Я выбираю тебя

      Прилипшая мелодия назойливой мухой жужжала в голове, заставляя Ваську чертыхаться и закрывать рот, но уже через минуту после этого парень опять автоматически начинал насвистывать простенький мотив.       Столица принарядилась в ожидании главного зимнего праздника как молодящаяся кокетка, разом нацепившая на себя все блестящие побрякушки при виде перспективного жениха. Васька любил этот праздник, то ощущение надежды и предвкушение чуда, которое непременно произойдет в новом году. Сияющие праздничными огнями улицы и дома, наряженные елки настраивали на торжественный лад.       Хотелось просто побродить по сверкающему городу, впитывая его чарующую красоту и величавость даже бесснежной зимой, но Антон настойчиво тащил друга в огромный торговый центр, не собираясь тратить и без того ограниченное время на всякие глупости, о чем прямо и заявил романтично настроенному Ваське.       — Лекса своего тащи любоваться видами по такой холодине, а у меня сегодня другая задача, — бурчал он, крепко ухватив глазеющего по сторонам друга и пробираясь сквозь толпу людей ко входу.       — Я бы и рад, да у него опять дежурство.       — Так для тебя же старается, чтобы на праздники освободиться, дубина ты бесчувственная!       Васька только печально вздохнул, прибавив шаг. Он и сам это понимал, но последние две недели Лекс и правда почти все время проводил на работе, заявляясь домой вымотанным и усталым. Васька скучал по тем уютным вечерам, когда они с пивом и пиццей заваливались посмотреть какой-нибудь боевик или фантастику, или болтали обо всем на свете до утра, или просто занимались сексом.       Оказалось, что этого тоже не хватает — после того, как Васька прошел свою точку невозврата тем вечером в общаге, плотская любовь приобрела для него новые оттенки: теперь он с готовностью изучал красивое тело любовника, исследуя и наслаждаясь, и был давно готов расстаться с пресловутой девственностью, но Лекса моментально вырубало даже после простого минета.       — Вась, ну давай быстрее, нам же ничего не достанется приличного! — Антон целенаправленно пробирался к лифтам.       Васька вынырнул из раздумий и огляделся. Торговый центр был переполнен народом, до праздников оставалось всего несколько дней и, казалось, все только сейчас вспомнили о подарках. Сам Васька ответственно отнесся к этому делу и заранее купил презенты и друзьям, и бабуле, и маме с ее мужем, благополучно уже отправленные посылкой в родной город.       Лексу он заказал по интернету какой-то навороченный справочник по паталогии внутренних органов млекопитающих, случайно наткнувшись в компьютере на страницу его запросов. Стоило это немало, но у него были деньги с подработок и стипендии, да и хотелось сделать приятный сюрприз дорогому человеку.       Антону же оставалось выбрать подарок своей Лере, и под предлогом этого важного мероприятия он вытащил скучающего Ваську из дома.       В торговом центре было жарко, в воздухе держался одуряющий смешанный аромат мандаринов и синтетического освежителя воздуха, множество голосов, сливаясь с рождественскими мелодиями по громкой связи, создавали непрекращающийся шум.       С трудом втиснувшись в переполненный лифт, друзья замерли у стенки. Завадский подтолкнул Ваську рукой, глазами указывая на стоявшего напротив парня. Тот, не скрываясь, пристально уставился на Ваську, который в своем синем пуховике и такого же цвета шапке, подчеркивавшей яркость глаз, с раскрасневшимися щеками выглядел не старше восемнадцати. Заметив, что объект его интереса обратил внимание, парень подмигнул Лесину и расплылся в приглашающей улыбке.       — Васька, а ты пользуешься популярностью! Гляди, тот чел с тобой, кажется, флиртует, — прошептал Антон, склонившись к уху друга.       Васька скользнул взглядом по улыбающемуся лицу, равнодушно перевел взгляд, дернув плечом. С некоторых пор подобные случаи повторялись нередко, правда, Васька так и не понимал, как его вычисляют. Внешне он никак не изменился, одевался по-прежнему, да и приглашающими к знакомству улыбками нигде не сверкал. Даже после того, как он стал жить с мужчиной, Лесина не стали привлекать другие представители мужского пола, пресловутым гей-радаром он не обзавёлся, да и к красивым девушкам почему-то не тянуло; только Лекс заставлял Васькино сердце ускоренно биться.        Выйдя на нужном этаже, друзья пошли вперед. Эпизод в лифте тут же вылетел из головы — они попали в женское царство.       — Тоха, я не понял, мы что, в отделе дамского белья? — в Васькином голосе слышалась паника. — Ты зачем меня с собой притащил?       Повсюду в витринах красовались манекены в изящном белье разнообразнейших форм и расцветок, а их окружали стайки щебечущих дам, суетливо шныряющих с места на место.       — И что такого? — Антон целенаправленно пёр вперед к ближайшему магазину. — Мне надо Лерунчику особенный подарок купить, а ты мне поможешь. В конце концов, это из-за твоей ориентации я проспорил желание.       Васька только вздохнул, но не возразил — Тохе требовалась помощь, поскольку вкус у него был весьма специфическим, а сердить Леру неудачным презентом было чревато.       Тоха расхаживал по магазину, выхватывая вешалки с комплектами женского белья и складируя их на столе у кассы. Помощь консультанта он решительно отверг. Вместо этого Завадский терроризировал друга, ежеминутно подсовывая тому под нос кружевные и атласные тряпочки, заставляя их пощупать, и громогласно спрашивал мнение об очередном комплекте. Остальные покупатели или, точнее сказать, покупательницы, поскольку Тоха с Васькой были единственными мужчинами в этом женском царстве, с улыбками следили за энтузиазмом высоченного блондина.       Лесин стянул с головы шапку, взъерошил примятые кудри рукой и расстегнул молнию на куртке — процесс покупки обещал быть долгим.       Тоха с довольной улыбкой тащил все новые и новые модели ядовитых расцветок и странного фасона, даже на вид неудобных и экстравагантных.       — Тоха, ты серьёзно думаешь, что Лере понравится это? — скептически произнес Васька при виде очередного шедевра ядовито-малинового цвета с блестками. Жесткое кружево неприятно царапало кожу, а крошечные трусики с завязками и бюстгальтер на тонюсеньких бретельках напоминали униформу проституток. — Ты на ее вкус выбирай, не на свой, садист проклятый!       — А по-моему, красиво, — почесал тот в затылке. — И на Леркиной фигуре смотреться будет офигенно.       Васька только хмыкнул, обводя глазами кучу на прилавке — похоже, Антон искал подарок не своей девушке, а себе. Он медленно прошелся вдоль стеллажей, снял нежно-розовый атласный комплект и сунул его под нос другу.       — Смотри, какой красивый, — тонкая ткань, отделанная кружевом, нежно ласкала пальцы, цвет напоминал рассветные лучи — не яркий, но неуловимо притягательный. Лесин, не удержавшись, провел еще раз по нему кончиками пальцев, наслаждаясь.— Поверь, Лера оценит твой тонкий вкус.       — Прекрасный выбор, — бойкая продавщица крутилась рядом. — Очень удобная модель, я и сама такую же купила, — доверительно прошептала она, придвинувшись к парням.       — Ну раз удобная, — Антон полез за портмоне, — берем.       Девушка, загадочно улыбнувшись, достала из-под прилавка маленькую яркую коробочку.       — Советую взять и это, незабываемый вечер гарантирован, — она легко взмахнула в воздухе тончайшими шелковыми чулками того же оттенка, что и белье. Похожие на паутинку невесомые чулочки опустились на прилавок.       — О да… — Антон заинтересованно блеснул глазами, утвердительно кивнув.       Девушка, слегка понизив голос, интимно добавила:       — Поверьте мне, страстная ночь вам обеспечена. Никто не устоит перед такой роскошью.       Василий молчал: в голове вспышкой пронеслась игривая мысль, требующая тщательного обдумывания.

