Сентиментальные дни

«Октябрь, 31, 1996 год»

      Люсия проснулась рано утром, несмотря на то что сегодня был выходной и праздничный день — Хэллоуин. Но кроме того, в этот день был и её праздник — день рождения.       Она умылась и причесалась. Не имея никакого желания выбирать, что надеть, она вытащила из шкафа первую попавшуюся одежду, переоделась и вышла в гостиную. На удивление, с утра в праздничный день гостиная была уже полна народа — многие начали готовиться к вечернему ужину и последующей вечеринке у профессора Слизнорта, на которую Том позвал её с собой. Только не проявляя к этому никакого участия, Люсия попыталась проскользнуть к выходу из апартаментов змеиного факультета, но чья-то рука остановила её, из-за чего она обернулась и увидела Тома, который вежливо ей улыбался.       — Доброе утро, — поздоровался он.       — Привет, — слабо улыбнулась та.       — Спешишь на завтрак? Идём вместе.       Оба направились в Большой зал.       — Сегодня необычный день, не правда ли? — светским тоном начал беседу Том.       — Возможно, — ответила Люсия, а затем, подумав, добавила: — Хотя знаешь, ничего особого сегодня не чувствую.       Тот ухмыльнулся.       — Сегодня ужин в честь праздника. Разве тебя это не радует?       — Это здорово, правда, но с утра настроение не задалось, поэтому приближение праздника меня совсем не радует.       — Ты же не собираешься пропустить вечеринку?       — Мне даже не в чем идти, — вздохнула Люсия. — Надену обычную мантию и буду выделяться, как чёрная ворона, среди белых платьев.       — Хм. Не очень радужный вариант, — покачал головой Том. — Хотелось бы, чтобы в этот день ты была прекрасна.       — Что это? — улыбнулась Люсия. — Приглашение на танцы?       — Знаешь ли, в моё время на танцы девушек приглашали открыткой, — тихо рассмеялся тот.       — Но ты так не делал.       — Нет, не делал, — улыбнулся Том, взяв её за руку. — Так ты пойдёшь или мне искать другую спутницу?       — Все эти девчонки сожрут меня живьём, когда увидят с тобой в зале вместе, — засмеялась та.       — Не переживай, когда-то им предстоит узнать, что я не один. Сегодня подходящий день для этого, не находишь?       — Я надеюсь, они решат, что ты просто ни с кем не хотел идти и взял меня с собой, как подругу…       — Как лучшую подругу, — поправил её легенду Том.       — Да, точно, — согласилась Люсия. — Подросткам свойственно иметь лучших друзей. Мне кажется, все так и считают.       Он улыбнулся, но ничего не ответил. Её очень радовало, что настроение у него было по-настоящему хорошее, а когда так происходило, то Люсия не переживала: Том казался обычным парнем, ничем не отличающимся от других студентов, настоящим. С ним было легко и просто.       — Люси, после завтрака мы идём с тобой в одно место.       — Что за место? — спросила она.       — В Запретном лесу. Пришло время поговорить о твоей верности мне.

***

      Этот мальчик был всеми нелюбим ещё с детства. Лишившись матери, он оказался в приюте для сирот, где всем заведовала миссис Коул. И детей там было не так мало, как хотелось бы. Воспитатели с сожалением заботились о нём, но чем старше мальчик становился, тем больше им казалось, что с ним что-то не так. Маленький Том не был шаловливым мальчишкой — он был тих, спокоен и неразговорчив, но все чувствовали себя с ним странно. Всем он казался странным.       С каждым годом его всё больше сторонились дети, даже те, кто был старше его. Он не был общительным, за стол садился отдельно и занимался тем, что очень пугало соседей по комнате: заставлял цветы вянуть, вазы — падать, а однажды принёс в комнату маленькую змею, которая, к счастью, была не ядовитой. Дети рыдали и жаловались воспитателям, а те, в свою очередь, не могли понять, почему Том всех отталкивает, а после стали, как и дети, недолюбливать мальчишку.       Сирота был прилежен, но когда происходили какие-то странные и ужасные вещи, во всём винили именно его, хоть и ни разу не видели, что именно он это сделал. Но Том не плакал, не обижался. Он знал, что всему придёт своё время и все будут отвечать за себя. И он стал их ненавидеть. Ненависть стала убивать все лучшие качества, которые у него были. Он стал более серьёзным и хитрым, стал мстить обидчикам и смеяться, когда они плачут. Он ненавидел их за то, что был никем не любим; за то, что был отвергнутым; за то, что был не таким, как они. Он был другим.       