Связующие нити

1. Сойдя на перрон с поезда, держа в руках ручку чемодана, сразу почувствовала навалившуюся усталость, смешанную с острым нежеланием идти домой. Единственное, что вело мои ноги туда это встреча с дочерью, которую не видела пять дней. Наверное, за семь лет ее жизни это наше первое такое большое расставание. Ни я, ни она не могли переносить долгую разлуку. В этот раз обстоятельства сыграли против нас. Я знала, что она будет рада, но сначала вряд ли покажет из-за затаенной обиды. В силу возраста она не понимала некоторых моментов происходивших дома. Вызывать такси не было надобности, так как путь до дома от вокзала мог занять от силы минут десять. Не спеша катила за собой чемодан, шла размеренным шагом, размышляя, застану ли вообще кого-то дома. Середина недели и будний день, так что, скорее всего, нет, но тут уж не угадаешь. Лифт поднял на пятый этаж, распахивая передо мной двери. Вздохнув, вставила ключ в замочную скважину и провернула. Сразу стало ясно, что муж дома по доносившемуся с кухни шуму льющейся воды. Мягко прикрыла за собой дверь. Не звякая связкой ключей, опустила их на тумбу. Все еще держа ручку чемодана, впитывала атмосферу своего дома. Где я выросла, тут я создала свою семью, и, наверное, здесь же ее и разрушаю. Домой, должно быть, желание возвращаться. Стремиться всем своим существом оказаться в родных стенах, зная, что тебя ожидает родной человек от встречи, с которым участиться биение сердца, а переступив порог, ты замрешь на какие-то доли секунды, пока твоего прихода не заметили, улыбнешься долетающей возни из глубин квартиры. Тебе не нужны будут слова, достаточно будет одного только ощущения близости любимого человека. И вот ваши глаза пересекаются во взгляде, и ты понимаешь – то место, тот человек, и больше ничего не надо. А сейчас оказавшись дома, я чувствовала пустоту и тяжесть. Хотелось бежать, да так, чтобы не нашли. Но будучи взрослым человеком, несущего ответственность не только за свою жизнь и жизнь ребенка, встряхнула плечами, отпуская чемодан, скинула туфли. - Привет, - войдя, поздоровалась со спиной мужчины, который мыл посуду. - Привет, - вздрогнул он от неожиданности моего появления. – Я не ждал тебя раньше выходных. - Вот вернулась сегодня, - подойдя к окну, повернулась к нему лицом. - Как отдохнула? – он выключил воду, взяв полотенце, принялся вытирать руки. – Проветрила голову? - Проветрила, - отозвалась я, решив сварить себе кофе, заправила кофемашину. – Как Вика? - Хорошо, но дуется, что ты уехала без нее, - он придирчиво осматривал меня, и осязала его взгляд на себе. – Успела и загореть. - Да. - Мы поговорим? – спросил он, не оттягивая наши проблемы в дальний ящик. - А разве мы не достаточно говорили? – сложив руки под грудью, переспросила я, прислоняясь бедром к кухонному шкафчику. - Но мы ничего не решили! – возразил он. - Ох, Леш! Ну, каждый божий раз одно и то же, - устало проговорила я. – На мой взгляд, мы уже все решили! - Что? – запальчиво повысил он голос. - Тебе конкретную фразу надо сказать? – не реагируя на его выпады, поднесла ко рту кружку со сварившимся кофе. – Нам надо разойтись. Разъехаться. - Так я и думал! Что ты еще могла надумать? У тебя половина подруг в разводе и ты туда же, - кинул он мне свои обычные слова, которые уже было так привычно слушать. - Конечно, моя жизнь зависит от принятых решений моих подруг! – саркастично произнесла я. - Я собрал вещи, - вставил он, пока я делала еще один глоток. – Если ты хочешь пожить отдельно, так давай попробуем. - Леш, это не временная мера, - ответила я, все же удивленная его решением. - Мы не будем разводиться! – настойчиво и твердо выговорил Леша. - Это ничего не поменяет. Неужели