Между прошлым и настоящим I

      

***

      Последние дни августа.       Середина стройки северной военно-морской базы и открытие стройки в ближайшей деревне Иронт.       Зона не была огороженной, но у каждого участка были свои границы, обозначенные низким деревянным забором. Ривай и Ева потратили несколько часов, чтобы осмотреть участки. Многие из них уже были проданы, а на территории возводили фундамент.       — Ривай, мы тут уже были. — Держа мужчину за руку и ступая по протоптанным тропинкам, Ева жмурилась от шума ближайшей стройки. — Прошлый участок лучше.       — Точно? — остановился Ривай, оборачиваясь к ней.       — Да. — Ева указала на соседнюю улицу. — Там рядом лес есть. Здесь равнина и дальше поле. Так ещё и будущая центральная улица. Оно нам надо?       — Ладно, пошли, поговорим о договоре. У меня есть пара вопросов.       Вдвоём они нашли помощника агента недвижимости. Ева присела на ближайшую скамейку, прячась в тени дерева и со стороны наблюдала за разговором двух мужчин. Их она не слышала из-за несмолкаемого шума стройки вокруг. И не питала интереса: Еву поглотили мысли о происходящем.       «У нас будет свой дом, — осознавала она. — Наш собственный дом. Вся наша жизнь будет там. А самое важное, что решение было принято Риваем. Это ведь его идея, на которую я даже и не намекала. До этого я ещё так не задумывалась, но правда…»       — Что с тобой? — спросил подошедший Ривай, привлекая внимание к себе и бросая свою тень на ноги Евы.       Девушка вдрогнула, резко поднимая голову на него, а после облегчённо выдохнула.       — Напугал… — закатила она глаза, но улыбнулась. — Задумалась я, и голову напекло, вот и прячусь.       Ривай с непониманием оглядел Еву и сел у её ног на корточки.       — Ты взволнована. — Он хмурился, прикрывая одной рукой глаза от солнца, что слепило ему глаза сбоку.       — Есть немного. — Поджались её губы, а взгляд с руками упали на колени, прикрытые подолом тёмно-бордового платья. — Осознаю…       — Что? — Ривай прицыкнул, раздражаясь от того, как Ева нервно теребила ткань платья на ногах. Потому накрыл её руки своими, чем привлёк её взор к своему.       — Это всё. — Оглядела она деревню. — Что вот-вот подпишется договор, и у нас будет свой собственный участок. А потом и дом…       — Разве ты не должна тут визжать от радости, как поросёнок? Я думал, ты будешь счастлива.       — Ривай. — Закатила глаза Ева, шлёпнув его по руке на своих коленях. — Конечно, я счастлива. Просто не каждый день такое происходит. И я никогда не была настолько близка… к такому шагу в отношениях. Когда мы говорили о чём-то большем, в итоге ссорились и не приходили к чему-то большему и общему. Это немного вселило в меня страх, что ты доволен тем, что у нас есть, и не стремишься к большему… И что я вижу сегодня? Ты был так заинтересован в покупке хорошего участка. Тебя интересует будущее… со мной, Ривай. Это для меня и волнительно, в хорошем смысле. Я рада, очень сильно…       Ривай не торопился с ответом, со спокойным выражением лица анализируя сказанное Евой.       — И? — Пихнула его ногой Ева. — Ты портишь такой красивый, романтичный момент, Ривай… Скажи что-нибудь, я тебе душу излила. Это сильнее признания в любви, чтоб ты знал!       Уголки губ Ривая приподнялись, а пальцы переплелись с её пальцами на коленях. Ривай приподнял одну её руку, притянув к губам, и оставил долгий поцелуй на тыльной стороне ладони.       — Я ждал этих слов, понял тебя. — Он опустил руку Евы обратно.       — И что же ты понял?       — Твою позицию и молчаливость в последнее время.       — Повторюсь, я никогда ещё не планировала общий дом с мужчиной на долгие-долгие годы. Жизнь в штабе — совсем другое дело, — твои слова. Что скажешь?       — Свои мысли я пока оставлю при себе. — Поднялся Ривай, снова глядя на Еву с высоты.       — Так, да? — Приняла она поданную руку, выпрямившись с ним в один рост.       Ривай, довольно поджав губы, кивнул и выдержал гневный тычок женского пальца в плечо. Вдвоём они направились к помощнику агента недвижимости, который закончил разговор с двумя мужчинами, они тоже приобретали участок, но для своих родителей.       — Итак, что мы скажем, кто будет подписывать бумаги? — по пути тонким голоском спросила Ева, косясь на Ривая.       — Пока документы не готовы. Я через несколько дней приеду в офис и сам подпишу, потому что деньги отдавать придётся тоже мне.       — Ох уж и разоримся мы с тобой, мой сожитель, — хмыкнула Ева.       — Что?       — Что?       Ривай остановился, хмуро глядя на неё и замечая, как Ева обернулась к нему с хитро приподнятой бровью.       — Что ты сказала? — Ступил к ней Ривай.       — Ну, всю зарплату будем отдавать. — Ева непринуждённо пожала плечами, сдерживая всеми силами улыбку, что так и норовила стать шире. — Как хорошо, что у нас есть, где жить и что есть.       — Я не об этом.       — А… — Поднялась улыбка Евы по щекам, но девушка быстро обернулась и направилась к помощнику. — Ох! Мистер Эндрюс, можно минутку Вашего времени? У меня один вопрос.       Ривай с неприятным выражением лица дал Еве улизнуть от ответа, пнул камень, ступая за ней, и пробубнил под нос:       — Издевается надо мной…       

