Чёрное и красное

— Папа, смотри, я ёлочка! — смеялась пятилетняя Джолин, обмотанная мишурой с головы до пят. — Отличная ёлка. Я бы даже сказал лучшая в своем роде — оторвавшись от бумаг ответил доктор Куджо с легкой улыбкой Джотаро-сан почувствовал объятия со спины. Нежные руки его любимого Нориаки обвили его шею и плечи. Нежный поцелуй заставил морского биолога оторваться от бумаг. — Что случилось, sweatheart? Приступ нежности? — Ну, почти. — улыбнулся Нориаки — Хотел напомнить, что ты обещал доченьке сходить на главную площадь. Увидим главную городскую ель и пойдем домой. Я приготовлю глинтвейн, и мы встретим рождество втроем. — Ты же знаешь, не люблю я такое — ответил Куджо, потирая глаза. — Ну Джоджо, не будь букой. Собирайся. Джотаро-сану не оставалось ничего кроме того, чтобы одеться и выйти на улицу для перекура. Какёин не переносил запах сигарет, поэтому курить приходилось только на улице. Джолин и Нори не заставили его долго ждать и вышли минут 10 спустя. На городской площади возле ёлки собралась большая толпа. Все были в рождественских шапочках. Веселье только начиналось. Абсолютно чужие друг другу люди брались за руки, и вскоре толпа превратилась в длинную цепочку. God rest ye merry gentlemen Let nothing you dismay.. Голоса мужчин, женщин и детей сливались в одну мелодию. ...Remember Christ our Savior Was born on Christmas Day... Даже Джотаро (не без уговоров со стороны дочери и мужа) подключился к этому многочисленному хору. ...To save us all from Satan's pow'r When we were gone astray... Огни на огромной ёлке мерцали, фонари подсвечивали мелкие снежинки, медленно падающие с неба. ...Oh tidings of comfort and joy Comfort and joy Oh tidings of comfort and joy... Нориаки отпустил руку незнакомой женщины и взял Джолин на руки. Дочь сидела на одной из его рук, а вторая рука была мгновенно занята рукой любимого мужа. Голос толпы продолжал всем знакомую мелодию. ...God rest ye merry gentlemen Let nothing you dismay Remember Christ our Savior Was born on Christmas Day To save us all from Satan's pow'r When we were gone astray Oh tidings of comfort and joy Comfort and joy Oh tidings of comfort and joy... * * * — Папочка, а когда Санта принесет мне подарочек под ёлочку? — жалобным голосом спросила Джолин уже в стотысячный раз. — Когда ты уснешь, он придет и положит тебе твой подарок — спокойным голосом и с улыбкой на лице ответил Нориаки. — А можно я буду ждать Санту за креслом? — Нет. Санта приходит только тогда, когда все спят. Джолин глубоко вздохнула. — Но.. — Иначе Санта больше не придет к нам. — Лааадно — протянула маленькая Джоджо, укладываясь в свою кровать Джотаро и Какёин по очереди чмокнули дочь в щеку и, пожелав ей сладких снов, ушли. Они сидели возле камина на диване, завернувшись в плед и держа в руках по чашке горячего глинтвейна. Голова Нориаки покоилась на плече Джоджо. Им было хорошо вместе. — Давно мы так не были наедине. — Ну, сам понимаешь, у меня много работы, ты тоже работаешь и помимо этого занимаешься Джолин и домом. — Надо побольше проводить время вместе. — Угу. Красноволосый прикрыл глаза и, сам того не заметив, задремал на плече мужа. Им было хорошо.