Сказка на ночь, или Сцены из частной жизни.

Жизнь драгоценна, да выжить непросто, Тень, моя тень на холодной стене. Короток путь от весны до погоста, Дождик осенний, поплачь обо мне. Дождик осенний, поплачь обо мне. Б. Окуджава

1

Вскоре нашлась и еще одна причина задержаться подольше в этом городке. Как-то в толпе мелькнуло знакомое некогда лицо. Летиция когда-то видела и знала этого человека. Было это в Олларии, и после - на похоронах мужа. Тогда он не был военным, выглядел иначе и носил другое имя. Разумеется, за столько времени можно измениться внешне и поменять род занятий. Поехал же легкомысленный повеса виконт Валме вместе с Алвой в Фельп, а затем вел хитрую интригу в столице. Но имя-то зачем менять? По меньшей мере, странно. Госпожа Террел очень не любила, когда возникали подобные странности и концы не сходились с концами. Она считала, что всё имеет логическое объяснение, а если его нет, значит не хватает данных или не получается их правильно истолковать. Так ей было непонятно, что заставило синеглазого герцога сдаться узурпатору. Освобождение Алвы, идущее рядом со смертью Фердинанда, тоже наводило на размышления. Но найти разгадку Летиция не могла. Ей не хватало сведений. А вот узнать, что делает здесь бывший знакомый Гастона, было интересно. Она хорошо помнила, как в день похорон Жерара увидела этого человека выходящим из личных покоев покойного графа. Тогда вдова не придала этому значения. Гастон привел своих приятелей и собутыльников в родовой дом, не дав остыть телу бывшего владельца. Эти люди ходили по всему дому, осматривая все вокруг жадными глазами. А теперь, спустя столько лет, та встреча показалась важной. Ведь, зайдя позже в комнаты Жерара, она так и не нашла бумаги, которые муж собрал на своего кузена. Неужели их взял господин Лекруа? Неужели он тот «слишком осторожный человек»? Напрямую госпожа Террел решила ничего не узнавать. На глаза господину Леднеру (так теперь его звали) она тоже старалась не попадаться. Женщина общалась со многими людьми и прекрасно умела слушать. К тому же она вспомнила свои прежние занятия и вскоре стала хорошо известна как дама, прекрасно разбирающаяся во всяких травах и снадобьях. К ней стали обращаться за советом очень многие люди. Предполагаемый жених-кэналлиец также придал вес её знаниям. Ведь мориски прекрасные лекари, а кэналлийцы всегда были тесно с ними связаны.