***

      В квартире Завадских пахло выпечкой и хвоей, создавая праздничную атмосферу. Посреди гостиной красовался накрытый стол, заставленный разнообразием закусок на самый изысканный вкус. Хрустальные бокалы разбрызгивали радужные искры, отражая яркий свет сияющей всеми лампочками люстры.       Нарядные Лера с Анютой, о чем-то весело переговариваясь, убежали на кухню; Васька с Антоном суетились около пушистой елки, перевешивая украшения по указанию бабули, которой в последний момент пришла в голову новая идея; сама же Мирра Сигизмундовна, облачившись в бархатное черное платье, степенно беседовала с Лексом, время от времени элегантно поднося мундштук к алому рту.       Меняя шарики на елке местами, Васька косился в сторону беседующих, не в силах удержать счастливую улыбку, то и дело растягивавшую его губы — бабуля выглядела чрезвычайно довольной, да и Лекс был образцом спокойствия.       — Васька, хватит уже, — шикнул стоящий рядом Антон, — палишься как не знаю кто!       — А ты не завидуй, лучше иди девчонок поторопи — пора бы за стол, — парировал Васька; голодное бурчание желудка подтвердило его слова.       На самом деле Ваське хотелось прыгать и орать во все горло, настолько радостно было на душе от того, что его парень и бабуля понравились друг другу с первого взгляда. Лекс в темно-синей рубашке и черных брюках ничуть не уступал в элегантности пожилой даме, как всегда выглядящей царственной особой.

