Связующие нити

20. Мама ушла, так же молниеносно, как и появилась. Меня удивила уверенность в себе и легкость, с которой Еся отвечала на мамины вопросы. Ее волнение было чуть ощутимо. Знакомство с родителями всегда стресс, а спонтанное тем более. Меня все еще трясло после утра. И появление мамы внесло свои коррективы в мои действия. Как мне объяснить, что я чувствую, как сказать и, наверное, доказать истинность слов. Эта девушка проникла в самые дальние уголки моего существа, не знаю, понимает ли она сама, такие уголки души разбудила во мне. Ее глаза говорили «да». - Неожиданно! – с улыбкой проговорила Еся. - Очень. - Значит, я уже знакома с твоей мамой? - Получается так! - Ты не говорила, что Вике понравилось, - заметила она, сложив руки на столе. - Да, перед отъездом мы заезжали. Ей, действительно, очень понравилось. Теперь ты для нее кумир, она хочет заниматься рисованием, - ответила я, поднимаясь с места, чтобы ополоснуть грязную посуду. - Какие планы на день? - Думала, пройтись по магазинам и докупить необходимое в дом, - отозвалась я, раздумывая над следующими словами. – Если ты свободна, присоединяйся ко мне? - Свободна, - она встала рядом со мной, бедром облокотившись о столешницу. – Поехали, куда скажешь, если только позже ты обещаешь провести вечером со мной. - Без проблем, - стряхнула воду с рук и повторила ее позу. – Значит, собираемся? - Ага! Еся активно участвовала, выбирая со мной. В квартиру требовалось докупить больше декоративные мелочи, дополняющие общий дизайн уже законченного ремонта. В порыве очищения я избавилась практически от всех вещей. Даже мебель нашла новых хозяев. Теперь прохаживаясь вдоль рядов магазинов, наполняя тележку, писала новую историю из цепочки воспоминаний. Меня смешило, как в несогласии на мой выбор ковра в зал, Еся хмуро мотала головой, видите ли, плохо сочетается с цветом дивана. Или с каким энтузиазмом и вдохновением доказывая необходимость пня в спальню в качестве прикроватной тумбочке. Самый натуральный пень, обработанный и приспособленный для декоративных целей. Внешняя часть очищена от коры и окрашена черной краской. И ей удалось уговорить купить – два. Не назвала бы наши вкусы схожими, но все же находились общие взгляды. Я отмечала новые детали в ее характере и манере держаться в обществе. Она не стесняясь, могла взять руку и подолгу не отпускать, когда как я все-таки опасалась поймать на себе любопытный взгляд. Спорила, если была не согласна, при этом быстро отходила и прекращала навязывать свое мнение. Еще могла остановиться перед понравившимся предметом и длительное время рассматривать. Хотя больше всего она просто была рядом, слушая меня, и молчала. - Заедем ко мне? – сложив все покупки в багажнике, мы выезжали с парковки торгового центра. – Хочу переодеться и взять кое-что. - Конечно. Еся оставила меня ждать в машине. Пока ее не было, я озиралась по сторонам, поражаясь в каких условиях, могли существовать люди. Я смотрела на это не с точки зрения какого-то презрения, а удивляясь в реальности таких мест. Конечно, не все мы богаты и успешны. Наша жизнь может подкинуть различные фортели, что засчитанные мгновения окажешься на обочине и только разведешь руками. Такая поразительная многогранность города, где граничат не совместимые вещи. Вот барак, а здесь новый микрорайон, чуть дальше больница, школа, и опять микрорайон из высоток недавней постройки. Мне не нравилось это место, потому что не чувствовала здесь безопасность. - Ну, все можем ехать! – она забралась на водительское место, предварительно что-то положив в багажник. Мы заехали в соседний с домой супермаркет и быстро пробежались по продуктам, чтобы я могла приготовить ужин. Еся настаивала на доставке, но отмела ее предложение. Поэтому она оставила меня и встретила только у кассы с бутылкой вина. Дома она сослалась на свою не пригодность для готовки и удалилась разбирать покупки. Да, я и не возражала, так как не любила, чтобы лезли под руки и мешались. - Есь, иди за стол! – крикнула я с кухни. - Иду. Она вошла и с широкой улыбкой села за стол, где уже все было накрыто. Я не стала перегибать палку и ставить свечи и другую романтическую атрибутику. Но Еся вновь оказалась на ногах, пристально смотря на меня, протянула мне руку. В растерянности переводила взгляд от ее глаз к руке, не понимая с чем связанна резкая перемена. Она сделала шаг ко мне, кладя руки мне на талию. - Не хочу, есть