Единственное, что не смог не любить Том Риддл — это зиму. Зима была ему другом и соратником. Он любил играть снежинками под снегопадом, рисовать узоры на стёклах, вдыхать морозный воздух и замораживать тоненькие ветки деревьев, одевая их в зимнее покрывало. Иногда Том устраивал маленькую метель под своими ногами, заставляя снег кружиться по невидимой спирали, а иногда эта маленькая метель обрушивалась на разозливших его детишек, после чего каждый из неприятелей на следующее утро заболевал и не мог встать с постели целую неделю, день и ночь корчась в лихорадке.       Зима была благосклонна к Тёмному лорду. Кажется, она тоже очень любила его, и каждый раз, когда он ступал на снег, снежинки начинали кружиться вокруг него, словно приветствуя в новом дне. Так было всегда, так было и сейчас.       Позади него неспешно шли Люсия и Драко Малфой. Оба терялись в догадках, зачем они идут в Запретный лес. Шли они небыстро и очень-очень долго, что казалось, будто скоро выйдут на другом конце леса далеко за территорией замка, пока не добрались до какой-то небольшой поляны, где Том остановился и, немного постояв в тишине и оглядевшись, что-то прошептал себе под нос.       От мгновенно покалывающей на запястье боли Люсия вздёрнула руку так же быстро, как и Драко. Браслет больно обжёг кожу, а на руке Драко появилась Чёрная метка, которую он вмиг обнажил, уставившись на обожжённую змею. Опустив руки вниз, все продолжали молча стоять на своих местах, и через минуту послышался хлопок, на поляне появилась фигура в чёрной мантии, из-под которой выбивались длинные тёмные кудри.       Беллатриса Лестрейндж прошагала к Тёмному лорду и встала в шагах семи от него. Следом раздались ещё два хлопка, и обе появившиеся фигуры встали рядом с Беллатрисой, а после них прибыли ещё двое. Люсия и Драко с любопытством разглядывали присутствующих. Зачем он призвал своих соратников? К тому же лишь малую их часть.       Эти двое лишь удостоились принять метку Тёмного лорда, когда остальные дети Пожирателей смерти были до сих пор в неведении о планах их повелителя.       — Я позвал вас обсудить очень важную деталь, — медленно начал Том, по очереди оглядывая всех. — Снимите капюшоны, я хочу вас видеть.       Все последовали его приказу, обнажая головы для снега и ветра.       — Итак, — продолжил он, склонив немного голову набок, — что мы имеем. Одна из сестёр Готье, как всем известно, приняла нашу сторону. Уже прошло достаточно времени: все знают, что следует дальше?       — Том, — заговорила Беллатриса с обожанием в голосе, — помнишь, мы разговаривали о нападении на Министерство?       — Верно, Беллатриса, — кивнул тот и посмотрел на Макнейра. — Нападение на Министерство. Уолден, Люсия должна пройти посвящение и для этого она получит задание, выполнение которого будет проходить в Министерстве. Это очень важное задание. Джонатан, займись составлением плана. Некоторые бумаги с наработками я уже отправил Беллатрисе, поэтому, Белла, обязательно их передай ему. Макнейр и Мальсибер введут в курс дела, как преодолеть преграды в Министерстве и остаться незамеченными. Думаю, правительство приняло достаточно серьёзные меры с моим возвращением. Так ведь, Уолден?       — Всё верно, — немного поклонился тот.       — Что ты выяснил об этом?       — Теперь работники проходят туда по специальным карточкам, которые выдают в Атриуме. Так же стоят сигнализирующие чары на многих участках здания. Защиту отдела Тайн увеличили многократно. Помимо чар его теперь охраняет и пара аврор.       — Неплохо, — задумчиво отозвался Том. — А что насчёт Дамблдора? Вы выяснили, где он бывает?       — С этим ничего нового, — заговорил Мальсибер. — Волшебник очень хитёр и, видимо, знает, что за ним следят.       — Откуда?       — Не можем знать. Всё его передвижения отслеживаются Министерством, но, кроме как похода в Хогсмид, ничего нет.       — Он вас просто дурачит, — холодно заметил Том. — Сомневаюсь, что он целыми днями пропадает в Хогсмиде и распивает в пабе. Его почти никогда нет на месте.       — Мы прилагаем все усилия… — начал объясняться тот.       — Тихо! — остановил его Том. — Значит, мало прилагаете! К слову, до Рождества вы должны подготовить план проникновения.       — Дети будут в школах… — начала возражать Беллатриса.       — Не будут. Нападение произведём сразу после праздников. Тогда как раз Министерство немного лишится бдительности.       — Мой лорд, а как же Драко? — спросила она, явно расстроенная, что её племянник не заслужил никакого задания.       — Для него будет задание намного сложнее и серьёзнее. Это будет ваш билет к прощению, — с лёгкой ухмылкой ответил Том, взглянув сначала на Драко, обеспокоенно смотрящего на него, затем на Беллатрису.       Выждав несколько секунд тишины, он продолжил:       — Драко должен сделать кое-что важное для всех нас. Об этом никто не должен знать, предупреждаю! Если Драко справится со своим заданием, то честь семьи Малфоев будет восстановлена. Как думаешь, Беллатриса, он справится с моим заданием?       — Что бы это ни было, он должен справиться, — воинственно отозвалась та.       — Хорошо, я объясню, — улыбнулся Том, посмотрев себе под ноги. — Какое нынешнее положение в обществе? Шаткое, но не настолько, чтобы прибрать власть к своим рукам. Несмотря на то, что сменился министр и дела совсем не приведены в порядок, а люди напуганы, этого недостаточно, потому что у нас есть достойный противник, который и держит этот мир ещё не в наших руках. Вы наверняка понимаете, о ком я говорю? Так вот, Драко должен нейтрализовать этого противника для дальнейшего хода дел.       Драко, расширив глаза, посмотрел на Тома, в то время как Беллатриса издала нечленораздельный звук.       — Убить… Дамблдора? — тихо и осторожно прошептала она.       Выйдя из оцепенения, Драко почти незаметно кивнул.       — Хорошо, теперь вы можете расходиться, — объявил Том, отворачиваясь ото всех.       Присутствующие начали трансгрессировать, и когда никого не осталось, он повернулся к Драко.       — Не переживай, — елейно заговорил Том, — я же здесь.       Тот ещё раз кивнул, становясь белее снега.       — Идёмте, впереди ещё мероприятие.

***

      Гермиона внимательно наблюдала в зеркало за тем, как Люсия вставляет ей в волосы подаренный накануне гребень.       — Тебе нравится? — заботливо поинтересовалась та, обойдя подругу со всех сторон.       — Да, — произнесла Гермиона, удовлетворённо глядя на своё отражение.       — Ты так и не ответила, с кем идёшь, — напомнила Люсия.       — Скажу — не поверишь, — засмеялась та.       — Я попробую.       — Только обещай меня не бить, — серьёзно отозвалась Гермиона и, вздохнув, произнесла: — Я иду одна.       В ту же секунду она увидела, как расширились глаза у Люсии, и она залепетала:       — Ты с ума сошла, Грейнджер?! Ты серьёзно?! Да ты!..       — Тсс, подожди. Просто так нужно, — со смехом ответила Гермиона. — Это… часть замысла.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — недоверчиво ответила та, смирив её пристальным взором.       — Тебе не о чем переживать. К тому же с Томом тебе будет не до меня.       — Ты же знаешь: он никогда не против твоей компании.       — Да, знаю, Люси, — с тенью печали улыбнулась Гермиона, чувствуя, как к ней прикоснулась тоска. — Спасибо. Пойду, оденусь, и тебе советую.       Гермиона вышла из пустого кабинета трансфигурации и направилась в свою башню. Мысли кружились возле Тёмного лорда и Люсии, которая была близка к волшебнику так же, как в его времени оказалась близка она, а, может быть, сильнее. И что остаётся здесь, когда кончатся их встречи там?       Она категорично решила об этом не думать. Гермиона старалась не испытывать чувство стыда и вины перед Люсией за то, что происходило там, в таком далёком прошлом тёмного волшебника. Она пыталась максимально разделять два измерения, видя в прошлом и настоящем двух разных человек, и пыталась совсем не думать о Тёмном лорде, но юный Риддл никак не мог выйти из головы. Что же она будет делать дальше, когда это всё закончится? Сходить с ума?       Гермиона снова отодвинула от себя неприятные мысли и продолжила собираться уже в своей комнате. Она не слышала, о чём разговаривали соседки, не обращала внимания на кружащие вокруг девчачьи платья, а лишь с трепетом представляла встречу с Риддлом, который обещал найти её в смежном коридоре от гриффиндорской башни.       — Кто тебе подарил такую заколку, Гермиона? — вырвал её в реальность голос Парвати.       Две пары любопытных глаз уставились на неё.       — Заколку? Это гребень, — поправила она их со смешком, взяла свою волшебную палочку, спрятав под нижнюю часть платья, и прошла к выходу со словами: — Простите, девочки, мне нужно идти.

