Сколько ты отдашь?

Глава 2 Саске в сотый раз нажал на кнопку питания телефона. Экран зажегся, показывая карточку с номером телефона, подписанную «Наруто». Он уже выучил цифры наизусть и все равно не мог найти в себе силы написать. Это была идея Этьена. После того как Лаура, не дождавшись своего жениха домой, появилась на пороге квартиры с двумя бутылками вина и бутылкой виски, они нажрались в хлам. Влюбленная парочка весь вечер составляла один план безумнее другого, дабы устроить личную жизнь Учихи. Саске в обсуждении участия не принимал. Он молча курил, помешивая кубики льда в стакане с виски и позволяя их голосам заполнить свой разум. Так было легче не думать. Саске всегда пытался самостоятельно решать проблемы, кроить свою судьбу, пусть иногда он делал ошибки, и им манипулировали, но он никогда не сдавался. Сейчас ему впервые хотелось, чтобы кто-то другой принял решение. Сделал выбор за него. Это бесило, заставляло кровь стучать в ушах, и все же не отпускало. Его друзья ушли под утро, голося французские песни и пьяные признания в любви. В какой-то момент вечера они вдвоем закрылись у Саске в туалете, и Учиха был уверен, что они трахались там, пока он безучастно втыкал в потолок. Как ни странно, это его не злило, скорее вызывало какое-то странное чувство тоски. По крайней мере, они все еще были друзьями, несмотря на его ублюдское поведение. На утро Саске проснулся с тяжелой головой и привкусом желчи во рту. Он впервые за долгое время взял отгул на работе и провел час, стоя под душем и пытаясь смыть чувство бессилия. Он словно находился в тумане, в каком-то другом странном измерении, где мысли избегали логических цепочек, а чувства со скоростью света сменяли друг друга, создавая эмоциональный тайфун, который разрушал нервную систему в щепки. Выпив две чашки крепкого кофе и запихнув в себя подгоревший тост, Учиха завалился на диван и вот уже третий час пялился на экран телефона, не решаясь на, казалось бы, крошечный шаг. Этьен, до того как нажраться, настойчиво требовал, чтобы Саске написал Узумаки сообщение. По его мнению, это был самый простой и безобидный способ разобраться со всем тем дерьмом, что они заварили. — Тебе не придется видеть его, Саске, а это всегда легче, поверь мне! — убеждал его француз. Саске верил, вот только в голову ни черта не лезло. А ведь раньше у него не было тормозов. Он пёр напролом, не заботясь о последствиях. Учиха усмехнулся. Раньше. До того, как его пропустили через эмоциональную мясорубку. Саске был кем угодно: эгоистом, ублюдком, самовлюбленным глупым мальчишкой, но он никогда не был трусом. Никогда не стеснялся говорить прямо, поступать как вздумается, рисковать, не заботясь о будущем. Сейчас он боялся. Это чувство сидело где-то в груди, обхватив сердце, заставляя его то и дело пропускать удары. Оно было липкое, мерзкое и холодное, и Саске не мог избавиться от него. Что, если снова придется все это ощущать? Снова чувствовать, как тебя рвет на куски, и знать, что целым ты никогда уже больше не станешь? Что всегда, каждый гребаный день, внутри будет эта дыра, которую никто и ничто не заполнит. Она будет саднить, болеть и сочиться, напоминая о себе каждую секунду твоего жалкого существования. Разве оно стоит того? Этот вопрос Саске вертел в голове снова и снова, смотря на цифры на экране. Ответа он не находил. Со вздохом швырнув телефон на стол, Саске потянулся к пачке сигарет. Он встал, закурил и принялся ходить по комнате, словно загнанный в клетку зверь. Под ногами хрустнула бумага, и Учиха поднял скомканный лист — письмо от брата, которого он когда-то обожал и так сильно презирал теперь. Они с