или пить, - понизив голос, говорила она, привлекая меня к себе. – Хочу тебя в своих руках. Не могу больше терпеть. - Может, все-таки поужинаем? – мне и самой было не выносимо от желания. - Плевать, - обхватив мое лицо ладонями, впилась поцелуем в уже приоткрытые губы, сминая любые слова. Меня закрутило в страсти, в требовательных и одновременно нежных губах, ласкающих руках. Отвечала с не меньшей жаждой. Чувствуя дезориентацию и головокружение, крепко стиснула ее плечи, чтобы устоять на ногах. - Идем в постель… Моя тихая просьба привела Есю в действие, не выпуская меня из своих рук, двинулась к комнате. В коридоре она стянула с меня футболку, там же брошенную на пол. Ширинка на брюках оказалась расстёгнута. Вот она подготовила комнату. Застелила чистое постельное белье, на полу уже красовался новый ковер, как и пни, на которые поставила ночники, в данный момент тускло освещавшие комнату. Даже шторы успела повесить. Рывком развернула ее за плечи, вжимая спиной в стену, задерживаясь на секунду на ее глазах, пылко впилась в ее губы. Мне нужен контакт с ее кожей. С лихорадочной поспешностью, дрожащими пальцами расстегивала пуговицы на ее рубашке. Распахнув ее, отстранилась, опускаясь взглядом от губ и ниже. Небольшая грудь в простом сером бюстгальтере вздымалась и опадала в частых вздохах. Смуглая кожа, скрывающая под собой крепкие мышцы. Ладонью повела вниз, очертив пальцами кромку бюстгальтера, от него посередине живота, ощущая, как трепещет пресс. Заведя вторую руку ей за спину, отыскала застежку лифчика, Еся подхватила мою инициативу, сбрасывая одежду на пол. От вида на ее грудь, сладкая истома разлилась от основания позвоночника. Я хотела исследовать губами. Уверенная рука легла на мой затылок, притягивая к себе, в молчаливой просьбе. Чуть поведя головой в сторону, увернулась и вновь поцеловала. Потом заскользила губами к шее. Руками, лаская мягкую плоть, накрылась сосок своим ртом. До моих ушей долетел глухой стон, от чего я улыбнулась. Меня тянуло ниже, дать этой прекрасной девушкой удовольствие, которое она отдавала мне. Но Еся предугадывав мои дальнейшие действия, перехватила инициативу. Прижав свое тело к моему, глядя мне в глаза пылающим взглядам, подталкивала нас к кровати. - Хочу видеть тебя на кровати, - твердо выговорила она, легко целуя в уголок губ. Мягко опрокинув меня на спину, она, оперившись коленом в край матраса, потянула вниз по ногам брюки и трусики. Я была открыта перед ней и не испытывала стыда. И пусть мы уже занимались сексом, но этот раз все же особенный для нас. Мы признали друг в друге любимого человека, просто сами до конца не нашли определение и не высказали в слух. Обычно я стеснялась обнажения, а перед Есей для меня не играло роли, какой она может увидеть, потому что подсознательно знала, что этот свет в глаз не потухнет. И сейчас она смотрела, словно старалась высечь в памяти мой образ. Еся выпрямилась и скинула свою оставшуюся одежду. Пришла моя очередь созерцать красоту ее тела, подтянутого, будто высеченного из камня, безусловно, крепкого. Я забыла, какая она красивая. Это мне нужно высечь этот образ. От пшеничных волос, рассыпавшихся по плечам, когда она распустила их, гладкой смуглой кожи, небольшого шрама на внутренней стороне предплечья, родинке на плече. Как жаль, что не обладаю хотя бы толикой ее таланта, имея возможность изобразить ее на бумаге. Еся опустилась на кровать, чуть нависая надо мной, мучительно медленно соединяя наши тела в тесном контакте. Кожа к коже, судорожно втянув воздух, положила руку ей на спину, поглаживая. Бережно, почти лилейно она пальцами пробежалась по моему лицу, убирая пряди волос мне за ухо. Она смотрела таким проникновенным взглядом, губы дрогнули в улыбке. - Ты такая красивая, - прошептала она, коснувшись большим пальцем моих губ, очерчивая их контур. – Кажется, что все это не реально. И я боялась, что ты исчезнешь. Вновь. - Нет, - в ответ касаюсь пальцами ее лица, завораживающего меня. – У меня не хватит сил уйти от тебя. Стереть горестные воспоминания трудно и для этого потребуется время. Доверие заслуживается днями, неделями и так далее. Поступки и действия скажут лучше всяких слов. Но сейчас разговорам ничего не решишь. Я притянула ее к себе для поцелуя, следом перевернув на спину. Она мне позволила провести этот маневр, только усмехнувшись. Предоставив свободу для моих любых действий, но ее глаза следили за мной.