2

Солнце стояло высоко. Небо было прозрачным и чистым: лишь далеко за небольшой рощицей виднелись легкие и белые как пух облака. Была чудесная пора – пора цветения луговых трав. Причудливым разноцветным ковром смотрелся луг. Все цвета радуги, казалось, присутствовали в его окраске, но больше всего было красного. Маки, красные маки, которыми так славились эти места. Воздух был напоен чарующими и дурманящими ароматами. Так и хотелось вдыхать их, а еще лучше прилечь на дивном лугу и смежить веки. Но госпожа Террел неторопливо шла вперед к дому, который виднелся вдалеке. Травы, оплетая ноги, словно не пускали её дальше. Женщине и самой тяжело давалась дорога, но не потому что благородную даму утомил долгий путь. Летиция могла пройти много и совсем не устать. С самых юных лет она была приучена преодолевать большие расстояния по почти непроходимым болотам, по полузаросшим тропинкам леса. Не дорога задерживала её, а то, что ожидало в конце пути. Да и по-всякому торопиться не следовало. Надо было дать умной Роне время добраться до Фелипе и привести его сюда. Как же преданный кэналлиец, наверно, устал от упрямой доры! Но с очередным планом молодой человек согласился, не споря. Надо полагать, он понял, что с женщиной, одержимой идеей, сам Леворукий и все его кошки не сладят. Фелипе только предложил ей свою ученую кобылку и попросил дождаться его, а не действовать самой. Летиция согласилась. Сейчас её план сработал. Ждать пришлось долго. Бывший господин Лекруа был и впрямь чересчур осторожен. Его ни на чем нельзя было подловить, но госпожу Террел очень заинтересовали неприятные происшествия, случавшиеся последнее время в этих тихих местах. Оказалось испорченным зерно, поставленное в армию, в обозе с оружием не хватило ружей, потом пропали собранные налоги, а сопровождавший их отряд бесследно исчез. Происходящее бросало тень на местные власти и заставляло главу сей провинции подозревать преступный умысел. Но здешний комендант уверял, что зерно было отменным, а люди надежными. Осторожные наблюдения и расспросы госпожи Террел также подтверждали его слова. Проэмперадор провинции негодовал, а люди обижались. Все это рождало недовольство и смятение в умах жителей. В этих неприятностях Летиция подозревала капитана Леднера, как звали теперь господина Лекруа, но доказательств у неё не было. Капитан, если он был на самом деле виноват, действовал и впрямь чересчур осмотрительно. Поняв, что ничего не обнаружит, женщина решилась действовать наугад. Однажды она нарочно попалась Леднеру на глаза и воскликнула: - Господин капитан, я, кажется, видела вас в столице! Капитан, равнодушно взглянув на даму, ответил: - Увы, я никогда там не был и, к величайшему сожалению, не имел чести быть представленным такой очаровательной женщине как вы, сударыня. Такая встреча не стерлась бы из моей памяти никогда. - О! Извините, но у меня очень хорошая память. Я обязательно вспомню, где я вас видела, господин капитан, - кокетливо заявила женщина. После этого разговора госпожа Террел начала расспрашивать всех о господине капитане. И вот результат – записка с просьбой оказать помощь одной заболевшей особе, полученная в то время, когда Хасинта с Фелипе гуляли в парке. Отзывчивая Летиция, разумеется, не отказала в помощи и, взяв корзинку с лекарствами, отправилась в путь. По дороге даму очень привлекло некое растение, она спешилась и умудрилась упустить лошадь – проказница сбежала. Пришлось идти пешком. Но как женщина не медлила, дорога все же вывела её к особняку госпожи Селье. Двухэтажный дом выглядел уютным и жилым. Прошлогодний мятеж не затронул сам дом, пострадали лишь дворовые постройки, чьи обуглившиеся стены напоминали о безобразиях, творившихся здесь прошлой осенью. Госпожа Террел, вздохнув, сделала шаг к дому. Если бы Фелипе знал, что она не будет его дожидаться, он бы её не отпустил. Но она обманула молодого человека. Остаться ждать, когда Рона привезёт кэналлийца, значит дать гадюке уползти. Возможно, она все придумала, и в доме её на самом деле ждет больная женщина. А если нет, то будем надеяться, что господину Леднеру захочется немного поговорить. Летиция надеялась, что её безобидный и робкий вид введет капитана в заблуждение.

3

Подавив желание убежать, женщина постучалась. Никто не открыл. Тогда она взялась за кольцо и потянула тяжелую дубовую дверь. Та подалась с трудом. Летиция бесшумно скользнула в щель и оказалась в полутемной зале. Откуда-то сбоку шагнул человек, отрезая ей путь назад. Она испуганно отскочила в сторону и нервно спросила: - Кто здесь? Человек запер на засов дверь и ничего не ответил. Когда привыкшие к полумраку глаза разглядели лицо мужчины, она удивленно спросила: - Господин Леднер, что вы здесь делаете? А где госпожа Селье? - Она сейчас здесь не живет, - мужчина как-то недобро усмехнулся. – А я жду вас, прекрасная графиня. - Меня?! Зачем? – женщина осторожно сделала шаг к лестнице. – Я вспомнила! Мы встречались в день похорон моего супруга. Вы же дружили с Гастоном. Так это вы… - Вспомнили? Упорная вы женщина, - шагнул к ней капитана. – Только напрасно вы решили разворошить прошлое. - Да? А мне кажется, что вы и сами не оставили прошлых дел, - Летиция ухватилась за резные перила. - На вашем месте я не стал бы показывать свою осведомленность, графиня. Хотя… - Леднер кривовато усмехнулся. - Так значит, вам Гастон обязан своей преждевременной кончиной? Я права? - дрожащим голосом спросила женщина. - Догадались! Надо же! - покачал головой он. - Кстати, скинув серые тряпки, вы стали краше. - Благодарю вас, сударь. К сожалению, не могу ответить вам тем же. Мундир армии Талига вам не к лицу. Возможно, потому что не соответствует внутреннему содержанию, - Летиция поднялась на первую ступеньку лестницы. - Вы не глупая женщина, графиня, но вам это уже не поможет. Вы ошиблись, кошечка, придя сюда. - Вы забываетесь, сударь. Я не разрешала вам так ко мне обращаться, - холодно ответила женщина, делая еще шаг по лестнице. – Обозы и налоги - ваших рук дело? - Зачем красивой женщине знать такие вещи? Вы же пришли сюда одна, и даже лошадь умудрились потерять. Но не стоит волноваться о кобыле. Она вам не пригодится, - Леднер вынул шпагу. - Почему же? – холодно спросила прекрасно все понимающая женщина. - Надеетесь на охранника-кэналлийца? - улыбнулся мужчина. - Он милуется со своей девкой. Ему не до вас! - Фи! Как грубо! Сменив имя, вы не в лучшую сторону поменяли манеры, - подниматься спиной вверх по лестнице было не слишком удобно. - Хотите поиграть? Что же поиграем. Грех не доставить удовольствие красивой женщине напоследок, - Лекруа-Леднер подцепил шпагой её юбку. Летиция отскочила, раздался треск рвущейся ткани. - Гастону стоило бы вас утешить. Возможно, его дело в таком случае увенчалось бы успехом, - продолжил Леднер, не спеша поднимаясь вслед за ней. - У Гастона не было ни малейшего шанса. У меня уже был утешитель, - холодно сообщила Летиция. - Что вы все в нем находите? – с досадой бросил Леднер. - В Создателе?! – удивленно воскликнула госпожа Террел. - К кошкам Создателя! В Алве! Ведь это ты рассказала ему про Гастона. И что в нем такое, чего нет в других? - мужчина сделал шаг к ней и сумел-таки шпагой слегка уколоть ей руку. - Хотя бы то, что герцог Алва никогда не стал бы оскорблять женщину и обнажать против неё шпагу. Он человек чести, - высокомерно заявила женщина. Капитан расхохотался: - Человек Чести! Летиция не стала терять времени и бросила в него корзинку со снадобьями. Она попала в Леднера, но те пузырьки, на которые женщина так рассчитывала, не разбились. Хотя небольшого преимущества госпожа Террел все же достигла – капитан выронил шпагу. Та со звоном упала вниз. Мужчина грязно выругался, а Летиция, воспользовавшись его замешательством, бросилась наверх. К сожалению, запоры на дверях комнат отсутствовали, а окна были слишком высоко.

