Связующие нити

5. В течение двух месяцев Ксюша была нашим кондитером. Гости в восторге, Сергей с Вовой тоже, а у меня все не получалось наладиться с ней общение. Кроме коротких приветствий и прощаний, да пару вопросов по делу, мы не уходили. Она сама, как будто избегала любого повода поговорить о чем-либо другом. Я и видела, что она перестала злиться. В глазах оттаял лед. Почему она ставила преграды? Вполне осознано, не понятно. И почему я каждый раз пыталась их преодолеть? Не понятно. - Алло! - Сень, сегодня Ксюха приедет, рассчитайся с ней из кассы, - после обеда позвонил Сергей, который должен был через пару часов улететь в совместный отпуск с Вовой. - Окей, - не задавая лишних вопросов, почему так, а не безналичным расчётом, как все разы до этого. – Легкой дороги! - Спасибо, Сень! С меня сувенир! – бросил напоследок, завершая разговор. В обычное время Ксения не появилась, хотя всегда приезжала в районе пяти-шести часов. Но и в семь ее не было. Июльский зной резко переменился с удушающей жары на бурю. В одночасье небо затянули темные свинцовые тучи, поднялся сильный порывистый ветер и хлынул ливень, сплошной завесой воды. Вспышка молнии, рассекшая небо, предвосхищала раскат грома, сотрясшего окна. До того пустая кофейня стала заполняться посетителями, желающих скрыться от разгула природной стихии. Степень их влажности варьировалась от едва мокрого до промокшего до нитки. Корыстная сторона моей натуры радовалось, так как увеличится доход, но и я сочувствовала людям, выполняя заказы и разнося их по залу. С унылого ожидания конца рабочего дня, переключилась на движение, в котором и окончание рабочей смены приближалось быстрей, и самой приходилось по душе. - Привет, - услышала я, когда вернулась за бар. По ту сторону, стояла Ксюша. Ее сумки одна на другой приютились на одном стуле. Сама она также значительно промокла. Футболка и джинсы липли к телу, по лицу скатывались капли воды, которые Ксюша не смахнула. Она улыбнулась на мое остолбенение, зная, что тому виной. Перемена в имидже, значительно, сыграла в ее внешности. Она так же, как и у меня сбрила волосы. - Тебе помочь? - оглянувшись на зал, в котором еще оставалось много необслуженных столиков, а с ним и невыполненные заказы, предложила она. - Э-эм, - растерялась я, не находя ответ. – Ты сможешь? - А то! – с готовностью отозвалась Ксюша. – Только давай, быстро выставим это, - подхватила она сумки, заходя ко мне за барную стойку. Она по-хозяйски занялась расстановкой десертов, ловко справляясь с контейнерами, с подставками и крышками. Аккуратно переложила печенье в стеклянные банки. Закрыв сумки, убрала под стул. Без слов вымыла руки и, подхватив блокнот и ручку, двинулась к первому столику. От удивления не сразу пришла в себя, пока не перехватила ее насмешливый взгляд из-под выразительно изогнутых бровей. Встрепенувшись, вернулась в строй, начиная выполнять заказы. - Ловко ты! – сказала я Ксюше, когда в зале оставалось всего пара столиков. Дождь уже прекратился, хотя большие лужи напоминали о разгуле стихии. От нас долго не расходились или же сразу после ухода гостей, стол оказывался занят. На часах довольно-таки позднее время. Близилось закрытие кофейни, и Ксюша не спешила уходить. Она сидела по ту сторону бара и небольшими глотками пила воду, не показывая виду усталости от беспрерывной беготни два часа. - После окончания школы, в первые годы института, работала официанткой, - ответила Ксюша, переведя взгляд с окна на меня. Между нами исчезла, та стена отчуждения. – Так что мне не в новинку. - Спасибо, кстати, - поблагодарила я, переходя к ней и садясь напротив. - Да, пожалуйста, - небрежно махнула она рукой. – Приятно вспомнить старые добрые времена. И именно на моей первой работе мы познакомились с Серегой. - Так давно. Сколько? – заинтересовалась я, в меня такие детали Серёжа не посвящал. - Дай-ка, подумать, - подняв глаза к потолку, она прикидывала время. – Тринадцать лет назад. - Ого! Значит тебе тридцать?! – бесхитростные подсчёты привели меня к этой цифре. - Ну, да! - Странно ты даже не возмущаешь на тему возраста. - Все, что прожито, то мое, - просто ответила она. – А тебе? - Двадцать семь, - понравился ее ответ, ведь в этом она права. Не понятно, почему другие, так выставляют эту тему. Ни больше, ни меньше это уже с нами. И почему не уважать