Преемница грехов

РАНЕЕ

Он не хотел возвращаться домой, однако все равно сделал это. В свой темный, пронизывающий до костей холодом дом. А ведь ещё недавно было достаточно одной улыбки Вики Уокер, чтобы согреть все вокруг. Закрыв за собой дверь и пройдя внутрь, Пол увидел как в тусклом проеме камина вспыхнул огонь, а яркие краски вновь озарили гостиную. — Привет, пап! — отложив телефон, Вики посмотрела на своего отца. — Ты сегодня рано. Слегка улыбнувшись, Пол сделал шаг вперёд, но радующую сердце картину тут же забрал ветер воспоминаний. С трудом поднимая налитые свинцом ноги, Пол ступил дальше. Никогда уже этот дом не будет тем местом, куда захочется возвращаться. Никогда уже не будет причины жить. Лишь выживать. Посмотрев на плиту, Пол вспомнил как ненавидела Ребекка готовить. Как она ругалась и раздражалась, гремя кастрюлей. Как убегал соус и, раззадоренная этим, Ребекка яростно швыряла полотенце и уходила, из-за чего им порой приходилось есть полуфабрикаты. И какой же другой была Вики, которая уже в шесть лет умела жарить яйца и подавать их с тостами и сыром. Которая в девять лет испекла свой первый пирог, пусть подгоревший. Теперь Вики не будет печь пироги.

СЕЙЧАС

Школьная библиотека значительно отличалась от основной части учебного заведения — конечно же, ведь ее местонахождение было нигде иначе, как в аду. Тёмные из камня стены, изображения рогатых существ, холодный и мрачный пол. Но Вики не сторонилась этого — совсем наоборот: что-то здесь цепляло ее внимание. И возможно, она бы так и продолжила любование местной эстетикой, если бы на глаза ей не повстречался Люцифер. С книгой в руках, он удобно развалился на кожаном кресле и совершенно не обращал внимание на проходящих мимо учащихся. Потому, дождавшись окончания урока, Вики задержалась под предлогом изучить местную библиотеку. А когда все разошлись, прекратила своё показательное блуждание между полкам и таки подошла к Люциферу. — Привет. Есть дело. Подняв взгляд, он быстро прошёлся им по девице и вновь вернулся к чтению. — Издеваешься, да? Ладно, давай так: ты помогаешь мне, а я взамен не расскажу твой секрет. Мгновение лишь прошло, и Люцифер уже, держа руку поперёк женской шеи, прижимал Вики к стене. Он знал, что сейчас они абсолютно одни. Угрожающей тенью нависал над ней и тихим, но полным стали голосом произнес: — Ты вздумала мне угрожать? — Нет, — скорее было похоже на писк, — но мне нужна помощь. — И что? Горячее дыхание щекотало ее кожу. — И ничего. Кто я, а кто ты. Это твой мир. Не мой. Но я очень хочу вернуться в свой мир. Слегка расслабившись, Люцифер выпрямился. — А причём тут я? — Ты ведь уже был там. Без крыльев! Как человек! Что мне сделать, чтобы… Оскалившись, Люцифер не сдержал себя от откровенной насмешки. — Все такая же дура. — Пусть!.. Плевать! Знаешь что?! Говори что хочешь, только помоги. Какое местное правило мне надо нарушить? — Обломись, Уокер. Не видать тебе человеческой жизни. Думаешь, ты одна такая умная? Человеческое тело — наказание для рождённого бессмертным. Не для обращённого. Иначе бы каждый непризнанный в первые же дни нарушал правила, чтобы вернуться на землю. — И неужели… — Не-а. Ни одиного способа. Держав в себе последнюю крупинку надежды, Вики не отпускала её. Она верила, что есть шанс, есть способ. Отец всегда ей говорил, что не бывает безвыходных положений. Однако либо он был слишком наивен, либо судьба оказалась слишком жестока. — Но это же… — Несправедливо? Неправильно? Это жизнь. Однако Вики его не услышала, ну или не захотела слышать. — И ещё, — Люцифер пальцами приподнял ее подбородок, вынуждая посмотреть на себя, — чтобы ни слова о том, что было между нами. Уяснила? Она утвердительно промычала. — Умница, — освободив ее лицо, он ушел. И Вики осталась одна. Возможно, навсегда.

