Кадмейская Победа

Фрагменты верной палочки Гарри, созданной из остролиста, с сердцевиной из пера феникса, были разбросаны по столу в личном кабинете Салазара Слизерина. Мальчик даже не мог заставить себя снова прикоснуться к ним. Осколки орудия были холодными, теперь уже мертвыми. Гарри отвернулся от некогда целой палочки и обратил свой взгляд на портрет основателя. — Они сломали твою палочку, — прошипел предок на парселтанге. — Нанеси им ответный удар. Возьми у них то, что они отняли у тебя, — палочка Слизерина источала потоки серебряных искр, и змея угрожающе вздымалась на его плечах, готовая броситься в атаку. Поттер был очень тронут яростью, которую его предок излучал в связи со сложившейся ситуацией. — Я не вернусь, — холодно сказал он Салазару. — Я больше никогда не вернусь к ним. — Возможно, это мудрое решение, — признался основатель, после того как достаточно успокоился и плавно перешёл на свой родной язык, однако его палочка всё ещё искрилась. — У меня всегда был тяжёлый характер и склонность видеть, как другие страдают от той боли, которую они причинили мне, но месть — это Уроборос, нескончаемый и истощающий себя. — Моему общению с ними пришел конец, а моя терпимость и доверие исчерпаны - это месть, которую они заслужили. — Связь за связь, — портрет основателя выглядел так, словно полностью обрёл спокойствие, но палочка, отказывающаяся прекращать свой поток светлых искр, полностью выдавала его. — Дружбу, которую они так хотели вернуть, в обмен на палочку, которую они же и сломали. Обе связи разорваны между каждым из вас. — Вы мне когда-то сказали, что мне пригодятся друзья и нужно к ним прислушиваться. — Индивидуально слабые существа охотятся стаями, чтобы убить более сильную добычу, — ответил Салазар. — Ты был слаб, стремясь стать более могущественным. Это больше не так, ведь твоя сила растет с каждым днём. В мире всё ещё есть достаточное количество различных волшебников и ведьм, силой превосходящих тебя, но немногие здесь, в Хогвартсе, могут угрожать тебе, Гарри, даже если ты будешь один. — Дело в том, что я не хочу быть один, — сказал ему мальчик. — Я тоже никогда не хотел быть один, — признался основатель. — Среди множества людей мне удалось найти себе равных, которые приняли меня таким, какой я есть. В тебе, наследник, вижу нити, связывающие нас многими факторами, и я не сомневаюсь, что ты найдешь себе достойных друзей. — Мне нужна палочка, — тихо произнес Гарри. — Да, — мягко ответил Салазар. — Только знай, что ты не сможешь заменить свою палочку, и, возможно, связь будет намного хуже, чем была до этого. Ты просто берешь дополнительную. — Вы когда-то тоже меняли палочку, — осознал Гарри. Сочувствие было слишком искренним, чтобы быть правдой. — Дважды. Хотя, моя первая и самая любимая палочка сломалась по моей собственной глупости. Боль от утраты была слишком сильна, — он посмотрел на остатки палочки мальчика. — Я сжёг все остатки, очищая свою душу, чтобы начать все сначала, но тебе следует отнести фрагменты мастеру волшебных палочек и спросить о возможных действиях. Может быть, ты сможешь сохранить сердцевину своей старой палочки. — Олливандер, — пробормотал Гарри. — Что ты сказал? — Имя лучшего мастера, которого я знаю, Олливандер. — Я знаю эту фамилию, — сказал ему Салазар. — Его семья создаёт палочки на протяжении многих столетий, даже больше, чем существует эта школа. Моя последняя подруга была изготовлена этим семейством. — Мне придется идти на Косую Аллею. — Тебе нужно отправиться сейчас же, — поручил основатель. — Наверняка до начала турнира осталось немного времени. — Церемония проверки палочек завтра, — Гарри слабо засмеялся. — Ещё одна причина, почему тебе надо идти прямо сейчас, — напомнил ему