свою собственную прожитую жизнь. - А Серегой давно знакомы? - Нас познакомил Вовка, здесь я работаю три года, значит знакомы пять лет, - потому как она расслабленно сидит и ведет разговор, то логично заключила, что никуда не спешит. – Мы скоро закрываемся, так что если хочешь – можешь идти домой. - Если ты не против, то посижу до закрытия, - попросила она. - А разве… - начала я, и сама же оборвала себя, не успев закончить мысль. - Никто не ждет, - все же ответила она. - Ясно. - Ты можешь говорить об этом, - серьезно произнесла Ксюша, улавливая мои внутренние позывы задавать вопросы. – Спрашивай все, что хочешь. - Это не мое дело, - оборонительно возразила я на ее проницательность. - При этом тебе интересно, - настаивала на своем она. Почему такая резкая перемена когда, как до этого наглухо закрыла дверь перед моим носом, чтобы частное и личное осталось при ней, а сейчас развернулась все на сто восемьдесят градусов. - В прошлый раз меня занесло, - словно прочитав мои мысли, продолжила развивать тему она. – Мы, так или иначе, будем пересекаться – во-первых. Во-вторых, откровенно говоря, мы может общаться, как друзья. К сожалению, у меня их не так много, а с тобой интересно. Мы не с того начали, но можем попробовать исправить. - Мы обе были не правы в прошлый раз, - после недолгой паузы ответила я, признавая наши общие ошибки. В том, что она сказала, был смысл, мы обе можем сделать шаг на встречу друг другу. – Значит, будем дружить! - Ага! - Тебя подвести до дома? – слова вырвались быстрей, чем я успела их осмыслить, да забирать поздно. - У тебя есть машина? – переспросила Ксюша с явным неверием в голосе. - Самокат! – съязвила я. - Вот как раз в это поверила бы, - улыбнулась она. Ксюша привела в порядок освободившиеся столики, пока закрывала смену и пересчитывала выручку, готовя кофейню к закрытию. Она мне не мешала и не отвлекала разговорами, на кухне помыв посуду, не откладывая ее на завтра. После проходя мимо щитка, выключила освещение, предусмотрительно оставив над баром. Потом присев за стол, уткнувшись в телефон. Осмотрела все вокруг, мысленно отмечая детали, как делала каждую свою рабочую смену. Проверила, закрыла ли кассу, выключены ли приборы и только после этого начала собираться домой. Развязав фартук, вытащила из-под стойки свой рюкзак, направилась к ней. - Все, - обратилась я к Ксюше, которая сразу же убрала телефон в карман и поднялась на ноги, прихватив свои сумки. – И вот деньги, чуть не забыла, - протянула ей отсчитанные купюры. - Спасибо, - не пересчитывая, сунул в карман. Закрыв кофейню, позвонила на пульт охраны, проверяя поставлена на сигнализацию. Выудив из глубин рюкзака ключи от машины, направилась за угол, где всегда парковалась. - Это твоя машина? – Ксения резко остановилась и уставилась на творение отечественного производства. - Да, - ответила я, открывая дверь. Изнутри потянула за ручку, чтобы она могла сесть. Жигули 2107 или в миру семерка 1997 года выпуска, уже давно прошел свои золотые годы. Одна дверца после аварии была заменена и отличалась от всей машины вишневого цвета, когда она зеленая. Мне было стыдно ездить за рулем этой машины, но другие варианты отсутствовали. А с Ксюшей мы только начали сближаться, чтобы я открывала причины, по которым имею в распоряжении данное авто и какие события сопутствовали. - А мы доедим? – за последние пять минут подала голос Ксюша. Ее насмешливый голос помог мне справиться с неловкостью и стеснение. - Будем надеяться! - Это обнадеживает, - она откинулась на сиденье. Провела рукой по обивке и по передней панели. – В таких старых машинах невольно вспоминаешь времена СССР или девяностые. Не вытравливаемый дух прошлого. - Есть немного, - трогаясь с места. Стекла окон опущенные вниз до отказа впускали в салон прохладный ветерок, наполняя легкие свежим воздухом. - У моего друга была пятерка, - искоса бросив на нее взгляд, Ксюша высунула руку из окна, задумчиво перебирая пальцами в воздухе. – Так после некоторых моментов, он сказал, чтобы я не при каких условиях больше не садилась в его машину. - Каких же? – заинтересовалась я, раз она сама решила поведать мне. - Как-то зимой, буквально, за пару дней до нового года, он помогал мне перевезти вещи с квартиры к маме, к которой должна переехать, - охотно отозвалась она. – Кстати, пассажирская дверца