***

Мурлыкая себе под нос мелодию, Ости проводила расческой между чёрными прядями. Она сегодня проснулась в хорошем, воодушевляющем настроении, а проскальзывающие между портьерами лучи утреннего солнца не только согревали белоснежное личико, но и вдохновляли на самые отважные свершения. Пусть на то и не было причин, однако ей будто кто-то нашёптывал что сегодня будет хороший, запоминающийся день, и никто его не сможет испортить. — Совсем забыла… Обтянутая красным полотенцем вокруг тела, Агнес вышла из ванной комнаты. Увлечённая своими волосами, Ости не ответила. Ее с самого начала учебы не устраивал факт сожительства, да что оставалось делать, если даже кто-то вроде Мими не смог лишить себя соседства с непризнанной. Возможно, единственные во всей школе, кто смог заполучить себе личные покои — это Люцифер да Дино. И пусть вокруг шептали, что один получил такую возможность из-за важности своего отца, а второй — из-за семейных связей, Ости знала — это не так. — Я тебе кое-что добыла, — достав «кое-что» из прикроватной тумбочки, Агнес подошла к той, которую считала не только соседкой, но и подругой. — Что это? — Посмотри. Протянув руки к неизвестной вещи, Ости скривилась в лице. — Человеческие духи? — Да. Ну и что? На земле делают отличные запахи. Я думаю, этот тебе подойдёт. В конце концов, никому не обязательно знать их происхождение. С поджатыми губами Ости ещё немного повертела коробку, прежде чем положить ее на трюмо, и даже не поблагодарила. А, собственно, зачем? Но Агнес это не задело. Продолжив заниматься утренней рутиной, она перестала тревожить Ости. То, что их поселили вместе — и радость, и гадость одновременно. Привыкшая к прислуге в доме, Ости часто забывала за собой убирать — и потому делать это приходилось Агнес. Конечно, она бы могла пожаловаться школьному совету, но: во-первых, крыс среди демонов не жаловали; во-вторых, рождённой от самых простых демонов, для Агнес будет отличная возможность наконец подружиться с Ости и войти в ее круг общения, где можно было встретить более элитных демонов — включая самого сына Сатаны. Так что — да, сегодня Агнес приходилось терпеть. Но кто знает, что будет завтра?