***

      В тот же вечер после неудачной тренировки Ева пыталась избежать встречи с Уильямом, но удача была снова не на её стороне. Мужчина заметил слабость в действиях и лице Евы на общем собрании и настоял на осмотре, после которого ей пришлось с самым виноватым выражением лица выслушать осуждения за безответственное поведение при заболевании.       — Я не собираюсь весь штаб через неделю сажать на карантин! — отчитывал он Еву, пока искал по ящикам нужное лекарство. — О чём ты думала, когда проигнорировала симптомы простуды?       — У меня не было температуры, просто насморк. Осень же на дворе. Лучше скажите, кто сейчас не страдает от осенней хандры?       — Слушать ересь эту не желаю! — Уильям закрыл ящик и направился к столу со шприцом. — Укол тебе поставлю. У тебя уже температура.       — Вы не прибьёте меня, если я скажу, что на днях меня ночью бросило в холодный пот и стошнило? — Подняла она глаза на мужчину, что подошёл к ней.       Но удар ежедневником в лоб пришёл не от него, а от сидевшей рядом Ханджи.       — Почему я об этом не знала? — спросила она, швырнув ежедневник на стол.       — Теперь я точно ничего говорить не буду. Хватит. Всё, я просто подумала, что простуда быстро уйдёт. Ставьте хоть три укола, если так надо. Но я хотела, как лучше, чтобы не перекладывать на других свои обязанности, если бы меня отправили отлёживаться в карантине.       — У нас уже за эти два дня отдали три палаты на ребят, которые ездили с тобой. Все больные. Лишь бы других не заразили. Тебя тоже ждёт карантин.       — Ханджи, — обратился Уильям, готовя шприц. — Возьми первую банку в третьем ящике от меня, тот, что справа, и попроси Милу заварить эти травы к завтрашнему утру на всех. И чтобы раздала каждому для профилактики и все выпили. Мила знает пропорции.       — Хорошо.       Ханджи быстро нашла нужные травы и поспешила из кабинета, пока кухня не закрылась.       — А ты, — ткнул пальцем мужчина на Еву, — марш на кушетку, ложись на живот.       — Как скажете…       Ближайшие два дня Ева провела на втором этаже, где ей освободили комнату, благо с изменениями в штабе ей могли такое позволить. Уильям навещал её каждый день, как и Ривай, пока в штабе было полно забот с приехавшим отрядом, который вскоре должен был отправиться в северную военно-морскую базу. Они пока что занимали большую часть почти пустующей казармы.       Ривай заносил Еве каждый день еду, так как девушке было запрещено покидать комнату, как бы легче ей ни становилось.       — Я соскучилась…       Сидя на стуле возле окна, Ева только и могла наблюдать за Риваем. Он уже забрал поднос с пустыми тарелками и принёс ужин. Пока Ева ела суп, надеясь, что он никогда не закончится, а Ривай не уйдёт, капитан сидел на другом стуле у двери и складывал чистую одежду для возлюбленной.       — Я тоже, — тихо произнёс он, подавив вздох, и на секунду приподнял глаза с одежды в своих руках на Еву, сидящую в последних лучах закатного солнца. — Ешь, потом поставлю тебе укол.       — А это не может сделать Уильям? — Медленно водила ложкой в тарелке она.       — С чего это такие просьбы? Чем я тебе не угодил?       Ривай отставил стопку вещей, снова глянув на Еву.       — Не знаю почему, но после твоих уколов у меня синяки. А у Уильяма лёгкая рука.       — Не ёрничай.       — Ворчун, — с этим Ева пихнула в себя ложку супа, лязгнув зубами о металл.       — Уильям занят другими. Нет у него сотни рук, чтобы следить за каждым. — Ривай поднял чашку чая, которая стояла рядом, и хлебнул, после добавляя: — Ещё троим выделили комнаты.       — Тоже с температурой?! — Удивилась Ева.       — Да. Сегодня я отправил своих парней в город с запросом лекарств.       — И так каждую осень… — Ева покачала головой и доела суп, отставляя тарелку на поднос. — Кошмар… Кстати, как наши гости?       — Нормально, — сухо ответил Ривай, встав со стула. — Всё? Съела?       — Да, забирай, спасибо.       Проходя к столику у Евы, Ривай забрал поднос, напоследок кивнув на кровать.       — Ложись и оголи задницу к моему возвращению.       Ева подавила улыбку, не ответив, а Ривай добавил:       — Без шуток, синежопая…       — Очкастая, синежопая… Ривай, у тебя проблемы с фантазией. — Ева проводила его взглядом до двери. — Грубиян…       Температура спала на следующий день, но не стала поводом, чтобы Еву сразу же выпустили из карантина. Каждый день она вместе с остальными ребятами в карантине выпивала отвары, и стала единственной, кому отменили уколы. Пару раз ей разрешали выходить на несколько минут на улицу в безлюдное по режиму время, да и в главное здание впускали только ради столовой на первом этаже.       К концу недели Уильям настоял, чтобы Ева оставалась в своей палате, не ночуя с капитаном Риваем в одной комнате, чтобы не лишаться одного из лидеров и его отправить на карантин. Но передвигаться по этажу Еве разрешили.       