ты не понимаешь? - У нас семья и я люблю тебя. У нас дочь. - Я не собираюсь клеить отношения прикрытием в виде ребенка. Глупость и самообман, - сказала я, борясь с подступающей волной раздражительности. – Леш, и не надо говорить слова любви. Мы живем, как соседи, только что спим в одной кровати. Между нами пустота… - Тебе самой это не надо, - в свойственно манере сказал он. - Мы уже говорили об этом! – не желая вести сейчас дальнейший спор, сложенный из одних и тех слов. Отвернувшись от него, подошла к холодильнику, чтобы оценить есть ли необходимость готовить ужин. Полки были пусты, не считая небольшого количества макарон и начаточную упаковку сосисок. Лучше не вдаваться в подробности и не узнавать, чем они питались эти дни. - Ты уволилась? – прервал молчание Леша, пока я возилась с продуктами, которые нужно разморозить. - Да, - не оборачиваясь, ответила я. - Почему молчишь? Зачем? - Я так захотела. Как ты узнал? - Заходил в магазин, - этого можно было ожидать, и даже представляла, кто мог об этом ему сказать. – И что ты думаешь делать дальше? - Разберусь, - я знала, что его бесит, тот факт, что не советуюсь и делаю все, как хочется мне. И потому как у него заходили желваки, Леша выходил из себя. - Ксеня, чем ты вообще думаешь! У тебя ребенок – ты увольняешься со стабильной работы, выгоняешь меня из дома – на что ты будешь жить! - Разберусь, - скрестив руки за спиной, посмотрела ему в глаза. Он сделал два шага ко мне и резко встряхнул, схватив за плечи. Я была шокирована таким выпадом, но не испуганна. Он ни разу за все время не поднимал на меня руку, хотя думаю, хотелось в особенности моменты подобно этому. Я пыталась отыскать в себе хоть что-нибудь к этому мужчине, но кроме сожаления и чувства вины ничего не находила. - Убери руки! – спокойно проговорила я, неотрывно глядя в его карие глаза. - Услышь меня! – на своей волне продолжал он трясти меня. – Не разрушай нашу семью! - Ее уже нет, да никогда и не было! - Я не дам тебе развод! – так же резко выпустил меня из захвата и вышел из кухни. Именно этого я и боялась, что он не отпустит меня, даже если без меня ему будет лучше. Он впервые это озвучил. Мы оба знали, конец неизбежен, только в отличие от меня, он не хотел принимать данность. Нормальный, здоровый разговор может состояться после того, как он смириться. 2. Принять решение и уволиться со стабильной работы, на которой проработал порядком шести лет, равносильно прыжку с парашюта. Там все было знакомо и надежно. Именно там я выросла от простого сотрудника до руководителя. В последнее время понимала, что все давит. Нет, того запала, движущего меня вперед. Приходила – отрабатывала свое время – уходила. Мне хотелось найти себя, и в этом не помогала моя нынешняя работа. Осознанность того, что где-то свернула не туда или остановилась во все, не отпускала. По течению обстоятельств, по выбранной профессии не доучилась со всем немного и позже потеряла смысл в том, чтобы продолжить или начать заново. Годы шли, и я открыла в себе страсть к кондитерскому искусству. Словно проснувшись от глубокого сна, перекраивала жизнь по новым меркам. Мое внутреннее содержание, работа, семейная жизнь. Абсолютно все, кроме того, что дочь всегда будет постоянной константой. Верная величина моего существования, чтобы не менялось она мой ориентир. Ее благосостояние важней, всего на свете. Она может не понять все перемены, но я точно уверенна когда-нибудь, став взрослей поймет. Входя в кафе, вытянув шею, высматривала Сергея, который должен был меня ожидать для дальнейшего разговора с глазу на глаз. Он был владельцем кофейни, а так как пекла на заказ торты и разнообразную выпечку, то он мог мне помочь с реализацией большего