предок. — Ты всегда сможешь аппарировать, не забывай об этом. Иди, возьми с собой флакон с ядом василиска. Изготовитель палочек - алхимик, и он по достоинству оценит товар в виде такого редкого вещества. Как только прибудешь туда, не томи, сразу изложи ситуацию, ведь изготовление или подбор новой палочки может занять много времени. Гарри обошел сундук, вытащил флакон с ядом из выдвижного ящика стола и закрыл глаза, приготовившись аппарировать на Косую Аллею. Данное перемещение - самое длительное из тех, которые он пока что совершал. Его живот сильно сжался лишь от одной мысли об этом. — Возьми фрагменты, Гарри, — спокойно добавил Салазар. — Возможно, стоит спросить. И, если что-то пойдет не так, не возвращайся без палочки, добейся своего. У тебя нет времени ждать. Гарри склонился над столом, с предельной осторожностью собирая каждый фрагмент палочки и поочередно перекладывая их в другую руку. Он разделил скорбный взгляд со своим предком, затем, после головокружительного круговорота перед глазами, предстал перед магазином мистера Олливандера. Мальчик тщательно проверил все карманы. «Ничего не пропало». Крепко обхватив пальцами и сжав в кулак остатки своей волшебной палочки, он вошёл в помещение. — Мистер Поттер, — тихо прошептал мужчина, глаза которого отливали серебром, — из всех людей, которые могли бы вступить на порог моего магазина, пришли именно Вы. Признаться, Вас я здесь никак не ожидал увидеть, — он выскользнул из-за стола. — Мистер Олливандер, — вежливо ответил Гарри, всё ещё немного расстроенный фактом, что ему, возможно, придется сменить орудие. — Я помню тот день, когда продавал Вам свою палочку. Даже если случится так, что я забуду происхождение абсолютно всех своих творений, она будет последней, которая вылетит из моего разума. Остролист, гибкая палочка, если я не ошибаюсь, одиннадцать дюймов. — Даже если она и была гибкой, то уже точно нет, — спокойно произнес Гарри, раскрывая свою руку и высыпая осколки на поверхность ближайшего стола. Некоторые из них вонзились в его руку из-за крепкой хватки, и маленькие пятна яркой крови растеклись по ладони. Олливандер внезапно принял весьма расстроенный вид. — Ужасно, мистер Поттер, быть свидетелем разрушения и конца того, что я когда-то создал, однако это объясняет факт Вашего визита ко мне, — его острый взгляд увидел флакон в кармане Гарри. — Это яд василиска? Гарри протянул этот флакон в качестве подарка, и старый мастер принял его с благоговением. — Пожалуй, я не буду спрашивать о том, где Вы смогли это достать, но слухи о Ваших приключениях на втором курсе ходят даже вне Хогвартса, и, конечно же, я не буду спрашивать, как Вы оказались здесь, когда должны быть довольно далеко отсюда. Но всё же, мне интересен один момент, позволите? — Конечно, — ответил Гарри, чувствуя себя слегка заинтригованным. — Когда волшебник или ведьма приносят мне волшебную субстанцию для создания палочки, как делают некоторые, чтя незамысловатые традиции своей семьи, я всегда спрашиваю, уверены ли они в своем выборе. Человеку, непосвященному в мастерство изготовления волшебных палочек, нелегко принять лучшее решение. Мы проверим на всякий случай. Олливандер скрылся в задней части магазина и спустя некоторое время вернулся с очень маленьким набором, внешне напоминающим весы. — Немного крови, пожалуйста, мистер Поттер. Гарри осторожно протянул руку. Мужчина уколол его палец и сильно сжал, пока несколько капель не оказались на дне одной из маленьких серебряных чаш. Поставив ее, он открутил флакон и осторожно опрокинул капельку яда на другую сторону. — Яд василиска будет нелегко использовать в качестве ядра палочки, мистер Поттер, — Олливандер пронзительно уставился на каплю, покоящуюся на поверхности