Изабелла Вольтури

Прояснение

— Убили ради власти…? Это звучало дико. Сехмет грустно улыбнулся, смотря на стол. — Увы, Изабелла. Вам интересно, зачем они за мной охотятся? Я уверен, что настоящая причина держится в строжайшем секрете. Я напряженно молчала. — Что же, я вам расскажу. В седьмом веке до н.э. мы с Маркусом и Аро отправились в Месопотамию, дабы познакомиться с новым кланом шумеров. Кайуса отец попросил остаться, чтобы приглядывать за домом в те моменты, когда сам он будет отлучаться по более важным делам. Я не буду томить вас сегодня увлекательным рассказом про наше путешествие, поэтому перейду сразу к сути. В середине нашей разведки Аро неожиданно собрался и сказал, что ему срочно надо возвращаться обратно в Афины, мол, вспомнил про какие-то неотложные дела. Нам с Маркусом это показалось странным, но мы не могли воспрепятствовать брату. По прошествии пары месяцев мы вернулись обратно, довольные поездкой, и узнали очень сокрушительную новость, — в этот момент Сехмет стал мрачнее тучи. — Аменемхата убили. И они даже не скрывали того, что это их рук дело. Я помню, как они, молчаливо переглядываясь, пытались определить, что им стоит сказать, чтобы сохранить наши хорошие отношения, но мне и так все было понятно, — мужчина напротив теребил салфетку и горько улыбался. — Мои чудесные братья захотели власти, независимости. Они всегда ее хотели, всегда говорили открыто о своих грандиозных планах мирового господства. Я не мог этого стерпеть и мы вместе с Маркусом отправились в другую часть света, подальше от могилы нашего отца и двух отцеубийц. Около года мы жили в Царстве Чжоу, после чего я не смог игнорировать того факта, что Маркус чах у меня прямо на глазах. Ему не хватало Дидим. Он бы взял ее с собой, но Аро был непреклонен. К сожалению, на этом мы и разошлись, правда не на самой дружной ноте. Аменемхат при жизни доверил нам две самые важные вещи, присутствующие в его жизни: свиток Техути и амулет. Перед тем, как уйти, Маркус очень хотел, чтобы я отдал ему амулет, потому что считал, что будет лучше, если оба атрибута будут храниться у одного человека. Как понимаете, я отказался. Я нахмурилась. — Маркус показывал мне свиток. — Я не сомневался, — Сехмет одарил меня какой-то странной, доброй улыбкой. — Вы ведь являетесь главным звеном всего пророчества. Он читал вам его содержание? — Да. Но я не понимаю, с каким злом я должна бороться? — Дорогая Белла, зло окружает нас, но иногда делает наглые попытки выйти за дозволенные рамки. Поэтому всевышние силы создают таких как ты: бойцов за равновесие. Все люди живут, думая, что зло может прийти, убить их, заставить голодать, но никто не думает, что оно уже давно живет среди них, питается их страхами. Вампиры не любят Вольтури, но подчиняются. У большинства даже мысли нет, что именно эти кровососы и есть главные враги своего вида. Ты думаешь, что я злодей, но оглянись, — он вскинул руки, — вампиры живут бок о бок с людьми, все счастливы, никакого ущемления одних и возвышения других. Не это ли равновесие? — Но Вольтури просто стараются поддерживать порядок… — я неловко замолчала, не зная, как продолжить предложение. Сехмет, похоже, и не нуждался в моих словах. — Сейчас у людей это называется тоталитаризмом, происходящим от «totalis», на латинском значит «полный», «целый». Они просто хотят все контролировать, а я им мешаю. Вот и все. Власть всегда устраняет неугодных. — Маркус говорил, что они охотятся за вами из-за амулета. Сехмет забавно выпучился на меня и громко рассмеялся. — Белла, Маркус единственный, кого волнует этот амулет. Для остальных это не больше, чем безделушка, мифический камень, — сунув руку под рубашку, он достал очень поразительную вещь. Небольшой, но объемный разноцветный камень — опал, — исписанный микроскопическими древнеегипетскими иероглифами был обрамлен широкой полосой вылитого золота с различными фигурами богов. Вся эта конструкция держалась на вышитой золотыми нитями веревке, которая, судя по виду, была заменена совсем недавно. Я заинтересованно рассматривала амулет. Он был таким красивым, таким старым… Возникло ощущение, что все уплывает: голос Сехмета, шум волн… Все… Камень звал меня… Словно в трансе я потянулась рукой к нему и резко оказалась схвачена чужой ладонью. Наваждение пропало так же быстро как и появилось. — А-аа! — я не смогла сдержать испуганного вскрика и инстинктивно отодвинулась как можно дальше, вжавшись до хруста в спинку стула. Большими глазами я смотрела то на амулет, то на нахмуренный взгляд мужчины. — Что… Что это было, черт возьми?! Прежде, чем ответить, Сехмет спрятал амулет обратно под рубашку и прочистил горло. — Амулет иногда оказывает такое влияние на вампиров, такое уже случалось. Считайте, это как с аллергией: кому-то можно есть мандарины, а кому-то — нет, — оглянувшись по сторонам, Сехмет встал из-за стола и мигом натянул излюбленную хитрую улыбку. — Уже светает, думаю, пришла пора расставаться. Увы, у меня есть другие, более скучные бюрократичные дела, с которыми лучше не тянуть. Все еще шокированная я кивнула и поднялась из-за стола, двигаясь за мужчиной. Я растерянно оглянулась назад, ловя взглядом чарующий розовый блик подступающего рассвета. Сегодня мне предстояло многое обдумать.

