Сотворить чудо

Я верю, что могущество смеха и слёз сможет стать противоядием от ненависти и страха. Чарли Чаплин

      Северус снова провёл бессонную ночь – боль в ногах хоть и не была такой мучительной, как раньше, но всё равно не давала покоя. Зато Гарри спокойно проспал до утра, ни разу не проснувшись от кошмаров. Он быстро опьянел и заснул в кресле, как и в прошлую ночь. Аластор перенёс его в комнатку и уложил в кровать.       Утром Гарри проснулся бодрым и, выйдя из своей комнаты, удивлённо спросил:       – Разве у меня не должна болеть голова? Я же был мертвецки пьян – совсем не помню, как ушёл спать.       – Похмелье бывает от дешёвого пойла и неумеренного пития. Что ты там выпил-то? А заснул от того, что до этого всю ночь не спал.       Сам Северус утром уже чувствовал себя хорошо – боль прошла, кости на ощупь были такие же твёрдые, как и раньше. Он хотел встать и спустил ноги, но Гарри пресёк его стремление к независимости, закинув ноги обратно на кровать и плюхнувшись рядом:       – Только когда мадам Помфри разрешит.       – Гарри, мне нужно в туалет.       – Лежи. Я дам тебе утку.       – Ну, уж нет, хватит с меня уток!       Гарри хитро прищурился:       – А ты помнишь, Северус, как заставил Рона на отработке чистить утки в больничном крыле! И без волшебства! Рон был вне себя от злости, а мы с Гермионой гадали, чем таким могут болеть ученики, что им требуется столько уток.       Это была, наверное, самая длинная речь, что произнёс Гарри о школьных годах, и Северус похвалил бы за неё, если бы в ней не звучала критика в его адрес.       – То был воспитательный момент, а не производственная необходимость.       – Признайся, что ты уже тогда догадывался, что утка тебе пригодится,– подтрунивал Гарри.       Северус не стал поддаваться на провокацию.       – Я уверен, что могу ходить, смотри, мои ноги в порядке, – Северус пошевелил пальцами на ногах, – Гарри, видишь, я могу ими двигать.       Гарри потрогал пальцы на ноге и легонько провёл по подошве. Северус отдёрнул ногу.       – Вот! Так не должно быть – у тебя ноги дёргаются.       – Просто я боюсь щекотки.       – Что? Бесстрашный герой, гроза подземелий, боится щекотки? – радостно вскричал Гарри и принялся щекотать его стопы.       – Гарри, прекрати! – попытался увернуться Северус. – Сейчас же! Я кому сказал! Прекрати!       Гарри был беспощаден:       – Кто-то боится щекотки! – он навалился на него всем телом и громко смеялся.       Они боролись и катались по кровати, хохоча: Северус уворачивался от немилосердных прикосновений, а Гарри его настигал. Северус схватил Гарри за тонкую щиколотку, и тоже начал щекотать его стопу.       – Бесполезно, Сев, меня этим не проймёшь, – засмеялся Гарри.       – Доброе утро, – неожиданно раздался голос мадам Помфри.       Гарри тут же юркнул на пол за кровать, с противоположной стороны от доктора.       – Я стучала, но вы не слышали, – сказала она.       – Это всё Гарри виноват, – ответил Северус, одной рукой приглаживая волосы, а другой подтягивая одеяло, сбившееся в комок.       – А вот и нетушки! – выкрикнул Гарри из-за кровати, не собираясь показываться. – Это всё профессор, он не хотел соблюдать постельный режим.       – Я прекрасно себя чувствую. И мне нужно в туалет.       Всё это время мадам Помфри сохраняла невозмутимость.       – Секундочку, Северус, я только проверю состояние твоих костей. Это недолго.       Постукивая пальцами рук, она быстро пробежалась по его ногам от коленей до лодыжек, проверила суставы, помяла пальцы.       – Можешь вставать, – сказала она, и вынула из кармана белоснежного фартука флакон, – это выпьешь перед завтраком, – и поставила флакон на тумбочку.       – Спасибо, Поппи, – сказал Северус и поднялся с кровати.       К нему тут же подлетел Гарри, подставляя своё плечо и обхватывая за талию.       – Поттер, я сам в состоянии ходить. Отпусти меня!       – Нетушки, – Гарри нравилось это слово, – я помогу.       – Поппи, ну хоть ты скажи ему, что я не нуждаюсь в помощи.       – Действительно, Гарри, Северус уже вполне здоров. Ему, наоборот, сейчас полезно ходить. Погуляйте сегодня.       