***

      Оставалось больше часа до отбоя, но Ривай так и не пришёл к Еве, предупредив ещё днём, что задержится из-за сбитого распорядка, обилия дел в штабе и с приехавшим отрядом.       Девушку клонило в сон, но обязательство выпить отвар, который должен был принести Ривай из столовой, не давало покоя и возможности лечь наконец-то спать. Потому Ева самостоятельно отправилась в столовую, зная, что там всегда стояла огромная заготовленная кастрюля отвара для всех, кому положено было выпить.       «Мила, я надеюсь, что ты ещё не закрыла кухню», — с этими мыслями Ева спустилась на первый этаж и выдохнула. Двери были приоткрыты, а изнутри слышались женские голоса.       Ева предположила, что там остались солдаты, помогающие Миле с уборкой. Но, доходя до дверей, замедлила шаг, прислушиваясь к знакомым голосам.       — …Представляете, и он только ныл, всю дорогу!.. — Ева узнала голос девочки, солдата из отряда, приехавшего от моря.       «Поля?!»       — Поменяй-ка таз, — послышалось обращение другого голоса и шлепок чего-то, предположительно тряпки, по воде. Металл заскрежетал о лаковую поверхность стола, а затем заговорил ещё один человек.       — Ещё… три-четыре… пять столов ещё надо вытереть и расставить посуду по ящикам!       «Поля, Цитра и Роза», — поняла Ева, кому принадлежали голоса.       — Девочки, как успехи? — издалека спросила Мила, наверняка выходя из арки в кухню.       — Всё хорошо! — ответили они в один голос, но один из них отдалился. По предположению Евы это была Роза, которая понесла таз в кухню, чтобы сменить воду.       «Только не они, я так не хочу с ними встречаться». — Ева взмахнула рукой, словно отмахиваясь от идеи зайти прямо сейчас в кухню. После знакомства с ними летом она больше не вспоминала о троице подружек-подростков, но пару раз по возвращении в штаб подшучивала над Риваем:       — Дорогой, да ты в самом соку! Ты глянь, как раз тот возраст, когда ты нравишься и подросткам, и дамам в возрасте. Не украдут тебя?       — Блять, Ева, уйми свой остроумный юмор.       — Ну, Ривай, правда! Ха-ха! Чёрт, это так смешно!..       — Не описайся со смеху…       Ева расхаживала по узкому проходу к кухне за прикрытыми дверями, сама того не желая, но подслушивая разговор трёх подруг. И не вернуться обратно в палату, и не зайти — Ева не хотела показываться перед ними и тратить время на приветствие, ненужный диалог с расспросами на подобии «Как дела?», «Что нового?» или фальшивой радостью «Мы так давно не виделись!».       «Мы не подружки».       Кастрюля с отваром, ради которой пришла Ева, стояла прямо за поворотом, с другой стороны стены, у которой остановилась девушка. Пара секунд делов: зайти, взять пустой стакан из стопки тех, которые расставили на ближайшем столе, и черпануть себе немного отвара.       «Мне тужен только отвар, заканчивайте быстрее уже там и валите доделывать дела в кухне. Больше болтаете, чем делом занимаетесь!». — Ева примкнула спиной к стене у двери и глянула в широкий коридор с выходом из здания, надеясь, что никто не войдёт и не увидит её. Двери в здание тоже были приоткрыты, из-за чего по этажу ходил сквозняк, иногда пошатывая двери кухни.       — Так, девочки, — услышала Ева голос Милы, — не могли бы вы ещё подмести? Если, конечно, вы не спеш…       — Нет-нет, что Вы! — рассмеялась Роза, по эху находясь в середине зала. — Конечно, мы Вам поможем. У Вас, наверное, столько дел с нашим приездом.       — Идиотка, — тихо пробубнила Цитра, находясь ближе к выходу из кухни. — Неймётся ей, я вообще на это не подписывалась. Дел у меня больше нет, кроме как здесь последний час перед отбоем горбатится…       — Чудно, девочки! — У Евы самой потянулась улыбка по лицу от радости в голосе Милы. А Цитру захотелось ударить.       «Ладно, потом приду. Ничего не случится, если закроется кухня, и я не выпью отвар в этот вечер». — Так Ева и оторвалась от стены, бросив идею ожидания возможности войти незаметно, но задела плечом шатающуюся от сквозняка дверь.       Она предательски скрипнула, но Ева её вовремя придержала.       — Гадина, — прошипела она и затаила дыхание.       Голоса затихли.       — Отбой, это сквозняк, — сказала Поля.       Зашумела метла, но Ева услышала, как вздохнула Роза. А затем эхом прозвенел шлепок.       — Надоела ты уже, — разозлилась Цитра.       — Ты чего? — расстроено ответила Роза.       — Хватит, — это была Поля.       Ева замерла за дверью, прислушиваясь.       — Девочки? Всё нормально? — вдали спросила Мила.       — Да! Всё хорошо!       — Да, мы подметаем.       Три пары шагов приблизились из центра столовой к стене, за которой была Ева — подальше от кухни.       — Цитра, отпусти!..       «Что у них происходит?» — смутилась Ева, почти прижав ухо к дереву двери.       — Ты думаешь, мы идиотки? Какая же ты наивная дура!       — Хватит, прекратите. Не здесь.       Среди осуждений, явно сыпавшихся на Розу, сама она затихла.       — Дергаешься на каждый звук, подписала нас на уборку здесь. Это всё из-за него? Ты и записалась на вылазку в штаб чисто ради потехи.       — Тебя это не касается. Какая тебе разница? Ты сама по уши втрескалась в Джерома.       