#5 Где-то там

— Так наш, сука, Томас, уехал кукухой за пределы корабля? — Да что за жопа такая? — удивлялся Дагман. Бил Соррс просто молчал. Одел новые очки. Перебинтовал себе голову. Перекусил порцией синтезированного бульона. — Я говорю вам, так все и было. Томас сказал, значит, так и есть. У кого-нибудь есть причины ему не верить? — Не каждый день я слышу, как мне говорят о том, что вся планета сходит с ума, про тебя все забывают, при том, что ты далеко не последнее лицо в федерации, так еще, сука, на полном, сука, серьезе, хотят тебя уничтожить. Сука… — Предлагаю заходить на посадку с другой стороны. Без предупредительных сигналов. Зайдем за территорией нашего влияния, а потом будь, что будет. — подал голос Бил. — Веришь, значит? — Вам нет смысла разыгрывать спектакль. Уор, сколько уйдет времени на облет планеты? — Учитывая, что Борька не починил автоматическую систему запуска форсажа, а в этом типе системы его по другому, кроме как через компьютер, не запустить, то я ставлю на месяц. — Месяц? — переспросил Борис. — Да, умник. Иди давай чини и тогда доберемся за день! — Хорошо, попробую что-нибудь придумать. — опустив голову, Белейкин собирался уйти, но Верман его остановил. — Пока не уходи. Хочу еще кое-чем поделиться. — Чем? — обратил особое внимание Соррс. — В общем… — двери раздвинулись, и в навигационную вошел Томас Холлиган. — О, явился — не запылился! — продолжал искрить Уор Филэй. Томас не удостоил его внимания и сказал: — В экстренной ситуации корабль может развалиться на отдельные части. Оставить только функционирующий десантный модуль, в котором мы и совершим посадку. Действовать нужно быстро, решительно. Нас хотят уничтожить, так как мы являемся незарегистрированным космическим объектом. По нашему возвращению нас объявят преступниками, скорее всего. Будем действовать по обстоятельствам, другого выбора нет. — У меня есть знакомый адвокат, он нам поможет. — добавил Борис. — Если есть вопросы-предложения, то обращайтесь сегодня. Потом не нужно мне ничего говорить. Старший развернулся и побрел к выходу, — в темные полумертвые коридоры космического корабля, дышащего на ладан. — Томас! — крикнул Бил ему в след, но тот не отреагировал, — Все, кхм, кому нужен медицинский осмотр, — таблетки от головной боли, — прошу пройти в мою лабораторию. Боря, Дагман, Верман. Вам нужны лекарства? — Да-да, займемся этим вопросом. — согласился Дагман. Соррс принимал своего первого пациента, а Верман стоял у иллюминационного окна и все глядел на землю на фоне звездной бесконечности. Планета продолжала жить своей жизнью, а войны, похоже, действительно не случилось. Но ему не хотелось думать о родном доме. Ему хотелось думать о звездах, смотреть на небо. Это его успокаивало, отстраняло гнетущие мысли и тревоги. Успокаивало ровно до того момента, пока он не вспомнил голос во мраке: — Любишь созерцать звезды?! — ужасный, нечеловеческий голос. Такое не может просто послышаться. А коли так, то по их кораблю незаметно для всех перемещается нечто страшное. Звезды более не помогали и тревога вновь захватывала его голову. — У тебя повышенное давление, Белейкин. — говорил Бил. — У меня так с детства. Моя норма сто сорок на сто, не меньше. — Сейчас у тебя сто восемьдесят на сто сорок. Это абсолютно ненормально. Я дам тебе двойную дозу успокоительного. — Как скажешь, док. Но я хорошо себя чувствую, правда. — Позови следующего и не напрягайся пока. — Арлей! Давай, заходи. — крикнул Боря на выходе из лаборатории. *** Уор все сидел в навигационной и особо ни о чем не парился, пока все суетились, пытались чем-нибудь помочь бортмеханику Борису. Он ждал, пока ему вернут его управление, и он сможет приступить к любимому делу. — Да какого хрена ты не работаешь! — вскинув руки, выкрикнул Уор и отбросил свой игровой планшет. Сидел он в центре зала на освещенном резервными источниками месте, а вокруг него была тьма. Конечно, если напрячь глаза, то что-то можно