Фурри Ири

      Багровые угли камина, погруженная в сумрак комната и тишина старинного дома. Гарри уже давно закончил говорить, и теперь смотрел невидящим взглядом в камин. Большим пальцем он машинально гладил девичью ладошку. Когда и как в его объятьях оказалась Гермиона, он не заметил. Напротив, почти точь-в-точь скопировав позой подростков, сидели Дэн и Эмма. Мужчины смотрели на гаснущие угли, но не видели их. Дэн и Гарри переосмысливали жизнь и отношения друг к другу. Женщины спрятались в руках своих половинок и молчаливо поддерживали их. Дарили тепло и любовь, позволяя им заботиться, давая возможность укрыть себя от остального мира. Гермиона и Эмма нашли того, с кем достаточно просто молчать. Они понимали друг друга без слов. Интуитивно.       Янтарными глазами из-под полуприкрытых век кошка с грустью смотрела на обе пары. Она была довольна, результаты превзошли самые смелые ожидания, второй раз за сегодня. Ири не сомневалась — судьба предъявит счет. Но это ее не волновало, она была готова заплатить по нему, точно так же, как ее далекие предки. Печалила ее лишь скоротечность бытия. Именно сегодня она с грустью осознала — доведись ей выполнить план, выжить в грядущих событиях и, через несчастных сто-двести лет, почти все те, кого она знает, уйдут за грань.       Это ведь только кажется, что легко подарить долгую, а то и вечную жизнь тем, кого любишь. Увы, но даже маги, поголовно имеющие шанс достичь долголетия, справляются в редчайших случаях. Даже среди своих подобные уникумы становятся исключением, и для большинства из добившихся бессмертия — вечность становится проклятьем.       Смотря на людей, Ири печально вздохнула и подумала: «Похоже, львиная доля колдунов и ведьм понимают всё это подсознательно, потому стараются быть как все. Это безумно тяжело — провожать родителей, друзей, детей, внуков, правнуков, любимых…»       Неожиданно на ее холке болезненно сомкнулись зубы Живоглота. Кошку яростно встряхнули и тут же ткнули носом в обивку кресла. Немного повозив подругу носом, кот отступил и оскалился, приготовившись, если надо, повторить урок. И сейчас ему было плевать на то, что в этой форме подруга выигрывает у него четыре спарринга из пяти. Отступать он не собирался. К его удивлению, Ири бесшумно перекатилась к нему, и тут же свернулась клубком. Живоглот наклонил голову, всмотрелся в мордочку закрывшей глаза подруги, дернул кончиком хвоста, лизнул пару раз голову Ири и, дунув ей в ухо, вытянулся рядом. Прижавшись к кошке, он распушил шерсть и укрыл ее практически до половины хвостом.       «Как же иногда с ними тяжело», — вздохнул про себя Живоглот. Его взгляд скользнул по людям и вновь вернулся к Ири. «Тоже мне ерунду надумала», — он мысленно фыркнул и дернул ухом. «Ничего, этих котят вырастим, новых заведем, будет чем заняться», — подумал Живоглот, и закрыл глаза. Бесспорно, он был по-житейски мудрым котом, и иногда намного лучше подруги понимал, что и как стоит делать. Разум разумом, но и инстинкты игнорировать не стоит, за них кровью десятки тысяч предков расплатились. А за некоторые и миллионы.       В камине щелкнул уголек. Звук, словно хлестким выстрелом, разорвал тишину. Подобно заклинанию Фините Инкантатем снял своеобразное оцепенение. Все задвигались и заговорили, наполняя сумрак дома звуками и жизнью. Кот с кошкой дружно зевнули, потянулись, переглянулись и умчались в лес — охотиться и веселиться. Удобно иногда отдаваться во власть природы, отстраняясь разумом позволять вести инстинктам. Правда, опасно, если увлечься, можно и себя потерять, так ведь у каждого плюса найдется минус. Такова жизнь.       Грейнджеры-старшие посмотрели на пару подростков. Гарри с Гермионой посмотрели на них и обе пары вдруг осознали, что сидят чуть ли не одинаковых позах. Миг, все четверо расхохотались. Правда, подросткам пришлось делать это с пунцовыми ушами. Впрочем, взрослые от них недалеко ушли. Пуритане, что еще сказать.       Женская часть коллектива подалась на кухню, хоть время и позднее, но ужин был давно, а два практически синхронных бурчания, раздавшихся за спинами дам, однозначно намекали на необходимость принимать спешные меры по спасению проголодавшихся мужчин.       