Вернувшись из туалета, Поппи он уже не застал. Северус переодевался из пижамы в повседневную мантию, стараясь не встречаться взглядом с Гарри, который искоса кидал на него робкие взгляды – обоим было неловко, что они вели себя как дети перед мадам Помфри. Когда их взгляды всё-таки пересеклись, Гарри смущённо хихикнул. Северус мужественно крепился, но тоже долго не мог давиться смехом, и прыснул. Поощрённый таким образом Гарри звонко расхохотался, Северус к нему присоединился.       Отсмеявшись, они пошли завтракать. Получив обещание пойти гулять сразу после завтрака, если он всё съест, Гарри, обычно вялый за завтраком, быстро поглощал еду. Он несколько дней не выходил из замка, поскольку хандрил из-за того, что Северус не мог составить ему компанию, а с аврорами Гарри гулять не хотел.       Гарри был безмерно рад, что не нужно прятаться под мантией-невидимкой. Он постоянно запрокидывал голову и смотрел на небо. Северус последовал его примеру, и поразился сокрушающему ощущению безоблачного счастья, которое сулило сияние солнца. Гарри предложил покататься на мётлах завтра, так же после завтрака. Северус согласился. Всё теперь будет хорошо. У Гарри всё теперь будет хорошо.       Они подошли к озеру. Гарри шумно вдыхал запахи лета, и любовался отражением неба в воде. Северус отвернулся от озера, и, сощурившись посмотрел туда, где на границе Запретного леса стояла хижина Хагрида. Полувеликан трудился на огороде. Сзади доносился плеск волн под тихие вздохи ветра.       Прошло чуть больше суток с тех пор, как Гарри узнал, что Волдеморт повержен, захвачен и сидит в Азкабане. Знание ли того, что его мучители надёжно заперты в тюрьме, прорвавшиеся ли слёзы, смывшие тяжёлый осадок на душе, а скорей всего то и другое, заметно повлияли на Гарри. Прогресс был налицо. Он по-настоящему расслабился, назвал его Севом, перестал чураться остальных, и даже начал возражать. В голове Северус до сих пор звучал звонкий голос Гарри: «А вот и нетушки! Это всё профессор».       Всё теперь будет хорошо. Даже если Гарри уйдёт жить к Блэку       Вернулись они только к обеду. По дороге назад их настигли две совы с письмами. Одно было из издательства «Ежедневного пророка», второе от «Придиры», оба с просьбой об интервью. После обеда Северус собрался написать им ответ и договориться об условиях – ему необходимо было ознакомиться с текстом перед публикацией, чтобы его слова не переврали. Надо чем-то занять Гарри на это время. Он подошёл к полкам поискать что-нибудь для лёгкого чтения. Он провёл пальцами по корешкам томов, пробежал глазами заголовки и остановил свой выбор на книге «Граф Монте-Кристо».       Северус как раз дописал письма, когда появился Грюм, тот сразу прошёл к его столу. Гарри лежал на диване, читая Дюма. Поздоровавшись с Аластором, он снова уткнулся в книгу.       – Привет, – сказал Северус.       – Ты срочно нужен. Волд…       Северус схватил со стола палочку и быстро прошептал: «Муффлиато». Он взглянул на Гарри, вернее на непослушные волосы, торчащие из-за подлокотника дивана. Гарри перевернул страницу, на них с Грюмом он не обращал внимания. Аластор опёрся на стол двумя руками и, наклонившись, и заговорил:       – Это касается ошейника…       – Давай не здесь, мне нужно отправить письма, по дороге в совятню расскажешь.       Аластор согласился. Северус отменил заклинание, искажающее звуки, и предупредил Гарри, что они сходят в совятню. Гарри одобрительно промычал, не отрываясь от книги. Как только дверь за ними закрылась, Аластор начал объяснять:       – Мы не знаем, что делать с Волдемортом. Даже провести допрос как положено не можем, его должен водить на поводке кто-нибудь с тёмной меткой и отвечать он может только им. А говорит он только односложными предложениями.       – Доказательств его вины на поцелуй дементора и без признаний достаточно.       – Он вообще может не дожить до суда, ошейник убьёт его раньше. В камере он может находиться один не больше часа. Потом начинает стонать или кричать, а то и задыхаться. Он не может нормально одеться – только брюки, и всё время мёрзнет. Есть пока отказывается – брезгует есть с рук.       – Я сейчас заплачу от жалости. Кормите его не баландой, а твёрдой пищей. Пусть морковку грызёт, как кролик. Как трахался, так пусть и ест.       – Северус, это не смешно. Ты должен снять этот грёбаный ошейник.       – Так пусть его снимет кто-нибудь из пожирателей с меткой.       – Думаешь ты один такой умный? Конечно, мы первым делом попробовали это сделать. Не прокатило. Мы перепробовали почти всех его ПСов.       – Я тебя пре… – начал было Северус, но Аластор перебил его.       – Знаю, ты предупреждал. Но тогда это был единственный выход.       – Не единственный. Можно было подождать невыразимцев.       – И дать ему возможность сбежать до их появления?       Они уже были в совятне. Северус привязал письма к лапкам сов и отправил их в путь. По дороге назад Аластор продолжал убеждать его.       – Северус, только ты сможешь снять ошейник.       – Почему я? У других же не получилось.       – Потому что ты надел его. Ты надел, ты и сможешь его снять.       – Ну, хорошо. Завтра утром я приду, – согласился Северус.       – Нет, сейчас, – настаивал Аластор.       – Ничего, не сдохнет до утра, – сказал Северус.       – Северус, ты не понимаешь, если он умрёт сейчас, то мы не сможем предотвратить его возрождение.        – Посадите к нему пожирателя, если он не может быть один.       – Постоянно подсаживаем. Но если в его камере находится пожиратель, они то и дело ебутся.А если им помешать, ошейник его душит. Нам пришлось сократить смену у его охранников в два раза, больше шести часов они не могут вынести. Он то орёт от боли, то хрипит от удушья, а ещё эта постоянная ебля…       Северус сдался.       – Ладно, сейчас соберусь. Скажу Гарри, что мы с тобой идём в аврорат. Про Волдеморта – ему ни слова.       Гарри оторвался от книги, когда они вошли. Северус пошёл переодеваться, а когда вернулся, Гарри уже читал не книгу, а свежий «Ежедневный пророк», который ему дал Аластор.       – Северус, тут снова про тебя! – крикнул он.       – Какое прегрешение мне там вменяют? – недовольно спросил Северус.       – Тут наоборот, пишут, как ты, жертвуя собой, в одиночку пробрался в логово врагов, снял защиту с дома и впустил авроров.       В его голосе звучала гордость. Гордость за него, Северуса Снейпа.       – Ещё ты обезоружил и оглушил хозяина.       – Не называй его так! – выкрикнул Аластор. – Поганый Волдеморт, вот он кто!       Гарри весь съёжился, выронив газету. Северус подошёл к дивану и, присев на корточки, взял его руки в свои.       – Гарри, всё нормально, ничего страшного. Ты научишься называть его правильно. А пока лучше вообще никак не называй. Пусть он будет Тот-Кого-Нельзя-Называть. Как его называли раньше.       – Гарри был один из немногих, кто не боялся называть его по имени, – произнёс Аластор, – и теперь, когда всё позади, такой откат?       – Ты ничего не понимаешь, Аластор, ты слишком многого от него требуешь, – сказал Севреус и обратился к Гарри, – хочешь, я останусь с тобой? Я никуда не пойду.       – Северус, это важно! – воскликнул Аластор. – Без тебя никак! Ты должен пойти со мной.       – Аластор, замолчи, – приказал Северус. – Ты всё портишь.       – Оно само вырвалось, это слово, – пробормотал Гарри. – Простите.       – Послушай, тебе не за что просить прощения, ты ни в чём не виноват. Это целиком наша вина, всех взрослых, что мы допустили такое.       Северус опустился на колени. Аластор позади него смущённо закашлялся и произнёс:       – Прости, сынок. Я сказал, не подумав. И это… ты прости нас, за то, что всё проебали. Я всё проебал. Ещё тогда, на Турнире. Прости…       Гарри молча кивнул. Аластор продолжал:       – Понимаешь, Гарри, нужно довести это дело до конца – суд, наказание. В общем, разные бюрократические процедуры. И нужны показания Северуса. Это важно, не хотелось бы затягивать. Мы сейчас сходим в аврорат, хорошо?       Гарри стиснул руку Северуса, и тихо ответил:       – Да.       – Если ты не хочешь, я останусь, – сказал Северус, – схожу завтра.       – Иди, раз нужно, – решительно сказал Гарри, отпустив его руку.       – Ты уверен?       – Что я один не побуду? Как будто в первый раз.       Северус взял газету и поднялся. Он хотел положить газету на стол, но Гарри, попросил её отдать:       – Я ещё не дочитал.       Они вышли в коридор подземелий.       – Может взять у домовиков несколько морковок? – предложил Северус. – Подкормить темнейшего?       – Конечно, забавно будет посмотреть, как он ест с твоих рук, но мы же не забавляться идём, – усмехнулся Аластор.