Count to a hundred

— Мне все рассказали, — тихо произносит друг детства, стойко выдержав мою истерику. Я громко плакала, била его по груди, спрашивая о справедливости, но боялась отпустить его мантию. Боялась, что он уйдет от меня, отвернется также, как и другие. Мне даже идти больше не к кому. Никто и никогда меня не поддерживал. — Том Реддл? — Да, — он говорил так спокойно, словно мы вовсе не подразумеваем человека, который развязал войну, который ежедневно убивает десятки человек. Я вздыхаю и закрываю глаза, прижимаясь к парню теснее. — Я хочу помочь. — Мне? Или ему? — Кем бы ты не была, ты все еще Марлин. Моя подруга Марлин, которая рано или поздно вернется. Я верю в это, — я усмехаюсь на подобные слова и отстраняюсь, качая головой. — Это невозможно. Мне предназначено стать частью Волан-де-Морта, — поднимаю взгляд, полный сожаления и усталости, на него и растягиваю губы в усмешке. — Все события, которые произошли, указывают именно на это. Я сомневалась, потому что верила в хороший конец, но... это действительно нереально. — Черт подери, — еле сдерживая смех, брюнет сделал несколько шагов назад. Он вздохнул и горько улыбнулся, посмотрев на меня. — Ты ведь Моргана ле Фэй. Знаменитая темная ведьма. Одна из самых сильных за всю историю! Какого Мерлина, ты не возьмешь себя в руки?! — Что? — Я говорю: "Возьми себя в руки, Моргана ле Фэй!" — Блэк неожиданно сокращает все расстояние между нами и больно хватает за плечи, встряхивая меня снова и снова. Я с искренним непониманием смотрела в его серые глаза. Точь-в-точь как у Сириуса. — Борись! Встань и борись! Ты не можешь сдаться, пока у тебя есть возможность! Пока ты жива!       Голова была полностью пуста, пока я слушала Регулуса. Он словно вбивал в меня, что еще рано сдаваться, рано уповать на какую-ту там судьбу и взять все в свои руки. Я прикусываю губу и отвожу взгляд в сторону, ведь все было бы так просто. Просто взять и смириться, идти на поводу у Тома Реддла и... покончить со всем. Так ведь проще. Не надо бороться. Не надо прилагать усилия. Не надо противостоять кому-либо. Придумывать план, идти по головам, но верить, что все окупится.       На плечах вместе с сильной хваткой, от которой наверняка останутся синяки, появилась тяжелая усталость. У меня не было никаких сил противостоять. Смысла бороться тоже не было. Меня уже давно не существует. Никто обо мне не знает. Не знает о том, кто я на самом деле. Также кому я могла верить или доверять? На кого положиться? Все хотят моей смерти на... никчемное благополучие населения этой планеты.       К... чертям все это собачьим! Угроза всегда была, независимо от времен, от людей, от времени. Что-то всегда будет угрожать миру. И это не изменится. Кроме того, сколькими ты пожертвуешь на то, что бы пожить в мире и спокойствии один день. Вот и все.       А я хочу жить. Отчаянно желаю найти свое место в этом мире. Ведь я родилась не просто так. Не для того, чтобы умереть, чтобы стать чьим-то пустым оружием, которое ничего не скажет, когда будут использовать. Не для этого. А именно оружием я являлась всю свою жизнь. В очень умелых руках. — Хорошо, я сделаю это, — киваю несколько раз для большей достоверности, встречаясь с уверенными глазами Регулуса. Он знал, что делал. Я верила в него. — Чем я могу тебе помочь? Что надо делать? — Сейчас ты под присмотром Дамблдора, поэтому попроси его о защите. Я не знаю, какой шаг Темный Лорд сделает дальше. На данный момент, ставка на меня. Он хочет, что бы я привел тебя к Пожирателям. Поэтому тебе не стоит контактировать с моим факультетом, неважно какого курса. Просто не стоит. Всегда находись на виду. Так, что бы тебя видели, и не было проблемы найти. — Подожди, но если я так сделаю, то... тебя могут заподозрить. Ты ведь мой друг детства, поэтому именно тебя послали ко мне. — Он может подумать, что ты избегаешь меня, не доверяешь. Главное — скрыть от него это. Насколько я знаю, Темный Лорд отлично владеет легилименцией. Он считывает твои мысли, воспоминания... все, что ты дашь ему прочитать. Понимаешь? — Я киваю, впитывая каждое его слово в память, чтобы наверняка все сделать правильно. Дамблдор мог научить меня окклюменции. Это гораздо большая защита, чем просто сокрытие мыслей. — Несмотря ни на что, ты должна выжить. — Поняла. — Отлично, — по моему телу проходит дрожь, исходящая от тела парня. И я прекрасно понимаю, как ему страшно. Всего через пару недель он будет дома, где достать его будет слишком просто. И тогда точно не избежать встречи. Я поддаюсь вперед, смыкая руки за его спиной. Чтобы поддержать... хоть как-то. Блэк утыкается носом в мою макушку и крепко сжимает мое тело. — Умоляю, защити Марлин. Прошу тебя. Сделай все возможное для того, чтобы она выжила.