Гарри, титаническим усилием воли удержал себя на месте, не сбежав на кухню под предлогом заботы хозяина о гостях. За что получил одобрительный взгляд Дэна, удивительно четко понявшего порыв мальчика. «Надо помочь парню», — решил он, поднимаясь и вытаскивая пачку сигарет. Пока Гарри подбрасывал дровишки и разжигал камин, мистер Грейнджер вышел на веранду перекурить. По молчаливому согласию, оба решили отложить разговоры до следующих выходных, на которые планировался ответный визит.       День закончился поздним ужином. Молчаливым, но по-домашнему теплым и по-семейному уютным. Пожелав друг другу доброй ночи, люди разошлись по комнатам и мгновенно уснули. Очень уж трудным и эмоционально тяжелым выдался вечер.       — Целую неделю ждать, — вздохнул Гарри, проводив с утра Грейнджеров, которым предстояла долгая дорога домой.       — Мрр, — вздохнула кошка. — Мяу, — отбросила она грусть и с прищуром посмотрела на человека.       — Может не… — Начал Гарри.       — Мрр, — довольно зажмурилась кошка, и улыбнулась, демонстрируя клыки.       — Давай хотя бы… — Инстинктивно подался назад Гарри.       — Мяу! — На том разговоры и кончились. Ири прыгнула, Гарри побежал. Первый круг по лесу дался ему относительно просто.       Неделя пролетела в одно мгновение. Во многом благодаря насевшей на парня кошке. Ири устроила Гарри курс молодого бойца. Старый армейский принцип — чем бы не занимался, лишь бы зае…, в смысле устал, — сработал на отлично. Физическое и магическое истощение не оставляло места для лишних мыслей. Отдых, сон и еда, вот и все, что занимало Гарри три дня кряду. Не до меланхолии с прочими депрессиями.       На четвертый день Ири объявила о походе в Запретный лес. «Не пропадать же собранному, да и переключаться надо», — решила она, разбудив Гарри не привычным мявом, а тихим урчанием.       Разумеется, от легкой пробежки по пересеченной местности она не отказалась. Нравилось ей сидеть на рюкзаке и подгонять несущегося во весь опор Гарри. Нравилось, и все тут. «Вот доработаю изменения гортани в кошачьей форме, и обязательно посоветую ему почувствовать Силу», — мечтательно жмурилась кошка, прислушиваясь к дыханию «рысака» и легко уклоняясь от ветки. «Пф», — оценила она жалкую попытку мальчишки сбить ее с насиженного места. «Потом спасибо скажешь, когда вами Живоглотик займется», — послала она ободряющий мыслеобраз, от которого «конь» вздрогнул и чуть не растянулся. «Но-но, следим за дорогой и про окружающее пространство не забываем», — мяукнула Ири. «Молодец», — проурчала она, оценив прыгучесть Гарри.       Тот не ответил, хоть и прекрасно понял. Некогда ему было, ведь кошка, используя невербальное заклятие левитации, продолжала в буквальном смысле совать палки в колеса. Точнее в ноги, но легче от этого не становилось. Веток в лесу хватало, Ири отлично владела Левиосой, с помощью которой их и перемещала, вот и приходилось Гарри скакать козликом, да волшебной палочкой отмахиваться. Впрочем, сегодня кошка не усердствовала. Разминка же ж, а не полноценный марш-бросок.       Умывшись, переодевшись и подкрепившись, Гарри с кошкой отправились в путь, оставив присматривать за домом Буклю. Час по идущей от охотничьего домика грунтовке, и они вышли к шоссе. «Мяу», — сказала Ири. «Угу», — кивнул Гарри, и приступил к реализации первого пункта намеченного плана — вызвать волшебный автобус. Встав на обочине, он взмахнул волшебной палочкой. Ночной рыцарь не появился. «Блин, это же часа три топать, если попутку не поймаю», — расстроился Гарри. «Может, ну его к лешему этот Запретный лес и припасенное в нем», — подумала Ири, но тут рядом с ними остановился синий трехэтажный автобус. «Мряу», — мысленно выругалась Ири, неприятно удивленная тем, что умудрилась не заметить приближение зачарованного транспорта. И это с ее-то возможностями!       — Добро пожаловать в автобус Ночной Рыцарь, я ваш кондуктор Стэнли Шанпайк, — заученно отбарабанил тип в неопрятной форме, с криво сидящей кепкой и язвочками на лице. — О, Гарри Поттер! — Обрадовался он.       — Нам в Лондон.       — Нет проблем, — пропустил он мальчика с сидящей на рюкзаке кошкой, и проорал: — Эрни, трогай! — Дед в очках с линзами толщиной в палец дернул рычаг, и волшебный автобус рванул с места так, что окружающий мир за окном превратился в сплошное смазанное пятно.       Гарри только-только успел за проезд заплатить, как они уже на месте оказались. Так как адрес он не уточнял, их высадили у первой попавшейся остановки, непонятно каким образом оказавшейся в безлюдном переулке. «Магическая остановка для волшебного автобуса», — фыркнула Ири, развеивая направленную в вибриссы ману. Конечно, глазами осмотреться было надежней и информативней, но так она не привлекала внимания, да и особого интереса чары отведения внимания у нее не вызывали. Убедилась в том, что они есть, опознала их и тут же из головы выбросила.       «Если есть автобус, должны быть и остановки. Все логично», — подумала она. Гарри покрутил головой, заметил комиссионную лавку, и отправился выполнять второй пункт плана — требовалось убрать магический рюкзак в обычный, да и гардероб обновить не мешало. Убедившись в том, что котенок справляется сам, Ири задумалась над волшебным автобусом вообще, и магией в частности. Верней, о связанных с ней проблемах.       Человеческая магия давалась ей трудно, но теперь не из-за недостатка маны, а из-за памяти предков. Иная энергетика диктовала иные подходы, грубо это можно сравнить со спектром электромагнитного излучения, суть одна, но частоты и длины волн разные. Еще и когти, в качестве замены волшебной палочки, оказались не лучшей альтернативой. Собственно говоря, одним из дополнительных аргументов забрать дары Запретного леса, как раз и являлась мысль о создании собственного магического концентратора.       Разумеется, Ири с Живоглотом пробовали использовать волшебные палочки партнеров, но те оказались хуже собственных когтей. Конечно, самоделка не то что до ширпотреба не дотянет, но и тем еще убожеством выйдет, да только обзавестись полноценным концентратором магической энергии, подходящим для кошачьих — не только сложно, но и не факт, что возможно. Разве что индивидуально заказывать мастеру, но это дорого и может привести к разнообразным последствиям.       Тех же оборотней маги гнобят почем зря. Еще немного и обяжут опознавательные знаки носить, какой-нибудь белый круг на половину груди и спины малевать, там и вовсе до лагерей дойдет, а что, резервации же имеются, первый шаг сделан.       Если бы магогенетическая память предков оказалась более структурированной, а не походила на библиотеку после бомбежки, то проблем бы и вовсе не было, но, увы, Ири с Живоглотом имели весьма и весьма смутные представления о магии своего народа. И ладно бы только это, но кошка уже давно выявила малоприятную закономерность — чем больше и лучше она осваивает практические навыки колдовства людей, тем чаще вспоминает известное предкам.       Гарри, чтобы избежать ненужного внимания взрослых, пришлось потратить на покупки пару часов. Все же подросток, один, да еще и за раз покупающий кучу вещей — подозрительно. Могли и позвонить куда следует. Впрочем, если не считать потерю времени, все прошло без проблем. «Теперь и Грейнджерам показаться не стыдно.» — «Мяу», — согласилась Ири.       Зачарованные камины на знаменитой платформе работали, мантия имелась, дымолетный порох еще с прошлого раза оставался, благо его небольшими мешочками продавали, а не горстями на один раз отмеряли, потому и в Хогсмид Гарри с Ири попали легко и быстро. Небольшая заминка случилась лишь с конечной точкой маршрута, но дежурный любезно просветил — если назвать не конкретный адрес, а общий, вроде населенного пункта, то волшебный камин перенесет в общественный. Этим и воспользовались, попав в ратушу.       — Куда теперь? — Спросил Гарри, направляясь к Визжащей хижине. Какая-никакая, а все ж достопримечательность.       — Мяу, — ответила Ири, послав мыслеобраз.       — Понял, — кивнул Гарри.       