у него не открывалась снаружи. Так вот мы все сделали. Он позвал покататься, - тут она замялась и я поняла, в чем дело, подтвердив мои мысли, продолжив. – И к себе в гости. Но отъехать от моего дома не вышло, гололед и машина просто стояла на месте. Я пыталась толкать, да какой там толк. Он посадил меня за руль, кое-как объяснив, что требуется. У него что-то закипело. Надо бы было отказать от этой затеи, так нет же, мы продолжили. Наши мучения увидела моя мама и вышла помочь. И вот спустя сорок минут сдвинулись с мертвой точки. Ему нужно заправиться и на заправке у нас рвется какой-то ремень или что-то такое, из-за чего он не может самостоятельно завести машину. Тут нам помог другой водитель, взяв на буксир, и потянул за собой, пока двигатель не завелся. Не знаю, всех тонкостей в этом я полный профан. Как же он ругался и клял меня, ведь за три месяца до этого он взял меня покататься. И говорила же ему, что не надо ехать через это поле. Ну, как поле, больше похоже на американские горки. На этих ухабах, трясло ужасно. А от одной подкинуло так, что дух вышибло. И не только у нас, а и у машины. Он мне припоминал все эти моменты. Заключил, что я ведьма, которой не следует ездить на автомобилях. Ну, так, а в чем я виновата, если тарантай. Я расхохоталась, живо представляя все приключения, которые она описала. Как там говориться, что молния не бьет в одно и то же место дважды, тут видимо совершенно иной результат. - Не переживая, малышка, она нас не сглазит, - деланно погладила руль, приговаривая ласковые словечки, обращаясь к машине. - Ой, ну, ладно уже! – без обиды возмутилась Ксюша, пряча улыбку. – Куда мы вообще едем? - Не знаю! – и вновь рассмеялась от глупости ситуации, ведь мы увлеклись разговором, и я не спросила адрес, по которому везти Ксюшу. – Куда едем? Она назвала адрес. Мы жили в разных частях города, сказала бы, в противоположных, хотя к слову, я неплохо знала ее район. Мне доводилось там снимать квартиру пару лет назад. Ксюша полюбопытствовала и моим местом проживания, стала сразу сетовать, что мне не с руки ее подвозить. Я лишь отмахнулась, сама предложила. И мне это хотелось, продлить минуты общения с ней, просто быть рядом, тем самым оттягивая возвращение домой. 6. Слишком быстро закончилась дорога, когда Еся затормозила у моего подъезда, после моих инструкций. Стоило мне приоткрыть дверь и у нас быстро наладилось общение, как тогда в баре в нашу первую встречу. При этом я все же отметила, что она многое скрывает. И не мне лезть в душу и голову человека, но моментами возникало чувство, Еся бы и сказала, а сдерживает себя. Ее образ никак не вязался с видом ее машины и то, как ей стало неловко, подтверждало, за этим что-то кроется. - Так почему ты решила сменить свой имидж? – повернулась вполоборота Еся, обращаясь ко мне, и все же не глуша двигатель. Конечно, ее это заинтересовало, ведь наши прически идентичны в своем исполнение. - Я знаю, как это выглядит со стороны, - видя ее насмешливое выражение лица, тут же начала оправдываться. – Я не копировала твой стиль, даже не пыталась. Когда уже вышла от парикмахера, то поняла, что в моем окружении есть человек с такой прической. - Ты же понимаешь, как слабовато звучит твой аргумент? – со смешком уточнила Еся. – Хотя признаться тебе идет. И еще сейчас так многие ходят. - Тебе на протяжении всего вечера хотелось задать этот вопрос? – саркастически заметила я. - А то! – улыбнулась Еся, откровенно веселясь надо мной. - Спасибо, что подвезла, - открыла дверь, как бы мне не хотелось продолжить разговор и пикировку словами. – До встречи! - Пока. Постояла у подъезда, провожая взглядом удаляющуюся машину и скрывшуюся за поворотом. С легкой грустью или тоской побрела домой. В пустую квартиру. Я до сих пор не привыкла распоряжаться своим временем. Раньше всегда казалось, что у меня крохи личной свободы, помимо быта. Теперь порой не знала чем себя занять. Определенную роль сыграло и тот фактор, как увольнение с постоянного места работы. Меньше забот по дому, просто потому, что ничего не накапливалось за рабочие будни, а делалось сразу. Резкая перемена, хотя и осознанная, но еще не привычная. Мне нужно адаптироваться в новых условиях и тогда уже не буду чувствовать себя потерянной. 