Само названное имя Еве ничего не дало, хоть она и слышала такое имя в лагере у моря ещё летом, но на лицо парня не помнила. А о предмете влюблённости Розы почти догадывалась.       — Я не веду себя, как ты. Не пускаю слюни, не строю несбыточные мечты. Ты же знаешь, он уже в отношениях, а ты третий, никому ненужный, лишний человек. Даже не затрагивать эту тему… Боже… Такая ты тупая. Как запечатлённая. Банный лист! Достали меня уже твои разговоры о капитане Ривае. Не лги, что сейчас ты еле тряпкой по столу елозила, чтобы дождаться, когда он опять войдёт. Да-да! Как вчера, два дня назад, три! Я всё поняла, у тебя на лбу написано «Капитан, заметь меня!».       — Цит…       — Ты вообще осознаешь, к кому ты лезешь?       Ева глянула в щёлочку, меж дверного косяка и самой двери, и увидела, хоть и Поля загораживала вид, как Цитра держала за воротник Розу и тихо выплескивала свои догадки ей почти в лицо.       «Вот же… Маленький наивный подросток… Роза, ты такая глупая. Тебе же только семнадцать… или уже восемнадцать исполнилось?.. Да плевать, это отвратительно, я же понятным языком тебе ещё летом всё сказала», — почти покачала головой Ева, но и чувствовала укол ревности за увлечённость Розы мужчиной, чьё сердце принадлежало ей. Внутри вскипала и злость, и жалость к Розе, а Ева не понимала, какое из этих двух чувств было сильнее.       — Да плевать мне. А вдруг…       — Не вдруг… Закройся уже. Совсем тебя не понимаю. Не смей ни в чём ему признаваться.       Рука Евы лежала на дверной ручке, и дверь снова поддалась вперёд. Ева машинально напрягла руку, сопротивляясь движению и опустив глаза на своё действие.       И со спины её кисть накрыла крепкая ладонь, а волосы на плече всколыхнул не сквозняк, а тёплое дыхание. Нос Евы обволакивал запах до трепета в сердце знакомого ей человека.       — Не думал, что ты сплетница, — тихо шепнул ей в затылок Ривай. — Что ты здесь делаешь? Я искал тебя.       Ева обернулась с распахнутыми глазами от шока. Ривай в усталой позе стоял позади, с недоумением глядя на Еву.       — За… — её большой палец медленно указал за спину, на дверь, — за отваром пришла. Ты слы…       — Так заходи, чего встала? — Он дёрнул за ручку и распахнул двери.       Капитан непринуждённо вошёл в столовую, а Ева замерла на входе, не зная, как поступить. Три девушки с полуоткрытыми ртами глядели на вход, замечая тех, кого, скорее всего, не ждали.       — Ева? — Обернулся Ривай на возлюбленную, хмурясь и останавливаясь на половине пути к кастрюле. Он даже не глянул на девушек, понимая, чем они занимались в столовой.       — Да, иду. — Выдохнула Ева и прошла за ним, обещая себе, что придушит его за подставу, когда они останутся наедине.       Первое, что пришло Еве в голову, это сделать вид, что она не стояла за дверью последние десять минут, а пришла сюда вместе с Риваем.       — Привет, девочки. — Холодно кивнула она троице. Они отошли от ступора и взялись за свои дела, едва ответив тем же приветствием.       — Капитан? — Вышла на знакомые голоса Мила и ахнула, взмахнув руками. — Ева, привет. Как ты, лучше?       — Да, Мил, привет. Мне лучше. Вот, как обычно зашли за отваром. — Скромно улыбнулась Ева, то и дело поглядывая на трёх девушек. Они натирали насухо кружки и подметали в другой части полы.       — Нет! Тот отвар уже долго стоит, мне тут девочки помогли, а я новый сварила. Проходите сюда, возьмёте. — Мила пригласила взмахом руки в кухню. Ривай опустил ковш и направился к ней.       Ева не пошла за ним, тихо сказав:       — Сходи один, не хочу заразить нашего единственного и лучшего повара.       — Ладно. — В пол оборота головы посмотрел на неё Ривай, размяв шею, и прошёл дальше, пропадая за аркой.       Ева огляделась, заметив, что с последнего её появления в столовой столы расставили «П» — образно, чтобы сэкономить место при прибывшем отряде, и не деля столы на лидеров и кадетов, как было раньше с отдельными столами по рядам.       Стоило Риваю уйти, три замолчавшие подружки подняли головы и перевели взгляды с него, проводив до кухни, на Еву — она не стала ждать капитана на месте.       Роза сглотнула, её глаза в изумлении расширились, ведь Ева неторопливо прошла до неё с пугающей гордой улыбкой и сцепив руки за спиной.       — П-привет?.. — Нервно прибрала за ухо волосы Роза, глянув Еве за плечо, где Цитра разочарованно покачала головой и вздохнула.       — Привет, — ответила Ева, и поманила пальцем, чтобы шепнуть на ухо.       Роза неспешно подставила ухо, а Ева прошептала, глядя всё это время в арку:       — Не советую делать то, что задумала. Мой совет, женский. И по-доброму, Роза. Я всё понимаю, но ничем хорошим твоя увлечённость не закончится. Забудь…       Ева похлопала девушку по плечу и отстранилась в тот же момент, когда Ривай вышел с двумя кружками отвара. Она прошла ему навстречу и забрала одну кружку, напоследок пожелав Миле доброй ночи и обещая, что через день Еву окончательно выпишут, и она придёт помогать.       — День дурной? — взяв Ривая под руку, тихо по пути из столовой спросила Ева, ведь заметила его раздражение и явное желание покончить с очередным днём, выжавшим из мужчины все силы.       — Не то слово, — коротко ответил он, уходя с ней за дверь.       — Согласна…       

