. Я позволила ей нести нас, желая оказаться там как можно быстрее.       “Я думала ты больше меня хочешь, чтобы он страдал”       “Слишком долго я мечтала увидеть его мертвое тело” — задумчиво ответила Кабаэль и добавила, после недолгих размышлений. — “Ты поступила правильно. Он это заслужил”       На поле боя было тихо. Люди продолжали стоять с мечами наголо, но не нападали. Часть фэйри была обездвижена. Кое кто погиб. Но сейчас между двумя расами застыли Арагорн и Теолин. Каждый предводитель сдерживал свой народ, прекращая бессмысленное кровопролитие. Гэндальф уже занимался хоббитами, намереваясь доставить тех в Минас-Тирит как можно быстрее. Леголас все еще держал в заложниках Дариэллу, но, увидев драконницу, наконец опустил оружие. Девушка не двигалась, пристально следя за нашим приближением.       Кабаэль мягко приземлилась на свободное место. Я чувствовала, что за прошедший день – и многие другие до него – она устала. Сказав, что ей пора отдохнуть, я вернулась в свое тело, первым делом бросаясь к Леголасу. Эльф уже полностью оправился от влияния водной магии, поэтому его объятия были так же крепки, как и прежде. Сбросив с себя плащ, Леголас накинул его на мои плечи, прикрывая наготу, а затем спросил:       — Карвер?..       Я только покачала головой. Дариэлла все еще стояла на коленях, холодно смотря на меня. Если внутри нее и боролись противоречия, я этого не видела. Она не нападала, но и не собиралась возвращать наши прежние отношения. Впрочем, как и я.       — Не будь ты последней фэйри воды, я убила бы тебя за вред, который ты причинила Леголасу, — проговорила я, смотря на нее с высоты своего роста.       — Ты убила многих фэйри, которых я знала, — вскинула голову она. — За это я убила бы твоего эльфа не задумываясь.       — Встань и иди к своим друзьям, — с угрозой в голосе велела я. Несмотря на свою магию, Дари была не в том положении, чтобы сопротивляться, поэтому быстро встала, возвращаясь к остальным фэйри. Я подошла к Теолину, все еще не зная, как теперь относиться к нему, но у нас еще будет время все обсудить. Сейчас нужно разобраться с фэйри.       — С этого дня вы свободны, — провозгласила я. — От всех клятв, от Карвера.       — Где он? — послышался выкрик из толпы.       — Мертв, — отрезала я, решив, что знать правду им необязательно. — Больше вы никому не подчиняетесь, можете выбрать любой мир, который только захотите. Но, — продолжила я, не скрывая предостережения в своем голосе. — Средиземье вы должны покинуть. — Я перевела взгляд на Теолина, добавив с легким сожалением. — Все.       Никто не произнес ни слова. В глазах Теолина я увидела понимание, никакой обиды. Я не могла поступить иначе. Для других фэйри теперь именно он был главным, он их поведет. Куда пойдет Теолин, туда и они. Даже если бы он хотел, я бы не позволила ему остаться.       — Ты останешься здесь? — спросил Теолин так, будто бы не знал ответ.       — Средиземье – мой дом, — просто ответила я. — Возможность путешествовать по другим мирам я отвоевала, но едва ли я буду проводить в них больше времени. Откуда пришли фэйри? С Вороньей Высоты?       — Как они сказали, именно оттуда. Туда мы и направимся. — Теолин внимательно смотрел на меня. — Нам нужно будет поговорить наедине. Встретимся там?       — Договорились. — Я помедлила, думая, спросить его сейчас, или когда мы будем одни. В конечном счете, решив, что намерения Теолина – не тайна, я задала вопрос. — Ты все еще хочешь возродить мир фэйри?       Краем глаза я заметила, что по рядам фэйри прошел шепоток. Несомненно, каждый из них успел повидать, во что превратился некогда прекрасный волшебный мир, и теперь они не верили, что кто-то может захотеть вернуть былое. Что это возможно. Не уверена, что все фэйри захотят последовать за Теолином, но руководство ими – не моя забота.       — Я это сделаю, — кивнул воин, оглядывая своих соплеменников и повышая голос. — Я приму помощь любого, кто ее предложит.       Фэйри еще должны были все обсудить, принять решение, и я оставила их заниматься этим, отходя к людям и Братству Кольца. Арагорн уже собирал своих воинов в путь, отдавая распоряжение. Своих павших братьев гондорцы и роханцы оставлять не собирались, и теперь наиболее сильные грузили их на импровизированные носилки, чтобы после придать земле и огню со всеми почестями. Гимли, будучи сильнее многих людей, тащил одного из погибших в одиночку.       — Все позади, — немного рассеяно, будто не веря своим собственным словам, произнесла я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Мы свободны.       — Остатки зла все еще рассеяны по Средиземью, — напомнил Арагорн, услышав мои слова. — Но главный враг повержен. — Он посмотрел на меня и легко улыбнулся. — Оба.       Я улыбнулась, представляя, как король людей вскоре объединит все народы Средиземья на своей коронации. И свадьбе.       — С Арвен все в порядке, Арагорн, — сказала я, понимая, что мужчина будет думать об этом еще долго, если я его сейчас не успокою. В глазах короля отразилась благодарность и облегчение. Теперь он мог сосредоточиться на своих обязанностях, свои людях.       — Куда вы направитесь? — спросил бывший Странник, когда ко мне подошел Леголас.       — У меня есть дела в Лихолесье, — начал принц, а я вдруг похолодела. — Гимли тоже хотел вернуться в Эребор…       Дальше я его не слушала. Воспоминания вонзились в память, хоть я и не видела происходящее собственными глазами. Кабаэль внутри меня застыла, понимая, что еще секунда – и мой гнев обрушится на нее, что я вспомню, сколько всего натворила драконница. Но я осознавала и свою вину в произошедшем, поэтому решила не тратить время на пустые разборки.       — Леголас, — перебила принца я. — Кажется, драконница убила твоего отца.       