***

      — Вы уже связались с Адджо? — Кайус повернул голову в сторону семи стражников, в числе которых находилась также Анабель и Алек. Хоть Аро и противился отпускать близнеца, уверяя Кая в том, что Вольтерра останется без одного из самых сильных гвардейцев, но он оставался непреклонен. Конечно, он настоял на своем не из-за того, что не хотел разлучать возлюбленных, а потому, что новорожденной Анабель будет гораздо сложнее концентрироваться в кругу вампиров, не внушающих ей чувства безопасности. Алек был их спасением, козырем. Да, именно так Кай и пытался заставить себя думать. — Да, они уже направляются в Хургаду, — ответил Алек, выглядывая в окно затонированного микроавтобуса. Их маленькая команда состояла из восьми человек, включая Кайуса, Анабель, Алека и еще пятерых членов низшей стражи. Частный самолет приземлился в аэропорту Хургады — курортного городка в Египте, располагавшегося на берегу Красного моря, — и там же их встретила арендованная машина, на которой они сейчас двигались к самому отдаленному месту города. Найти что-то действительно непримечательное в этом городе было сложно: многовековая история притягивала туристов, а туристы — деньги. По этой причине здесь было огромное количество дорогих, роскошных отелей, занимавших большую часть города. Но Вольтури приехали сюда не просто так: во-первых, город был очень близок к описанию Анабель, а во-вторых — здесь обитали так называемые проповедатели кеметизма. Если кратко, то это были люди, верующие в древнеегипетских богов и пытающиеся возродить старинную религию. Они создали небольшую коммуну в Аравийской пустыне Хургады, где занимались скотоводством, рыбалкой и поклонением богам. — Анабель, — Кай посмотрел прямо на девушку, — попробуй что-нибудь увидеть. Почувствовать. — Я… попробую, но здесь слишком светло, мастер. Мне нужна темнота. Кайус продолжал прожигать ее взглядом, пока она наконец не содрогнулась и не закрыла глаза, уплывая вместе с сознанием куда-то далеко. Так прошло несколько минут, за время которых автомобиль выехал за город и теперь мчался по шоссе. Анабель открыла глаза. — Я не знаю как это описать, но такое ощущение, что она где-то рядом. То есть не совсем близко, но определённо ближе, чем когда я пыталась увидеть ее из Вольтерры, — лицо Анабель было как никогда серьёзно. — Картинка стала чётче. Она находится в большой комнате, отеле и смотрится в зеркало. Такая красивая, в платье… — Она в порядке? — Кайус задал вопрос даже не обдумывая, ведь это было то, о чем он переживал больше всего. — Да, она цела, но выглядит потерянной. — Анабель, может ты видела какую-нибудь вывеску? Отличительный знак отеля? В отличие от Кайуса, Алек интересовался местонахождением Изабеллы. Одного названия было достаточно, чтобы ехать вызволять девушку из плена. — Я видела, но очень размыто… Вывеска светилась оранжевым цветом. Мужчины кивнули, погружаясь в свои мысли. Если Анабель действительно больше ничего не увидит, им придется потратить несколько больше времени на поиски, что было нежелательно. Алек достал телефон и набрал сообщение Адджо: «Прихвати журнал с прибрежными отелями». Он был готов прочесать каждый угол в отелях с оранжевой вывеской. Изабелла не была его подругой, но теперь она была своей, а своих бросать в беде было не принято.