***

Исподлобья скользя взглядом по учащимся в кабинете, что смиренно молчали в ожидании, когда их учитель таки назовёт имя своей жертвы, Фенцио уже знал кто ею окажется. Однако, имея известность самого дотошного педагога школы, не смог отказать себе в небольшой драматической паузе. — Итак… — монотонно произнёс он. — Сегодня ответит… Вики Уокер. Специально озвучив фамилию, от Фенцио не ушло с каким недоумением посмотрели на неё сидящие в кабинете бессмертные. И если ещё мгновение назад она для них была пусть такой редкой, но все же обычной непризнанной, то сейчас уже они задавились вопросом: есть ли у девчонки связь с серафимом Ребеккой Уокер или это лишь совпадение? — Расскажи нам историю возникновения непризнанных. — Кхм… Непризнанные — потомки от связи между людьми и бессмертными… Когда… — Между людьми и демонами, — перебил ее Фенцио, — что было доказано столетия назад. Ангелы никогда не совершали подобных зверств. На прошлом занятии я об этом рассказывал. Продолжай. — Бесс… демоны спустились на землю и начали сношение с людьми… Стали появляется дети — полу-люди, полу-демоны. Слабее бессмертных, но намного сильнее людей. — Угу… Что было дальше? — М-м… Пододвинувшись чуть ближе, Мими шепнула: — Ангелы ослабили… — Я сейчас спрашиваю непризнанную, — не отводя пристального взгляда от Вики, сказал Фенцио, — но если Мими так угодно, то следующий вопрос будет обращён к ней. Так что же было дальше? — Спустились ангелы и ослабили силу полукровок, но не окончательно — в них все ещё присутствовала магия бесс… демона. — Если в людях находится демоническая кровь, почему они становятся непризнанными, а не демонами? — Я… я не помню… — Об этом я тоже говорил. Кто-нибудь помнит? — Потому что, — начала Ости, — магия в потомках значительно слабее, чем в рождённых полукровках. Это лишь сгусток энергии не отвечающий за принадлежность к той или иной стороне, но дающий силу бессмертного после кончины. — Все верно, Ости. А тебе, Вики, советую лучше слушать на лекциях, если не хочешь исключения. Удовлетворённая собой, Ости сверкнула взглядом в сторону новенькой, но та будто не чувствовала себя униженной и продолжала слушать учителя и опрашиваемых учащихся. Как будто вовсе не она только что с таким трудом отвечала на самый банальный вопрос, который только мог задать педагог. И определенно не ее только что запугивали отчислением. — Ты сейчас дырку в ней сделаешь. — Что?.. Отвлекшись, Ости посмотрела на Люцифера. Скрестив руки на груди, тот расслаблено сидел рядом и все его внимание было сосредоточено лишь на Фенцио. — Хватит смотреть на непризнанную. Мыслено признав, что смотрела на неё чуть дольше положенного, Ости тут же убрала свой взгляд. Но тут ее осенило. — Подожди! Повернувшись к Люциферу, она уже собиралась озвучить свою мысль, да только Фенцио успел раньше неё: — Ости, Люцифер, — услышав своё имя, ей пришлось снова посмотреть на учителя, — кажется, вы хотите дополнить ответ Ади. Я слушаю. — Последним прямым творением Божьим, — начал Люцифер, который, в отличие от своей подруги, внимательно слушал, — была бескрылая ангел Анаиэль. Считается, что была она создана как прямой мост между бессмертными и людьми, а так же обладала невиданной силой. По официальной информации, сейчас находится в мире смертных и оберегает его. — От кого оберегает? Люцифер знал почему Фенцио требует более детального ответа. Не только в желание докопаться до ученика. — По официальной информации — от демонов. Кивнув, Фенцио уже хотел начать опрашивать другого ученика, да Люцифер продолжил: — Но так же есть и неофициальная информация, которая утверждает, что Анаиэль не охраняет земли людей, а трусливо сбежала туда, испугавшись ответственности. — Я не спрашивал твоего личного мнения, Люцифер. Есть писание. — Хер поспоришь, — ухмыльнулся он, — кто-то же написал. — Ещё одно слово, и будешь разговаривать уже не со мной. Напомнить что было год назад? Люцифер ничего не ответил, а удовлетворённый Фенцио продолжил проводить занятие. Прошёл почти год с его возвращения в адские земли и школу, однако напоминание о падение все равно продолжало преследовать. Ещё бы! Ведь Люцифер — единственный бессмертный за последние годы, что был приговорен к человеческой жизни. И как бы он не старался, это унижение все равно оставило отпечаток на его достоинстве.