4

Впрочем, бегство не входило в её планы. Госпоже Террел всего лишь было надо, чтобы капитан не мог до неё быстро добраться. Летиция прекрасно понимала, что Леднер мог давно её схватить, если бы ему не захотелось немного развлечься. Честно говоря, на это она и делала ставку, отправляясь в специально поставленную для неё ловушку – мерзавец, чувствующий себя в безопасности, не откажется от удовольствия немного поиздеваться над беззащитной женщиной. Совсем беззащитной она не была. У неё был пистолет, но воспользоваться им следовало с осторожностью - малейшая ошибка, и она могла бы потерять все. Леднер опомнился быстро и бросился вслед за ней. Стремглав пролетев анфиладу комнат, госпожа Террел оказалась в большой зале с длинным обеденным столом в центре. Очевидно, когда-то за ним собиралась большая семья. Теперь при свете дня отчетливо стало видно, что дом лишь казался жилым. Судя по пыли на мебели, по паутине в углах комнат и отсутствию тех милых мелочей, которые придают любому жилищу очарование и уют, было понятно, что люди здесь не жили. - Второй этаж вам не поможет. А если вы будете благоразумны, то все закончится быстро, - проговорил Леднер. - Мне некуда торопиться! – женщина швырнула в него накидку. - Ах, ты… - слова, которые употребил мужчина, порядочным женщинам не полагалось знать. Леднер бросился к госпоже Террел, но она сумела отскочить в сторону и опрокинуть ему под ноги стул. Через стул мужчина перескочил легко. Теперь их разделял стол. Он шел за ней, она отступала. Летиции вдруг стало весело – словно в танце. Шаг в сторону, шаг назад, чуть отскочить, повернуться и обменяться парой слов. Словесная дуэль помогала побороть страх. Летиция неожиданно даже для самой себя рассмеялась. - Дура! Заткнись, а не то… - Как вы невежливы! Как беден ваш словарный запас, - Летиция и не подумала замолчать. – Что вы можете мне сделать, кроме как убить? - Убить можно по-разному. Если будешь нежной, умрешь быстро. Иди сюда! – поманил он её пальцем. - Я не спешу предстать перед Создателем. - Смерть может быть неприятной и долгой, - нехорошо посмотрел на неё Леднер. - В любом случае, она будет короче жизни, - отрезала Летиция, отскакивая в сторону. - Сумасшедшая! От любовника заразилась безумием, что ли? Может, покажешь, чему он тебя научил? - капитан остановился. Все равно женщине бежать было некуда. - Делиться опытом я не собираюсь, тем более с вами, - сообщила женщина. - Интересно, насколько герцог ценит свою подстилку, - задумчиво проговорил мужчина. – Что он за неё может предложить? - Вы собрались украсть его простыню? – невинным тоном поинтересовалась женщина. – Не знала, что вы увлекаетесь такими вещами. Неужели от гайифцев набрались? - Умолкни, тварь! Я имел в виду тебя, - Леднер бросился за ней снова. Она сумела отбежать вокруг стола. - Если вы и вам подобные - люди, то почетнее быть тварью. И лучше быть подстилкой у Рокэ Алвы, чем у того пожилого господина, которому вы так преданно служили, - госпожа Террел бросила свою фразу почти наугад и попала в цель. Леднер взбесился и даже не заметил, как она сумела перевернуть тяжелую напольную вазу. - Ошибаешься, тварь, я никогда не служил кансилльеру! Я сам … - Никогда не поверю, что вы действуете просто из желания сделать гадость ближнему. Так, значит, вам платит деньги павлин? Или вы получаете оплату иным образом? - улыбнулась Летиция. - Что низменная тварь может понимать в мотивах людей высшего порядка, - высокомерно заявил Леднер. – Я служу кесарии. - Согласна. Я слишком низко стою, чтобы понять того, кому предначертано взмыть вверх… с помощью веревки и перекладины, - рассмеялась она. Верно говорят, что гнев - плохой помощник. Вышедший из себя мужчина не видел ничего вокруг и налетел на заботливо опрокинутую ему под ноги вазу. Он пошатнулся, взмахнул руками, пытаясь удержаться на ногах, но не преуспел в этом. Вскочил Леднер быстро, но Летиции хватило времени, чтобы достать пистолет и взвести курок. - Промахнешься! – мужчина бросился к ней. Госпожа Террел промолчала. Время для неё будто застыло. Все вокруг словно тонуло в вязком мареве. Рука на миг дрогнула. Внезапно вспомнились те давние уроки герцога Алвы. Летиции послышался насмешливый голос, показалось, что его сильная рука легла поверх её и поправила прицел, а длинные пальцы в перстнях нажали на курок. Она не промахнулась. Пуля попала точно в цель. Плечо мужчины окрасилось красным, он пошатнулся и упал на пол с глухим стуком.