***

      До вечера я тщетно пыталась придумать план действий. То, что бы наверняка меня спасло. Получалось не очень. А обратиться к Дамблдору мешала гордость. Но это вовсе не означало, что я сделала перед Регулусом умный вид, а тут решила блефовать и придумать собственный провальный план. Да, именно провальный. Тут все правильно написано.       Блэк придумал хороший план, хоть и действовать он будет до конца учебного года. Но у меня есть это время для того, чтобы полностью восстановиться. Требовалось закрыть свой разум для Тома Реддла, поглотить достаточно магии для того, чтобы колдовать боевую магию, при этом не лишившись жизни. Легко и просто. — Надо поговорить.       Ребята переглядываются между собой, не понимая, что вообще происходит. Говорила я очень серьезно, но безумно хотелось забыться в алкоголе и пустить все на самотек. Все друзья МакКиннон обнаружились в общей гостиной перед камином. И с ними надо было поговорить раньше всего. Когда Блэк сказал о нахождении на видном месте, я в первую очередь подумала о собственных друзьях.       Понимаю, звучит не очень. Но сейчас рассчитывать больше не на что. Если со мной будет хотя бы двое волшебников, то один, в любом случае, успеет оповестить Альбуса о возможной проблеме. Повторюсь, все легко и просто. Нерешительно гриффиндорцы кивают, удобнее устраиваясь на диванах. — Через пять минут в нашей спальне, — я киваю сама себе, собираясь уже идти, но оборачиваюсь к мародерам. — И, ради всего святого, у вас же есть что-нибудь выпить. Я не смогу вести нормальный диалог, если не выпью чего-нибудь выше сорока градусов.       Возмущенно выдыхаю, словно мне уже отказали во всех моих идеях, и ухожу в спальню. Вся компания смотрят мне вслед, задавая друг другу вопрос про то, не глюк ли это был только что.       Подхожу к своему шкафу и снимаю мантию, вешая ее на вешалку. По правде говоря, у меня сейчас так давление скачет от выброса адреналина. Понятия не имею, чем вся эта ситуация обернется для меня, но не воспользоваться возможностью было бы глупостью. А уж в понедельник пойду к Дамблдору и решу вопрос с уроками окклюменции. Я обещала защитить Марлин, и я это сделаю.       Больше моей жизнью никто не будет управлять. — Почему-то мне кажется, что нам это больше пригодится, чем МакКиннон, — с этими словами Поттер заходит в комнату. Я без слов подхватываю бутылку и делаю пять больших глотков. — Полегче, пожалуйста. У нас тут, вроде как, важный разговор, а ты с порога напиваешься... — Веришь или нет, Поттер, но только так я смогу рассказать все, — парень смотрит с вопросом сначала на меня, а потом на Лили. Эванс тревожно смотрит на меня, но лишь пожимает плечами.       Я дожидаюсь, пока все устроятся как им удобно. Девушки и Ремус успели занять места на кровати, остальные же сели на полу, и все, как один, выжидательно смотрели на меня. Складывалось ощущение, словно они наблюдают за тем, как я спиваюсь. Отдаю бутылку с довольно крепким напитком Сириусу и выдыхаю, сжимая руки в замок. — Ты ведь не беременна? — С нотками наступающей паники спрашивает Лили. Я не сразу нахожу, что ответить, ведь, вроде как, у этой встречи была совершенно другая тема. Мародеры переглядываются, пытаясь понять, всерьез начать беспокоиться или свести все к шутке. — И не выходишь замуж? — Тут же влезает Мэри, а мне кажется, что одной бутылки будет маловато даже для меня одной. Эти две паникерши доведут меня до ручки такими темпами. Я ведь лишь один раз встретилась с парнем, а мы даже не целовались! — Это