***

      — Вот же сука! — Со звоном опустила стакан Ева на стол и обернулась на Ривая.       Он после выматывающего дня устало пал на свой стул у двери во временную комнату Евы.       — Не болтай, а пей, — хлебал он свой отвар для профилактики.       — Ты ведь всё слышал! — Ева скрестила руки на груди, не отрывая недовольный взгляд от него.       — Что? — безразлично спросил он.       — В чём Цитра обвиняла Розу. Ты стоял за мной, а как дверь могла открыться и выдать меня, ты сам…       — И что, Ева? — перебил он, покачивая стакан в руке.       — И что?! — ахнула Ева. — Да я придушить эту соплячку хочу! Что за дела? Тебе всё равно? Да она с ума сошла от этой влюблённости! Она запала на тебя, но в курсе, что мы в отношениях! — Ходила из стороны в сторону Ева и в итоге всплеснула руками, громко высказав: — Что за бред! Это до нервного смеха глупо!       — Мне не нравится, что ты так ревнива. Раньше только смеялась на эту тему.       — Ривай! Я не ревнивая! Просто ещё летом это было забавно. Ну, знаешь, мне, уже взрослой тётке…       — Ты не тётка.       — Не перебивай меня! Мне, взрослой тётке, было смешно наблюдать за поведением Розы. Я же тебе рассказывала, что было там летом, в лагере у моря. А сейчас это переходит границы. Она на полном серьёзе собиралась поймать момент и высказать тебе всё свои чувства. Ривай, это уже не первый раз, когда она так себя ведёт, прекрасно всё зная.       — Да хоть сотый. Я не давал повода усомниться в себе. — Снова перебил Ривай, встав с места.       — Ты не понимаешь…       — Понимаю. И я не слепой. Думаешь, что я никогда в своей жизни не слышал признаний в любви?       — Господи! Да о чём ты говоришь?! — От непонимания с какого момента ситуация в столовой переросла в их общую ссору, Ева напряжённо вытерла лоб ладонью и перевела дыхание. — Так, я не знаю, как долго ты со мной подслушивал, но, по словам Цитры, Роза специально караулила тебя в столовой, записалась в отряд и помогала Миле с уборкой. И знаешь ещё, что я вспомнила, сложив два и два? Что и ты каждый вечер заходишь в столовую, чтобы принести мне отвар! Ривай, ну разве я не права? Скажи! По-твоему это нормально?       — Ты совсем не в себе, Ева, по-моему. — От недовольства Ривай оглядел Еву с ног до головы, будто не узнавая её. — Что на тебя нашло? И даже если это всё правда, чего сейчас бесишься и слюной плюёшься?       — Я никому не позволю лезть в наши отношения! — перекрикнула его Ева. — Максимум, кто мог лезть в них это Майкл, когда входил в самые неподходящие моменты к нам в комнату. И то получал за это. А какая-то мелкая засранка будет тут о своих чувствах говорить моему мужчине?! А я скажу ей: «Ну валяй»?! Так я должна поступить? И она знает о нас и всё равно это хочет сделать! Она не в неведении! Это подло и некрасиво! Почему я должна сейчас распинаться и объяснять тебе это элементарное, Ривай?!       Ривай промолчал, будто оскорблённый глядел ей в глаза и отошёл обратно к столу.       — Ты меня все равно не понял. Вижу по глазам, — сказала Ева, скрестив руки на груди.       — Я думал, мы доверяем друг другу, — хмыкнул Ривай.       — Да я доверяю тебе! — Устало развела руками она.       — Я вижу. — С этими словами Ривай взялся за ручку двери и вышел, а Ева всё равно напоследок крикнула:       — Ссора из ничего для нас, и ты это знаешь!..       В ответ тишина и только удаляющиеся громкие шаги по коридору.       — Ну и пошёл к чёрту, психованный. — Рухнула она на кровать. Перевернулась на бок, будто подушка стала единственным собеседником, которому он могла высказаться. — Будет ещё из-за своих проблем на работе так скрываться на меня!.. Совсем друг друга не поняли. Я ему одно говорю, а он слышит другое. Я сказала про наглость, неадекватную увлечённость Розы и желание признаться ему, а он принял это, будто я считаю его неверным…       