***

— Как здесь заброшенный поезд вообще смог оказаться? Железнодорожных путей я не вижу, значит и поезду неоткуда взяться. — Никто точно не знает, — пожала плечами Мими. — Самая популярная версия, что кто-то из учеников тайно хотел воспользоваться заклятием перемещения, но произнес его неправильно, из-за чего случайно телепортировал сюда человеческий транспорт. Если это так, то ему невероятно повезло: вместо этого он мог случайно себя по кусочкам телепортировать в разные участки земли. — По кусочкам? — уточнила Вики, надеясь, что это фигура речи. — Ну да. Рука в Аргентине, нога на Коста-Рике, а крылья в Казахстане. От этого ты не умрешь, но, поверь, смерть более приятная участь. — Верю, — с отвращением ответила Вики. — Потому телепортация строго-настрого запрещена, какими бы сильными твои способности ни были. А для всего остального есть водоворот. Подходя ближе к месту назначения, Вики увидела не целый поезд, а лишь вагон. — Ты не забыла, что я говорила? — Я все помню. Собираясь на местную тусовку в заброшенный поезд-вагон, Мими решила предупредить Вики о местных правилах. Первое правило заключалось в отсутствии правил. Свобода этого места — вот что привлекало учеников возвращаться сюда вновь. Хоть трахайся у всех на виду, никто не обратит на это внимание. Второе правило по списку, но не по важности, заключалось в полной конфиденциальности этого места. Учителя хоть и догадывались о подобном развлечении учеников, но все же закрывали глаза, а те держали рот на замке, продолжая поддерживать идею о том, что подозрения — лишь подозрения и не более того. И третье правило, также немало важное: демон ты, ангел или даже непризнанный — в поезде могли присутствовать все. Но если однажды тебя выперли, то вернуться обратно возможности нет и, скорее всего, ты навсегда останешься аутсайдером даже за пределами местной тусовки. Войдя внутрь, в нос Вики тут же ударил табачный запах, перемешанный с запахом травки и, возможно, чего-то запрещенного. И пусть вагон был длинным, места все равно не хватало, а взгляд то и дело падал на что-то, чего Вики бы видеть не хотела, вроде той мужской парочки из ангела и демона, что, прижавшись к стене и страстно целуясь, руками удовлетворяли друг друга. Вот оно, местное понятие свободы. — Пойдем, — взяв подругу за руку, Мими повела ее в глубь вагона. — Первое, что нужно сделать, когда приходишь сюда, это выпить. Надираются тут все или почти все. Ты здесь впервые, тебе возможно сделают скидку, но не факт. Так что не дрейфь. Пройдя с Мими к столу с бутылками глифта, они налили себе по стакану и, чокнувшись ими, сделали по глотку. Глоток Вики был меньше. Немного дальше, если пройти, был главный стол этой вечеринки. Стол того, за счет которого бухали, торчались и трахались все эти бессмертные. Стол, что сразу выделялся, если на него посмотреть, ведь никто не имел право даже даже тронуть его без разрешения, отчего со стороны он мог казаться самым пустующим. Удобно расположившись рядом с Люцифером, Ости была первой, кто увидел Вики. — Мерзость какая, — скривила она губы. Уфир, делая очередную затяжку, вопросительно посмотрел на нее и, проследив за взглядом, переместил свой в ту же сторону. Дезмонд и Люцифер повторили его действия. — Надо же, — оскалился Дезмонд и тут же крикнул: — Эй, Мими! — он махнул, подзывая к себе. — Ты чего? — шикнула Ости. — Давай, мешай ему, Ости, — радостно прокомментировал Уфир. — О чем ты? — спросил Люцифер. — Мы поспорили, что не пройдет и месяца, как Дезмонд трахнет непризнанную. Не впервые эти двое спорили на ту или иную бабу, Люцифера этим было не удивить. Однако впервые он почувствовал что-то, что ранее вряд ли когда-либо чувствовал. И это его раздражало. Какое ему вообще дело, что кто-то захотел трахнуть Уокер? Пусть даже ее перетрахает весь поезд — плевать. — Чего тебе? — тут же спросила Мими, которая вместе с Вики наконец пробралась сквозь толпу пьяных бессмертных. — Познакомиться хочу, — развязно улыбнувшись, Дезмонд посмотрел на Вики. — Я впервые вижу непризнанную. — Разве сюда можно непризнанным? — Ости, дорогая, ты забыла одно из правил. И мы не серафимы, чтобы что-то запрещать. Да, малышка? — потянувшись рукой, он быстро схватился за кисть Вики, отчего та свалилась к нему на диван. Тут же попыталась вырваться из крепкой хватки, но ничего не вышло: Дезмонд был сильнее физически. Люцифер, пусть и незаметно для всех, но напрягся. — Дезмонд, ты пьян, — Мими начала попытки выручить подругу. — Опьянен, — выдохнул он, опустив ладонь на женское бедро. — Давай без меня, ок? — Вики снова попыталась вырваться. — Даже непризнанная не хочет тебя, — прокомментировал Уфир. — Продолжай брыкаться, малышка, — он ладонью сжал женские щеки и лицом повернул к себе. — Мой член уже готов оказаться в тебе. Этого было достаточно. Тут же встав, Люцифер обошел стол, слегка облокотился, нависая, и прямо посмотрел на Дезмонда. — Тебе придется засунуть свой член в другое место. — А это уже нечестно, мой друг, — он и не собирался отпускать Вики. — Я предлагал тебе, так что теперь… Не желая слушать его дальше, Люцифер, силой освобождая Вики из цепких рук, прижал ту к себе. — Я передумал. И, наплевав на то, как подобное действие восприняли остальные, утянул девицу за собой. Уфир присвистнул. — С тебя триста фиатов. — Какого хера? Я почти ее уложил! Откуда я знал… Нахера Люци это сделал? — Лох — это судьба. — Ничего я тебе не должен. Люци мне помешал. — Мне посрать. Спор есть спор. Молчала лишь Ости, застолбив взгляд на том месте, где ранее стояла Мими, которая уже успела последовать за подругой. Зачем она вообще обратила внимание на эту непризнанную?