чаши. — Эта субстанция поглощает все живое, даже самые сильные основы для палочек, но есть способы противостоять этому. Алхимия — важный элемент для мастера по изготовлению палочек. Мальчик с некоторым трепетом наблюдал, как серебристый жезл волшебника парил над небольшим набором серебряных чаш, постукивая по ним своей длинной, тонкой и бледной палочкой, бормоча себе под нос. — Кровь — очень мощная магическая субстанция, и все волшебники это знают. Легко проверить то, насколько сильно связана твоя кровь с этим веществом, — пожилой мужчина спрятал свою палочку. — Чем ярче синий оттенок, тем сильнее связь между вами. — Я надеялся, — немного грустно улыбнулся Гарри, — что мне не понадобится совершенно новая палочка, — он указал на кусочки, разбросанные по столу. — Я собрал абсолютно все осколки. Весы засветились и стали излучать достаточно яркий синий свет. «Повезло же». — Мистер Поттер, — на короткое мгновение Олливандер выглядел безмолвным, — если бы я Вас совершенно не знал, то предположил бы, что Вы собираетесь бороться за мою роль главного британского мастера по изготовлению палочек. Гарри удивился этому высказыванию и слегка приподнял бровь, приобретая более растерянный вид. — Не скромничай, Гарри, — улыбнулся волшебник. — Мы оба знаем, что яд василиска полностью растворяет органические вещества. Ничего, если я к тебе буду обращаться просто по имени? — Дождавшись короткого кивка, мастер продолжил: — Ты не можешь просто зайти в мой магазин, имея при себе данное вещество и неся кусочки своей волшебной палочки, не попросив при этом попробовать воссоздать ее, совместив с новым компонентом, и ожидать, что я не пойму твоего решения, — он очень осторожно соскреб со стола осколки бывшего орудия Поттера. — Возможно, это не столько разрушение твоей идеально совместимой палочки, сколько ее возрождение. Олливандер положил одну руку на плечо Гарри, крепко сжимая его, и провел мальчика в заднюю часть магазина, проходя мимо высоких полок с коробками, в каждой из которой находилось по одной волшебной палочке. — Я с удовольствием попробую осуществить твою идею, очень занятную и впечатляющую. Я слышал, как Григорович однажды пытался сделать что-то подобное. Его усилия потерпели неудачу, но я чувствую, что это сработает, и, Гарри, когда дело доходит до создания волшебных палочек, чувства — это самое главное. Всё ещё довольно озадаченный зеленоглазый волшебник с трепетом наблюдал за тем, как Олливандер каждый отдельный кусочек сломанного ядра волшебной палочки добавлял во флакон с ядом, пользуясь при этом увеличительным стеклом для более комфортного проведения самого процесса. Они растворялись один за другим во флаконе, поднимая столп маленьких пузырьков на поверхность. — Вынужден в очередной раз попросить твой палец, Гарри, — сказал Олливандер, держа в руках тот же набор серебряных чаш. Ещё один укол, и серебро снова было испорчено алым оттенком. Он добавил капельку яда на весы, в которых теперь находилось старое ядро палочки мальчика, и всматривался в них безумным взглядом, словно одержимый. Искры приобрели ещё более яркий синий оттенок, чем раньше, и Гарри внезапно почувствовал полнейший дискомфорт. — Идеально, — прошептал седовласый волшебник. — Твоя магия, кажется, особенно хорошо реагирует на ядро с жидким основанием, Гарри - оно течет внутри тебя. Возможно, что это последствия некоторых ритуалов, которые неправильно поняты и запрещены? Мальчик хладнокровно посмотрел на него, очистив разум на тот случай, если волшебник сможет использовать легилименцию. — Что ж, не бойся, Гарри, министерство не одобряет многие вещи, которые, как они думают, не подходят к их целям или пропаганде. К счастью, я в этом не заинтересован. Единственный