Дети Автотрассы 3: Голос солнца

Сосновые вершины проносились под ним, как мохнатое темное море с белой пеной заснеженных макушек. Утро только начиналось и слабые розовые подтёки рассвета виднелись на расходящихся облаках, напоминающих тёмно-серые скалы, сквозь которые трещинами пробивалось солнце. Черный попугайчик летел по правую руку, посверкивая черепом. Непонятная тревога возилась в душе Изгоя. В самом воздухе витало нечто нехорошее. Изгой смутно осознавал, что делает что-то неправильное, но что именно, понять не мог. Вдруг попугайчик, до этого ровно летевший рядом, встрепенулся и, замелькав крыльями быстрее, стрелой метнулся к большому дереву на горизонте. — Эй, стой! Разве база не в другой стороне? — крикнул ему Изгой. Но волнистик не слушал. Пришлось подчиниться.

***

Майя поднялась с пола. Всё ещё вытираясь платком, подняла глаза на небо. — Надо возвращаться, — озабоченно пробормотала она, — если След увидит, что меня нет… В этот момент какое-то темное пятно бросилось ей в лицо и на миг затмило собой всё. А в следующую секунду два попугайчика — зелёный и угольно-черный — с истошным писком покатились по полу, сцепившись в схватке. — Нет! — Майя вскрикнула и кинулась к ним, но черный в ту же секунду взмахнул крыльями и взмыл с противником под потолок, где повалил зелёного на деревянную балку, клюнул несколько раз, затем вцепился в шею, замотал головой… — Нет, стой! — Майя схватила с пола расписанный камень и метнула в птиц, пытаясь прервать бой, но было поздно. Зелёный попугайчик с красными слипшимися перьями на шее безвольно скатился с балки и с тихим стуком упал на заснеженные доски. — Нет!.. — Майя, глотая слезы, подбежала к нему, взяла дрожащими руками, потрогала ещё теплое тельце. Голова птицы безжизненно моталась на поврежденной шее, крылья ещё подрагивали, полураскрытые и растрёпанные, а лапки скорчились, бессильно сжимая воздух. — Господи… Нет, пожалуйста… Майя повернулась к черному попугаю, но на балке уже никого не было.

***

Квантиз раздавал приказы затмившимся, которых собирался выставить на охрану завода, как вдруг замолк на полуслове. Его глаза сверкнули ярче. Улыбка медленно расползлась по бледному лицу. — Все в порядке? — глухо спросил охранник. Квантиз перевел на него взгляд и, все ещё ухмыляясь, тихо произнёс: — Все прекрасно. Всё именно так, как должно быть. И, миг спустя, он растворился в воздухе, причём все прожекторы, освещающие площадку перед главным входом завода, на миг вспыхнули красным.