количества. Очень давно еще в годы моей молодости, так сказать, мы вместе работали официантами уже давно несуществующего ночного клуба. По пришествию лет каждый занял разную нишу в жизни. Как-то встретившись случайно, до смешного, на улице. Его родители по-прежнему жили неподалеку от моего дома. Разговорившись, и позднее пообщавшись, он узнал о моих планах на увольнение и кардинальную смену деятельности. В тот момент Сережа ничего не обещал, а позвонив спустя неделю, решил предоставить возможность печь для его кофейни. Его я не увидела. Об этом он предупреждал меня, так что подождать его за баром или за одним из свободных столик единственно верный вариант. В такой, относительно, ранний час в кофейне занят всего один столик. И понятно, что основной час пик прошел и основной поток людей уже трудятся, и впереди обед и вечернее время. За барной стойкой никого не было, но с угла сидела девушка, которую пелена пшеничный длинных волос скрывала ее от посторонних глаз. Со своего места у входа я могла видеть, как ее рука отрывисто движется над листком в альбоме для эскизов. Длинные узловатые пальцы крепко держали карандаш. То как ее рука двигалась, по поверхности бумаги, завораживало, хотелось узнать результат. Пойдя ближе, остановившись в полутора метре от нее, на листе были изображена та парочка, что занимала столик. Только ракурс, такой словно из-за плеча парня открывался вид на девушку, лицо которой детально прорисовано. Я не заметила, как рука замерла над блокнотом. Девушка подняла голову, медленно перевела взгляд наверх и поперхнулась воздухом от неожиданности. Рефлекторно сделала шаг назад, пытаясь, собраться в кучу разбросанные в один миг мысли. Потому как хмуро сдвинулись брови Есении, и как раскрытая ладонь хлопнула по блокноту, закрывая рисунок, степень нашего удивления одинакова. - Привет, - быстрее меня она обрела самообладание, поднимаясь с места и заходя за барную стойку, выстраивая между нами преграду. – Нежданно-негаданно! - Привет, - ответила я, беря себя в руки, присаживаясь на стул. – Да, неожиданно! - Я хотела тебе позвонить, но ты не оставила номера, - прямо сказала Еся, видимо не собираясь откладывать в дальний ящик мое исчезновение ранним утром из ее комнаты. – Почему ты ушла? Ладно, причину я могу понять, но открыто поговорить после можно! - Извини, - промямлила я, отводя глаза в сторону. - И это все? – спокойно поинтересовалась Есения. – Ксюш, мы же взрослые люди! - Мне нечего сказать! - Да, я вижу, - уголок губ дернулся в намеке на улыбку, видя мое потерянное состояние. – Что ты будешь? - Экспрессо, - ответила я. Есения принялась давно отработанными движениями делать мне кофе. Трудно поверить, что всего неделю я с ней переспала и сейчас она стоит вновь передо мной. В моей жизни и без того полно неразберихи, чтобы возлагать надежды на новые отношения. И уж тем более на случайный курортный секс. Возможно, я лукавлю в том, что не хотела бы продолжения с ней, только для этого не было времени. – Есь, а ты не в курсе через сколько будет Сергей? - Значит, ты к моему боссу! – поставив передо мной кофе, заключила Есения. – Скоро обещал быть, буквально, минут десять назад он звонил. - Хорошо. Спасибо! – сделала небольшой глоток кофе. Опасаясь с одной стороны продолжения разговора в русле нашего знакомства и его завершения. - Какое совпадение, мы с одного города, - заметила девушка, облокотившись о барную стойку. – Так еще ты знакома с моим работодателем. - Мир тесен, как говориться! - М-да уж! Мы можем как-нибудь встретиться? - Не думаю, что это будет хорошей идеей, - мой ответ определенно задел Есю, но она скрыла это за улыбкой и за резким желанием собрать волосы в пучок. Еще в момент