The rainbow

POV Гарри Джеймс Поттер

Зелёный

Это было раннее утро, совсем ещё не проснувшийся день, даже облака плыли по небу крайне лениво и будто бы делали этому мирозданию большое, просто нереальное одолжение… Но на удивление, несмотря на время, на улице было до безобразия ярко! Даже настроение продолжало бессовестно подниматься! При такой погоде сам Мерлин велел! И все же с иллюминацией местной больницы не сравнится ни одно солнце. Я очутился прямо с улицы в освещённых лабиринтах больничных коридоров, на мгновение мне даже почудился неприятный зуд и пощипывание в носу, да и зрачки пребывали в первобытном ужасе, любуясь разноцветными кругами, что исчезали с великим одолжением… Короче, Мунго меня нехило так ослепило и оглушило. Но это, я уверен, не самое интересное и важное, совершенно не то, ради чего мы тут все собрались… Да, все мои тараканы в голове. Хотя почему тараканы? Может быть, в моей черепной коробке обитают разноцветные гусеницы, которые со временем окуклятся и станут потрясающими бабочками. Хм, я никак в поэты заделался… На самом деле я просто очень сильно переживаю. Мои нервы так не шалили даже во время этих чертовых важных экзаменов, которые обещали определить мою судьбу по оценкам… И ведь знал! Поступил на артефакторику! Конечно, тут есть и заслуга войны… Да, звучит не очень весело, но все же. Из-за того, что Снейпа не было в проверочной комиссии… Мерлин, ну что я несу?! Ну конечно же, я бы лучше завалил всё зельеварение за один присест, чем сидел там и слушал похвалы Слизнорта, пребывая в этот момент мыслями совсем в другом месте. Мне бы отнестись к этому по-философски, смириться с предоставленной мирозданием выгодой, но все же для меня, видимо, лучше своя пугающая летучая мышь, чем посторонний филин. Почему Слизнорт филин? А Мерлин его знает! С кем хочу, с тем его и сравниваю! Роль жабы все равно уже занята Амбридж. Ну не столь важно, суть здесь в другом. Как мне когда-то сказала достопочтенная Трелони: «Суть — это такая вещь, по сути, существенная, что тут без самой сути человеческой, мудрости, эм, насущной, не разобраться… В общем, Гарри, давай лучше посмотрим, из-за чего ты можешь умереть сегодня, покажи мне свой кубок!» Ой, ну вы, в общем, поняли. Трелони меня многому научила, особенно после военных действий, под чашечку огневиски в Кабаньей голове. Не, а что не так? Я ведь не откажу даме во внимании. Зато посидели так душевненько, классная женщина, между прочим! Правда, во время беседы её всё же больше интересовало, как я смог избежать крылатого червяка, который выпал мне на кофейной гуще. КАК?! Вы не знаете, что означает «крылатый червяк»? Ну вы чего… Это же элементарно. Червяк — это штука земляная: значит, зароюсь в землю с концами. А то, что с крыльями, так это хорошо, есть надежда на выгодное и хорошее перерождение (в Ад не попаду, и на том спасибо). Может, я даже и не избежал этого глиста крылатого… Просто переродился в себя самого. Обновлённым и полным сил на новые свершения! Я хотя бы на это надеюсь, так как Брестская крепость по имени Северус Тобиас Снейп — это вам не какая-то постройка в Беларуси, да и я не нацист. Во-о-от… Я опять отвлёкся, да? Ну не серчайте, я очень волнуюсь, говорил же об этом выше! Я тихо и крайне напряжённо нырнул в палату, как какой-то неудавшийся советский шпион, поэтому не сложно догадаться, что своим «аккуратным» визитом я сразу же всполошил жертву своего неудавшегося внимания… Советских шпионов выдает забытая ложечка в стакане во время чаепития, а я ещё и сам шумел и шуршал так, будто бы у меня, помимо этого, в каждом кармане их по десять было понапихано, запасных, блин. Чтобы наверняка. Хотя, «всполошил» будет слишком смелым словом… Это скорее я весь переполошился так, что у меня и так торчащие кудрявые пряди встали дыбом от того взгляда, которым наградил меня профессор… Моя зелень глаз как-то нереально, по-сказочному отражалась в его глянцевой черноте… На мгновение мне даже почудилось, что бездонные радужки по принципу чёрных дыр безжалостно и расчётливо начинают впитывать травяной цвет, а мои глаза медленно-медленно выцветают, утрачивая главный козырь… То, что когда-то привлекло Снейпа в моей матери. А я просто-напросто не могу себя лишить такого ощутимого преимущества хоть в чем-то! Зажмурившись на мгновение и мотнув головой, я сбросил с себя всякое наваждение и торжественно посмотрел на… человека, который по-прежнему был готов убить меня одним лишь взглядом. Мой настрой как-то разом поутих… Но отступать я был не намерен! Я ведь уже пришёл! Будет как-то совершенно трусливо и не по-гриффиндорски сбежать, уже сделав первый шаг! — Профессор, сэр, Вас сюда доставил Кингсли! Я так боялся, что придётся всем и вся доказывать, что Вы не заслуживаете клеймо