* * *

      Как бы ни устала драконница, мне пришлось вновь призвать ее, благо за прошедшие дни она успела окрепнуть и набраться сил и выносливости. Как бы зол ни был сейчас Леголас, быстрее, чем драконница, никто не мог доставить нас до Лихолесья. Кабаэль вела себя как никогда прежде тихо. Она боялась, что своими действиями навредила нам с Леголас больше, чем самим своим существованием. Когда аранен взбирался на драконью спину, я обратилась к эльфу:       “Он мог выжить”       “После падения с такой высоты? Как?”       Я беспокойно думала, что могло спасти короля эльфов, и вдруг заметила краем глаза драконницы Дариэллу. Мои силы воды были еще слабы, едва ли я многое умела. Если Трандуил и выжил, ему понадобится помощь серьезнее той, которую могла предоставить я. Если меня вообще к нему подпустят.       Свои мысли я передала Кабаэль, и та обратилась к Теолину:       — Если эльфийский король еще жив, ему нужен будет целитель. — Она перевела тяжелый взгляд на Дариэллу. — Сильный целитель.       — Спрашивай меня, дракон, — вышла вперед Дари, не сдерживая негодования. — Теолин не мой хозяин, я сама за себя говорю.       — С человеком было так. Не знала, что что-то изменилось, — склонила голову драконница, а я мысленно обругала ее за дерзость. Если мы хотим получить ее помощь, нужно просить. Кабаэль недовольно поворчала, но продолжила. — Я не хотела обидеть тебя, фэйка. Мы просим твоей помощи.       — Почему я должна вам помогать? — резонно заметила она. — Вы убили стольких моих соплеменников, а теперь хотите, чтобы я спасла вашего короля?       Прежде, чем Кабаэль начала нетерпеливо рычать, в диалог встрял Теолин.       — Король эльфов ни в чем не виноват, Дариэлла. Он пострадал так же, как и ты, как и твои друзья.       — Прошу, Дариэлла, — подал вдруг голос Леголас, прежде отстраненно находящийся в своих мыслях. — Помоги спасти моего отца, если это еще возможно.       Кажется, именно мольба аранена пробила девушку. Подумав с секунду, она серьезно кивнула и подошла к драконнице. Кабаэль осторожно опустила крыло, чтобы фэйка смогла безопасно забраться на ее спину, хотя внутри сдерживалась от желания отпихнуть повелительницу воды как можно дальше. Когда оба всадника оказались на спине, драконница бросила быстрый взгляд на оставшихся на поляне и взмыла в воздух, слушая мои указания.       До Лихолесья было порядком 500 лиг, даже дракон мог преодолеть это расстояние только за половину суток пути. Я понимала, что Кабаэль была уставшей, едва ли она смогла бы разом пролететь весь этот путь, да еще и с двумя пассажирами, поэтому, когда мы пролетели немногим больше половины пути, жестко приказала ей остановиться и передохнуть, поохотиться. Эту же информацию я передала Леголасу, а тот уже коротко сообщил Дариэлле о наших планах.       Когда Кабаэль, высадив своих наездников, улетела охотиться, остаться вместе с ними физически я не могла, но могла нырнуть поближе к сознанию Леголаса. Я прильнула к эльфу, осторожно спрашивая позволения, и, получив его, мысленно обняла.       “Мне так жаль, Леголас” — прошептала я. — “Я пыталась ее остановить, но тщетно” — замявшись, я добавила, еле слышно. — “Если бы не я, этого бы не произошло”       “Всему виной Темный Властелин” — оборвал меня принц. — “Я знаю, что ни ты, ни твоя драконница не желали зла моему отцу сами по себе”       “Даже если он жив, тебе придется временно взять на себя его обязанности” — заметила я, памятуя о том, как Леголас отзывался о своем статусе принца и наследника Лихолесья.       “Значит возьму” — коротко ответил он. Я поняла, что сейчас эльф не способен думать о чем-то, кроме своего отца, и покорно отстала, возвращаясь к драконнице. Та уже нашла свою добычу, которая вскоре оказалась в ее желудке.       Когда мы вернулись к нашим спутникам, я невольно заметила, что Дари что-то говорила Леголасу, на что тот лишь отстраненно кивнул. Не знаю, о чем они говорили, но вряд ли об этом стоит беспокоиться.       Наш перерыв длился не больше часа. Драконница, чувствуя свою вину, дала себе минимум времени на отдых и, сразу как немного восстановилась, призвала своих всадников продолжить путь.       Следующие часы тянулись в мучительно медленном ожидании. Хоть Кабаэль и летела изо всех сил, мы оказались в Лихолесье только к рассвету следующего дня. Подлетать слишком близко к дворцу Трандуила было опасно, нас заметили бы дозорные и подняли бы тревогу, поэтому драконница опустилась на небольшой поляне близ тракта Мен-и-Наугрим и позволила мне вернуть тело.       Обратившись, я сразу же закуталась в предложенный Леголасом плащ, накидывая капюшон на голову. Теперь, вновь став хозяйкой своего тела, я могла обвести взглядом лес, в котором прожила большую часть своей жизни. Свой прежний дом.       Несмотря на то, что Саурон пал всего сутки назад, в лесу словно изменился сам дух. Лихолесье все еще оставалось дремучим и мрачным, на голых ветвях деревьев виднелась паутина, сплетенная слугами Темного Властелина, но приглядевшись, я заметила пробивающиеся почки будущих листьев, еще совсем маленькие, но они уже предрекали будущее этого леса. Последний раз я была здесь еще до Битвы Пяти Воинств, когда владения лесных эльфов тонули во мраке смерти, идущей от Дол-Гулдура. Но даже тогда я чувствовала себя дома, находясь в Лихолесье. Сейчас же я напряженно всматривалась в чащу, боясь встречи с лесным королем и его подданными.       Ступая босыми ногами по жухлой траве, холодной земле и сухим веткам, через стопы я словно впитывала вновь все воспоминания, связывающие меня с этим лесом. Перед глазами то и дело всплывали картины прогулок с Тауриэль и Англахэлем, сражения плечом к плечу с Мэнелтором и Леголасом и уроки с Трандуилом на закате, среди цветов и пряной травы, под сенью древних деревьев и пение лихолесских птиц. Все здесь дышало воспоминаниями, большая часть которых теперь причиняли боль и щемящую тоску, окутывающую все мое сердце. Я не могла поверить, что теперь возвращаюсь во владения таура Трандуила. Если эльфийский правитель еще был жив.       — Значит, здесь ты провела свою жизнь, — негромко сказала Дари, рассматривая лес вокруг себя. — Не самое доброжелательное место.       — Только если твои намерения нечисты, — возразила я. — Лихолесью причинили много зла, с которым силы природы не могли справиться сами. Теперь оно возрождается. — Я глянула не девушку через плечо. — Ваша база тоже не была такой уж доброжелательной.       Если мой упрек и задел Дариэллу, виду она не подала. Фэйка вообще держалась тихо всю дорогу, с тех пор как мы покинули поле боя.       Какие бы тяжелые мысли об отце ни посещали аранена, на лице Леголаса все же промелькнула тень улыбки, когда он увидел свой родной лес пробуждающимся. Он знал эти тропы, буреломы и покрытые мхом холмики гораздо лучше меня, поэтому шел впереди, ведя нас ко дворцу Трандуила. Его поступь была столь быстра и легка, что казалось, будто эльф вовсе не касается земли, боясь замедлиться и потерять драгоценное время.       Я невольно задумалась, каковы наши шансы застать Трандуила живым. Эльфы крепче людей, гораздо крепче, но здесь нет медицины современного мира людей, нет даже магии Элронда – едва ли он успел бы прибыть в Лихолесье или, тем более, оставил бы свою дочь одну. Я слышала хруст, от того падения кости короля переломались. Долго ли может протянуть эльф в таком состоянии? И может ли вообще?       Когда вдалеке Леголас заметил патруль лесных эльфов и велел нам остановиться, я надвинула капюшон сильнее, пряча лицо от лишних взоров. Те, кто были на поле боя у Дол-Гулдура вмиг узнали бы эти драконьи глаза и выглядывающие из волос рога.       — Кто идет? — донесся до нас грозный оклик. Четверо эльфов уже вскинули свои луки, держа нас на прицеле.       — Ваш принц, — холодно, поистине королевским тоном ответил тому Леголас, выходя из тени деревьев. — Мой отец. Он жив?       — Nin aranen, — поклонился командир отряда и остальные последовали его примеру. — Таур Трандуил тяжело ранен, он…       — Продолжайте свой дозор, — оборвал его Леголас. Я практически явно почувствовала его облегчение, еще большее нетерпение охватило принца. — Мне нужно во дворец.       — Сейчас по лесу опасно ходить одному, — попытался возразить эльф.       — Ослушаешься приказа своего принца? — зрачки аранена угрожающе сузились. Еще никогда я не видела Леголаса таким властным и жестким. По телу невольно пробежали мурашки. — Саурон мертв, Средиземью больше ничего не угрожает. — Он кивнул на нас. — К тому же, я не один.       Командир принес быстрые извинения, и мы с еще большей скоростью двинулись в дом лесных эльфов. За Леголасом было невозможно угнаться. Я заметила, что Дари, чья физическая подготовка и выносливость уступает той, которой наделены и обучены лесные эльфы, с трудом поспевает за ним. Мой маневр был едва заметным, но девушка все же почувствовала, как ее поступь стала легче, а воздух вокруг податливей. Несколько мгновений она напряженно смотрела на меня, после чего кивнула, и я даже заметила искру благодарности в ее взгляде.       Когда мы подошли к вратам, мои нервы были натянуты до предела. Я ступала осторожно, держась позади Леголаса. Капюшон закрывал обзор, я мало что могла видеть, но голос стражника я узнала сразу же.       — Леголас? — Мэнелтор подошел к другу, крепко того обнимая. — Рад видеть тебя живым. Я отведу тебя к отцу. — Услышав паузу, я точно почувствовала, как генерал Лихолесья изучает взглядом нас с Дариэллой. — Кого ты с собой привел?       — Это фэйри, — глухо ответил другу аранен. — Они помогут исцелить отца.       — Фэйри? Но Эйлин…       — Разговоры могут подождать, — подала голос Дариэлла. — А ваш король – нет.       Выглянув исподлобья, я увидела, что колебавшийся эльф наконец кивнул и повел нас внутрь дворца. То, что Трандуил пережил уже целую неделю, говорило о том, что теперь с ним точно все будет в порядке. Мы с Дари спасем его. И я заглажу свою вину. Пока мы шли по мертвецки тихим коридорам дворца, я невольно улыбалась. Как бы то ни было, это место оставалось моим домом. Я знала здесь каждый уголок. Дариэлла во все глаза смотрела по сторонам. Она видела современные постройки людей в своем мире, но никогда прежде не видела подобных решений, где природу не уничтожали, чтобы создать строение, здесь все подстраивали под рельеф и деревья, внося минимальные изменения. Совместная работа эльфов и гномов была прекрасной.       — Ничего не понимаю, — начал разговор Мэнелтор, пока мы шли к покоям Трандуила в самой глубине дворца. — Ты же был на совете Элронда, должен был идти к Мордору, где ты нашел еще фэйри и почему с вами нет Эйлин?       — Уверен, что нет? — подала наконец голос я. Дальше скрываться смысла не имело.       Кроме генерала никого вокруг не было. Я не сняла капюшон, но приподняла его, чтобы видеть пораженное лицо развернувшегося ко мне эльфийского воина. Сейчас он мог лишь видеть краешки моих глаз, но не более.       — Эйлин? — недоверчиво переспросил он. — Я даже не узнал тебя.       — Неудивительно, я же скрыла лицо, — закатила глаза я.       — Твой запах, — покачал головой эльф. — Он теперь иной. Твое присутствие ощущается…иначе. Почему ты в капюшоне?       Он как будто сомневался в чем-то, но не решался сказать. Я не знала, как мне их развеять, да и смысла в этом не было – скоро все Лихолесье узнает, кто чуть не погубил их короля. На поддержку Леголаса сейчас я не слишком рассчитывала. Его ничего не волновало, кроме жизни его отца.       — С нашей последней встречи я несколько изменилась, Мэнелтор, — все же сказала я, радостно приметив впереди знакомую дверь в покои таура.       Мы вошли тихо, чтобы не потревожить покой правителя. Спустились по ступеням, к спальне, и застыли не мгновение. В его покоях было не протолкнуться. Я редко видела слуг в комнатах Трандуила прежде, но сейчас их здесь было даже слишком много. Они помогали нескольким эльфийским лекарям. Один из них стоял над столом, где прежде стояло вино таура, и что-то смешивал. Вокруг него стояли десятки разных баночек с неизвестной мне жидкостью и травами. Другие два врачевателя кружили у кровати Трандуила, следя за его состоянием.       Едва мы оказались в помещении, все замерли, заметив среди вошедших принца Лихолесья. Все как один уважительно склонились перед Леголасом, но тот уже в два шага оказался у кровати отца, не обратив на светские условности никакого внимания.       — Что с ним? — тут же спросил он, пока мы топтались на пороге, не решаясь подойти. Я боялась увидеть, что сотворила с королем драконница. Несмотря на то, что она отдыхала, я почувствовала, что переживает она не меньше меня, поскуливая как побитый щенок.       — Во время битвы на вашего отца напал дракон, — осторожно начал целитель. — Он упал с большой высоты, десятки костей переломаны, он истекал кровью.       — С того боя прошла неделя, почему он все еще неподвижен? — Я видела, что Леголасу стоит больших усилий оставаться хотя бы немного спокойным. Не знаю, удивило ли целителей то, что аранену известна точная дата произошедшего сражения, но виду они не подали. — Он приходил в сознание?       — Не думаю, что это можно так назвать, мой принц, — покачал головой все тот же лекарь, до нашего прихода смешивающий травы. — У него была сильная лихорадка. Кровь была везде, возможно, и внутри. Многие сломанные кости могли начать срастаться неправильно. Мы не уверены в том, насколько глубоки повреждения. — Он беспомощно развел руками. — Мы делаем все, что в наших силах.       — Ваши услуги больше не нужны, — подала голос я, собираясь с силами. Лекари и служанки удивленно посмотрели на меня. Некоторых эллет я даже узнала. Решительно подойдя к постели таура, я рывком сняла с себя капюшон, заставляя всех присутствующих испуганно охнуть и отпрянуть. Я услышала звон стали и мрачно подняла взгляд на Мэнелтора. В глазах генерала плескались неверие и страх.       — Я уже видел эти глаза, — произнес он, полностью обнажая меч. Эллет молча жались к стене, не желая оказаться между нами. — Дракон, что напал на короля обладал такими же глазами. — Мэнелтор направил на меня острие клинка. — Ты пыталась убить таура Трандуила, Эйлин?       Я ничего не могла сказать в свою защиту. Он был прав. Произошло именно это. Никакие мои слова не смогут оправдать меня в глазах генерала, преданного своему королю.       — Опусти меч, Мэнелтор, — приказал Леголас, отходя от отца и закрывая меня собой. — Все сложнее, чем ты думаешь. И мы все решим, но сначала фэйки вылечат отца, пока еще не поздно.       — Ты хочешь доверить им лечение короля после того, как бывшая королевская защитница, клявшаяся защищать таура от всего, сама едва его не погубила? — прищурился Мэнелтор, не спеша выполнять приказ Леголаса.       — Если после объяснений все еще будешь хотеть меня казнить – валяй, — вздернула подбородок я и рукой остановила аранена, который уже собирался возразить. — Но сейчас, прошу, позволь спасти Трандуила и исправить свою ошибку.       Еще несколько секунд Мэнелтор колебался, но все же опустил меч, отходя на шаг. Дариэлла тут же приблизилась ко мне, и теперь мы обе впервые посмотрели на бессознательного короля эльфов.       Он был бледен как белый снег на вершинах Мглистых гор. Его истинное лицо больше не скрывала магия, и я вздрогнула, впервые увидев шрамы короля так близко. Я откинула одеяло, с ужасом изучая изуродованное тело таура. Местами кожа приобрела серый оттенок, на теле тут и там багровели кровоподтеки. Несколько таких – особо крупных – могли быть внутренним кровотечением, которое врачеватели Лихолесья лечить не умели. Если кости на руках и ногах целители могли привести в правильное для сращения состояние, о внутренних такого сказать было нельзя. В некоторых местах, на ребрах, я видела очертания поломанных костей. Трандуил упал на спину. Страшно было представить, как выглядела она и как его вообще смогли сюда перенести, не убив при этом.       — Его можно вылечить? — тихо спросила я у Дариэллы, чьи выглядывающие из-под одежды узоры светились голубым. Она уже изучала тело умирающего, искала все скрытые от глаз раны.       — Я не понимаю, как он выжил, — качнула головой девушка. — Его тело так изломано, что он должен был умереть и истечь кровью. — Она взяла мою руку в свою и положила на грудную клетку Трандуила. — Прислушайся к магии, взывай к его крови и узнаешь то же, что узнала я.       — Моя магия воды работает иначе, чем твоя, — беспомощно уперлась я.       — Я не смогу вылечить его одна, — надавила Дари. — Мне не хватит сил.       — Но ты же…       — В его теле слишком много ран, Эйлин.       Я глубоко вздохнула. Возле меня продолжал неподвижно стоять Леголас, слушая наш разговор. В прошлый раз, с Теолином, вода помогла мне. Поможет и сейчас, правда?       Сильнее прижав руку к телу Трандуила, я прикрыла глаза, мысленно молясь водной стихии. Вода была рядом, но не спешила отзываться, я чувствовала противоречия, которые вызывала в ней находящаяся рядом Дари. Девушка, как и все остальные фэйри, подчиняла свою стихию, методично и бесстрастно выполняя свою работу. Я же чувствовала, как тяжело было стихии, как она билась, не желая быть рабом. Мне пришлось подавить панику, что едва не окатила меня. У нас не было времени переучивать Дари, нам нужно было спасти Трандуила.       Я взывала к водной стихии, прося помочь спасти того, кто умирал по моей вине. Сочувствие внутри стихии боролось со страхом перед водной фэйри. Я не хотела говорить с ней от имени других фэйри, но мне пришлось. Заверив воду, что вскоре все фэйри станут иначе использовать свои силы, что Теолин переучит их, я вновь взмолилась, показывая ей слабо бьющееся сердце короля. Судя по тому, что я знала о медицине, сейчас он был в коме.       Прошли минуты, показавшиеся мне вечностью, прежде чем я словно увидела перед своими глазами то, что происходило внутри Трандуила. Повреждений было так много, что нетронутые участки тела было найти сложнее, чем раны.       — Посмотри на его сердце, — велела Дариэлла. — И в голову.       Я послушно выполнила то, что она сказала, и тут же почувствовала внезапно накатившую слабость. Осколок кости из позвоночника вонзился в сердце Трандуила. Не так глубоко, но стоит его достать, как важнейший орган, качающий кровь во всем теле, тут же прекратит свою работу. Повреждения мозга и черепа были менее заметны, но не менее ужасающи. Я отдернула руку, не в силах больше смотреть на это. Леголас тут же сжал мои плечи, вынуждая посмотреть в его глаза.       — Что с ним? Вы поможете?       Я неуверенно обернулась к Дари, но та выглядела на удивление спокойно.       — Нам потребует больше времени, чем мы надеялись, — фэйка оглядела всех присутствующих в покоях. — Но я знаю, как его спасти.       Тут же все вокруг пришли в движение. Я замотала головой, совсем растерявшись, Дариэлла же в это время быстро начала раздавать указания.       — Целители должны остаться, но эллет пусть уйдут, — она кивнула на Мэнелтора и добавила. — К стражнику это тоже относится. Вам не стоит это видеть.       — Да я как-то и сама не горю желанием, — испуганно пробормотала я. На поле боя я была хладнокровна и собрана, но здесь, когда нужно было спасать чужую жизнь – жизнь Трандуила – исцелением, я вдруг страшно запаниковала. Врачебное дело никогда не привлекало меня в моей человеческой жизни и сейчас мало что изменилось. Я боялась все испортить и помещать Дари. Она то вела себя прямо как заправский хирург.       — Эйлин, соберись! — рявнула на меня девушка и тут же обернулась к Леголасу. — Я бы не хотела, чтобы кто-то еще видел то, что мы будем делать, но нам может понадобиться твоя кровь.       — Моя кровь? — изумленно переспросил эльф.       — Ты его единственный родственник, ваша кровь должны быть почти одинаковой, она ему подойдет, — пояснила Дариэлла, но только я услышала, как она тут же еле слышно прошептала. — Я надеюсь.       Я подняла полные страха и неуверенности глаза на Леголаса. Эльф тут же заключил меня в объятия и поцеловал в лоб.       — Ты справишься, — шепнул он. — Под руководством Дариэллы ты сможешь, и ты ничего не испортишь. Вы спасете моего отца, слышишь?       Пока вокруг нас шли приготовления, эллет и Мэнелтор вышли, но я едва обратила на это внимание. Аранен гладил меня по волосам, шепча слова поддержки. Я удивлялась, как они нашлись у него и как быстро сменилось настроения Леголаса. Теперь, узнав все и увидев отца своими глазами, он верил, что мы с Дари спасем таура, что ему ничего больше не угрожает. Он верил в меня. А я с ужасом ждала момента, когда Дариэлла позовет меня начать.       Случилось это скорее, чем я надеялась.       — Нам нужно ускорить процесс восстановления клеток и сращивания костей, к счастью, за все это отвечает влага, циркулирующая по организму, — начала наставлять меня Дариэлла. — В том числе убрать всю лишнюю плохую кровь из тех мест, где произошло внутреннее кровотечение, и заменить ее на новую, взятую у Леголаса.       От ее слов меня слегка замутило, стоило мне представить, что сейчас будет происходить в покоях Трандуила. В глазах лекарей, услышавших слова Дари, появился испуг. С таким они прежде не сталкивались.       — Ты проходила курсы хирурга? — не смогла удержаться от вопроса я.       — И не только, — кивнула Дари. — Я единственная оставшаяся фэйри воды, мне нужно знать, как я могу использовать свои силы для лечения. А для этого как нельзя лучше подходит современная людская медицина.       — С чего мы начнем? — подходя обратно к телу короля, спросила я.       — С крови.       Дариэлла поманила Леголаса, чтобы тот подошел ближе.       — Нам придется управлять твоей кровью, — предупредила она и добавила, как бы извиняясь. — Это то, что я делала с тобой там, на поле, но сейчас все будет иначе. Нам нужно, чтобы ты не сопротивлялся и доверился.       Эльф не колебался. Быстро кивнув, он сел в подставленное лекарем кресло с другой стороны постели отца. Дари обратилась уже ко мне.       — Чтобы сделать все быстро и не потерять время, мне нужно будет, чтобы ты действовала одновременно со мной.       — Я уже выкачивала из Теолина отравленную кровь однажды, — тут же отозвалась я. — Думаю, смогу повторить это и с Трандуилом.       Дариэлла одобрительно кивнула и подошла к Леголасу. Я же попросила врачевателей принести нам ведро или тазик, который могла бы наполнить избытками свернувшейся крови. Пальцы рук покалывало от волнения и магии, ожидающей вместе со мной команды Дари. Девушка тем временем взяла со стола целителей иглу и выискивала вену на руке аранена. Я невольно хмыкнула, поражаясь, как это походило на медицину людей.       Как только у моих ног оказалось ведро, Дари кивнула, разрешая мне приступать. Глубоко вздохнув, я протянула руки над телом эльфийского короля, нащупывая под кожей едва бегущую кровь. Проследив ее путь по венам и артериям, я последовательно находила внутренние гематомы, воспаленные участки организма. Выводить всю эту кровь через рот короля было бы проблематично, поэтому мне пришлось рискнуть. Я взяла в руки нож, осторожно следуя за зовом магии. Обнаруживая место гематомы, я делала аккуратный разрез, вытягивала лентой испорченную кровь и, погрузив ее в ведро, тут же залечивала рану, используя кровь Леголаса, которую протягивала мне Дари. Таким образом, постепенно, мы наполнили все ведро. Трандуил стал выглядеть еще бледнее, и я испугалась, что мы перестарались. Но Дариэлла, уверив меня, что все идет так, как должно, стала плавно вводить кровь из вены Леголаса в идентичное отверстие на руке его отца. Я затаила дыхание, наблюдая за магическим переливанием. Дари не сводила цепкого взгляда с Леголаса, следя за состоянием аранена. Вскоре его глаза непроизвольно начали слипаться, а тело устало обмякать. Тогда фэйка тут же остановила переливание.       — Наложите повязку на руку принца, да покрепче, — велела она лекарям, а сама уже занималась телом Трандуила, рассредоточивая взятую у Леголаса кровь по всему телу короля.       Я, почувствовав, что моя помощь Дариэлле пока не нужна, быстро поднялась по лестнице и вышла за двери покоев. На страже стоял Мэнелтор и пара эллет, готовые помочь в случае необходимости.       — Сделайте аранену сладкий чай или, если в погребах Лихолесья есть, сок из вишни или граната, — отдала я приказ девушкам, который одна из них тут же бросилась выполнять, даже не ставя под сомнения мои слова и возможность приказывать им.       — Что с Леголасом? — остановил меня Мэнелтор, прежде чем я вновь скрылась бы в покоях.       — Все в порядке, — заверила генерала я. — Он отдал много своей крови, ему нужно восстановиться.       Вернувшись к Дари, я бросила быстрый взгляд на Леголаса. Тот все еще был слаб и бледен, но находился в сознании.       — Нам нужно разобраться с его сердцем, — напряженно сообщила Дариэлла, когда я подошла. — Для сращивания костей нужно много крови, но сейчас кровяных клеток короля не хватит, сердце едва справляется с той кровью, которую мы взяли у Леголаса.       — Мы сможем достать кость из сердца и при этом не убить его?       — Если будем действовать вместе и осторожно – должны. — Несмотря на слова Дари, я чувствовала исходящее от нее сомнение. Здесь, без оборудования людей, мы можем полагаться только на нашу магию, наши ощущения. Ошибка будет стоить Трандуилу жизни.       Первое, что мы должны были сделать, это направить как можно больше крови к сердцу, при этом удерживая ее на небольшом расстоянии, чтобы после запустить в сердце так быстро, как только сможем. Этим занималась Дари, как более опытная и способная контролировать больше потоков крови за раз. Я же должна была вытолкнуть кость из тканей сердца, при этом следя, чтобы та не проткнула что-то другое.       Первоначальный ужас уже отступил, спокойствие Дариэллы заразило и меня. Я благодарила богов за то, что она согласилась помочь и была теперь рядом. Одна я бы не справилась с таким количеством повреждений – магия высосала бы из меня силы раньше.       Я делала все по сигналам Дари. Вот и сейчас я осторожно вытягивала реберную кость из сердца, выталкивая ее покорением крови и жидкостей организма. Магия позволяла мне видеть все внутренности тела Трандуила словно наяву, из-за чего меня замутило, но, проглотив тошноту, я продолжила, пытаясь найти, откуда откололся этот кусок кости. Как только я нашла сломанное ребро, я потянула сильнее, за что Дари тут же на меня шикнула. Вновь замедлившись, я по миллиметру доставала обломок, пока, наконец, он не выскользнул из сердца. Ритм ударов сердца тут же стал рваным, я подняла испуганный взгляд на Дари, продолжая удерживать кость вдали. Фэйка стиснула зубы, беря под контроль кровь, которую качало сердце, и начала процесс заживления.       — Мне не хватает сил, — процедила Дари. — Эйлин, возьми под контроль эти потоки, — она чуть ли не впихнула мне их прямо к кости, не тратя времени на подробные объяснения. — Не давай им приближаться к сердцу!       Я напряглась, распыляя свое внимание на кость и потоки крови. Голова загудела от боли, водная стихия беспокойно бурлила внутри моего собственного тела, пытаясь мне помочь. Краем глаза я увидела, что Леголас, всполошившийся от нашего краткого разговора, попытался подняться из кресла, но я остановила его.       “Не подходи, ты только помешаешь”       Я видела, как Дари старательно, клетка за клеткой, сращивала дыру в сердце. Мои ноги вдруг начали подкашиваться. Контроль такого напора циркулирующей крови давался мне с трудом, моя магия воды была слишком слаба.       — Дари, я сейчас отключусь, — предупредила я фэйку.       — Эйлин, продержись еще несколько минут, я почти закончила, — рявкнула на меня девушка, но я услышала ее словно из-под толщи воды. Все мои силы уходили на то, чтобы следить за процессами в теле Трандуила, поэтому обращать внимания на то, что происходило снаружи я уже не могла.       Как меня поддержал лекарь я даже не заметила. Все плыло перед глазами, с пальцев вылетали искры, а я из последних сил удерживала кость и кровь в грудной клетке Трандуила. Казалось, что прошли мучительные часы, прежде чем я вдруг почувствовала, что из моей власти осторожно забирают вены и артерии, кость выскользнула из стальных объятий моей магии, а я сама привалилась к теплому телу Леголаса. Едва разлепив веки, я успела заметить принца рядом с собой, на полу, около кровати Трандуила. Прежде чем отключиться полностью, я перевела взгляд на сосредоточенную Дариэллу, плетущую нить заклятия, и погрузилась во тьму.

* * *

      Первым, что я увидела, открыв глаза, был потолок со знакомой витиеватой люстрой, созданной будто из корней дерева, что росло над комнатой. Свечи сейчас не горели, но я прекрасно помнила, как переливалось их теплое пламя, когда я лежала на кровати и часами размышляла, пытаясь вспомнить себя саму.       Моя комната словно оставалась нетронутой все эти годы. Мебель была та же, судя по отсутствию пыли и характерного запаха, в ней поддерживали порядок. На мгновение я поверила, что все пережитое после Битвы Пяти Воинств было не больше, чем просто сном, но собственное отражение в зеркале отрезвило мысли, заставляя прийти в себя.       Повернув голову, я уткнулась носом в знакомую бледную грудь. Леголас мирно спал на боку, судя по дыханию – глубоко. Его светлые волосы разметались по подушке, а одна рука крепко обнимала меня, не позволяя выскользнуть из кровати. Слабо улыбнувшись, я теснее прижалась к аранену, прячась от догоняющих меня страхов и тревог. Стоит нам покинуть постель – на меня тут же обрушится все, что сотворила я и моя драконница, все, что мне еще предстоит сделать. Сейчас же я могла оттянуть этот момент и насладиться долгожданным мирным сном с любимым эльфом.       Нашему сну помешал настойчивый стук в двери покоев. Разлепив глаза, я потянулась и подтянула одеяло поближе к подбородку. Леголас же громко окликнул стоящего за дверью и разрешил войти.       На пороге застыл Мэнелтор. Во всем облике генерала сквозили нетерпение и нервозность. Каким бы ни было его донесение, в его важности можно было не сомневаться.       — Таур Трандуил пришел в себя, — сообщил эльф, заставив нас с Леголасом синхронно подскочить на месте. — Он желает видеть вас обоих.       — Ты сказал ему обо мне? — напряженно спросила я, Мэнелтор без лишних слов понял, что я имела в виду.       — Нет, — сдержанно ответил он. — Это ваше дело, я не буду влезать.       Кивком поблагодарив генерала, я едва дождалась его выхода из комнат, после чего подскочила и бросилась к шкафу. Моя одежда оставалась здесь, как будто бы нетронутая временем. Облачаясь в просторное платье, я даже не заметила, как со спины ко мне подошел Леголас. Увидела я эльфа через зеркало, перед которым стояла, и замерла. Его глаза смотрели на меня с тревогой, нежные пальцы расчесывали запутавшиеся пряди волос. Окинув весь свой облик взглядом, я прошептала:       — Странно видеть себя в своем старом платье с этой внешностью. — Издав смешок, я добавила. — Теперь моему лицу не подходят нежные эльфийские платья, нужно обзавестись арсеналом брони.       — Это не так, — мягко возразил Леголас. Он провел пальцами по моему лицу, обвел подушечками грубые рога. — Тебя больше не спутаешь с эльфийкой, это верно, но твои рога изящны, а твоя красота всего лишь стала иной. — Аранен повернул мой подбородок к себе. — От одного твоего вида теперь исходят власть и уверенность, научись этим пользоваться, — он подмигнул и оставил на моих губах легкий поцелуй. — При любом дворе это будет полезно.       Недобрые мурашки пробежали по моей коже от слов Леголаса. Когда опасность, нависшая над жизнью Трандуила, ушла, аранен сразу стал прежним. Его отец перестал занимать все мысли эльфийского принца, его черты лица разгладились, вновь обретая мягкость. Теперь, когда таур проснулся, мне предстояло отстоять себя перед Трандуилом, объяснить ему случившееся. Зная нрав эльфийского владыки, я лишь порадовалась, что он еще слишком слаб, чтобы даже встать самостоятельно.       — Все будет хорошо, — заверил меня Леголас. — Я помогу тебе.       Мы вышли за дверь покоев, где, как оказалось, нас поджидал Мэнелтор. С последнего моего сознательного прохода по коридорам количество эльфов во дворце значительно увеличилось. При виде меня они то и дело переговаривались, не в силах отвести взгляд от моей необычной внешности. Многие из них помнили меня, знали, и оттого еще больнее было видеть знакомые лица, искаженные от страха и усмешки.       “Держи голову высоко, не показывай, что их реакция тебя задела” — Рука аранена на моей спине сжалась. Пока он не сказал, я даже не поняла, что подбородок мой почти встретился с шеей, вжавшейся в плечи. С трудом подавив желание спрятаться, я гордо вздернула подбородок и натянула на лицо настолько надменное выражение, насколько могла.       Я застыла на лестнице уже в покоях короля. Тело никак не хотело подчиняться, воображение рисовало картинки следующих мучительных минут. Аранен терпеливо стоял рядом со мной, давая мне время собраться с силами. Мэнелтор уже спустился и теперь мрачно стоял у первых ступеней.       — Мы не виделись столько лет, Эйлин, — донесся до меня голос, который вызвал дрожь во всем теле. Многие годы этот голос ласкал меня, порой пугал. Даже несмотря на ранения голос короля оставался властным и всеобъемлющим. Казалось, что вот я войду – и Трандуил, как это обычно бывало, будет потягивать из бокала вино, стоя около воды. — Ты не боялась меня тогда, что же изменилось теперь?       Я выдохнула и решительно вышла из-за стены, в два прыжка преодолев остаток лестницы.       — Тогда я не пыталась убить тебя, владыка.       Король лесных эльфов все так же лежал в кровати. Дари сидела чуть поодаль, на кресле, явно отдыхая после прошедшей работы. К Трандуилу начал возвращаться румянец, хоть он и был все еще слаб, назвать его сейчас живым трупом язык не поворачивался. Увидев меня, он приподнялся, а легкая улыбка на лице таура сменилась иным выражением. Здоровый глаз Трандуила скользнул по моим рогам и остановился на глазах. Во взгляде вспыхнула сталь, губы дрогнули, едва сдерживаясь, чтобы не превратиться в яростный оскал.       — Прошу, позволь я… — с отчаянием начала я, но Трандуил перебил меня.       — Я не хочу слышать твоих оправданий. — Его голос громоподобным раскатом разнесся по залам дворца. Не знай о травмах таура, невозможно было догадаться, что голос этот принадлежит раненому. — Попытка убийства своего короля карается казнью.       Прежде чем я успела бы возразить, таур кивнул Мэнелтору, а тот, как будто только и ждал этой команды, тут же подошел ко мне, намереваясь заломить мои руки за спиной. Леголас оказался быстрее своего друга, отрезав меня от генерала.       — Отойдите, принц, — напряженно попросил Мэнелтор. — Я должен выполнить приказ короля.       — Ты ничего не сделаешь, пока король не выслушает нас, — угрожающе предупредил друга Леголас, тут же поворачиваясь к отцу. — Ада, все гораздо сложнее, позволь объяснить.       — Я ничего не хочу слышать! — рявкнул Трандуил, но тут же скривился от боли.       — Осторожнее, Ваше Величество, — подала голос Дари. Кажется, фэйку разворачивающаяся картина только забавляла. — Мы еще не закончили с вашими костями.       Таур бросил быстрый взгляд на фэйку, будто все еще не смирился с тем, что именно я и другая девушка из моей расы спасли ему жизнь. Он отвлекся всего на секунду, но мне хватило этого, чтобы решительно подойти к его кровати.       — Боюсь, у тебя нет выбора, Трандуил, — холодно сверкнула глазами я. — Ты прикован к кровати, а из твоей стражи здесь только Мэнелтор. — Я нарочно приблизилась к нему вплотную, демонстрируя свои драконьи глаза. — Ты выслушаешь меня, и только после этого решишь, что тебе делать с полученной информацией.       Наш поединок взглядов длился не больше минуты. За это время между нами успели промелькнуть все те годы, что мы провели вместе, все совместные тренировки, моменты, когда я ослушивалась его приказов, приводя таура в ярость. Наши жаркие ночи в этой спальне. Дождавшись неохотного кивка Трандуила, я присела на край кровати и начала:       — Мои слова о том, что я пыталась тебя убить, были не совсем верными. — Я рассказывала королю все, без утайки, постепенно подходя все ближе и ближе к событиям у Дол-Гулдура, чтобы таур мог полностью прочувствовать все, что предшествовало той битве. Происходящее живо напомнило мне наши встречи, когда я рассказывала ему очередную историю из мира людей, заставляя Трандуила переживать за персонажей, проживать историю вместе с ними. Теперь же главным героем рассказа была я сама, а кто, если не король, с которым я жила бок о бок столько десятилетий, мог знать меня лучше?       Закончив, я терпеливо ждала решения таура. Он не сводил с меня глаз, заставляя смотреть на изуродованную часть лица, словно напоминая, как он пострадал в своей давней стычке с драконом. Я выдержала и его взгляд, и повисшее в комнате напряжение, от которого воздух вокруг будто бы раскалился.       — И что ты хочешь от меня теперь? — наконец спросил Трандуил. — Чтобы я простил тебя за то, что сделала твоя драконница, подчинившись Саурону? Чтобы я вернул тебе пост королевской защитницы после того, как я чуть не погиб от лап того, что живет внутри тебя?       — Я не жду этого, — покачала головой я. — Всего лишь хочу, чтобы ты понял меня, не держал зла и не казнил за измену.       — Я не могу позволить тебе остаться в Лихолесье, — заметил таур. Мое сердце пропустило удар, к горлу подкатило отчаяние, но я сдержала эмоциональные порывы, покорно склоняя голову перед владыкой леса.       — Если так тебе будет угодно, я уйду, — кивнув на Дариэллу, я добавила. — Как только мы закончим с твоим лечением.       — Ты не можешь так поступить! — встрял Леголас, подходя к кровати отца. — Ада, ты не изгонишь ее из Лихолесья.       — И что же мне помешает? — посмотрел на сына король, приподняв бровь. Аранен взял мою руку в свою, переплел наши пальцы и ответил, заставив расшириться даже мои узкие драконьи зрачки.       — Она моя невеста и будущая аранель Лихолесья.       Уверена, в то время как все мы были напряжены, Дариэлла наслаждалась происходящим и наблюдала с таким интересом, словно смотрела турецкий сериал. Тишина, повисшая после слов аранена, была нарушена лишь ее смешком. Казалось, что фэйка едва сдерживает себя, чтобы не засмеяться в голос.       Трандуил перевел тяжелый взгляд с сына на всех присутствующих.       — Все кроме Леголаса – вон из моих покоев.       Одного слова таура хватило, чтобы лекари и Мэнелтор тут же направились к выходу. Я колебалась мгновение, но Леголас кивком посоветовал мне оставить их с отцом наедине. Обернувшись к Дари, я вопросительно посмотрела на девушку, продолжающую расслабленно восседать на кресле.       — Я должна быть рядом, если королю вдруг станет хуже, — пояснила фэйка.       — Если королю станет хуже, Леголас тут же мне об этом сообщит, — надавила на нее я, заставляя девушку нехотя встать и последовать за мной.       Оказавшись за дверьми покоев, мы неловко застыли посреди коридора. Несмотря на последние пару дней, между нами все еще была пропасть из причиненной боли и страданий, но все же я не хотела иметь врага в лице водной фэйри.       — Спасибо, что согласилась помочь нам, — искренне поблагодарила я, вызвав легкое удивление на лице девушки.       — Как верно заметил Теолин, Трандуил не виноват в том, что сделала ты, — сдержанно ответила Дари.       — Сколько еще продлится лечение Трандуила? — перевела тему я, избегая разговора о базе Карвера.       — Если ты мне поможешь, управимся за пару дней, — рассудила Дари. — Как думаешь, к тому времени Теолин уже придет к порталу с остальными?       — Будем надеяться, — пожала плечами я. — Зависит от того, как они шли. В случае необходимости подождем их в Дейле или навестим Короля под Горой. — Судя по отсутствию энтузиазма на лице Дари, перспектива шляться по ближайшим королевствам не особо ее привлекала. — Кажется, Средиземье тебе не по душе.       — Я не привыкла покидать свой мир надолго, — просто пояснила девушка. — Не знаю, хочу ли я присоединиться к Теолину и восстановить ту серую пустошь, некогда называвшуюся миром фэйри.       — Вряд ли я могу дать тебе здесь совет, — усмехнулась я. — Как видишь, я сама остаюсь в Средиземье.       Дариэлла улыбнулась моим словам, после чего попросила меня показать ей дворец, чтобы скоротать время. Не подавая вида, насколько удивила меня ее просьба, я повела ее за собой, параллельно рассказывая все, что знала о дворце Трандуила.       Леголас нашел нас немногим позже, недалеко от библиотеки, в которую я никак не решалась войти. Дари тут же оставила нас одних и поспешила вернуться к королю, заверив меня, что прекрасно помнит дорогу, а в случае необходимости узнает путь у стражников. Я нетерпеливо посмотрела на Леголаса, желая узнать, о чем они говорили с отцом. Принц мягко улыбнулся, притянул меня к себе и заключил в объятия.       — Надеюсь, ты не думала, что он сможет нас разлучить? — лукаво прошептал мне на ухо эльф. Зажмурившись от нахлынувших эмоций, я растворилась в руках Леголаса и позволила себе расслабиться впервые за долгое время.