Наруто были хорошей командой: вдвоем им удалось сделать из Саске гребаного инвалида. Это письмо было очередной насмешкой, лишним поводом напомнить младшему брату, как слаб и никчёмен он был, как легко его провести. Сломать. «Ты стал тем, кем бы гордилась наша мать, кого презирал бы наш отец и кого я буду боготворить. Всегда.» Чертов Итачи. В глазах защипало. Табачный дым бывает едким. Чертов ублюдок. И чертов Наруто. Все они думают, что Саске можно управлять, что он поддается дрессировке, словно собака. Саске сжал кулаки. Возможно, ему действительно стоит перестать размазывать сопли и взять себя в руки. Пора изменить правила этой грязной игры. Злость, такая знакомая и такая желанная. Она всегда была его лучшим другом и советником. В ней не было сомнений, страха и гребаной логики — лишь обжигающая горечь. Саске позволил ей накрыть себя с головой. Так было легче. Я знаю имена всех, кто был после меня. Пальцы молниеносно двигались по экрану. Он не позволил себе и секунды раздумий, сразу нажал кнопку "отправить". Ответа ждать долго не пришлось. Кто это? Как будто он не знает. Сначала была Акане, ты трахал ее почти три месяца. Первая любовь! Скажи, ты рыдал, как ребенок, когда она наконец послала тебя? Теперь ответа пришлось ждать дольше, даже мелькнула мысль, что, может, не стоило? Учиха отогнал ее, все еще находясь во власти бурлящей внутри него злости. Саске? Потом был Джиро, затем Наоки, оба, видимо, были не очень: ни с одним ты не повторил. Что, размером не вышли? Ты больной? Саске криво усмехнулся. Он давно не ощущал себя настолько живым. Он ходил по комнате кругами, внутри было столько энергии. Она рвалась наружу, стоять на одном месте было невыносимо. Он понимал, что эти СМС выведут Наруто из себя, и это так будоражило кровь. Ему так сильно хотелось задеть Узумаки, сделать ему больно. Два месяца с Хэной, она была жирная. Ты из жалости, что ли? Затем три дня с Минори, а вот его бы я трахнул. Что же с ним было не так? Слабая потенция? Саске. Это мерзко! Он не мог остановиться. Словно потерял контроль над собственными руками. Перепих с Юкико, ты хоть предохранялся? Она же была откровенной шлюхой. И, наконец, полтора месяца с Ясуши — нашим чемпионом среди мужчин. Большой у него был член? Наверно, сильно тебе присадил, раз ты так задержался. Ты чертов ублюдок и психопат! Я всех назвал, а, Наруто? Сердце стучало как бешеное, будто он пробежал марафон, а не написал несколько безумных сообщений. Саске хотелось на пробежку, куда угодно, лишь бы избавиться от этой будоражащей энергии, переполнявшей его. Саске, тебе нужно обратиться за помощью, у тебя поехала крыша. Я волнуюсь. Учиха хмыкнул. Ну конечно, теперь Наруто беспокоится о нем. Какая ирония. Пусть видит, что ничего не изменилось. Что он ничего не достиг, что Саске все такой же больной засранец. И никто, и ничто не изменит его. Где-то глубоко в подсознании мелькнула мысль, что он давно изменился, что он гордился этим, черт возьми, но Саске засунул ее подальше. В ней была горечь вперемешку с болью и совершенно отсутствовала злость. Так не пойдет. Злость — его лучший друг, разве не так? Откинув с глаз чёлку, он посмотрел на экран и написал. И все же, ты еще хочешь меня. Руки до боли сжимали телефон. Казалось, что он вот-вот сломает его. Ответ пришел сразу: Наруто не задумался над тем, что ответить, не сомневался. Ты больной придурок, но для меня это ничего не меняет. В груди все замерло, а затем отпустило, разливаясь нежным теплом. Словно кончиками пальцев по коже, едва касаясь, до мурашек. Он стоял, смотря на экран телефона, слыша безумную пляску сердца в ушах, и пытался раздавить в себе