Гордый и Сильная

      Хлоя нехотя подходила к отелю, внутренне надеясь на то, чтобы их прогулка с Куффеном продлилась чуть дольше, ну хотя бы лишние пару-тройку минут.       Она уже давно не чувствовала себя так легко и спокойно в компании посторонних людей, не считая Сабрины, конечно. А впрочем, и Ренкомпри заметно проигрывала Луке в плане поддержания доверительных отношений. И плевать, что они с музыкантом были знакомы лишь жалкие четыре часа. Абсолютно. — Мы пришли, — произнес парень, когда они оказались недалеко от входа в отель.       Хлоя обвела недовольным взглядом швейцара, который хоть и делал вид, что ничего не случилось, но всё же не смог не заметить, что мадемуазель вернулась домой не одна. Разумеется, чуть позже, она ещё пригрозит ему увольнением, на случай его излишней болтливости, но надо признать, этот парень ещё ни разу её не подводил. Даже в тот день, когда она целенаправленно заставила работать весь класс, прикрываясь личными указаниями родного отца. Особенно идеальную до мозга костей Дюпен-Чэн и её незамолкающую подружку Сезер…       На этом моменте Буржуа слегка скривила губы. Всё-таки подобное воспоминание было не самым приятным в её биографии. Хотя Куффен наверняка это знал. Во всяком случае, она сама ему обо всём рассказала: и о подмоченной репутации, и о своем жутком характере. А после, совсем не она предложила свою дружбу брюнету. Да…       Карие глаза молодого швейцара с любопытством изучали незнакомого парня, а потом неожиданно переключились на Хлою. Ей даже стало немного неловко, но она всё же смогла успокоиться и вновь обернуться к брюнету. — Да, ты прав. Спасибо за сегодняшний день, он на многое открыл мне глаза. — Хочешь сказать, что теперь Хлоя Буржуа станет кем-то вроде матери Терезы в Париже? — беззлобно усмехнулся Лука, на что девушка тут же состроила недовольную рожицу, но почему-то совсем не обиделась. — Спасибо, но эта роль уже давно принадлежит святоше Дюпен-Чэн. Так что придется вам и дальше мириться с моим ужасным характером. Извините, конечно, но по-другому никак. — Я очень рад, — ответил музыкант и щеки блондинки озарил нежный румянец.       С ней ещё никогда не общались так просто, словно это не она была той самой жуткой зазнайкой и привередой Буржуа. Будто это не на её голове красовалась корона, крепящаяся к волосам при помощи шпилек и завышенной самооценки, а также еще кучи других неприглядных моментов. А главное, что теперь ей самой захотелось окунуться в неизведанный до этого мир дружбы и непредвзятого отношения. Странно, что только сейчас она пришла к такому выводу, и что более странно, что лишь Куффен смог стать тем самым, неожиданным другом, которому бы она доверилась даже без единого намека на промедление. Ведь Лука, каким-то удивительным образом, сочетал в себе юмор и доброту, сарказм и ангельскую ухмылку, в общем, всё то, что Хлоя искренне ценила в окружающих. Пусть и в своих глубоко личных фантазиях. — Я снова сказал что-то не то? — Нет, все в порядке. Ещё раз спасибо за нашу прогулку… Ну я пойду?       Девушка жутко хотела чтобы её задержали, остановили, в который раз схватили длинными пальцами за запястье и потянули назад, но Лука не решался. Во всяком случае, она поняла это по отстранённому взгляду швейцара, всё это время внимательно следившего за Буржуа. — Хлоя! — слегка дрогнувший голос Куффена пронзил тишину и она облегченно вздохнула. — Да? — Ты бы хотела выступить с номером на своём выпускном? — Что? Я… Да, но… — Отлично, тогда встретимся на репетиции? Завтра? Куффен буквально сиял, хотя и отчаянно пытался это скрыть. — Что? Ну уж нет! Ноги моей больше не будет на этом корыте! — Кхм-кхм. — Прости, я хотела сказать на том корабле… — Засчитано, — усмехнулся парнишка и задумчиво посмотрел на блондинку. — Но как же тогда мы сможем отрепетировать номер? — Приходи ко мне утром. Жан Поль проводит тебя к моим апартаментам, — неожиданно для обоих выдала Хлоя.       Она ещё ни разу не приглашала к себе посторонних людей, не считая Сабрины и Адриана, но эти ребята были едва ли не полноправными хозяевами её номера, особенно, в дни, когда Хлоя уходила в депрессию. — А как же ребята? Да и всё наше музыкальное оборудование?       Лука правда не понимал как должно было выглядеть это собрание, но он до безумия хотел сыграть что-нибудь именно Хлое. От себя лично и только ей. Возможно, даже ту самую мелодию, что с утра крутилась у него в голове. — Это уже тянет на убийство с особой жестокостью. Я приглашаю тебя, а не всю вашу группу. Можешь взять с собой гитару и парочку медиаторов, об остальном позаботится мой отец. И да, даже не пытайся помирить меня с этими грубиянами, иначе я разобью гитару о твою счастливую голову. Я не шучу!       Похоже, Хлоя говорила серьёзно, ведь единственный раз, когда он видел её злой, – это в момент её бегства из гостиной своего корабля. — Так ты согласен?       Что ж, кажется, впереди у них намечалась захватывающая авантюра, хотя Куффен ещё и не знал как её правильно провернуть. Промедлив всего лишь пару секунд, он отчётливо произнёс: — Да, конечно… К десяти тебе будет удобно? — Более чем, — ответила девушка и растворилась за дверью дорогого отеля. — Отлично. Теперь мне придется придумывать как перенести на сцену наше общее выступление, — озадаченно произнёс музыкант и, развернувшись на пятках, направился к Либерти.