***

      На следующий день Ева проснулась, а первым, что ей попалось на глаза, стал поднос еды. Ривая не было, а по часам, на которые следом глянула Ева, она поняла, что он был уже на тренировке.       Злость на Ривая за то, как он её не выслушал и ушёл, перед этим срываясь из-за усталости, Еве не давала покоя, как и обрубила всё желание выходить из палаты. Ева ждала, что Ривай придёт, и они договорят, как делали всегда, не оставляя ссоре больше времени и влияние на отношения.       Только Ривая Ева видела за весь день, сидя у окна и играя на укулеле, когда мужчина несколько раз проходил по главной дорожке к зданию. И глаза их находили друг друга, пока один из них не разорвал зрительный контакт, демонстрируя, что во мнениях они не сошлись, а ссора не сошла на нет.       Уильям зашёл к Еве к вечеру и позволил медленно возвращаться в строй.       — Тренировки тебе не положены, но можешь помогать Ханджи и Миле, они обе сейчас по горло в заботах, — закончил осмотр Евы Уильям этими словами. — Но продолжай вместе со всеми для профилактики пить отвар.       — Как скажете, — облегчённо кивнула Ева, проводив врача взглядом до выхода из комнаты.       Только дверь распахнулась, как Ева заметила Ривая, облокотившегося на противоположную стену в коридоре. Их взгляды встретились, но Ривай выпрямился, а вышедший Уильям перегородил его.       Дверь закрылась, а шаги мужчин удалялись. Ривай так и не зашёл.       Хорошее настроение, с которым Ева проснулась на следующий день, предвкушая интересный распорядок дня после скучного карантина, вмиг улетучилось, когда она помогла Миле и получила задание расставить посуду. Солдаты уже собирались за столами, чтобы занять себе места. Компании переговаривались, некоторые спохватились и помогали девушкам, что спешили расставить порции.       В очередной раз выходя из кухни и передавая поднос с напитками, Ева обратила внимание, как по одну сторону длинного стола места уже были заняты членами разведкорпуса, а противоположную забили гости штаба. Практически напротив Ривая, который не поднял глаз на Еву, сидела знакомая компания трёх подружек.       Ева передала поднос, кивнула парню, и помедлила, прежде чем зайти обратно в кухню. Мест почти не оставалось. Только в конце ряда Ева заметила два стула.       «Ясно, стоило мне уйти на больничный, как моё место за столом лидеров забылось, а сейчас мне некуда сесть. Я всегда сидела рядом с Риваем… Плевать, поем с Милой, её компания мне импонирует больше, чем застолье лицемерия — сколько говорилось о нежелании «приютить» отряд у нас, а сейчас все только и делают, что лыбятся друг другу». — Ева вошла в кухню и накрыла себе с Милой два места на уголке кухонной тумбы, где они всегда ели вместе.       — Как тебе это всё? — спросила Мила, сунув ложку пюре в рот и проглотив. — Мне так надоело. Зачем их всех сюда привезли? Для чего так много?       — Ну, — пожала Ева плечами, нарезая кусок мяса, — распределили народ на две базы, и махом половину отправили, чтобы время не терять. Там сейчас, как я знаю, люди нужны. Не все хотят переводиться на новую базу, когда только одну коллективным трудом достроили, ещё и зима будет ранняя.       — У нас людей отобрали, людей из Марли забрали, а всё равно не хватает… Ничего я не понимаю…       — И не говори… — Ева улыбнулась и встала с места, чтобы сразу отложить тарелку в таз, но повернулась на приближающиеся шаги за аркой. Тогда к ним зашёл Ривай и остановился, сразу находя Еву.       — Можно тебя? — спросил он, кивнув за спину, и сразу вышел.       Ева вышла к нему, грубая хватка на кисти оттянула в угол, заставляя её остановиться между стеллажами овощей.       — Почему ты не села за стол? — тихо спросил он, смотря ей в глаза.       — Потому что для меня в новом расположении не оказалось места, — спокойно ответила Ева, выдернув руку из его хватки. — Многие забежали и сразу заняли себе место, а я помогала Миле. В конце остались два стула, и в конце ряда. Я бы там не села.       — Что мешало тебе взять стул, когда ты его увидела, и сесть рядом, как раньше. Все бы подвинулись, уступили бы тебе.       — Ты видел, что я искала себе место, — хмыкнула Ева. — Но обычно я сижу всегда напротив тебя. Но, знаешь, удивительно, что я сегодня вижу, что практически напротив тебя сидит та самая троица.       — Ты хочешь дальше развивать ругань? — Склонил голову на бок Ривай, хмурясь.       — Нет, поэтому молча пошла к Миле. Думала вчера, что ты остынешь и придёшь, мы поговорим, решим и забудем ссору. А у тебя до сих пор пар из ушей лезет. — Ева с улыбкой на лице подошла ближе и произнесла: — Разочарован?       — Да, разочарован, — сразу же кивнул Ривай, ткнув в Еву пальцем и ответив: — в тебе. Разочарован в тебе и твоём глупом поведении.       Ева замерла, не желая показывать, как сердце пропустило удар в груди. Ривай в очередной раз покачал головой и ушёл обратно к столам.       Ева проводила его взглядом, не веря услышанному. Жуткое чувство расплылось внутри.       «Человек, который всегда гордился мной, к которому я тянулась, разочарован. С таким холодом смотрит прямо в мои глаза. Такой родной, но такой холодный. В его глазах было безразличие, даже капля отвращения. И к чему мы пришли? Вот и поговорили».       Обед Ева пропустила, практически забыв о нём в заботах в кабинете Ханджи. А когда поднялась на свой этаж и взяла передышку за своим столом, дверь открылась. В кабинет вошел Ривай и сразу же двинулся к своему столу, собирая в принесённую сумку несколько своих документов. Но Ева промолчала, опуская глаза в блокнот и делая вид, что занята чем-то важным, пока рука с карандашом вырисовывала каракули.       — Уильям разрешил тебе вернуться в нашу комнату, — заговорил Ривай, выпрямившись у своего стола.       — С чего это? — Не подняла голову Ева.       — Бессмысленно тебе занимать другую комнату, пока меня не будет — я уезжаю.       — М-м… — Замерла Ева, медленно поднимая взгляд исподлобья и спрашивая: — Надолго?       — Не знаю, может неделя или больше. Я уезжаю в северный, сегодня, с отрядом.       Ева откинулась на спинку кресла, молча глядя на Ривая. Их разделял стол Евы, пока мужчина закрыл сумку и вздохнул.       — Ладно. — Отвела взгляд Ева к окну.       — Мне пора. — Отступил Ривай к двери. — Не выдумывай себе ничего…       — Самое время для отъезда… когда мы, Ривай, в ссоре, — но дверь закрылась раньше, прежде чем это произнесла Ева.       