***

Пусть несильно, однако Люцифер все равно толкнул Вики за дверь, прежде чем зайти следом и закрыться. Но та не обратила на это внимание, больше увлеченная тем, что на виду у всех ее увели в место, которое когда-то явно служило туалетом. А там, где по идее должен был быть унитаз, зияла дыра, открывая вид влажную траву. — Что это было? — спросила она, слегка отойдя от Люцифера, да только площадь комнаты мешала уйти достаточно далеко, из-за чего пара все равно была близка друг к другу. — А ты хотела дать ему? — усмехнулся, сложив руки на груди. — Можем вернуться, не буду мешать. — Да нет… ну… Не стал бы он против моей воли… — Не будь так наивна. — Но ведь это изнасилование! И ты так спокойно говоришь об этом?! — Потому что мне плевать кто и кого трахает, Уокер. Если есть дуры, которые не следят за тем что пьют, то пусть потом не ноют. В возмущении Вики оцепенела. Прошло чуть больше двух недель с ее появления в этом мире — чуть больше двух недель с ее смерти, — но она так и не привыкла к подобному факту. Ведь все родное и любимое осталось там, куда теперь ей нет хода. И единственное, что оставалось — это хотя бы попытаться принять свою новую жизнь, потому что полюбить ее Вики никогда на сможет. Но теперь она не уверена, что хочет даже принять. — Ты урод. Попытавшись оттолкнуть Люцифера и выйти из туалета, чтобы больше никогда в жизни не видеть ни этого демона, ни его друзей, ее путь был перегорожден слегка распахнутым алым крылом. — Пользуются девками они, а урод я. Ты не считаешь это нелогичным, Уокер? — Плевать. Для тебя такое в порядке вещей. И выпусти меня. — Нет. — Нет?! — У тебя проблемы с восприятием информации? Лучше бы поблагодарила. — Поблагодарить? За что?! — Дура. Ты думаешь Дезмонд единственный, кто захочет всадить тебе? Я сделал одолжение, закрывшись с тобой в толчке. Ведь никто не смеет посягать на мое. — Твое? Господи, куда я попала… Прижавшись к стене, Вики скатилась по ней вниз и обняла колени. — Этот мир — дерьмо. Люцифер не стал отрицать это. На какое-то время он замолчал, наблюдая за поникшей на полу Вики. Ее реакция на происходящее ему была вполне понятна, хоть он и считал, что нытью делу не поможешь. — У тебя было то же самое? — наконец заговорила она, посмотрев из под лба. — Когда ты был на земле. Он отрицательно качнул головой. — А как? — Земля была моим наказанием. Я знал, что это не на всегда. То, что происходит сейчас с тобой — не наказание. — А что тогда? — Шанс на новую жизнь. Многие об этом мечтают, а ты это получила. Это ли не дар, Уокер? — Для меня это скорее проклятье. — Люди часто не ценят, что дает им судьба. Не уподобляйся им. — Но я и есть «они»! Крылья за спиной не отменяют мою сущность. — Тем хуже для тебя. Люди — слабаки. А здесь слабакам не место. — Значит меня ждет гетто с непризнанными. Адресок не подскажешь? — Я переубеждать тебя не собираюсь, это твоя жизнь. Хочешь ее испоганить — валяй. Но что сказал бы твой отец, увидев что ты сдалась? Он бы этого не хотел, Вики это знала. Он всегда поддерживал ее и говорил не вешать нос, будь то разодранная коленка от первых роликов или же разбитое сердце от первой любви. Не смотря ни на что, он всегда был ее опорой. Чтобы ни случилось в жизни, Вики всегда могла вернуться домой в объятия любящего отца. Но сейчас ей некуда было возвращаться. — Я не хочу… не могу. — Как хочешь, — он лишь пожал плечами. Какой резон ему переубеждать девицу, которая не хочет что-то менять? Которая хочет просто забиться в угол и плакаться, что не может выжить в новом для себя