Свернув в переулок и убедившись, что никто на них не сморит, он вытащил из рюкзака мантию-невидимку и накинул ее на себя. Кошке пришлось бежать самой, но она была рада немного размяться. Засиделась. Незамеченными они углубились в Запретный лес, но далеко заходить не стали. «Мяу», — скомандовала Ири, принимая боевую форму. «А он на тебя налезет?» — Гарри с сомнением посмотрел на рюкзак и мысленно оценил габариты монстра. В ответ Ири пожала плечами и протянула руку. Лямки волшебного рюкзака справились, а вот кожаным лентам длины не хватило. Не смогли они столь габаритного носителя охватить.       — Мяу, — строго сказал монстр.       — Да жду, жду, — ответил Гарри, накидывая мантию-невидимку и присаживаясь на поваленное дерево.       — Мрр, — лапа Ири осторожно потрепала его по голове.       — Ух ты, — покачал головой Гарри, оценив скорость исчезнувшей меж деревьев тени.       Он вынул заранее прихваченную из дома книгу, намереваясь почитать о приключениях капитана Блада, но успел справиться лишь с одной главой.       — Мяу, — довольно мяукнула Ири.       — Быстро ты, — покачал головой Гарри, смотря на пепельно-серую кошку, восседающую на рюкзаке.       — Пф, — ответила та и дернула ухом.       — Ну да, с твоей-то скоростью, — кивнул он чуть смутившись. — Можно посмотреть? — Спросил Гарри, указав взглядом на рюкзак.       Ири спрыгнула с него и кивнула. Гарри заглянул внутрь, и увидел десяток свертков. Он засунул руку, желая вытащить один, но получил предупреждающий мяв, за которым последовал совет вытаскивать дома, и лучше не руками. «Тяжелые для тебя», — промурлыкала кошка. «А я их дотащу?» — Задался резонным вопросом Гарри. «Мрр», — утвердительно кивнула Ири. «Ладно», — махнул рукой Гарри, решивший отложить любопытство до лучших времен. «Ох», — оценил он возросший вес рюкзака. «Мяу», — пообещала ему дополнительные занятия Ири, но запрыгивать на свое место не стала.       Возвращение прошло буднично, хоть и заняло намного больше времени. Общественным камином из Хогсмида на платформу девять и три четверти, с нее в магловскую часть вокзала, билет до Брайтона, и ночной полет на метле. Кошачье чувство направления с одной стороны, и встретившая в воздухе Букля с другой, позволили обойтись без барражирования над дорогами. «Извращение конечно, но лучше перебдеть», — почесала за ухом Ири, устраиваясь на кресле после весьма позднего ужина.       — Слушай, а почему мы до шоссе пешком шли? — Спросил Гарри, развалившийся на диване и положивший гудящие ноги на подлокотник.       «Потому что не подумала», — вздохнула Ири, и положила мордочку на лапы. «Вот ведь, насчет взять с собой метлу и обратного пути думала, а о том, чтобы на ней до шоссе долететь нет», — фыркнула она.       — Тренировка, — осенило Гарри, принявшего изданный кошкой звук за ответ.       — Мяу, — подтвердила Ири. А что ей еще оставалось делать? Не объяснять же, что умудрилась упустить очевидное. Да и в самом деле… Тренировка.       Гарри ушел спать, кошка осталась на кресле. Подождав, когда он уснет покрепче, она перекинулась в боевую форму и подошла к столу. Распаковав сверток с зубами, костями и шерстью оборотней, она перевернула один из черепов и вытряхнула на стол длинную золотую цепочку. Упаковав трофеи обратно, она протерла ветошью диск с миниатюрными песочными часами по центру и отнесла Маховик времени на чердак. Там для него имелся давно присмотренный тайничок.       «Теперь можно не спешить. Да и отдыхать надо», — решила Ири, сдвигая дощечку. Взмах хвоста, и кошка поспешила убраться с чердака, давая возможность взметнувшейся пыли осесть и скрыть следы.       Спустившись в подвал, она вновь сменила форму. Вспоров когтем подушечку пальца, Ири принялась старательно выводить по углам рунные цепочки. Провозившись до самого рассвета, уставшая, но вполне довольная, она вернулась на кресло у давно погасшего камина и провалилась в глубокий сон…       Новая волна сырой маны межреальности обрушилась на «утес», защищающий огонь портала, и тот не выдержал. Она застонала от боли и очнулась. Остатки души покрылись трещинами, словно та была камнем, брошенным в ледяную воду после накаливания в горне. «Это конец», — пришло осознание неизбежного. Новый удар, и утес разлетелся вдребезги, брызнул осколками, оказавшись на поверку не камнем, а хрусталем. Огненно-бардовое марево подхватило их, и швырнуло в рушащийся портал. Тот вспыхнул и погас, залитый маной межреальности, но осколки уже стремительно неслись по схлопывающемуся тоннелю, выдавливаемые огненно-бардовым маревом, словно картечины пороховыми газами.       «Девочка моя», — услышала она нежное урчание и попыталась открыть глаза. Ничего не вышло, зато пришли воспоминания. «Любимый!», — закричала она, поняв все. «Ну-ну, тише», — нос уловил запах молока, в рот ткнулся теплый сосок, головы коснулась мягкая рука, вибриссы почувствовали покрытую шерстью плоть и… Ее сознание помутилось. Тело новорожденной отреагировало инстинктивно. Губы сомкнулись и с каждой каплей материнского молока смерч образов, сотканный из памяти предков, начал успокаиваться.       Она ничего не могла сделать, да и не хотела. Так правильно и так надо. «У нас получилось и наше время прошло», — приняла она естественный ход вещей.       Смерч менялся. Сначала он превратился в воронку посреди бушующего моря, затем стал порогами на горной реке, потом обернулся тихой заводью, на которой лишь ветер гнал рябь мелких волн, под конец и вовсе ушел в глубины безбрежной водной глади новорожденного разума, попутно унеся сознание и память той, кто покинула мир предков последней…       Альбус Дамблдор постучал в дверь домика лесника. За ней раздалось чертыхание и возня. «Н-да, не вовремя», — подумал он. Но не уходить же, раз пришел. Он повторил стук. «Иду», — крикнул Хагрид. Что-то бухнуло. «Скорей всего котелок», — прикинул Альбус. Дверь открылась, и на него дыхнули могучим ароматом перегара. «Совсем не вовремя», — мысленно скривился он, оглаживая бороду и понимающе улыбаясь, но разговор не требовал отлагательств. Странные срабатывания следящих чар требовали проверки. В конце концов, это его долг.       — Господин директор, — удивился Хагрид. — Что-то случилось?       — Ну что ты, я просто зашел тебя проведать, — с четко дозированным отеческим возмущением в голосе ответил Альбус. — Тем более, я так давно не пробовал твоих замечательных отваров, — подсказал он плохо соображающему с похмелья леснику программу действий.       — Конечно-конечно, проходите, — засуетился Хагрид. — Ща водички вскипячу, — ринулся он к очагу, — я тут недавно как раз тымы и черебца с мухобойчиком собрал.       — Вот, как чувствовал, — улыбнулся Альбус, садясь за стол и быстро обегая взглядом избушку.       Как всегда, не слишком прибрано, по корзинам и клеткам сидит разнообразная живность, под потолком висят пучки трав, кровать с одеялом в клетку не заправлена, в ящике под шкурой кто-то скребется. Половицы в углу приподняты. «Наверняка там шелк акромантулов и еще какие-то неучтенные дары леса», — хмыкнул Альбус. «Хоть продавал бы их по нормальной цене», — мысленно покачал он головой. «Впрочем, много ли ему надо», — посмотрел он на спину возящегося с чайником полувеликана. «В целом, все как обычно», — резюмировал Альбус.       — У меня и кексы свежие есть, и вот еще пирог остался, у мадам Розмерты брал, — Хагрид выставил на стол угощения и снял закипевший чайник, принявшись разливать содержимое по полулитровым кружкам.       — Да, мадам Розмерта знает толк в пирогах, — покивал Альбус, впрочем, кроме травяного взвара он ни к чему притрагиваться не собирался. Возраст не тот, чтобы испытывать желудок на прочность. — Что нового в Запретном лесу? — Как бы между делом спросил он, втягивая ароматный пар носом и изображая блаженство.       — Так, ничего вроде, — запустил руку в густую черную бороду Хагрид и покосился на угол с тайничком.       — Да чтобы в Запретном лесу, и ничего интересного не происходило? Быть того не может.       — Нет, ну так-то много разного. У кентавров вот прибавление, сразу трое ожеребились. Браконьеры опять же с охотниками поцапались, драку устроили.       — Серьезную? Далеко? — Альбус насторожился.       — Да не слишком, все живы, правда полянку знатно перепахали, но там видно, что больше для острастки бомбардами швырялись, — отмахнулся Хагрид. — Далеко это было, если от Хогсмида брать, так по другую сторону от лесного озера выйдет.       — Понятно, — кивнул Альбус, несколько успокоенный. — Как вообще, не шалят браконьеры с охотничками? — Спросил он, мысленно матеря и тех и этих, вечно ленящихся отойти подальше и постоянно беспокоящих охранные чары.       — Да нет, как обычно все. Я, кстати, вчера байку забавную слышал, — хлопнул себя по лбу Хагрид, обрадованный тем, что может сменить тему.       — Ну-ка, ну-ка, — навострил уши Альбус.       — Короче, в бар зашел, ну пропустить стаканчик перед сном, а там значит смотрю, народ у стола одного собрался. Ну я значит и полюбопытствовал. Там пьянчужка один рассказывал, что значит есть у него знакомые охотники…       — Браконьеры, — хмыкнул Альбус.       — Да кто их там разберет, — пожал плечами Хагрид, — сегодня они охотники, завтра браконьеры, а могут и вообще, охотниками в лес пойти, да встретить кого, и это, переквалифицироваться, вот.       — Ну да, ну да, — покивал Альбус, — так что пьяньчужка этот рассказывал?       — Да вот, значит, говорит что браконьеры его знакомые к центру леса пошли, но чтобы с кентаврами значит не ссориться, решили северней взять, в общем, с востока, получается, зайти, но там-то ведь частенько ловят таких, значит они потому и еще круче забрали. Вот, — Хагрид, выдавший столь длинное предложение на одном дыхании замолчал.       Пока он смачивал горло и переводил дыхание, Альбус прикинул карту и известные ему факты. «Скорее всего, через холмы поперлись», — понял он и мысленно скривился, уже догадываясь, о чем услышит дальше.       — Так значит вот, — поставил опустевшую чашку Хагрид и продолжил рассказывать. — Охотники эти, которые браконьеры на деле, через холмы пошли, ну и значит путь-то вкругаля долгий, так они и остановились в них на ночлег, — Хагрид многозначительно пошевелил бровями и налил себе новую порцию травяного сбора.       — И что, в полночь к ним на огонек пришла красавица неописуемая? — Спросил Альбус, решив ускорить историю и поскорее свернуть разговор.       — Так вы знаете? — Восхищенно уставился на него Хагрид.       В ответ тот лишь плечами пожал и очками многозначительно сверкнул. Простенькое заклинание, но эффект производит. Особенно если репутация имеется.       — Только там не одна красавица пришла, с ней еще мужик был.       — Да? И что же они сделали с охотниками? — Без особого интереса спросил Альбус.       — Ну, вроде как поговорили, сказали, что не надо им дальше идти, мол, чудовища там завелись, так браконьеры эти значит не поверили, ну и вот, эти значит, которые пришили к ним, встали и ушли, а утром на лагерь и правда монстры напали. Вроде как оборотни, но точно не они, луна-то того, — Хагрид показал почти сведенные вместе большой и указательные пальцы. — Новая же луна, какие оборотни, они все отлеживаются еще.       — Браконьеры-то все живы остались? — Поставил опустевшую кружку на столешницу Альбус, причем так, чтобы гостеприимный хозяин не подлил в нее новой порции.       — Да что им сделается, — отмахнулся широченной ладонью Хагрид. — Сбежали они. Я вот что думаю, — зашептал он, подавшись вперед и оглянувшись по сторонам, — фейри это были, и чудище тоже они навели. Лита ж скоро.       — Ну да, — кивнул Альбус, подумав о том, что мифическому народу холмов делать нечего, кроме как выбираться из них в самый долгий день в году. Это ведь столько всего можно успеть за самую короткую ночь, что просто дух захватывает.       Впрочем, тратить время на объяснение очевидных для любого здравомыслящего мага вещей он не стал. Тем более, Хагрид явно жаждал опохмелиться, да и все нужное Альбус уже узнал. Браконьеры с охотниками наверняка не сразу драку начали, скорее всего, сначала следы нашли, потом магию использовали, чары сигнальные потревожив, и лишь затем встретились и драку устроили. Вероятнее всего, одни хорошую добычу взяли, вторые решили отбить, как бы там ни было — ложная тревога.       «Но аврорам я это на вид поставлю, чемпионат чемпионатом, но и о других вещах забывать нельзя. Надо будет Аластора попросить, пусть по лесу походит, следы оставят, кого-то да отвадит, заодно и сам развеется», — решил Альбус, и принялся прощаться.