эту непонятную, пугающую волну тепла, что ласкала его изнутри. Чертов Узумаки. *** Наруто не мог найти себе места. Казалось бы, новая страна, работа и коллектив должны были занимать все его внимание, но вместо этого он то и дело поглядывал на телефон. Прошли сутки с их встречи, и как Узумаки ни старался, он не мог выбросить Саске из головы. Он чувствовал себя идиотом: прошло столько лет, а они до сих пор застряли где-то в старших классах школы. До сих пор не научились говорить друг с другом, и, что самое глупое, они даже ни разу не попытались. Наруто никогда не говорил о своих чувствах, да что там, он даже о планах своих боялся рассказывать, ведь это могло повлечь за собой критику и недовольство Учихи. Было проще молчать, он так привык, так вырос. И вот, благодаря обоюдному молчанию, они оказались в помойной яме, которую вырыли своими руками. Почему-то мысль о том, чтобы сдаться и найти кого-то проще, понятнее и без всего этого багажа прошлого, была неприятна. Вызывала сосущее чувство беспомощности и уныния. Наруто ее отгонял. Ему всегда было сложно расставаться с привычками. А Саске в какой-то мере был одной из них. Возможно, именно поэтому он спустя пять лет так и не смог выкинуть Учиху из головы. Стотысячный раз взглянув на телефон, Наруто попытался сосредоточиться на письме, которое должен был перевести. С такой низкой продуктивностью его карьера будет драматично коротка. Он перевел три предложения, прежде чем снова проверить телефон. Это был безусловный успех. Наруто снова повернулся к экрану, намереваясь перевести не меньше двух абзацев, когда его телефон завибрировал, оповещая о сообщении. Он схватил его так быстро, что мобильный выскользнул из пальцев и громко ударился об стол. Наруто чертыхнулся и дрожащими руками аккуратно взял телефон, пытаясь не привлекать к себе еще больше внимания. Сообщение пришло с неизвестного французского номера. Сердце забилось быстрее. Он дал свой номер только одному человеку во Франции. Он сам не понимал, почему так нервничает, сердце, казалось, вылетит из груди. Я знаю имена всех, кто был после меня. Наруто с недоумением смотрел на смс. — Что за хрень? — тихо произнес он про себя. — Саске же не мог… Он не закончил свою мысль и быстро ответил. Сначала была Акане, ты трахал ее почти три месяца. Первая любовь! Скажи, ты рыдал, как ребенок, когда она наконец послала тебя? — Черт, — выругался Наруто. А затем рассмеялся. Он знал только одного человека, у которого хватило бы наглости и самоуверенности такое провернуть. Это было настолько в стиле Учихи, что у Наруто защемило в груди. Больной маньяк. Читая безумные сообщения о своих любовных похождениях, он все больше понимал, что Ино была права. Саске действительно был на нем помешан. Почему-то то, что Саске за ним маниакально следил, не злило. Раньше он, несомненно, был бы вне себя от ярости. Сейчас же это в какой-то мере даже тешило самолюбие. Такая реакция была как минимум странной и громко говорила о том, насколько нездоровы были их отношения. Наруто не мог представить, чтобы кто-то другой так же отреагировал в подобной ситуации. Узумаки же все понимал. Разделял это странное чувство нужды, эту зависимость, эту болезнь. У него не было связей в преступном мире, как и не было денег на следователя. Но благодаря Кибе он освоил соцсети и с маниакальным постоянством следил за Саске там. Учиха не был активным пользователем, но любое, даже самое маленькое упоминание его имени на фейсбуке не проскользнуло мимо Наруто. Вчера, придя домой, он почувствовал себя идиотом, смотря на многочисленные фото друга Саске, который отмечал Учиху бесчисленное количество