5

- Дора! Он вам ничего не сделал?! - в комнату вбежал Фелипе и бросился к ней. Как же вовремя! - Нет, Фелипе, - женщина устало прислонилась к столу. – Я его убила? Кэналлиец нагнулся над Леднером. - Нет, дора! Только ранили. Убить его? - Не стоит. Он еще пригодится. Перевяжи его, чтобы не истек кровью, и попробуй привести в чувство, - отдала распоряжения госпожа Террел. Фелипе сделал все, как она сказала. Капитан вскоре очнулся. Злобно посверкивая глазами, он начал им угрожать: - Вам так просто не сойдут с рук подобные вещи. Вы напали на офицера армии Талига! Летиция поморщилась: - Фелипе, я полагаю, ты хорошо расслышал, как этот офицер армии Талига сообщал, что он служит кесарии и угрожал меня убить? - Да, дора, я все слышал! – не моргнув глазом, солгал Фелипе. - Думаю, нашего свидетельства хватит для суда. Ведь сам же он признание не напишет, - вздохнула женщина, поудобнее устраиваясь на стуле. - Смотря как попросить, дора, - кэналлиец достал кинжал и провел пальцем по его кромке. - Вы не имеете права, - возмущенно заявил шпион. - Какие могут быть права у такого негодяя? - Фелипе подошел к нему ближе и, обернувшись к женщине, сказал: - Дора, вам лучше уйти. - Почему же?! Полагаю, это зрелище меня немного развлечет, - Летиция поправила порванную юбку. - Графиня, вы же женщина, - обратился к ней господин Леднер. – Как вы можете допустить такое?! - Просто, - ответила Летиция и, холодно улыбнувшись, посмотрела прямо в светлые глаза шпиона. Как может этот человек требовать снисхождения, когда такое творится с её страной? Как он может жить, когда Рокэ Алва столько времени провел в заточении и чудом остался жив? Как мерзкий шпион может надеяться на что-то?! Что Леднер прочитал в её глазах, она не знала, но он побледнел и отвел взор. Летиция кивнула Фелипе и прикрыла глаза… Впрочем, капитан не захотел мучиться и написал признание сразу. Дальнейшее госпожа Террел плохо помнила. Преступника сдали властям. Кто-то говорил нечто успокаивающее, кто-то хвалил за выдержку. Она отвечала. К счастью, Фелипе быстро избавил её от всех сочувствующих и любопытствующих и буквально на руках отнес домой. Встревоженная Хасинта, закутав дору в одеяло, отпаивала её подогретым вином, а Летиция все никак не могла согреться. Ночью ей снилось нечто мерзкое. А еще женщину мучил страх. Но боялась она не того, что её могли убить, а того, что готова была сама убивать и мучить. Ведь ей всегда было проще убежать, чем бороться, ей всегда было легче сдаться, чем причинить боль другому. Почему же сейчас она стала такой жестокой? Или просто тогда не за что было сражаться?