мире. Удивительно, что она вообще умудрилась возвыситься до непризнанной, учитывая отсутствие хоть какой-то стойкости в ее характере. Ей бы мирно плыть по реке небытия подальше от мира сего, а не вот это все. — Паршиво выглядишь. — А?.. Вики подняла на Люцифера свой взгляд и на мгновение ей показалось, что она увидела себя его глазами: слабая, забитая в угол; рукав накинутой рубашки спустился вниз, оголяя кожу плеча, а на голубых джинсах виднелись влажные пятна. Вряд ли в жизни Вики был момент, когда она чувствовала себя еще более унизительно, чем сейчас, повалившись на мокром полу гребаного сортира. Так дело не пойдет. — Не обязательно было мне помогать. — А, то есть все-таки это помощь? — ехидно оскалился он. — Минуту назад ты утверждала, что я урод. — Извини меня, — искренне сказала она то, чего Люцифер никак не ожидал услышать. — Я… — приподнялась, поправляя одежду. — Твой мир так отличается от моего. Я не уверена, что смогу быстро привыкнуть. Вики не стала добавлять, что говорила она скорее про демонов, чем про ангелов. Как показала практика, со вторыми ей ладилось, пусть не всегда спокойно, однако заметно проще. Да только судьба почему-то сложилась так, что в ее окружении демоны присутствовали заметно чаще. — И ты не урод. Ты… демон. — И какие, по-твоему, демоны? — Ну… — она замешкалась. — Вы разные, — решила не уточнять, что такие же разные, как и люди. — Твой друг, он, ну… я не назвала бы его хорошим. Ты — совсем другой: грубый, но способный на добрые поступки. Или Мими. Она демон, но такая лапочка! И первая, кто подружился со мной. А есть еще Геральд. Тут, я думаю, тебе и так все ясно. — А как же установка, что демоны зло во плоти, а ангелы априори добро? — Пусть это останется на страницах каких-нибудь книг, но реальная жизнь — совсем другое. Я уверена, что ангелы здесь не олицетворение добра. Взять хотя бы Фенцио! Настоящая заноза в заднице, — она усмехнулась, но осознав, что это первый их нормальный диалог за все ее пребывание здесь, решила поинтересоваться: — Почему ты спрашиваешь? — Было интересно узнать как сильно ты не тупа. Даже удивлен. — Эй! — она легонько пнула его в плечо, чему он усмехнулся. — А ты думал, что я, как католичка, буду вещать о том какие демоны плохие, а ангелы хорошие? Я не настолько узколоба. Мир не делится на черное и белое. — Я тебя понял. — Я тебе столько высказала, а все, что ты смог выдать, это «Я тебя понял»? Ты серьезно? Я больше в твоих социальных опросах участвовать не буду. Эта ее такая неудачная попытка пошутить вызвала у Люцифера что-то такое, что он чувствовал лишь однажды — во время своего изгнания. Сам не понимал что это, как и не понимал почему ему не хочется терять это чувство. — Спорим, что ты не сможешь простонать сейчас? — Что? Зачем мне это? Затем, что ему почему-то захотелось услышать это. И, подобно трусливому школьнику, решил взять на слабо. — За дверью, — стрельнул взглядом в сторону, — найдутся лишние уши. Пусть голодные псы поглодают косточки. — Ну нет. Я не... — Сказал же, что не сможешь, — с правотой в голосе утвердил он, скрывая свою неудовлетворённость, пусть и совсем слабую. — Не пытайся брать меня на слабо, Люцифер. Я молода, но не настолько, чтоб повестись. — Тогда, — сделал шаг назад, почти прижимаясь крыльями к стене, — не смею задерживать. Мне надо отлить. Ну или можешь полюбоваться. — Обойдусь, — сказала Вики и как можно быстрее покинула Люцифера, ведь если бы она задержалась еще хотя бы на пару секунд, то тот наверняка нашел бы что ей ответить. И она бы нашла причину задержаться.