***

      Люсия неуверенно смотрела на себя в зеркало. Красное платье превосходно смотрелось на ней, подчёркивая её тонкую фигуру и светлую кожу. На голове Гермиона сделала ей незамысловатый «французский водопад», вплетая в волосы красные ленточки. Помимо платья в коробке она обнаружила красные туфли и несколько аксессуаров, завершающих образ. Люсия никогда не любила шумные мероприятия с большим количеством народа, чувствуя себя на них не в своей тарелке. Но ничего делать не оставалось, как послушать Тёмного лорда и идти на этот вечер у профессора Слизнорта.       Когда она была полностью готова, как раз в комнату зашла её соседка и обратилась к ней:       — Тебя внизу ждёт Том.       — Спасибо, — кивнула Люсия и отвернулась от девушки.       — Хорошо выглядишь, — слабо улыбнулась та.       — Спасибо, — повторила она, хватая с собой волшебную палочку, чтобы спрятать её под юбку платья.       Соседка по комнате вышла, за ней следом вышла и Люсия. Найдя глазами Тома в толпе факультета, она направилась к нему и с замиранием сердца порхнула вперёд, не обращая внимания на брошенные пристальные взгляды в её сторону. Том выглядел ещё красивее, чем обычно, и, получив убийственные взгляды от женской половины факультета, Люсия всё внимание постаралась сконцентрировать на нём. Он был прав, сказав, что уже пора всем понять, какие они друзья. Насколько она знала, Том получил около двух десятков приглашений от девушек со всех факультетов, в то время как Люсии достались лишь скромных три, не больше.       — Отлично выглядишь, — вежливо произнёс он, беря её за руку.       Оба вышли с гостиной и направились к месту, где профессор Слизнорт устраивал вечеринку. Там уже всё было готово. Праздничные столы, сумеречная атмосфера и куча декораций, кричащих, что сегодня Хэллоуин. К их приходу веселье было уже в самом разгаре. Играла живая музыка, под которую гости танцевали, пили напитки и разбирали закуски. Том и Люсия отметились перед преподавателем, вежливо обсудили несколько светских тем, затем уединились и сели за один из столиков, не обращая внимания на остальных. Некоторые ухитрились пронести с собой алкогольные напитки и развеселиться, забавляя других, в то время как профессор Слизнорт, конечно же, предлагал студентам простые напитки, лишь с более взрослыми гостями позволяя себе опрокинуть бокал-другой чего-то покрепче.       Вечер был очень интересным и атмосферным. Оба время от времени танцевали или смешивались с толпой в дискуссиях, затем садились обратно за свой столик и проводили время в разговорах, и спустя полтора часа, когда никому уже не было дела до уединившихся гостей в сумерках праздничной атмосферы, Том непонятно откуда достал бутылку красного вина и поставил на стол.       — Что это? — удивилась Люсия.       — Малфой угостил. Я попросил, — объяснил тот. — Сегодня у тебя очень важный день.       — Почему? — не поняла та.       — Твой день рождения, — улыбнулся Том, открывая бутылку вина и разливая его в два бокала. — Думаешь, я не знал о нём?       — Было бы глупо так думать, — скромно ответила Люсия.       — Сегодня ты стала на один год взрослее. И знаешь, что сегодня произошло бы, будь у тебя родители?       — Что? — напряглась она.       — Скорее всего, тебе бы прислали письмо с именем твоего будущего мужа, — поднял бокал Том и отпил немного, пристально глядя на Люсию, затем добавил: — По традиции, конечно же.       — К счастью, именно этому уже не произойти, — расслабилась она и тоже пригубила вино.       Мысль о том, что сегодня она могла быть выдана замуж за чистокровного волшебника, которого могла даже совсем не знать, была неприятной и заставляющей содрогнуться.       — Однако я нашёл выход из этой ситуации, — улыбнулся Том, наслаждаясь появившимся испугом и замешательством на светлом лице.       — Что ты имеешь в виду? — Люсия ближе наклонилась к нему. — Ты нашёл мне жениха? А как же…       Том рассмеялся, затем молча достал коробочку, обтянутую красным бархатом.       — Открой её, — серьёзно произнёс он.       Люсия взглянула на коробочку и ощутила, как внутри всё сжалось в странном предчувствии, затем трясущимися руками взяла её и открыла.       — Что это? — медленно спросила она, глядя на тонкое золотое кольцо, поблёскивающее при свете помещения.       — Это мой подарок тебе, — прерывисто ответил Том и глуше добавил: — И моё предложение.       Люсия быстро взглянула на него, затем на кольцо, и вновь подняла глаза.       — Ты серьёзно? — качнула головой она, пытаясь прийти в себя.       — Серьёзен как никогда.       Не в силах ничего сказать, она сглотнула ком, образовавшийся в горле, и попыталась сдержать слёзы, проступившие на глазах. Это было немыслимым. С кем бы она хотела провести остальные дни своей жизни, так это только с Томом. Но предложение от Тёмного лорда? Ей?       Люсия медленно кивнула, пытаясь вдохнуть воздух, которого категорически стало не хватать. Том, наблюдая за шоковым состоянием подруги, достал кольцо, взял её осторожно за руку и аккуратно надел его на палец.       — Люси, — нежно обратился к ней, — выпей.       Та наконец расплылась в счастливой улыбке. Они взяли бокалы, тихонько соприкоснулись ими и пригубили.       — Ты не рада? — поинтересовался Том.       Не в силах что-либо произнести, она кивнула и не сдержала истеричный смех радости.       — Рад, что тебе понравилось, — сказал он, взяв её за руку.       Том медленно притянулся к Люсии, заставив её подняться со своего места, и приблизился к миловидному лицу, заглядывая в насыщенную глубину глаз. Оказавшись нос к носу, он нежно прикоснулся к влажным губам. Люсию всю потряхивало от волнения, руки вспотели и похолодели: в отличие от тех двух поцелуев этот имел силу и явный напор. Том, не отрываясь от губ, приоткрыл их и увлёк в искрящуюся бездну, где щекотливые ощущения сводили с ума. Осознание того, что её целует Тёмный лорд, было невыносимым. Люсия теряла чувство реальности, одурманившись затянувшимся поцелуем, от которого трепет внутри сводил с ума, не давая собраться с мыслями. Признаться, ей и не хотелось.       Увлёкшись Томом, она совсем забыла, что вообще происходит, потянулась к нему, прижимаясь сильнее к его горячему телу, и ослабла в его крепких объятиях. Не смея отойти от вожделения и открыть глаза, Люсия сладко улыбнулась от того, что Том смотрел на неё сверху вниз, а затем ещё раз приблизился к её губам и увлёк в очередной поцелуй. Его охватил жар и непонятная тяга к женскому телу, которая силилась крепче прижать к себе эту девушку, желая не отрываться от неё. Ещё через несколько секунд Том взял себя в руки, отогнал свои желания и отстранился от Люсии, которая постепенно тоже пыталась привести себя в чувство. Он с вызовом смотрел на неё, не смея к ней больше прикоснуться, на что та смущённо опустила ресницы, после чего медленно вздёрнул её подбородок и прошептал:       — Ты прекрасна.       Затем он отпустил её и пригласил присесть.       — Я успел уже всё обдумать, — уже деловитым тоном продолжил Том, как будто обсуждая условия сделки. — В рождественские каникулы мы совершим помолвку, а летом вступим в супружеский брак.       — Я на всё согласна, — ответила Люсия, выпив ещё бокал вина, — но только пообещай мне одно.       — И что же? — с любопытством поинтересовался Том.       — Помолвку отпразднуем в узком кругу. Вся эта суматоха сводит меня с ума.       — Хорошо, милая, — елейно ласково протянул Том, и его взгляд отразил хищный опасливый блеск.