раз. И как он мог не узнать этого француза? Этот Этьен, сам того не осознавая, был его главным источником информации об Учихе. Как он мог винить Учиху в том, что тот тоже отслеживал каждый его шаг? Его сообщения были написаны с целью уколоть, но Наруто отвечал с улыбкой на губах. Его охватило знакомое чувство предвкушения и азарта, которого он не ощущал уже долгие годы. Саске, тебе нужно обратиться за помощью, у тебя поехала крыша. Я волнуюсь. И все же ты еще хочешь меня. Это сообщение заставило его притормозить, но лишь на секунду. Закатив глаза на заносчивую манеру общения, Наруто без единого сомнения ответил с усмешкой: Ты больной придурок, но для меня это ничего не меняет. Саске не отвечал. Наруто нахмурился. Он никогда не был фанатом онлайн переписок. Разговоры с глазу на глаз всегда больше приходились ему по душе. В крайнем случае всегда можно было позвонить. Текст имел свойство искажать интонацию. А ты помнишь имена всех тех, кого ты трахнул за эти пять лет? Наруто не хотел знать, он не был таким мазохистом, как Саске. Он лишь хотел, чтобы Учиха снова ему написал. Я не забиваю голову ненужной информацией. Предпочитаю не спрашивать. Удобно, возьму на заметку. Ты слишком правильный для такого. Как раз в твоем вкусе, да? Наруто отправил сообщение, не давая себе времени на раздумья. Ино неустанно учила его искусству флирта, и Узумаки был горд признать, что достаточно поднаторел в этом деле. Саске был сложным. Возможно, еще полчаса назад, он бы не рискнул отправлять такое СМС, но Учиха, черт возьми, следил за ним пять лет и знал наизусть имена всех, с кем Наруто переспал! Если уж это ни о чем не говорило, то тогда надежды не было в принципе, а значит, и переживать не стоило. В худшем случае он выставит себя дураком. Не в первый раз. То, что Саске так четко знал имена и последовательность всех его интрижек, поражало. Если бы Наруто спросили, он сам вряд ли смог бы так точно всех назвать. Пару имен из этого списка Узумаки уже и не помнил. Сомневаюсь, что трусливые вруны в чьем-то вкусе. По этой причине ни одни твои отношения не продлились дольше пары месяцев? Это укололо, но он заслужил. Я же только что был слишком правильным. Возможно, я поспешил с выводами. Возможно, я очень раскаиваюсь и заслуживаю еще один шанс. Сомневаюсь. В раскаянье? Да. А что насчет второго? Посмотрим. Наруто не мог сдержать дурацкую улыбку, что растянулась на пол лица. Это не было категорическое «нет». Посмотрим на что? На то, как усердно ты будешь молить о прощении. Узумаки поморщился. Он никогда ни о чем не молил. Саске тоже так и не извинился за годы побоев и унижений. Наруто его извинений не ждал. Это было чем-то негласным, чем-то, что понимают только они двое. Однако, быть может, пора повзрослеть? Или же… на его губах появилась хитрая улыбка. О, я умею молить, Са-ске, очень усердно ;) Ино всегда говорила, что флиртом сглаживает любую ситуацию. Наруто чувствовал себя смелым. Может, эти СМС были не так уж плохи. Он точно никогда не смог бы сказать такое Саске в лицо. Надеюсь, ты осознаёшь, на что только что подписался, Узумаки. Скоро узнаю? И, Саске… ? Твои доносчики плохо работают. Был еще один. Наруто не мог сдержаться. Саске всегда вызывал в нем нездоровое чувство соперничества. Кто? Джентльмен никогда не раскрывает свои карты до конца. Наруто. КТО? Хорошего дня, Саске, вынужден бежать, работа. С усмешкой Наруто отложил телефон, намереваясь игнорировать его до конца рабочего дня. Он завибрировал трижды, каждый раз вызывая улыбку на лице. Похоже, между ними с Саске действительно мало что изменилось. Играть друг у друга на нервах они все еще умели искусно.