Пожирателя, бороться за право получения медицинской помощи, которая не предусмотрена для преступников… Но оказывается, Кинг уже все знал! Знал заранее! Проблем не возникло… Ему уже давно все рассказал директор Дамблдор… — во время упоминания этого человека мой уверенный голос чуть дрогнул, но я сжал кулаки и стремительно подошёл поближе к больному, с каким-то странным, садистским удовольствием метнувшись к окну и резко раздвигая шторы. — На улице сейчас такая прекрасная погода! Думаю, это даже символично… Первая неделя скорби канула в лету. Вместе с ней ушли и дожди… Нужно брать себя в руки и идти дальше! Знаете, пока Вы были без сознания, к Вам было категорически запрещено пускать кого бы то ни было, кроме персонала… Я так… волновался о Вас! А сегодня, когда узнал о Вашем пробуждении, просто со всех ног ринулся сюда… — не совсем понимаю, что творилось со мной в тот момент, но я просто не мог перестать разговаривать. Я говорил обо всем, что хотел сказать. Я говорил обо всем, о чем даже не планировал заикаться. Я говорил о том, о чем должен был… и о том, о чем хотел. О том, что не нужно было, и о том, о чем на все 100% стоило бы промолчать. И все же я говорил. Говорил и говорил… Остановился лишь тогда, когда в горле пересохло настолько, что я закашлялся, как какой-то нервный и нелепый подросток. Закашлялся до заслезившихся глаз и сильного покалывания в носу. Не знаю, может быть, я действительно демонстрировал собой столь жалкое и удручающее зрелище, что тут у любого сердце дрогнет, а может я себя просто накручиваю… Но в это мгновение Снейп наконец-то перестал изображать крайне недовольную статую безымянного мыслителя и, еле заметно скривившись и что-то беззвучно дрогнув губами, приподнялся на подушках, наливая из графина немного воды в стакан, и выжидающе протянул его мне… — Не… не надо, я в поряд-кх-ке… правда… кх… Ну… ладно… — достаточно было увидеть укоризненно изогнутую бровь, чтобы стушеваться окончательно и нормально принять помощь. — Спасибо… большое… так правда… намного лучше… уже не так сильно печёт… спасибо… — в перерывах между глотками живительной влаги, продолжал нелепо хрипеть я, пока во второй раз не начал кашлять. Сейчас я уже позорно подавился… Но самым нелепым в этой ситуации было то, что Снейп в этот момент как-то нетипично для себя склонил голову. И уже через пару мгновений на его лице появилась фантомная, еле заметная тень от… улыбки? А когда он вновь принял непроницаемый вид, поднимая на меня взор… Меня осенило! Его глаза — это не просто бездушная холодная пучина. Нет. Его глаза — это зеркало. Это прямая связь с его израненной и загадочной душой. И сейчас в глубине оного сияли несколько загадочных искр… космических тел, звёзд. Его глаза не просто какие-то там дыры, его глаза — целая вселенная. Да, это была явно самая нелепая ситуация за сегодня, а может и за всю мою жизнь… Но от неё моё сердце трепетно и приятно сжалось. И на секунду мне даже почудилось, что я уже знаю, какой конец будет у этой неожиданной истории… И мне явно нравился ход моих мыслей. И все же… Уходя из палаты профессора в этот же день, я очень нервничал, что следующего раза просто не будет. Я могу струсить, могу не решиться на второй раз… Я слишком разволновался и, в результате, рассказал очень много всего, казалось, что тем на следующие разы просто не осталось. Хотя это и не правда, с этим человеком я готов просто рядом молчать! И все равно буду счастлив. Неуверенно скосив взгляд на Снейпа, я вновь замер на пороге, ощущая внутри повеселившее меня чувство дежавю. Только сейчас я уходил, а не крался в эту святая святых, обитель… Снейп… Северус пристально посмотрел на меня, заставляя сфокусироваться на моменте здесь и сейчас, а затем медленно и одобрительно моргнул, слегка кивнув. Безэмоционально и скупо, будто бы и не вкладывал в этот жест особо ничего важного, кроме вежливого прощания. Только вот мне плевать! Может, я сумасшедший и надумал себе невесть что… Но нет. Это было совершенно не «просто так». Готов поклясться статусом Лорда, что в его обсидиановых глазах явно сверкнуло нечто довольное, и не будь этот мужчина Снейпом, я бы даже предположил, что это было что-то насытившееся и озорное! Этим жестом Северус явно поощрил меня на дальнейшие действия, а это значит, что теперь-то я уж точно не отступлюсь! Да, пора потихоньку обозначать свои намерения. Вдохнув так, будто бы собирался сигануть с места в прорубь в одежде пьяным, я быстро, но чётко выпалил, скрываясь в больничном коридоре: — Цветы были от меня… Я подумал, что так намёк будет более прозрачным!¹ Видимо, впечатление произвести не удалось… Хорошего Вам дня! До встречи! — собственный нервный смешок стал моим сопровождающим звуком, когда я захлопнул за собой дверь…