вопрос, который у меня есть к тебе, это то, какое дерево использовать при создании твоей палочки? Старый мастер тщательно очистил серебряные чаши и отложил их в сторону, затем слегка подтолкнул мальчика, чтобы тот подошёл к листу пергамента, на котором располагались маленькие кусочки древесины. — Остролист, кажется, может снова подойти, — подумал Олливандер. — Последний раз, Гарри, пожалуйста, — попросил он, посмотрев на руку своего гостя. — Нет необходимости в крови сейчас. Ты должен почувствовать тепло от дерева, которое больше всего тебе подходит. Он взял мальчика за руку и прижал его указательный палец к куску дерева, который, по предположению Гарри, был остролист. Кожа старого мастера была прохладной, мягкой и словно бумажной. Это ощущение самым странным образом напомнило ему об изношенных страницах некоторых книг из коллекции Салазара. — Эм-м… я не уверен, сэр. Зеленоглазый волшебник не чувствовал то же самое тепло, которое раньше исходило от его волшебной палочки, когда он держал её в своей руке, хоть она и слегка напряглась при соприкосновении с образцом. — Если ты не уверен, то это однозначно не может быть падубом, — серебряные глаза мастера по изготовлению палочек обратили свой взор на следующий лист пергамента. — Возможно, вот этот, — прошептал он, прижимая палец Гарри к дереву, намного более темному, чем все остальные. Гарри вздрогнул от внезапной волны исходящего тепла, и Олливандер торжественно улыбнулся. — Чёрное дерево, Гарри, однако корнями они уходят не так далеко друг от друга, если ты меня понимаешь. Оба типа деревьев символизируют защиту, но если остролист представляет защиту жертвоприношением, то чёрное дерево означает защиту при помощи силы. Рулетки, о которых Гарри помнил ещё с момента первого своего визита сюда, внезапно вылетели из шкафа и обвились вокруг мальчика. Они измеряли каждую отдельную часть его тела, включая длину его носа, что ему показалось весьма странным. — Одиннадцать с половиной дюймов, — вынес свой вердикт мужчина. — Лучше быть точным и тщательным, насколько это возможно, с палочкой такого потенциала, — добавил он, объясняя энтузиазм измерения. Гарри одарил его благодарной улыбкой, на которую старый мастер искренне ответил: — Эту часть, Гарри, ты не можешь засвидетельствовать, несмотря на изобретательность твоей идеи. У всех мастеров-волшебников должны быть какие-то секреты, — он схватил флакон и исчез среди полок, что-то возбуждённо бормоча. «Я только что засвидетельствовал то, чего возможно никто и никогда не видел здесь», — с лёгким волнением понял мальчик. Гарри решил оставаться здесь до последнего и, просидев нескольких часов, он постепенно начал переживать за то, что с ядом могло что-нибудь произойти. — Что-то я совсем потерялся во времени, — прошептал Олливандер, внезапно появляясь из-за стопки коробок с палочками, напоминая скрытность, подобную призракам. — Я никогда не смог бы остановить процесс создания палочки, тем более такой. Это очень ценный опыт. Мастер передал мальчику тонкую длинную коробку, ровно так же, как сделал это чуть больше трёх лет тому назад. Гарри открыл ее, вытянув из коробки длинную темную палочку с таким же трепетом, с каким и ожидал завершения самого процесса. Потоки тепла обратились к его руке, постепенно поднимаясь к плечу. — Давай, Гарри, — прошептал Олливандер, — испробуй ее. Гарри закрутил палочку в лёгком витиеватом движении. Не было никакой видимой реакции, однако, взрывной поток тепла словно освободился от сдерживающих оков, наполняя комнату. Мальчик вздрогнул от удовольствия, расплываясь в благоговейной улыбке от силы, переполнившей его. — Перерождение палочки, Гарри, — тихо сказал Олливандер, — прекрасная вещь, быть свидетелем которой я мог только