***

      Неделю назад, когда Мирра Сигизмундовна пригласила Ваську отмечать новогоднюю ночь в их семейном кругу, он очень растерялся. С одной стороны, Лесин дорожил теплым отношением Завадских, которые стали ему по-настоящему родными, с другой — новогоднюю ночь ужасно хотелось провести с Лексом. Не то чтобы Васька верил в приметы, но и рисковать не собирался, ведь всем известно: как праздник встретишь — так следующий год и проведешь, а ему хотелось, чтобы Лекс стал постоянной константой его жизни.       Мирра Сигизмундовна, конечно, знала, что у него есть отношения, вот только подробностей ни Васька, ни Антон с Лерой ей не сообщали. Тогда-то и пришло решение откровенно рассказать бабуле о своем партнере.       Багровея ушами и щеками, Васька в двух словах поведал ей о том, что может прийти с гости только со своей парой.       — Мой милый мальчик, не вижу повода для подобного смущения. Мне чрезвычайно любопытно познакомиться с твоей избранницей, которая смогла покорить такую легкомысленную натуру. И не волнуйся так, ради тебя я смирю свою саркастичную натуру, — насмешливо добавила она при виде нервничающего парня.       — Избранника… — слетело тихо с пересохших губ.       Мирра Сигизмундовна вопросительно приподняла брови.       — Избранника. Это мужчина, — более твердо повторил он.       — Вот как… — бабуля задумчиво провела рукой по темной поверхности столика, блеснув россыпью камней в перстнях. — Знаешь, мне всегда казалось, что твоему неугомонному характеру под стать будет лишь сильная личность. Приходите вдвоем, мне хочется познакомиться с человеком, вскружившим твою упрямую головушку.

***

      Лекс, даже если и волновался, ничем этого не показывал, держался скромно, но не подобострастно, с достоинством, а это Мирра Сигизмундовна ценила в людях более всего остального. Через совсем непродолжительное время они уже нашли общие темы для беседы, и Васька видел, что бабуля искренне наслаждается разговором.        К такому Лексу — строго-элегантному — хотелось под бочок, и не отлипать ни на мгновение, но Васька облизывался издалека, не собираясь устраивать представление в духе гей-парадов для любопытных друзей. Свою порцию тактильных ощущений он потребует дома, наедине. Легкая тяжесть стянула низ живота: на эту ночь у Васьки были грандиозные планы.       Застолье удалось — шутки и смех не смолкали ни на минуту. Под бой курантов пенистое шампанское наполнило хрупкие бокалы и мелодичный звон приветствовал начало нового года.       Прикасаясь тонким хрусталём к бокалу Лекса, Васька глазами попытался передать все то огромное неохватимое счастье, которое рвалось на волю из его сомкнутых губ. Черные глаза жаром опалили Лесина, вызвав яркий румянец на бледной коже.       Бабуля, с усмешкой наблюдая за безмолвным разговором, приветственно подняла свой бокал, одними губами обозначила «Поздравляю, дорогой», и Васька понял, что той по душе его выбор.       У веселящихся девчонок не хватило терпения дождаться утра и подарки были вручены немедленно. Восторженное аханье и оханье не смолкало — презенты были выбраны удачно, их тут же демонстрировали всем любопытным. Правда, Лерка свой презент сразу же убрала, не показав его остальным, только что-то прошептала на ухо покрасневшему Антону. На Васькину вопросительно приподнятую бровь тот расплылся в предвкушающей улыбке — очевидно, прогнозы продавщицы насчет бурной ночи были небезосновательны.       Лекс, аккуратно разорвав блестящую бумагу, довольно улыбнулся — Васька и без слов понял, что угодил с подарком. Ему же самому достался новенький телефон, на который он давно облизывался, но понимал, что копить придется очень долго. Такой продуманный подарок лишний раз доказывал, что Лекс — очень чуткий партнер. Желание немедленно поцеловать улыбающиеся губы напротив заставило Ваську слегка качнуться вперед, но он сдержался. Всю свою благодарность он покажет только в их спальне, сейчас же и простое прикосновение руки заставило его тело покрыться легкими мурашками.       Последующее чаепитие с восхитительно вкусным тортом, который Лекс собственноручно испек для новогоднего стола, по Васькиному мнению могло бы быть и не таким уж долгим. Он беспрестанно ерзал, вздыхал и гипнотизировал часы глазами, почти не прислушиваясь к оживленному разговору и вставляя реплики невпопад.       Его воображение подкидывало одну за другой сцены их возвращения домой. Там он планировал вручить своему любовнику еще один специальный подарок. Все более и более пошлые картинки мелькали в разгоряченном сознании, и он, в конце концов, не выдержал.       Прервав застольную беседу, Васька вскочил и, объяснив причину спешки страдающим от одиночества котом, потянул смеющегося Лекса к выходу. Никого такой отмазкой обмануть не удалось, но внешние приличия были соблюдены. В самом деле, не мог же Васька прямо заявить, что умирает от желания взять в рот член собственного парня!       Торопливо натянув верхнюю одежду, провожаемые дружными подколками, к которым присоединилась и сама бабуля, парни спустились вниз.       Через минуту такси уже мчалось к их дому сквозь неспящий празднующий город.