***

      Гермиона постаралась как можно быстрее проскочить на каблуках гостиную своего факультета и выйти в коридор. Как только она это сделала, за первым же поворотом увидела Риддла, идущего ей навстречу.       Сказать, что заказанная одежда ему шла, значило ничего не сказать. Он остановил свой выбор на втором варианте: тёмные багровые зауженные штаны, которые идеально подчёркивали его рост и стройность фигуры, тёмная рубашка и ещё более тёмный пиджак. Это выглядело на нём так красиво и вызывающе, что сначала Гермиона не нашлась, что сказать.       Том встретил её улыбчиво и с каким-то новым для неё взглядом оглядел сверху вниз. Она видела его довольство и произведённое на него впечатление: честно говоря, Гермиона сама не ожидала, что выбрала настолько откровенное платье, состоящее из нескольких слоёв полупрозрачного шёлка цвета красного вина, бретельки которого оголяли круглые плечи. Заколотые гребнем на затылке волнистые волосы придавали лицу черты необыкновенно нежной красоты. Она казалась какой-то недоступной, далёкой, но в то же время ласковой и откровенной.       Словно проверяя иллюзорную близость, Том жадно заключил её в объятия, прижав к себе сильнее, чем обычно. Она искренне ответила на его прикосновения и вдохнула любимый сладковатый аромат парфюма.       — Такой я тебя ещё не видел, — бархатным тоном произнёс он.       Гермиона взглянула вниз и обратила внимание, что цвет её платья и цвет штанов Тома был очень схож, тем самым объединяя их внешний вид. Подумав о том, как уникально и необычно он выглядел в своём времени, Гермиона со смешком поинтересовалась:       — Тебя приятели хотя бы узнали?       — Я привёл всех в немой шок, — в тон ей ответил Том, ослабив объятия, — но меня не все узнали.       — Неужели одежда так красит человека? — сгримасничала удивлённо Гермиона.       — Нет, не поэтому, — просто ответил он и достал позолоченные красиво украшенные маски, одну из которых приложил к лицу. — Советую тебе поступить так же.       Гермиона не стала возражать, взяла вторую маску из рук Тома и приложила к глазам.       — Ну как? — расплывшись в улыбке, поинтересовалась она, глядя на Тома, тёмные глаза которого из-за маски стали ещё насыщеннее и загадочнее.       — Пойдём, — взяв её за руку, произнёс тот. — На сегодняшний вечер это твой оберег от посторонних глаз. Ни в коем случае не снимай её, ладно?       Гермиона кивнула, и они направились в вестибюль.       Как оказалось, банкет по случаю Хэллоуина начался довольно-таки давно, поэтому был в самом разгаре. Когда оба вошли внутрь зала, их встретила громкая весёлая музыка, под которую многие танцевали в центре площадки. Гермиона была очень удивлена, заметив волшебниц в похожих фасоном платьях с узкой талией и пышной юбкой, которые в то время считались самыми модными, и её наряд ей показался слишком откровенным и даже вульгарным. Не заметив, как крепче сжала идущего рядом с ней Тома за руку, она отвернулась от толпы танцующих студентов и заметила, как стоящие на её пути волшебники поворачивают на неё голову и долго наблюдают за ней. Ещё она обратила внимание, что здесь все были в масках, как на настоящем маскараде, и немного расстроилась, что в её время уже не чтят таких мелочных, но загадочных традиций.       Сумеречная обстановка наполнила зал таинственной атмосферой. Зачарованный потолок был усыпан миллионами звёзд, а намного ниже были подвешены светящиеся огромные тыквы, парящие в воздухе с вырезанными рожицами.       Гермиона попыталась уловить каждую деталь волшебства, что было применено к залу, но стоящий вокруг слабый туманный дымок, пахнущий чем-то сладким, оставался для неё загадкой. Когда они прошли половину зала, она уже потеряла, с какой стороны они заходили и в какой части помещения оказались, потому молча шла рядом с Томом, уверенно ведущему её к тёмному углу зала, в котором сквозь туман двигались чёрные костюмы, а местами мелькали пышные до колена платья. Приблизившись к ним, Том притормозил и подвёл Гермиону к небольшой компании волшебников, весело и возбуждённо о чём-то разговаривающих. Те, кто стояли спиной, неторопливо повернулись к ним лицом, обратив взоры на подошедших, и на их полуоткрытых лицах заиграли обворожительные улыбки, что произвело на Гермиону приятное и в то же время пугающее впечатление.       Это были приятели Тома.       Молодые люди показались ей куда выше и старше, чем должны были быть. Возможно, это было связано с тем, что на всех были костюмы с ослепительными рубашками, которые в такой странной обстановке делали их выше и взрослее. Их лукавые взоры внимательно рассматривали Гермиону сквозь прорези масок, но взгляды были блуждающими, совсем ненавязчивыми, как будто случайными.       — Я обещал вас познакомить с этой юной леди, — услышала Гермиона приятный приторный голос Тома, выводящий её из зачарованной задумчивости, в которой ей казалось всё ненастоящим.       