мечтать. Полагаю, что ещё один шанс сделать такую палочку мне больше не предоставится. — Я боюсь, что не смогу ничем компенсировать то, что Вы смогли для меня сделать, мистер Олливандер, — сказал зеленоглазый волшебник, когда дар речи наконец вернулся к нему. — Мои палочки стоят семь галеонов, Гарри, и никогда я не буду просить за них больше. К тому же на самом деле я мог бы отдать ее бесплатно, ведь чёрное дерево довольно распространенный ингредиент. Яд, который ты мне принес в качестве ингредиента, смог бы купить абсолютно все палочки в этом магазине. Гарри пытался выудить из своей одежды правильное количество монет. — Я не запятнал эту палочку, добавив к ней отслеживающие чары Министерства. Вы понимаете, о чем я говорю, мистер Поттер? — старый мастер принял строгий вид, чтобы показать, с какой серьёзностью он подошёл к этому моменту. — Да, сэр, — кивнул Гарри. — Спасибо Вам огромное, — Отныне мальчик мог рассчитывать на то, что никаких ограничений в использовании магии не будет. Дурсли придут в немой ужас, когда узнают о такой особенности их сожителя. — Хватит с тебя благодарностей и поспеши вернуться туда, где ты сейчас в обязательном порядке должен быть и, конечно же, протестируй свою новую палочку, исполнив несколько заклинаний, прежде чем я смогу снова лицезреть свою работу на завтрашней церемонии проверки волшебных палочек, — улыбнулся он удивлению Гарри. — Кто ещё будет проводить такую церемонию? — Я даже не могу думать о том, что есть кто-то лучше Вас, — тепло согласился зеленоглазый волшебник. — Ты слишком добр ко мне, Гарри. Олливандер отвёл его обратно в магазин и, осторожно открыв входную дверь, стал прощаться. — Берегите себя, мистер Поттер, — предупредил старый мастер, принимая серьезный вид. — Вам предстоит проделать долгий путь в сложившейся ситуации. Мир в его глазах закрутился в водовороте, пока Гарри в очередной раз не оказался в Тайной Комнате, прямо перед картиной основателя. Он внимательно осмотрел свое тело, после чего издал глухой стон от внезапной боли. Мальчик заметил, что на его руке появилась небольшая рана, из которой сочилась кровь. — Рука заживёт, — заверил его Салазар. — В любом случае это хороший обмен на твою новую палочку. Наступило долгое молчание. Всё это время Гарри рассматривал практически хирургический надрез на своей левой руке. Всё-таки трансгрессия не всегда безопасна. — У тебя ведь есть палочка, да? — Волшебник на картине изменился в лице, когда Гарри вытащил коробку из-под мантии. — Расскажи о ней. — Чёрное дерево, одиннадцать с половиной дюймов. Ядро состоит из моего родного пера феникса, предварительно растворенного в яде василиска, — объяснил Гарри. — Этот человек, Олливандер, растворил в яде Василиска твою палочку и это сработало? — спросил Салазар. — Перед этим мы проверили совместимость моего магического истока с ядом, а затем мы изучили возможность совмещения моего старого ядра с ним же. Так и было, — мальчик улыбнулся, вспомнив то, как старый мастер подумал, что идея совмещения принадлежала ему. — Он подумал, что я хотел так сделать с самого начала, как явился в магазин. Мне очень повезло разобраться с палочкой в этот же день, так и ещё в каком-то смысле не избавляться от старой. — Выведи меня наружу и продемонстрируй мне любое заклинание, — попросил основатель. — Я хочу увидеть возможности твоей новой волшебной палочки, — его голос звучал довольно нетерпеливо и по-детски, словно у мальчика, которому сейчас вручат подарок. — Тебе желательно как можно быстрее привыкнуть к ней и понять весь ее боевой потенциал, — добавил он более величественно и зрело, чем это было необходимо, пытаясь тем самым скрыть свое волнение. Гарри это заметил, и ему с трудом удалось сдержать улыбку.