***

POV Автор

Белый

И уже не видел, как задумчиво скользнул пальцами по губам Северус, вспоминая необычные оранжевые цветы… Календула… «Значит, долгая любовь, да, Поттер?» Почему-то этот яркий солнечный день уже не казался профессору таким уж мерзким и удушающим. Очень даже себе неплохой денёчек. Можно даже сказать, совсем неплохой. Отличный. Почти отличный, чтобы никто о себе там ничего лишнего не надумал. Расслабленно прикрыв глаза, он буквально с головой окунулся в воспоминания сегодняшнего визита, утопая в каждой фразе, улыбке и жесте, как в первый раз. И это так нелепо… Потому что совсем недавно, только увидев Поттера в дверном проеме, в Снейпе преобладала совсем ему понятная, привычная как мир, мысль: «Этого мне ещё не хватало…» И ведь да. Оказывается, да. Этого ему как раз и не хватало. Не хватало живых, сияющих, как зелень от росы, глаз, торчащих в беспорядке вихрей волос, что даже со стороны выглядели очень мягкими и завораживающими… А ещё не хватало этой невозможной болтливости и искренности в каждом движении… Не хватало… Может, и правда темная полоса жизни резко оборвалась, так и не закончив своё предназначение? И теперь Северус Тобиас Снейп может с чистой душой (почти чистой) сделать первый шаг по направлению к белой. Главное, избавиться от чертового страха испачкать её собой. Но отчего-то кажется, что хватило всего-то одной «терапии» односторонней беседы с мальчишкой, чтобы ощутить себя почти чистым… Чтобы почувствовать себя достойным. Что бы там кто ни говорил, а это ведь его Полоса. Значит, ничего страшного не случится, если во время своего второго жизненного этапа он оставит на ней немного следов от подошвы, ведь так?.. Попробовать стоит. Поттер чётко обозначил своё отношение к нему. Даже, скорее всего, чётче, чем хотел бы… А это значит, что руки Северуса развязаны. Впервые в жизни он волен поступать так, как действительно хочет. И он не оступится, ведь начало положено… И даже если визуально это Начало длиною всего лишь в один свободный и удовлетворённый выдох полной грудью, на самом деле, это новая полоса Судьбы, которая вмещает в себе целые световые годы. Потому что здесь и сейчас двое совершенно разных людей решили связать своё будущее воедино. Двое совершенно разных цветов решили сплестись на просторах преломления… Тёплый и холодный спектры объединились для создания поистине прекрасного творения — Радуги.