***

      Спустя час машина остановилась около нескольких домиков из соломы, вокруг которых бегали и играли двое детей. Завидев автомобиль, они попрятались внутрь и засели тихо, как мышки. — Я пойду первым, — сказал Кай и вышел. Он сразу погрузился ногами в песок и на секунду замер, физически ощущая воспоминания, проносившиеся у него перед глазами. Когда-то ему было достаточно просто выйти из дома, чтобы ощутить на своих ногах приятную тяжесть песка, а теперь это осталось забытым чувством. Прогоняя прочь ностальгию и тоску, Кайус пошел деловитыми шагами до построек и постучал в некое подобие двери. — Мы пришли с миром, последователи Кеметизма. Мое имя Кайус, я и моя компания приехали по приглашению Адджо. Кай прислушался к шорохам за стенами, а потом увидел как из домика вышел мужчина, обернувший белой повязкой торс. Его кожа была светлого, золотистого оттенка, а выражение лица подозрительным, но не особо враждебным. — Адджо предупредил нас, поэтому мы подготовили для вас дом, — мужчина указал пальцем на самую крайнюю постройку. — Меня зовут Евсей, я являюсь основателем культа. — Кайус, — он кивнул, смотря в лицо весьма симпатичному человеку, которому на вид было около тридцати. — Благодарим за ночлег. Евсей, прожигавший взглядом собеседника, тоже кивнул. — Мы заключили с Адджо договор, по правилам которого он охраняет наше поселение, пока мы помогаем ему и храним тайну. Если он вам доверяет, значит мы можем тоже, — мужчина посмотрел на микроавтобус. — Сколько вас? — Восемь человек. В поселении мы будем появляться нечасто, нам просто необходимо иметь временный штаб. Кай повернулся, зная, что вся стража за ним напряженно наблюдала и слушала весь разговор, и махнул головой, чтобы те вышли. Теперь дело оставалось за самым важным: найти Изабеллу.

***

      Белла около нескольких часов неподвижно сидела на диване и смотрела в потолок. Мыслей было так много, что она решила их попросту от себя обособить. Ей еще никогда не приходилось слышать такой истории об основателях клана Вольтури, одним из которых был ее молодой человек. Неужели он правда убил своего отца ради власти, а сейчас пытался свергнуть очевидного конкурента? Неужели Сехмет просто шёл по головам с целью торжества справедливости? Но ведь он мог ее обманывать, не так ли? Доверять своему похитителю, не имеющему никаких доказательств, было как минимум глупо и наивно. Ей определённо стоило выслушать для начала мнение обеих сторон, чего сделать ей по каким-то причинам не давали. Так чего же он хотел? Если это пророчество и амулет так важны, то у Сехмета в кармане должен был быть козырь и, скорее всего, не один. Он был тем еще плутом, говорящим про сыр, а на деле дающим рваный укус. Его манера общения казалась, м-м, притягательной. Белла не могла это отрицать. Но опять-таки, если это все напускной фасад? Почему-то, сомнений не было. Раз он решил сделать ее пешкой, то пусть знает, что они тоже имеют свойство делать свой ход. Теперь она начнет свою игру внутри чужой, только сделает это аккуратно. Так, чтобы никто не догадался, пока не придет время. Раздался негромкий стук в дверь. — Войдите. Кто-то вставил электронный ключ в замок, а затем в щели показалось улыбчивое лицо Синди. Светловолосая девушка прошла внутрь и встала посреди номера, уперев руки в бока. — Я рада видеть тебя трезвой, Изабелла. Выглядишь как никогда прекрасно, — она подмигнула лисьим глазом. — Покровитель остался доволен вашим свиданием, просил передать тебе еще одну благодарность и подарок. Только сейчас Белла обратила внимание на миниатюрный подарочный пакетик, который держала в руке Синди. Она подошла ближе и вручила его. — Что там? Это был риторический вопрос, потому что Белла сразу заметила внутри длинную бархатную коробочку цвета черешни. Внутри оказался тонкий браслет из розового золота с высеченными инициалами «IS». Она не смогла сдержать удивления, поняв, что Сехмет вывел здесь ее инициалы, и, что самое интересное, оставил ее отеческую фамилию. — Это очень приятно, передай ему спасибо, — Белла искренне улыбнулась, а потом спохватилась. Ее просто пытались подкупить, давя на больные точки. — Как скажешь. Тебе помочь? Синди присела на корточки перед Изабеллой и вгляделась в браслет. Сегодня она не была одета в костюм горничной, а была в обтягивающем клубном платье черного цвета и высоких шпильках. Ее светлые волосы волнами лежали на хрупких плечах, подчеркивая все прелести молодого тела. — Давай. Тонкие пальцы Синди обхватили цепь, а затем прикоснулись к запястью Изабеллы, которая завороженно наблюдала за процессом. Элегантные пальчики невесомо погладили нежную кожу руки, а затем застегнули застежку нового украшения. Белла неловко убрала руку, ощущая странное чувство интимности, вызванное поведением блондинки. — Спасибо, Синди. — Для тебя всегда пожалуйста, — она улыбнулась ровным рядом зубов. — Я пришла с предложением. Не хочешь сегодня как следует развлечься? Ты должна понять, что не пленница этого места, можешь посещать здесь любые заведения, общаться с кем хочешь. А я готова быть твоим проводником, если ты не против. Что скажешь? Белла призадумалась. Это был чудесный способ все разнюхать и познакомиться со сторонниками Сехмета, как и просто отдохнуть от всего, что ее мучило последние недели здесь. Она заглянула в потемневшие от предвкушения глаза девушки и улыбнулась. — Пошли, Синди, сделаем этот день. Светловолосая девушка довольно взвизгнула и поднялась, хватая за руку Беллу и таща к выходу. — Ты не разочаруешься в этом дне, детка. Доверься мне.