***

      Куффен ощутимо нервничал перед встречей. В общем и целом, такое бывало нечасто. Да собственно почти никогда. Обычно именно он был самым мягким и терпеливым участником «Kitty Section» и потому без труда принимал на себя образ необходимого буфера между ними. А вот сейчас этот «мистер спокойствие» волновался и сам.       Хлоя нравилась ему довольно давно, но какие шансы были у неизвестного музыканта в плане завоевания самой требовательной и заносчивой девушки Парижа? Вот именно — никаких. По крайней мере, Лука думал именно так, всячески убеждая себя в том, что Хлоя лишь красивая картинка и, что за её кукольным личиком прячется откровенная грубость и фальшь. Однако, бесконечные рассказы Джулеки о выходках Буржуа вызывали у него поистине живой интерес. После этого он мог часами сидеть на палубе Либерти и сочинять новые песни, уходя с головой в очередную мелодию. Джулека обычно крутила у виска пальцем, искренне не понимая того, что же нашел её умный и талантливый брат в этой заезженной побрякушке.       А ведь он и правда нашёл. И вот теперь, до их встречи оставалась лишь пара часов, за которые Куффен должен был как следует отоспаться, собраться и доехать до знаменитого отеля, в котором он вновь собирался нацепить на себя маску вселенского миротворца. Нет, конечно, музыкант не лукавил, рассказывая о себе всевозможные факты и добродушно поддерживая Буржуа, просто он не мог ей так сразу открыться и потому, в его душе царил хаос. — Роуз сегодня немного задержится, — бесцеременно ввалившись в каюту Луки, объявила Джулека. — Без проблем. Но сегодня вы репетируете вчетвером. У меня вдруг возникла отличная идея! — Боже, просто кивни, если эта идея связана с Буржуа. Парень покорно кивнул. — Так. Знать ничего не хочу и не буду. Делай то, что посчитаешь нужным. Надеюсь, эта пустышка не разочарует тебя за пару дней до нашего выпускного. — Ни за что, — загадочно хмыкнул Куффен и скрылся в собственной ванной.

***

      Хлоя как всегда проспала. Положение не спас даже будильник, разрывающий комнату своим мерзким пищанием. Девять раз она откладывала смартфон под подушку, приближая тем самым, заветные десять часов.       Когда дворецкий принес девушке завтрак, то стрелки показывали уже половину десятого. — Что? Какого черта?! Жан Жак! Почему ты не разбудил меня час назад? Я же говорила, что на сегодня у меня назначена важная встреча!       Девушка уже пару минут как летала по номеру, в надежде найти тот самый наряд, который она подготовила накануне, но его нигде не было. — Я пытался, мадемуазель, но вы приказали уйти и не лезть со своими нотациями. Что я и сделал. — Боже, Жан Люк… — обречённо рухнув на край дивана, взвыла Буржуа и тут же запуталась пальцами в волосах. — Черт! Где моя рубашка из последней коллекции Габриэля Агреста? А брюки? — Наверняка вы оставили их в гардеробной. — Проверь, а я в душ. Если за это время появится месье Куффен, предложи ему кофе и что-нибудь перекусить. Да, кстати, Жан Пьер, техники уже успели установить усилители и эти… Ну что там ещё? — Да, конечно, они закончили ровно в семь. — Отлично! Всё, скоро буду, а ты пока иди вниз и дожидайся нашего гостя. Отвечаешь за него головой, ясно? — Как скажете, мадемуазель, — дворецкий слегка поклонился и исчез в гардеробной, где нужные Хлое вещи уже давно ожидали хозяйку.