было разглядеть, но его это не интересовало. Однако, что-то интересовалось им самим. Нечто черное, почти полностью сливающееся с темнотой, наблюдало за ним. Оно не двигалось, лишь слегка переливалось оттенками черного. Уор услышал легкое шипение в темном углу зала и оторвался от стула. — Кто это тут? — кинул он слова в пустоту. Ответа не было, а шипение прекратилось. Он был абсолютно один. *** — Верман! Что за дела? — Что ты творишь, Верман? Арлей стоял на месте, тяжело дышал, смотрел на что-то невидимое для остальных. В его руке был хирургический нож. С него капала кровь. Перед ним сидел с выпученными глазами Бил Соррс. Белейкин и Дагман Харт стояли позади и не понимали, что происходит. — Этот… он… — лепетал Арлей. — У него пониженное артериальное давление. Не пойму, как он стоит на ногах. Он бредит, друзья. У него могут быть зрительные галлюцинации. — спокойным тоном рассуждал Бил, — Для его же безопасности его нужно изолировать. — Изолировать? Изолировать?! Я тебя сейчас так изолирую! Бил держался за порезанную руку и щурил глаза, пока Верман кричал на него, замахиваясь ножом. Борис медленно подкрадывался к ним. Дагман решил не двигаться, дабы не наделать лишнего. Верман уже был готов нанести еще один удар, но тут его схватили за руку. Огромная пятерня Бориса обхватывала его руку с запасом. Арлей пытался вывернуться, но тщетны были все старания. Он захотел ткнуть и его, но другой рукой Белейкин схватил его за вторую руку и, слегка потянув его в разные стороны, приподнял над полом сантиметров на пять. — Томас, у нас тут кое-что случилось, прием. — сказал Харт, включив нагрудный микрофон, но тот как всегда не отвечал. — Посажу тебя в трансформаторной и привяжу к поршневой. Посидишь там, пока не объяснишься, понял? — ставил того Борис перед фактом. Верман лишь молчал в ответ и, с безнадежным видом, перестал брыкаться, отдав свое тело в руки здоровяка. — Позже я принесу ему что-нибудь. Где-то был легкий ликсицин. Поищу сейчас. — бормотал Соррс. — Дагман! Не стой там, не бойся! Иди помоги Билу, обработай рану, поменяй повязку на голове, ну! — Д-да! — очнулся Харт и начал действовать согласно указаниям Бориса. Спустя несколько часов — Не знаю, что на меня нашло… — перед прикованным Арлеем стоял Томас и Уор. Дагман с Борисом занимались электроникой, а Соррс сидел в своей пещере. — Тебе есть, что нам рассказать? Что у тебя на уме? Мне нужно это знать, прежде чем я решу тебя освободить. — Томас, я… — Не нужно переживать. Просто скажи, как оно есть, и я попытаюсь тебе помочь. Мы все попытаемся. Да, Уор? — Конечно, да. — кивнул тот. — Я… ладно. — Верман промолчал несколько секунд, затем продолжил, — я думаю, что мы в опасности. Все мы, Томас. — Естественно, мы в опасности. Мы зависли в неработающем корабле в открытом космосе, а весь мир нас вмиг забыл и считает, более того, своим непосредственным противником. — Да-да, Томас, но я не о том. — О чем же ты? Уор сложил руки на груди и состроил задумчивое лицо. — Что-то на этом корабле не так… Что-то здесь происходит, понимаешь? С нами тоже что-то происходит. Ты ничего не замечаешь? Я чувствую это с момента той невероятной вспышки. Все не так просто! Я пытаюсь объяснить, но сука такая, слова в голову не лезут! Я чувствую опасность и не могу ничего с этим поделать. Как мне сделать все правильно, скажи? Томас и Уор продолжали молча смотреть на него, не зная, что тут, собственно, сказать. Затем слова пришли к Холлигану: — Я тебя понимаю, Верман. Мне тоже сейчас тяжело, поверь. — он наклонился к нему и снял наручники, отворив их ключом. — Ты не пленник и не сумасшедший, тебе просто сложно… адаптироваться. Столько всего скопилось. Это начинает тебя ломать. Не бойся, я помогу. — Томас, я слышал странный голос, когда пошел к тебе, в командирскую. Я отчетливо его слышал, он был не в моей голове, это было что-то живое, настоящее. Живое, понимаешь? И я думаю, что… — Что ты думаешь еще там? — встрял Уор, но