***

— Майя? Она обернулась. На платформе у корзины стоял Изгой — уставший, волосы во все стороны, глаз горит испуганным огоньком.  — Ты!.. — Майя, отложив мертвого попугайчика, вскочила на ноги и превратила правую руку в пистолет, — это ты сделал, да?!  — Что?.. О чем ты? — опешил Изгой, — чёрт, а это ещё что? Он уставился на растерзанного волнистика:  — Это не я… Не я, клянусь!.. Я не хотел, чтобы так вышло!.. Почти сейчас же откуда-то сзади вылетел черный попугай и сел ему на плечо, мерзко коснувшись ледяным черепом щеки Изгоя.  — Он это сделал, — Майю колотило от горя, холода и бешенства, — это ТВОЙ ПИТОМЕЦ, урод!  — Нет, не мой!.. — Изгой в отчаяньи согнал с плеча черную птицу, но уже и сам понимал, что это не поможет.  — Что ты здесь делаешь? — прошипела Майя, не опуская пистолета.  — Прошу, пожалуйста, выслушай! — Изгой отступил ближе к краю. — Уходи!.. — крикнула она, — убирайся отсюда! Свалил немедленно, ты!..  — Я НЕ ХОТЕЛ! — тоже заорал он. Стало тихо.  — Майя, — быстро сказал Изгой с нотками паники в голосе, — послушай, что бы здесь не произошло, я не хотел. Я пришёл… Я хотел извиниться за всё, что сделал. Я понимаю, как сильно виноват, понимаю, что наделал. Просто чтобы ты знала, мне жаль. Очень… Очень жаль. Она молчала. Слёзы ненависти продолжали сочиться из ее глаз, скатываясь и замерзая на щеках. Ноздри часто дергались, лицо покраснело.  — Уходи… — прошептала Майя.  — Майя…  — УХОДИ! — она ринулась к нему с поднятым оружием, но Изгой вдруг перехватил ее руку с пистолетом, направил, заступил дорогу и… Прижал к себе. Майя замерла.  — Пожалуйста… — прошептал он, обеими руками обнимая ее дрожащую фигурку, — все что я хочу, это чтобы все плохое для тебя кончилось. Что-то холодное коснулось его уха, уперлось в висок. Изгой поднял взгляд и встретился с её глазами. Майя плакала и всхлипывала, приставляя дуло к его голове:  — Я ненавижу тебя… Ненавижу…  — Может, и правильно, — прошептал он, — я не хотел. Клянусь. Я не хотел этого.  — Тогда зачем, ЗАЧЕМ?! — она не отрывала покрасневших глаз от его лица, — ты же убил его… Убил Рапида!.. Но Изгой молчал. В глазах Майи отражались красно-розовые облака. Они медленно плыли по небу и этот слабый малиновый отблеск лежал на ее лице, поблескивал в глазах, срывался с кончиков волос. Такая несчастная и израненная. Но такая прекрасная. А он не смог ее уберечь. Сам стал причиной ее горя. И не просто не смирился с ее выбором, но ещё и лишил ее того, кто был так нужен.  — Я заслужил, — прошептал Изгой, чувствуя, как железо сильнее прижалось к коже.  — Полностью согласен! — внезапно раздалось сзади. Чья-то ладонь легла поверх пистолета, палец в черной перчатке дотянулся до спускового крючка… Бах! Изгой рухнул навзничь на самом краю платформы, сдёрнув перчатку с руки напавшего. Майя с криком отшатнулась. Перед ней стоял тонкий человек в белом. Алые щели глаз с черными серпами татуировок под ними горели из-под снежно-белых волос, а широкая улыбка протянулась, точно трещина, по мраморному лицу. Вместо левой руки — тонкая железная ржавая лапа с длинными лезвиями когтей.  — Ты… — задыхаясь, прошептал Изгой, зажимая рану.  — Что, с элементом ещё жив? — процедил тот, глядя на Изгоя сверху вниз, — ничего, исправим…  — Вы кто? — голос Майи не слушался и дрожал, — что вам нужно?  — Майя!.. — выдохнул Изгой, — не верь ему ни в чём! Он во всем виноват, это его пти!..  — Хватит! — красноглазый ссилой топнул по нему, заставив закашляться. А потом одним движением сапога сбросил с платформы.  — Не верь Ла-ансе-еру-у!.. — протяжный крик Изгоя отдался эхом в лесной тишине. А ещё несколько секунд спустя раздался тяжёлый звук, точно мешок с крупой ударился оземь. Майя, часто и сипло дыша, отходила назад, в домик.  — Кто вы? — почти крикнула она.  — Меня зовут Квантиз, — он сделал к ней несколько шагов, — но тебе это сейчас мало что даст, Майя. Яркая белая вспышка — и все помутилось перед глазами. Доски качнулись, ушли из-под ног, тело внезапно потяжелело и она, медленно, как во сне, полетела вниз.  — Ударюсь… — мелькнуло в голове. Но сознание отключилось прежде, чем она узнала. Квантиз подхватил ее, взял на руки. Черный попугайчик сел ему на плечо.  — Молодец, дружок, — негромко проговорил тот, — я не сомневался, что он клюнет. На ногах Квантиза вспыхнули тонкие красные колеса, похожие на лезвия болгарки. Воидрейсер рванулся вперёд и пропал, невидимый на чудовищной скорости. Квантиз не успел заметить, как внизу к распластанному на снегу Изгою подбегает кто-то маленький с рыжими кудрями и кричит:  — Изгой! Изгой, очнись! Что случилось?!