***

— Редукто, — пробормотал мальчик, взмахнув палочкой в остром, но очень коротком вихревом движении. Взрывное заклятие превратило одну из ближайших змеиных статуй в мелкий порошок. Салазар приглушенно вздохнул. — Хватит постепенно разрушать мою Тайную Комнату, — проворчал он, пока Гарри махал палочкой, разгоняя пыль. Скульптура вновь сформировалась на прежнем месте, правда ее внешний вид был куда более изящным. — Каково это? — Ощущения будто, я стал сильнее, нет, — начал Гарри, — но кажется, что мне стало гораздо приятней использовать заклинания. Я словно рисую по воздуху, выводя различные символы, чтобы наконец произнести заклинание. — Теперь ты в этом видишь что-то изысканное? — Олливандер упомянул о том, что моё ядро замечательно реагирует на жидкую сердцевину, помогая магии легче высвобождаться, — предложил мальчик. — Мне никогда раньше не доводилось видеть волшебников, чья палочка имела в составе сердцевины какую-то жидкость, — размышлял предок. — Их, должно быть, очень трудно создать, не сделав палочку достаточно хрупкой. Попробуй применить чары исчезновения. Гарри слегка покрутил палочкой над собой и внимательно следил за эффектом проделанных действий. — Я не вижу разницы, — разочарованно заметил Поттер, поворачиваясь в сторону основателя. — Я всё ещё просто замаскирован. — Я бы так не сказал, — не согласился Салазар с теплотой в голосе. — Когда ты совершаешь движение, твоя невидимость идёт в ногу с тобой, даже если ты совершаешь быстрые действия, например, резко встаёшь. И всё же твою невидимость выдает лёгкая рябь в воздухе, если ты начинаешь двигаться. Как только должным образом освоишь эти чары, то будешь практически незаметен. Гарри впервые убрал свою новую палочку в рукав, изумляясь тому, какие теплые ощущения она доставляет его руке. — Пожалуй, сейчас не время убирать палочку, — возразил волшебник с картины. — Тебе следует исполнить какое-нибудь захватывающее заклинание, тяжелое в исполнении, например, попробуй повторить заклинание призыва василиска, которое ты мне демонстрировал совсем недавно. Гарри не нужно было много убеждений и просьб, чтобы палочка снова оказалась в его руке. Он наслаждался тем теплом, которое, казалось бы, вырывалось потоками из нее, вверх и вниз, в сопровождении лёгкой вибрации. Представляя то, как змея поднимается из воды, Гарри поднял руку с волшебной палочкой. Абсолютно вся жидкость, находившаяся в бассейне, поднималась в воздух, формируя точную фигуру. Заклятый король змей с виду был равен своему живому предку, душа которого увековечена в этой комнате. Он извивался, наклоняясь то в одну сторону, то в другую, словно готовый в любой момент напасть на свою добычу. Требуемая магическая энергия для поддержания чар такого уровня всё ещё была огромной, однако Гарри продержался на целую минуту дольше, нежели раньше, после чего он направил палочку вперёд, указывая василиску нанести сокрушительный удар о стену комнаты. Змей распался с громким грохотом, заполнившим комнату. — Это было достаточно захватывающим? — спросил он у основателя, изображенного на картине, когда вода вновь покоилась в бассейне. — Похвальная демонстрация, — спокойно сказал Салазар. Его глаза сияли слишком сильно, говоря о том, что тот невероятно горд за мальчика. — Твой контроль над этой палочкой превосходен, к тому же ты больше не тратишь большое количество магической энергии. Ты станешь очень могущественным волшебником, когда достигнешь совершеннолетия, Гарри. — Для начала я должен дожить до семнадцати лет, — предупредил мальчик, вспоминая свои прошлые приключения. — Турнир Трёх Волшебников даже не будет знать, что в нем участвует настолько сильный чемпион, — заявил основатель. — Я искренне надеюсь, что на нем будет одно испытание, связанное с дуэлью. Ты гораздо более многообещающий наследник, чем Том Реддл. Он был утончён и, Святая Моргана, слишком сосредоточен, но ему не хватало того, что есть у тебя — природного таланта и силы. Должно быть, ему удалось провести немалое количество ритуалов, прежде чем он стал настолько страшным и опасным, тем, кого вы все