Томас жестом закрыл ему рот. — Думаю, что тот голос принадлежал Билу. Я считаю, что это был он. — Бил — чудовище? Да он таракана не задавит, скорее сам от страха удавится, сука! — Нет, ты не понял. Взрыв изменил его. Послушай меня, я не шучу. — Да я вижу, что не шутишь, от того и стрёмно мне. Ты уверен, что стоило его освобождать, Томас? — Он нам не враг, Уор. Верман, пойдем к Билу вместе и просто поговорим. Разложим все по полочкам. Хорошо? — сделав осторожный шаг назад, от Арлея, сказал он. — Да, давай вместе. Идем. *** Взгляд застыл на центрифуге. Смесь вертелась и становилась одним целым. Вода проходила через очиститель и после нескольких циклов обработки скапливалась в стеклянной колбе. Соррс, поправляя очки, записывал в свою книжку ряд формул и сводил их к одному единому ответу. Он искал выход из запутанной цепи и не слышал ничего вокруг себя. Его супер способности многие могли позавидовать, но у него самого часто возникали из-за этого проблемы. Иногда в кругу его знакомых шутили, будто проблемы со зрением у него из-за того, что он в детстве слишком долго, не отворачиваясь, смотрел на солнце. Это все, конечно же, просто глупые шутки, но, все же они обоснованы. Возможно, именно по этой причине, он и не слышал, как в его заблокированные гермодвери стучался Томас и Верман. — Бил, ну-ка открывай! — крикнул Арлей. — Подожди, видишь, он занят. — Подожди? Он не открывает, потому как знает, что Мы знаем, кто Он! Тварь в чужой шкуре. Била нет! Он мертв, а эта тварь — что-то другое! Она — не он! — вскипел Верман. — Будь спокойнее. — отвечал Холлиган. Бил, наконец, услышал крик Арлея и подскочил, дернувшись со своего насиженного места. В ускоренном темпе, с дрожащими руками, подошел к гермодверям. — Вы теперь меня вдвоем убивать пришли? — презрительным взглядом, выглядывающим из-за оправы, одарил их Бил. — Нет, просто поговорить. Вышло недоразумение и я хочу все уладить. — отвечал Томас. — Недоразумение? Он, в помутнении, ткнул меня хирургическим инструментом, а ты сейчас приводишь его ко мне, очевидно, все еще в невменяемом состоянии. Что мне делать? Храбро стоять и ждать, пока меня прирежут? Зачем все эти игры? — Я хочу знать от начала и до конца, как вы к этому пришли. Еще вчера мы были дружной командой, мы уже очень давно вместе. Верман, почему ты решил, что Бил — монстр? Соррс перевел взгляд на Арлея. — В один момент, я… Я просто… — Что? — переспросил Томас нетерпеливо. — Я ощутил его взгляд… Понимаешь? Этот взгляд… Он хотел что-то сделать со мной. Поменять меня… Исказить… — Что он несет, ты слышишь вообще? — возмутился Бил и добавил — Его послушать, так и ты на него не так посмотришь, и он тебя тоже прирезать захочет. — Спокойно-спокойно, не надо злиться. — Я не злюсь. — отвернулся Бил. — Хорошо. У тебя есть еще что-нибудь, чем ты хотел бы с нами поделиться? — повернулся он к Арлею. И тут вдруг Верман ушел в себя. Весь замялся, пытался спрятаться от себя же. Потом медленно, с удивленными глазами и расширенными зрачками, сказал: — Я… чувствую… — Ты любишь созерцать звезды?! — раздался в его голове ужасающий голос. В тот же момент Верман вытащил из своего кармана складной миниганнер с батареей на двадцать пять зарядов с охлаждением между выстрелами от шести до десяти секунд и нажал на красную кнопку ведения огня. Лазер прошил униформу Томаса и прожег в нем сквозную дыру. Затем нацелил его меж глаз Била, но выстрелить не успел. Томас припал на одно колено и держался за свое левое плечо. Лазер прошел через ключицу. Соррс ударом руки выбил оружие из рук Арлея, а второй нанес ему удар в область груди. Удар оказался на удивление сильным и Верман потерял способность дышать на пару секунд. Ему показалось, что он что-то сломал, может, ребро, но подняться он не мог. Бил взял оружие и уже был в полной готовности прожечь тому голову, но медлил. — Ты чуть нас не погубил. — сказал Соррс и всмотрелся ему в глаза. — Теперь я вижу… Эти звезды… Мои…