ведь не брак по расчету с Блэками? — Что? — Удивляется Сириус, сначала смотря на МакДональд, а потом на меня. — Наши семьи решили нас поженить? — Теоретически, тебя, эм, выжгли из рода, поэтому это невозможно, — скромно добавляет Питер, из-за чего получает грозный взгляд Бродяги. — Да, поэтому она сегодня встречалась с Регулусом. — Тогда становится понятно, почему они обнимались, — усмехнулся Поттер, сделав глоток из бутылки, смотря на всех таким взглядом, словно смотрит юмористическое шоу. Если честно, так оно и выглядело со стороны. — Так, я не хочу участвовать в этом разговоре, — Блэк встал на ноги, решительно собираясь покинуть комнату. — Стоп! — Громко произносит Люпин, и все, как один, замолкают и устремляют взгляды на него. — Сириус, сядь. Марлин, пожалуйста, скажи, зачем ты позвала нас всех. — Спасибо, — Ремус улыбается мне и кивает, надавливая на плечи брюнета, чтобы он сел, а не стоял, как столб. Поддается Блэк нехотя. Я снова выдыхаю, сжимая руки в кулаки. — Итак, вы ведь все задавались вопросом, почему я изменилась. Дело в том, что я — не Марлин МакКиннон. Меня зовут Моргана ле Фэй. Да, та самая темная волшебница времен Мерлина. Он был ублюдком, если честно. Сюда я попала по желанию Тома Реддла два месяца назад. — ..Уж лучше бы ты была беременна, — спустя несколько минут молчания произносит Джеймс. Я поджимаю губы, прекрасно понимая, что речь получилась так себе. На большее я бы не была способна. — Волан-де-Морт намеревается поглотить мою магию, чтобы обрести могущество, которое... будет трудно победить. Разумеется, это означает и то, что война будет автоматически выиграна им, — все присутствующие упорно молчат, кажется, пытаясь сложить вместе все, что они только что узнали. Я жду еще несколько минут. — Но ведь ты... ты все помнишь. И... я не знаю, ты ведь Марлин, правда? — С большой надеждой произносит Лили, смотря на меня таким щенячьим взглядом, что даже покачать головой становится трудно. Тем не менее, я снисходительно ей улыбаюсь и пытаюсь объяснить ситуацию в целом. — По правде говоря, я не умею пользоваться палочкой. Не знаю, заметили ли вы, но она вовсе от меня не в восторге. Я пользуюсь словами чаще всего, а легкие заклинания, на подобии перемещения предметов, очень легко сделать простым движением, — делаю демонстративное плавное движение рукой, после которого бутылка с алкоголем летит в мои руки. Ставлю ее на прикроватную тумбочку и осматриваю все гриффиндорцев. — Еще я — анимаг. И ночью я... обычно, летаю. — Анимаг? — Окно поэтому постоянно открытое, — я натянуто улыбаюсь, смотря на соседок. Они заметно побледнели, не зная, какие эмоции следует испытывать. Для достоверности я оборачиваюсь в крупную птицу прямо в комнате. — Ничего себе, — выдыхает Ремус, подходя ко мне и приседая, чтобы рассмотреть лучше. Я вытягиваю крыло, давая осмотреть себя. — Марлин совершенно точно не была анимагом, ребята. — Дамблдор в курсе? — Он попросил меня не распространяться об... этом, — вернувшись в человеческую форму, отвечаю я, показывая на тело. — Через два месяца, когда расследование Альбуса не дало нам ничего, что могло бы меня вернуть, он вызвал родителей Марлин для того, чтобы сообщить новость. — Поэтому они были так расстроены. — Но почему ты рассказываешь нам об этом? — Потому что вы — друзья Марлин. Том Реддл начинает действовать более активно, и я боюсь, что ему удастся заполучить мою магию. Для того, чтобы предотвратить это, мне нужна ваша поддержка. — Нам... нам нужно время, чтобы все обдумать.