***

      Каждый день Еве не давали спокойного сна видения из прошлого, с Майклом и не только. От этого она практически не спала.        Кровать стала заброшенной, а дремала Ева в своём кресле, так как в неудобном положении ею не сильно завладевал сон, как бывало в постели. Синяки под глазами вышли после первой же ночи. Ева пыталась отвлечься на работу, наблюдением за тренировками, читала книги. Но становилось только хуже и эмоционально, и физически, так как бодрости сны не добавляли. Один раз Ева ушла в глубокий сон прямо в кресле, из-за чего она рухнула с кресла и ударилась бедром о ближайший столик.       — Ахренеть, — промычала Ева, держась за ушибленное место, — как больно. Чёрт. Синяк огромный будет… И хромать теперь.       Ни одной весточки от Ривая Ева не получила за неделю и удивилась, когда его отряд приехал на один день, но без капитана. Терпение Евы и осадок после ссоры не давали спокойно жить, но она решила, что ничего другого, как ждать, ей не остаётся. В штабе после отъезда отряда из морской базы стало спокойнее. Режим штаба наладился, а у Евы нашлось несколько дней без больших и важных поручений, потому она решила отпроситься для поездки на стройку дома.       — Ханджи, есть минутка? — спросила Ева, заглянув в кабинет.       — Да, что-то случилось? — Не подняла голову Ханджи, глядя на свои записи и исправляя некоторые.       — Можно отпроситься на три дня? — Осталась в дверях Ева.       — Причина?       — Надо съездить на участок, проверить стройку. Отряд Ривая всё равно возвращается к нему, в ту сторону. Если надо, я могу заехать в город, если тебе что-то нужно.       — Нет, — отмахнулась Ханджи. — Езжай. Будь аккуратна.       Ева улыбнулась, кивнула и вышла из кабинета.       Собиралась она недолго, лишь приготовила сумку для нескольких дней в дороге и, сама того не понимая, решила надеть ожерелье, которое ей подарил Ривай. Напоследок глянула на своё отражение в зеркале, огладила ожерелье и поспешила на пост, где запрягали лошадей.       

***

      Поездка была спокойной, без происшествий. Отряд Ривая вместе с Евой подъехали к деревне Иронт на второй день. Отряд не стал объезжать деревню, а решил проехать прямо через неё, как раз оставив Еву в центре деревушки.       — Деревня разрослась, — отметил один из парней, оглядывая с другими десятки строителей, работающих на разных участках.       Шум молотков, разговоры самих строителей, кареты со стройматериалами — всё это бросилось в глаза Евы, подтверждая, что и здесь не теряли ни дня, особенно те, в которые погода не угрожала построенному. Ева проехала к своему дому, пока парни остались на перекрёстке, сказав, что пока сделают перерыв.       — Что за… — В ступоре остановилась Ева у забора их с Риваем участка, видя, что территория практически пустовала. Ни одного строителя не было на территории, а фундамент даже не закончен.        Ева огляделась, отошла в сторону, к другому дому.       — Здравствуйте! Есть минута? — крикнула она одному из строителей у соседних домов.       Он кивнул и начал спускаться по строительной хлипкой лесе к ней.       — Чем обязаны? — Стирал грязь с рук он по пути до Евы.       — Что с этим домом? — спросила она, указывая на участок позади. — Почему он просто стоит?       — Кем являетесь?       — Владелец. Точнее девушка того, кто подписывал бумаги. Это наш дом. Бумаги подписаны им, но в них есть моё имя. Ривай Аккерман и Ева Уокер.       — Секунду, — ответил мужчина и быстро ушёл на другую улицу, кого-то в шуме молотков подзывая.       — Ева, мы можем ехать? — спросил Жан, подъехав к Еве, нервно расхаживающей из стороны в сторону.       — Нет. — Подняла она руку к нему, наблюдая за разговором двух мужчин. — Подождите пока. Какие-то проблемы.       Жан кивнул и подъехал к остальным солдатам на перекрёстке. К двум строителям подошёл ещё один с мятыми бумагами и папками договоров, и они втроём начали их зачитывать. Через пять минут первый мужчина кивнул помощникам и вернулся к Еве. Она уже тревожилась и не могла найти себе места.       — Три дня назад, — стал объяснять мужчина, кивнув на дом за Евой, — сам Ривай Аккерман потребовал прекратить стройку этого дома.       — Ч…что? — переспросила Ева, хмурясь. — Так, подождите…. Прекратить?       — Да. Это всё, что мне известно и что я смог узнать. Простите, мне нужно возвращаться к работе.       — Хорошо, спасибо Вам большое, — кивнула Ева и медленно стала возвращаться к отряду, пробубнив себе под нос: — Мне нужны объяснения от самого Ривая…       — Ну, что случилось? — спросил Жан.       — План меняется. — Поднялась на свою лошадь Ева. — Я еду с вами до базы…