7. Выдался редкий выходной и, проведя половину от него в уборке дома, возникла также необходимость восполнить запасы в продуктах. Тем более сигареты закончились еще утром, это лишний повод выбраться из дома. Машина сломалась два дня назад и стояла во дворе, ожидая своей очереди в списке моих дел. Так что выбор магазина пал на самый ближайший универсам шаговой доступности. Пренебрежительно отнеслась к внешнему виду, натянув шорты, свободную футболку, на пару размеров больше, кеды и на голову черную кепку, глаза спрятала солнечными очками. Окончательно отрешилась от мира, воткнутыми наушниками. Неспешной походкой шла по улице. Прохожих было немного, все-таки будний день и середина дня. В основном, кто не работал, проводили время на пляжах, дачах или куда-то южнее. Я задумалась, что возможно бы было неплохо провести как-нибудь денек на природе. Потом о том, что не с кем. С другой же стороны, почему и не одной. - Эй! – из-за спины услышала окрик, в паузу между песнями, играющими в наушниках. И хотела отмахнуться, не придавая значения, или просто списать на то, что показалось. Но чья-то рука, которая легла на мое плечо, вынудила остановиться. Стараясь не показывать свою растерянность, обернулась назад, параллельно убирая наушник. Передо мной стояли два парня, лет по двадцать. Мне не знакомые и до этого никогда не встречавшиеся. -Вам что-то нужно? – спокойно спросила я. - Сигаретки не будет? – ответил один из парней. - Не курю, - соврала я, так или иначе сигарет у меня не было. - А можешь все-таки посмотришь? – более наглым тоном ко мне обратился второй, когда я, было, отвернулась от них. - Сказала же, что нет! – злясь на нелепость развивающихся событий. - Что-то ты дерзкая! – ухмыльнулся все тоже тип. – У таких, как ты всегда есть сигареты. - У каких же? - Лесб! Меня сильно поразил ответ, буквально, выплюнутый в лицо. Во мне мало что говорило о моей ориентации, чтобы возникали конфликтные ситуации. Я слышала непринятие от людей, но по большей части в период своего открытия самым близким. Случайные знакомые и некоторые друзья очень резко высказывались на мой выбор и стиль жизни. Сейчас же я столкнулась с открытой агрессией и не знала, что делать и как себя вести. - Ребят, давай разойдемся и не будем усугублять, - сдержано процедила я. - Что если нет! – оскалился в гнусной усмешке первый, подхватывая манеры поведения своего товарища. - Пошли б вы на… - не выдержала я, отдаваясь своей несдержанной натуре. О чем очень быстро пожалела. Приближающийся кулак к моему лицу заметила у самого носа. Резкая боль, рефлекторно схватилась за лицо, то ли в попытке защититься, то ли как-то помочь пострадавшей части лица. Пальцы моментально покрылись липкой кровью. Так как я потерялась в своей боли и зажмурилась, то пропустила толчок. Вследствие чего упала на раскаленный асфальт. Вскрикнув от столкновения локтя и земли, плотней зажмурила глаза. Мной двигали инстинкты, скручиваясь в позу эмбриона. Им показалось мало, и еще последовали несколько ударов, хаотично нанесенных в живот и по ребрам, лицу. Слезы и кровь смешались на моем уже распухшем лице. - Эй, что вы творите! – откуда-то со стороны закричал мужчина и все прекратилось. Я слышала лишь шуршание подошв кроссовок удаляющих от меня. Мне было сложно сказать, что болело сильнее, хотя все-таки лицо. Глаза застилало кровью, видимо, рассечена бровь. Дышать удавалось только ртом. Паника волнами прокатывалась по мне, но какой-то миг окружающие звуки притупили болевые ощущения. Вот тот же мужчина вызывает скорую, рядом еще кто-то из прохожих обратил внимание на происходящее. Меня никто не трогал. Раскаленный асфальт жег кожу и, справившись с собой, осторожно опираясь на здоровую руку, приподнялась. Волны дурноты не последовало, значит, можно сказать, что сотрясения нет. Уверенней сев, низом футболки попыталась вытереть лицо, но это принесло малый эффект. - Вы как? - Могло быть и хуже, - гнусаво отозвалась я, стараясь сильно не вертеть головой. Впервые мне довелось получить по лицу. Не за что! Просто идя по улице. Как такое может происходить средь белого дня? Почему некоторые люди, если они достойны, называться таковыми, позволяют качать права и вести себя подобным образом? Ничтожные существа, повышающие свою собственную значимость за счет других, как правило, более слабого. Неуклюже выудила из кармана телефон, наудачу не разбился при падении на землю. - Па…