называете лордом Волан-де-Мортом. Хотя я по-прежнему считаю, что он всего лишь выскочка. — Я думаю, что Вы преувеличиваете, — сказал ему Гарри. — Может быть, — признался основатель, — но я не вру. Том Реддл был невероятно талантлив и очень силен, однако ты тоже можешь похвастаться своими навыками и достижениями. Ты будешь настоящим наследником Слизерина, моим наследником, и я всецело верю, что ты рано или поздно сможешь превзойти его. — Мне в любом случае придется попробовать, — сухо сказал мальчик. «Навряд ли он на добровольной основе захочет оставить меня в покое». — Куда сейчас? Обратно в общую комнату? — спросил основатель с притворной невинностью. Зеленоглазый волшебник заметно напрягся от этого вопроса. — Я сказал, что никогда не вернусь туда, — напомнил ему Гарри, принимая слегка задумчивый и холодный вид. — Я был совершенно серьёзен, когда говорил об этом. — Может быть, все-таки есть некоторые личности с твоего факультета, которые на твоей стороне? — Буду ждать их, впрочем, как и собирался, — объявил Гарри, — но это не отменяет того факта, что я не вернусь в гриффиндорскую башню, как минимум до следующего года, если я вообще когда-нибудь соберусь. — Где же ты будешь ночевать? — поинтересовался портрет. — Сам я абсолютно не против твоей компании, Гарри, но здесь довольно прохладно и негде спать, даже в моем кабинете. — В Выручай-Комнате, конечно. — А, ну да, выбираешь эту комнату, почему бы и нет, — проворчал Салазар. — Какой-то наследник Слизерина, подумаешь. — Вы возвращаетесь на стену, — сказал мальчик, явно удивленный признаками ревности, исходящей от портрета. — Что ж, пойду-ка я найду чего-нибудь съестного. Я ничего не кушал со вчерашнего обеда, да и большая его часть оказалась здесь на полу, пока практиковал аппарацию. — Хорошо, но посети меня перед своим первым испытанием. У меня есть несколько вещей, которые я бы хотел тебе показать. Назовем это определенными направлениями, на которых я специализируюсь. — Магия крови и парселтанг? — задал вопрос мальчик, приподняв бровь. — Ты ведь не думаешь, что все это зло? — вздохнул Салазар. — У меня есть некоторые предубеждения, что какая-то личность явно пытается тебе внушить, что это вся темная магия, которая должна исчезнуть. Также я уверен, что ты думаешь, будто бы основы магии крови, а также парселтанг — единственные вещи, которые когда-либо были изобретены мной, но это не так. Вообще, есть индивиды, которые считали искусство говорить со змеями колдовством, как заклинание, которое якобы автоматически присваивает волшебнику или ведьме статус темного мага, так как, согласно истории, я единственный, кто владел этим языком. Я объясню тебе более подробно, когда начнем наши личные тренировки. Гарри повесил его обратно на стену прямо над входом, и основатель злобно улыбнулся. — Если ты сумеешь достичь хорошего уровня в овладении искусствами, которые я тебе буду показывать, чему, несомненно, наследник Слизерина должен быть обучен, то покажу тебе, как снять заклинание против левитации на этой картине. — Я в деле, — саркастически согласился Гарри. — Как я мог отказаться от такой щедрости. Он покинул Тайную Комнату, сопровождаемый эхом безумного смеха Салазара Слизерина.

***

В Большом зале было благословенно тихо. Гарри занял место в самом конце стола Гриффиндора, наслаждаясь, хоть и практически остывшим, жареным цыпленком и стараясь не стонать от удовольствия приема пищи после того, как долгое время ничего не ел. Вскоре он был побеспокоен. — Я слышал, что твоя палочка сломалась, Поттер, — усмехнулся Драко, слегка прислонившись ногой к длинной скамье. Мальчик заметил, что на этот раз он не забыл привести Крэбба и Гойла. — Я вижу, ты принял мой совет, Малфой, — ухмыльнулся он, — ты никогда не должен выходить из «убежища» без своих верных лакеев. — Мне не довелось забыть об оскорблении, которое ты нанес мне, Поттер, и теперь у тебя нет палочки, а также друзей. — Я бы так не сказал, — чья-то рука опустилась на плечо Гарри. Он узнал веснушчатые костяшки одного из близнецов Уизли. — У него, в отличие от тебя, Малфой, есть настоящие