* * *

      Мы с Дариэллой подходили к Дейлу, когда увидели солидный отряд гномов, трудящихся вместе с людьми над отстройкой разрушенных на окраине города зданий. На сердце стало легче, когда чуть в отдалении я увидела Торина Дубощита возле молодого мужчины, отдаленно напоминавшего Барда. Припомнив, что Бард в свое время стал королем Дейла, я догадалась, что этот человек – его потомок.       Король гномов был одет просто, словно только что помогал своим подданным строить дом. Седины в его бороде знатно прибавилось, но взгляд оставался прежним – по-королевски властным, но добрым. Было видно, что с людьми Дейла гномы поддерживают хорошие дружеские отношения.       Около Вороньей Высоты мы не обнаружили фэйри, из-за чего и решили отправиться в ближайший город людей. За прошедшие несколько дней мы полностью вылечили все кости и органы Трандуила, так что теперь королю эльфов оставалось только восстанавливаться и набираться сил. При первой же возможности мы с Дари покинули Лихолесье, торопясь успеть вовремя к Теолину и остальным фэйри. Леголасу пришлось остаться в своем лесу, все обязанности короля временно упали на его плечи, и аранену пришлось только стойко их принять.       Памятуя о своем внешнем виде, я глубже надвинула капюшон на лицо. Меньше всего мне сейчас хотелось пугать гномов очередным драконом. Правда, если я хочу заговорить с Торином, раскрыть лицо мне все же придется.       Сейчас, после войны, никто даже не обратил внимание на двух девушек, одна из которых была странно одета, а лицо другой закрывал капюшон. Люди и гномы были слишком заняты восстановлением города, поэтому мы беспрепятственно приблизились к королям. О своей предыстории, связанной с Торином, я уже рассказала Дари, поэтому она покорно следовала за мной, не задавая вопросов.       Правители, заметив наше приближение, насторожились, но нападать не спешили. Краем глаза я заметила, как рука Торина легла на рукоять Оркриста.       — Так вы встречаете своего спасителя после стольких лет, Ваше Величество?       Король под Горой узнал мой голос сразу же, но не сразу поверил в то, что это правда я. Знакомое гномье недоверие промелькнуло на его лице, нахмурив густые брови правителя.       — Эйлин? Я думал, ты погибла, — проговорил Торин. — В тот день, на Вороньей Высоте.       — Мне повезло, — улыбнулась я. — Валар хотели, чтобы я продолжала жить.       — И где ты была все это время? — еще сильнее сдвинул брови к переносице гном. — И отчего не показываешь лица?       — Не здесь, — уклончиво ответила я. — Многое произошло с тех пор, я изменилась. Изменения коснулись и моего лица, и души.       Торин задумчиво смотрел на меня, будто оценивая, верить мне или нет, но в конечном счете его лицо разгладилось и на губах растянулась улыбка.       — Как бы то ни было, я рад увидеть тебя вновь. — Он повернулся к своему собеседнику, представляя его мне. — Это Бард II, король Дейла и правнук Барда Лучника.       — Мою спутницу зовут Дариэлла, — представила я Дари в свою очередь. Не знаю, сколько известно королю людей, но лучше не буду упоминать фэйри в этом разговоре.       — Я слышал истории о вас и эльфийском принце от деда и его сестры, — кивнул мне король Дейла. Он держался скованно, будто еще не привык к новому положению, вероятно, совсем недавно унаследовал престол.       — Не знала, что о нас говорят среди людей, — слегка смущенно засмеялась я, с теплотой вспоминая детей Барда, уже, вероятно, умерших от старости, как и их отец.       — Выжившие в Битве Пяти Воинств постарались, — хмыкнул Торин. — Сама знаешь, все любят истории о подвигах и чувствах.       — Что ж, тогда для меня большая честь стать частью истории Средиземья, — шутливо поклонилась я.       — Ты должна как-нибудь зайти в Эребор, — решительно заявил гном. — Увидеть, как отстроили залы после разрушений, учиненных Смаугом. Ничего великолепнее ты в жизни не видела, уверяю тебя!       — С радостью приму приглашение. Как только закончу с делами, выберусь, чтобы навестить гномов. — Пока я не знала, как расскажу Торину о своей драконьей сущности, внешности, но раз я могу отложить этот разговор – так я и сделаю. — Может, приеду вместе с Гимли после коронации Арагорна.       — Арагорн? — переспросил Бард. — Он потомок Исильдура? Истинный король Гондора?       — Он самый, — подтвердила я. — Арагорн вел войска Рохана и Гондора на битву с Сауроном. Теперь, когда враг пал, пришло время объединить людей.       — Нужно будет отправить делегацию на коронацию, — пробормотал король людей.       — Живя здесь, мы пропускаем столько новостей Средиземья, а ты исчезла куда-то почти на сто лет, и, вернувшись, знаешь больше нас, — заметил Торин. — Еще и с сыном Глоина успела завести дружбу.       — Не только я, видел бы ты их перепалки с Леголасом. — Мои слова заставили короля гномов снова нахмуриться, отчего мне стало смешно.       — Так и отправляй своих гномов на совет к эльфам, — проворчал Торин, но по-доброму. Я знала, что их отношения с Трандуилом все еще оставались натянутыми, но эльфы с гномами больше не враждовали – и это главное.       Еще какое-то время мы говорили с королями и, узнав больше о причиненных орками разрушениях, без совещаний предложили свою помощь. Нам все еще предстояло ждать Теолина, так почему бы не помочь людям?       С магией земли строительство значительно ускорилось. Дари ушла помогать раненым, благо прошло достаточно времени, чтобы ее силы успели восстановиться. Посвятив себя такой работе, я смогла отпустить все тревожащие меня мысли. Работать с полностью натянутым капюшоном я не могла, но блеск моих глаз едва ли мог кто-то увидеть во время работы, так что я сосредоточилась на управлении магией.       К закату, закончив с основным пластом работы, мы с Дари поужинали в местной таверне, после чего, распрощавшись с людьми и гномами, двинулись к Вороньей Высоте, возле которой заметили движение.       Отряд фэйри во главе с Теолином уже поднялся к вершине водопада. Мы проделали этот путь так быстро, как только могли, но фэйри, кажется, и так собирались ждать нас столько, сколько потребуется. Я обвела взглядом всех собравшихся и вновь поняла, что не чувствую себя одной из них. Что среди своих соплеменников я чужая. Правда, можно ли меня назвать сейчас своей в Лихолесье?       Теолин вышел к нам, кинув через плечо распоряжение своим подчиненным. За последнее время мы столько прошли вместе, я так привыкла видеть его в Средиземье, что теперь заметила, как непривычно смотреть на Теолина в том амплуа, в котором я увидела его впервые на базе Карвера.       — Сам знаешь, что нам нужно поговорить, — вместо приветствия сказала я. Фэйский воин кивнул, и мы неспешно направились бродить по лабиринтам заброшенной крепости.       — Я даже не знаю, с чего начать, — мрачно усмехнулся Теолин. — Я скрывал столько, что теперь едва могу вспомнить, что мне удавалось сказать.       — Начни с того, как дважды чуть меня не убил, — посоветовала ему я.       — Не серчай на меня за это, Эйлин, — закатил глаза он. — Видишь ли, так получилось, что я чувствовал всех фэйри, которые появлялись и использовали свои силы на Земле. Вскоре Карвер нашел способ отслеживать их и без моей помощи, и немногим позже я почувствовал тебя. Тогда ты еще не проявила свою фэйскую сущность, но я уже знал, кто ты и какими силами обладаешь.       — Откуда ты мог это знать? — устало спросила я, понимая, что меня может ожидать длиннейшая лекция по истории мира фэйри.       — Такие как ты появлялись и прежде, — начал Теолин. — Вас почти не оставалось к моменту, когда пришел Карвер. Правящая династия следила за тем, чтобы такие фэйри не доживали до возраста, когда им будет сложно противостоять.       — Кто правил фэйри?       — Фэйри воды, конечно же. — Он сказал это так, будто иного варианта и быть не могло. — Вода – то, что дало нам жизнь. Та стихия, которая может победить любую другую. Никто кроме водных фэйри не мог исцелять. — Теолин скосил взгляд на меня. — Представь, какую угрозу представлял для них фэйри, наделенный властью над всеми стихиями. Они не могли этого допустить.       Теолин дал мне время обдумать сказанное, после чего продолжил, возвращаясь к теме моего убийства.       — Тогда я уже сомневался в правильности моего решения, в мотивах Карвера, и я не хотел, чтобы он получил тебя, подчинил и заставил выполнять все свои прихоти. Останься ты в живых – вскоре он нашел бы тебя сам и без моей помощи.       — Но ты отправился в Средиземье, чтобы меня убить, — нахмурилась я. — Как ты понял, что я не погибла в том озере?       — Хоть твои силы я и не чувствовал, пока ты была здесь, но труп в озере рано или поздно нашли бы, не так ли? Я следил за новостями той местности, где ты жила, но вот прошло уже больше полугода, а никто так и не нашел тебя, твое тело. Тогда я и стал подозревать, что вода уберегла тебя и отправила в другой мир.       — Ты мог оставить меня там, спокойно жить, зачем пришел за мной?       — Ты и сама знаешь, — качнул головой Теолин. — ты могла вернуться в любой момент – что и произошло – я не хотел так рисковать, но все же просчитался. Надеялся, что стрела убьет тебя, но недооценил способности эльфов.       — И мою живучесть, — вставила я. Его слова не ранили меня. Я понимала, почему он все это делал, чем руководствовался, и потому не винила его в желании спасти свой народ. Но одно я все еще не могла понять. — Теолин, почему ты предал народ фэйри? Мужчина отвел взгляд, тяжело вздыхая, будто даже спустя столько десятилетий не смог смириться с тем, что сделал тогда. С тем, какую ошибку совершил.       — Как я уже говорил, я был молод. А в молодости, как ты знаешь, чувства острее, а кровь горячее. Я любил. — Отчего-то это откровение Теолина потрясло меня больше всего. Прежде я даже не задумывалась, что он мог любить кого-то, я плохо представляла его в облике влюбленного. Возможно, именно потому, что произошло с ним в прошлом. — И эту любовь у меня отняли. Жестоко и несправедливо. Я озлобился на свой же народ, на их правила и законы. И тогда я нашел портал в мир людей. Случайно, в многодневном походе, куда ушел, чтобы побыть в одиночестве. Там я встретил Карвера, еще молодого, амбициозного. Он загорелся моими историями о мире фэйри, разделил со мной негодование действиями правящей династии. И тогда мы захотели освободить народ фэйри. По крайней мере, так я считал. Карвер, быть может, уже тогда имел корыстные цели, но я их не видел. Немало лет мы потратили на подготовку, на сбор армии. Я знал и о других мирах, в том числе о тех, где у фэйри были враги. И нам даже удалось договориться с некоторыми из них.       — Драконы Средиземья были частью вашей армии? — прошептала я, с трудом веря его словам. Вот, о чем говорил Смауг. И виновный в этом стоял передо мной.       — Были, и это была одна из наших главных ошибок, — отстраненно подтвердил Теолин. — Знаешь, Эйлин, мне чудовищно больно вспоминать о том, как я стал причиной гибели своего народа, всего своего мира. Я не горжусь этим и, если бы мог, изменил бы все, исправил.       — Но ты не можешь, — тихо проговорила я.       — Поэтому я и хочу попробовать возродить наш мир и нашу расу, — кивнул фэйри. — Что произошло дальше, ты и сама знаешь. Все вышло из-под нашего контроля. Силы, которые мы привели, уничтожили даже природу нашего мира, некоторые успели сбежать в другие миры, как ты знаешь, но большая часть погибла.       — Если природа нашего мира уничтожена, как ты хочешь его возродить?       — Помнишь лес? — спросил Теолин.       — Который заколдован и в который нельзя попасть? — скептически приподняла бровь я.       — Я хочу это изменить. Найти способ снять проклятие с леса. Он все еще дышит жизнью, если убрать барьер, природные силы этого леса могут разрастись на весь остальной мир, тем более если использовать фэйскую магию.       — Думаешь, что снять заклятие получится? — с сомнением уточнила я. — Столько веков прошло, никакой информации о нем не сохранилось. Шансы малы.       — Но они есть.       — Такой, значит, у тебя план?       — Конечно, для начала мы будем жить на два мира, но, как сама знаешь, впереди у нас вечность. Успеем что-то придумать.       За разговором я не заметила, как мы вернулись к озеру, около которого толпились остальные фэйри. Я смотрела на них и думала, сможет ли наша раса вновь стать такой, как прежде. Сильной, многочисленной. Могущественной.       — Что ж, — вздохнула я. — Мне не так легко принять и в полной мере осознать все, что ты мне рассказал, я практически ничего не знаю о нашем бывшем мире, но могу сказать одно, — я положила руки на плечи фэйского воина и улыбнулась. — Неважно, каким ты был когда-то давно. Сейчас ты стал достойным лидером. Не знаю никого, кто мог бы справиться лучше тебя с тем, что вам предстоит. Ты сможешь возглавить их, хотя бы временно.       — Фэйри, обладающий всеми стихиями, справился бы с их объединением гораздо лучше, — покачал головой Теолин. — Ты понимаешь все стихии. Ты нашла к ним подход без насилия.       — И смогла научить этому тебя, — лукаво улыбнулась я. — Пойми, Теолин, мой дом здесь, в Средиземье. К тому же, я уничтожила место, которое эти фэйри долгое время считали домом, из-за меня погибли их друзья. Тех же, причиной чьей смерти стал ты, они никогда не знали.       — Не ты ли едва не убила отца своего эльфа, правителя земель, которые приютили тебя на многие годы? Примут ли они тебя обратно?       — Это не так важно, — отмахнулась я. — Мой дом рядом с Леголасом. И только.       Фэйский воин грустно улыбнулся. Теперь я понимала, что он вспоминал свою утраченную любовь. Я хотела было уже обнять фэйри на прощание, как вдруг он добавил, точно вспомнил об этом только что:       — Прежде чем мы уйдем, скажи, вы с драконницей хотели бы разделиться?