Она ещё раз взглянула в смотрящие на неё глаза аристократов и ощутила всю реальность происходящего: она была здесь, держась за руку Тома, среди его приятелей и будущих последователей. Сама мысль ошеломляла, и внутри что-то сильно затрепетало, пытаясь вырваться наружу. Внизу живота завязался узел, который импульсами давал о себе знать, что вызывало в ней странный смех, — бешеный прилив адреналина. В этот момент её спутник представил её по имени, и, сдерживая нервный смешок, она откровенно улыбнулась.       В их обществе она чувствовала себя странно и взволнованно. Трепет каждый раз давал о себе знать, как только она встречалась взглядом с любым из мальчишек. Ей они казались дикими хищниками, охотниками, пристально наблюдающими за своей добычей, но их улыбки были так очаровательны, а жесты галантны и обходительны, что Гермиона просто не могла сдвинуться с места и понять, что она больше чувствует: покорность их чарам или испуг. На их фоне Том казался ей совсем не помощником, а наоборот, тем, из-за кого её решили сцапать и запутать в сети.       — Гермиона, ты желаешь что-нибудь выпить? — сладким голосом продолжал говорить Том, и все с интересом посмотрели на неё.       Она могла растеряться, но этого не произошло. Её взгляд пробежался по скрытым лицам волшебников и остановился на лице Риддла, который сразу же необъяснимо выделялся на их фоне, говоря, что он главнее всех. Его откровенная улыбка была обращена к ней, а ладонь отпустила её руку.       — Пожалуй, я положусь на твой вкус, — отозвалась Гермиона и почувствовала, как разрядилась витающая вокруг атмосфера.       Она им понравилась. Отпрыски аристократов перестали смотреть на неё, как на дичь, и стали вести себя более расслабленно, не строя из себя талантливых актёров, однако спектакль продолжался, и его продолжал Риддл.       — Джонатан, угости даму чем-нибудь из наших запасов, — улыбчиво произнёс он и огляделся по сторонам.       Не успела Гермиона понять, что он высматривает, как чья-то рука протянула ей высокий бокал, наполовину заполненный светло-жёлтой жидкостью. Походило на сок, но она была уверена, что это не он. Гермиона приняла протянутый бокал и взглянула в стальные глаза парня с именем Джонатан, на лице которого появилась вежливая и одновременно надменная улыбка. Он ничего не сказал, но не отступал от неё, временами бросая пристальный, остро пронзающий взгляд, вызывая тем самым ощущение, будто её видели насквозь.       Неподалёку стоящий светловолосый парень, время от времени зачёсывающий белоснежные пряди назад и украдкой бросающий на неё отрешённый взгляд, начал рассказывать какую-то забавную историю, и все принялись его слушать.       Всё проходило более-менее неплохо, Гермиона даже перестала чувствовать дискомфорт, который сжимал её в самом начале. Сделав несколько глотков неизвестной жидкости, она сразу же почувствовала горечь вкуса, что подтвердило её теорию о фальшивом соке. Тепло очень быстро разошлось по артериям, а рассудок тут же влился в царящую вокруг весёлую атмосферу праздника. Стало легко, свободно и радостно.       От глаз Тома ничего никогда не укрывалось. Он обратил к ней тёмный взор и с обворожительной улыбкой на губах притянул её к себе за руку. Гермиона видела его неподдельное удовлетворение, которое вызывала в нём обстановка и её присутствие. Она обратила внимание, что Том ничего не пил, но стоило отдать ему должное: он знал, что лучше выпить ей, чтобы её нервы встали на место. Они оба не забывали, что в её мире эти люди проявили себя иначе и были совсем другими, и Том прекрасно знал, что Гермиона не способна так просто отпускать все их ещё не совершённые поступки, поэтому бокал крепкого напитка был как нельзя кстати.       Она осушила его так же быстро, как и подали его в первый раз. Через минуту ей протянули ещё один, но Гермиона отрицательно покачала головой, и Том не выпустил из внимания этот жест и перехватил бокал, который Джонатан уже возвращал на место. Тот протянул его Гермионе, и ей ничего не оставалось, как молча принять.       Волшебники по одному, по два отходили от общей группы и заново возвращались, и той стало интересно, куда они уходят. И вот в очередной раз вернулись два волшебника, но рядом с ними были две девушки невысокого роста. Они с любопытством оглядели Гермиону и пристально посмотрели на Тома — их удивление и восхищение можно было увидеть даже на закрытых масками лицах. Тут же следом вернулся ещё один парень, и Гермиона услышала, что он сказал:       — Там Друэлла закатила скандал, вся в слезах.       Все, кто услышал это высказывание, замолчали и повернулись лицом к говорившему. Гермиона заметила, как светловолосый парень, что недавно рассказывал историю и украдкой косился на неё, беспокойно посмотрел на остальных и спросил:       — Что у неё случилось? Её кто-то обидел?       — Я так и не смог понять, — пожал плечами тот.       — Ничего у неё не случилось, — подала голос одна из девушек и, кивнув на Риддла, произнесла: — Она так отреагировала из-за того, что Том предпочёл ей… другую девушку.       Гермиона с одной стороны услышала несколько смешков, с другой — недовольный возглас:       — Какого чёрта она опять вытворяет?       — Кэти, с чего ты взяла, что из-за этого? — спросил другой парень.       — Мы сами слышали, как Друэллочка плакалась своей подруге о том, что Том действительно на танцах присутствует не один.       — Адам, прекрати вестись уже на её истерики, — спокойным тоном заявил Джонатан.       Гермиона смутилась и повернулась в сторону танцевальной зоны, делая вид, что по-прежнему ничего не слышит. Ей не хотелось выяснять, чем закончилась эта ситуация, к тому же она совершенно не имела понятия, кто такая Друэлла. Одно ей было ясно, что девчонка без ума от Тома, и она далеко не одна, кто готов расплакаться оттого, что он был в её обществе, а не в чьём-либо другом.       Приоткрытые губы Гермионы сами прижались к полному бокалу горького напитка, и она сделала большой глоток, слегка поморщившись, ожидая, что ей будет легче. Идея оказаться здесь с Риддлом и вправду была не самой лучшей.       Мимо неё прошёл тот самый парень с именем Адам, которому не нравилось поведение Друэллы, а следом прошли две девушки, что рассказали о причине её слёз. Гермиона ещё раз сделала глоток, продолжая наблюдать за танцующими, и вдруг рядом услышала возбуждённый голос:       — Том, Гермиона, сейчас начнётся!       Она тут же обернулась на говорившего, но тот уже уходил к центру зала, возле которого началось какое-то движение. Всё больше народу сгущалось к месту, где стояла сцена, которую Гермиона только сейчас смогла заметить.       — Допивай, — произнёс Том, и она тут же осушила свой бокал.       Он нежно взял её за руку, поставил её пустой бокал на стол и повёл к сцене. Близко они не подошли, поэтому не так хорошо было видно, что там происходит, а там явно что-то происходило.       Взглянув на Тома, Гермиона поняла, что разыгравшийся спектакль, наконец-то, был закончен, и всё вернулось на свои места. Возможно, ему было важно, чтобы его друзья осознавали реальное существование Гермионы, а не как какой-то фантомный образ, который есть, но которого никто не слышал и никак не взаимодействовал с ним. Так или иначе, она окончательно расслабилась, почувствовав сильную уверенность в себе. Ей стало веселее, чем ранее, к тому же Том заговорил с ней привычным для неё тоном, что очень обрадовало.       — Знаешь, что сейчас будет?       — Что?       — Живое выступление группы. Такого у нас ещё не было.       — Серьёзно? — воскликнула Гермиона, и ей невольно вспомнился Святочный бал, на котором она с Виктором Крамом замечательно провела время, танцуя до упада под группу «Ведуньи». — Это здорово!       — Ты умеешь танцевать? — с лукавой улыбкой поинтересовался Том, повернувшись к ней лицом, положив ей ладонь на талию.       — Умею, — ответила та и почувствовала хоть какой-то плюс от того, что каждую субботу танцевала с Теодором Ноттом на занятиях у профессора Макгонагалл. — Смотри, сколько вокруг собралось!       — Подойдём ближе, пока не поздно, — предложил Том, оглядевшись, и повёл подругу ближе к сцене.       Дальше всё было, как в сказке. Засвистела публика, заиграла прекрасная живая музыка, то берущая за душу, то невероятно весёлая и резвая. Гермиона не помнила, как Том взял её за руки и увлёк в быстрый и очень подвижный танец. Чем больше они танцевали, тем сильнее она проявляла свой энтузиазм. Её пятки едва касались пола, зато на спокойных мелодиях Том аккуратно притягивал её к себе и неторопливо кружил в танце. Это было чем-то сказочным и волшебным — Гермиона забыла, что именно Том Риддл держал её руку и кружил возле себя.       Временами он отлучался и приносил прохладный лимонад, чтобы утолить жажду, а потом вновь танцевали время напролёт. Так продолжалось, казалось, бесконечно, но в очередной раз они, как всегда, поаплодировали музыкантам после окончания ещё одной песни, и Том взял за руки Гермиону, притягивая к себе, и проговорил:       — Мне нужно тебя оставить на некоторое время, подождёшь?       — Да, конечно, — улыбнулась та, ещё не придя в себя от танцев.       — Отлично, — кивнул Том и ласково попросил: — Только никуда не уходи отсюда, ладно?       Гермиона согласно кивнула и проводила взглядом уходящего Тома, пока он не скрылся в толпе. Она обернулась на исполнителей, которые заиграли следующую композицию, и оглядела танцующие пары. Стало немного неуютно стоять в одиночестве, поэтому она сделала несколько шагов в сторону от сцены, чтобы не привлекать к себе внимания, но очень скоро её замыслы потерпели полный провал.