друзья, так что мой тебе совет — уходи, пока не поздно. — Была некоторая угроза в тоне старшего Уизли, которое подразумевало под собой, что слизеринца ждут крайне унизительные последствия, если тот сейчас не уберется отсюда. — После всего того откровенного мусора, который сеешь вокруг себя, ты всё ещё не можешь избавиться от предателей крови. Какой же ты жалкий, — Драко ушел в сопровождении своих верных телохранителей. «Я абсолютно не уверен в том, что слышал, как они вообще когда-либо говорили». — Итак, Гаррикинс, — близнецы уселись на скамейке по обе стороны от него, непринужденно приобняв за плечи и натянув на лица привычные улыбки. Гарри никогда не думал, что будет рад услышать это прозвище. — Нам рассказали, что тебе довелось столкнуться с некоторыми из ребят с нашего факультета. — Мы сожалеем об этом, Гарри. Джинни тоже… — Но не настолько жалко, как Рона, после того, как наша младшая сестра устроила ему неслабую взбучку. Она прокляла его так, что ему пришлось отправиться в больничное крыло. И он ведь всё ещё там. — Даже Снейп в честь такого события, правда я не уверен, что увижу ещё когда-нибудь такое, присвоил баллы Гриффиндору во время последнего урока зелий. — В любом случае, мы просто хотели тебе сказать… — Что пытаемся переубедить Анджелину с Алисией, правда прогресс идёт слишком медленно, но… — Кэти сейчас тоже пытается помочь… — Поэтому извини, но нам всё ещё нужно держаться на расстоянии, — печально произнесли оба близнеца, — хотя уже не так часто. Можешь не беспокоиться о всякой слизи вроде Малфоя. — Гарри больше всего беспокоится о том, что ему необходимо участвовать в турнире, не имея волшебной палочки, Фред. — У меня есть палочка, — вмешался Гарри, прежде чем они снова продолжили. — Но все же спасибо вам, ребята. — Откуда у тебя палочка, Гаррикинс? — задали они этот вопрос одновременно, принимая одинаково удивленный вид. — От продавца волшебных палочек, очевидно же. — Гаррикинс становится умным, Джордж. — Нам лучше быть осторожнее, Фред. — Анджелина идёт, — предупредил мальчик, заметив своего бывшего капитана по квиддичу в дальней части зала. — Спасибо, что предупредил нас, — улыбнулся Фред. — Достойное поведение почетного господина, — добавил Джордж. — Это недоразумение с Анджелиной не продлится слишком долго, если мы попытаемся уладить его. Они быстро ушли, чтобы резко примкнуть к женскому трио гриффиндорских охотниц. Один из близнецов Уизли подмигнул Гарри со стороны Анджелины, когда тот наблюдал за передвижениями компании. «Близнецы Уизли не так уж и плохи», — предположил зеленоглазый волшебник. Из всех студентов ало-золотого факультета они больше всех могли потерять, поддерживая его против своих подруг, и тем не менее они все равно продолжали пытаться успокоить всеобщее волнение. Близнецы подошли к этому слишком ответственно, пытаясь сохранить мирное отношение. Хитрость, с которой они это делали, Гарри сильно уважал. Джинни, между прочим, тоже вполне терпимая личность, и ей даже, пускай и косвенно, удалось заработать баллы на уроке зелий у профессора Снейпа, несмотря на то, что тот на дух не переносит гриффиндорцев, особенно некоторых личностей. Также мальчика интересовал вопрос, связанный с Невиллом. Того нигде не было после того, как они по душам поговорили в спальне их факультета. Возможно, что непутёвый мальчик близко к сердцу принял ссору, возникшую между ало-золотыми студентами. «Я не собираюсь искать его», — решил мальчик. Они все отвернулись от него; даже если Невилл изначально не хотел этого делать, все равно натиск со стороны большей части студентов факультета поборол это нежелание. Однако Гарри решил, что не будет обижаться на некоторых из них, кто не стал проявлять активных действий против его персоны. Извинений было бы вполне достаточно. Сперва Гарри необходимо разобраться с проблемами куда более серьезного масштаба. Победа на турнире Трёх Волшебников, пожалуй, была первой в этом списке. Данный пункт находится чуть выше того, чтобы найти человека, который подбросил его имя в Кубок огня и заставил принять участие в этом самом турнире.