знакомства мне было интересно, какой же длины ее волосы, той же ночью меня поразила длина по лапотки и шелковистость, когда они скользили между пальцами. От нахлынувшего воспоминания меня бросило в жар, я чувствовала, как он поднимается по шее к лицу, что заметила Есения. - Ну, судя по всему, ты врешь! - Нет! – твердо отрезала я. У меня имелся в запасе способ быстрого и надежного отказа от всех ее дальнейших попыток. Одна только правда про меня, сразу же остудит ее пыл. - Отложим этот вопрос на неопределенное время, Ксюш, - с улыбкой сказала Есения. - Привет, - тут из-за спины появился Сережа. – Извини. Долго ждешь? - Нет, пару минут, - выдохнула я, лишенная необходимости отвечать. - Пойдем, поговорим за столиком, - подхватив меня за локоть, направил в зал. – Есь, принеси нам кофе. - Окей, босс! Пока мы усаживались за столиком, она принесла нам кофе и без слов быстро удалилась. Сергей перевел телефон в беззвучный режим и отложил в сторону, поверх портмоне. - В прошлый раз ты, так толком и не объяснила столь резких перемен, - начал он. – В чем дело, Ксюх? - Сереж, никогда не поздно вылезли из чужой шкуры, и поискать свою, - ответила я. – Все не то и не так. - У тебя же была хорошая работа. Ты же уволилась, верно? - Да, две недели назад. - А муж? - Пару дней назад об этом узнал, но мы больше не живем вместе, - призналась старому другу, хотя об этом еще никто не знал. - Даже так?! - Даже так! - Ого! Почему? Сколько вы вместе? Восемь? - Девять. Я тяну его на дно, Сереж, - если бы мы находились в другом месте, то возможно бы я рассказала ему все. И он бы меня понял. – Кто-то должен был оборвать уже давно затянувшийся конец. - Мать, ну, даешь! А дочь? - А разве дети когда-то были помехой?! Нет. Тем более, по моему личному мнению, она уже в том возрасте, когда сможет понять, если не все, то хотя бы часть. Лучше так, чем она будет видеть ругань родителей, - спокойно проговорила я, под внимательным взглядом Сережи. - Удивляешь! Но соглашусь никогда не поздно побороться за свой кусочек счастья, - согласился со мной Сережа. - Страшно, порой, до чертиков! – легко рассмеявшись, на то, как он сморщился, кивая. - Возвращаясь, к делам насущным, ты хочешь печь для моей кофейни? – переходя к основному вопросу нашей встречи. Здесь ни место, ни время вести разговоры по душам. - Скажем так, хотелось бы, чтобы ты предоставил такую возможность, - открыто сказала я. - У нас хорошая проходимость и тебе нужно будет успевать в срок. И мне еще нужно, чтобы ты сделала небольшую дегустацию. Дружба и знакомства – это хорошо, но тут мой бизнес. Я не хочу терять клиентов и, следовательно, терпеть убытки, - кратко, но точно изложил он суть. – Если все меня и тебя устроит, то в деньгах не обижу. - Хорошо, - понимая все серьезность, отозвалась я. – Когда мне прийти уже с готовыми экземплярами? - Хм! – задумался Сергей, потирая переносицу. – Послезавтра я уезжаю на две недели, так что самый оптимальный вариант – завтра вечером. Успеешь? - Да! – без промедления ответила я. – Во сколько? - К восьми. - Хорошо. - Надо будет как-нибудь встретиться на нейтральной территории и спокойно поговорить, - предложил Сергей, поднимаясь с места. – А то на бегу и не поговорить толком. - Определенно, - тут мой телефон ожил, требуя внимания к звонившей дочери. - Ладно, беги. До завтра! - Пока, - прижимая трубку к уху, двинулась в сторону выхода. – Да, Вик! Что случилось? – проходя мимо бара, перехватила взгляд Есении. Меня вновь обдало волной трепета. Что мысли вылетели из головы, и я не услышала, что мне говорить дочь. – Что-что? – быстро переспросила я, спеша к выходу, чтобы скорей сбежать от наваждения, которое накрывало меня рядом с этой девушкой.