Исповедь лицемера

Подозрительный и недоверчивый взгляд кота, лежащего на краю постели, проводил меня к выходу из спальни. Часы показывали 5 утра. Я могла бы притворится, что решила взять себя в руки, и вступила в клуб тех, кто идёт к успеху, встаёт до рассвета, тратит всё свободное время на работу и самосовершенствование, а затем засыпает с чувством выполненного долга, но это была бы самая идеализированная ложь в моей жизни. Ответ на вопрос, каким образом мне удалось заставить себя так рано подняться с постели был довольно прост: я в неё и не ложилась. Глаза зудели от долгого сидения за компьютером, а документ оставался неотредактированным. Я злилась. Чертовски злилась на себя, редакторов, издателей и вселенную. Но моя злость ни к чему не приводила. И это злило меня ещё больше. Ник жалобно мяукнул, когда я громко хлопнула дверцей холодильника, бокалы протяжно зазвенели, а пробка отправилась в мусор. Холодный терпкий напиток коснулся губ, и я раздраженно выдохнула. После вчерашней ссоры с Эриком, у меня возникло чудовищное желание покинуть этот город, сбежать от всех его обитателей, скрыться от проблем и просто исчезнуть. Алкоголь, согревая, разносился по венам, а я наблюдала в окно за медленно оживающим городом. Первые несчастные выходили из домов, растерянно оглядываясь по сторонам в поисках смысла своей жизни и поступков. Сомневаюсь, что кто-либо из них мечтал о таком будущем в то время, когда главное проблемой было вырваться из дому погулять, незаметно пробраться пьяными домой среди ночи и скрыть от родителей запах табака изо рта. Уверена, тогда их амбиции в сто раз превышали реальное состояние дел. Но куда это всё девается, когда мы взрослеем? Почему взросление так ломает людей, неужели так и должно быть? Я отказывалась верить в это, делая очередной глоток сухого полусладкого с тонкими нотками ванили, сочетание, которое обычно удивляло всех, кого я угощала "Catena Alta" Chardonnay, выпускаемого в ограниченном количестве, но доставляло истинное удовольствие моим вкусовым рецепторам. Голубые глаза кота отблёскивали в полусумраке кухни, сам же он не решался подойти ближе. Иногда я поражалась тому, насколько тонко ему удаётся чувствовать перемены моего настроения и подстраивать под них своё поведение, складывалось ощущение, что он перенял ту же эмпатию по отношению ко мне, что и владелец его имени. Решение появилось в голове самостоятельно, мне даже не пришлось тщательно его обдумывать и взвешивать плюсы и минусы. Ник подошёл ко мне, заглядывая в глаза и давая понять, что его всё устраивает и он соглашается со мной. - Ну что, дружок, пора возвращаться домой? Пустой бокал на столе рядом с лепестками пионов, которые осыпались слишком рано, не успев достаточно порадовать меня своей красотой. Наблюдая, как очередной белоснежный лепесток опускается на кристально-чистую поверхность стола моей почти нетронутой кухни, я отправилась собирать вещи. *** Почему все говорят о сладостном томлении при возвращении в места, где ты вырос? Последние километры проходили до меня в ужасной тревоге и осознании, что, наверное, это решение было неправильным. Руки крепко сжимали руль, настолько, что казалось останутся следы, в голове звучал разговор с отцом, который очень обрадовался, что я приеду на каникулы, а вокруг была уже такая знакомая с детства местность, совсем не похожая на привычные бетонные стены большого мегаполиса. Въехав в пределы города, я замедлилась, просматривая во время движения окружающие улочки. Казалось, что время не подвластно над этим местом. Прошло пять лет с тех пор, как я была здесь в последний раз, к своему стыду даже не находя времени, чтобы навестить близких, а всё осталось ровно таким же, как я помню. В такие моменты время ощущается совсем по-другому. Жители больших городов привыкли двигаться на скорости во всех сферах своей жизни. «Чем быстрее, тем больше шансов на успех и счастье», - твердят все менторы на своих семинарах. «Спешите жить, не упускайте время, оно быстротечно», - и люди спешат, думая, что живут. Знали бы они, какое это огромное заблуждение. В погоне за чем-то призрачным в будущем, мы не успеваем замечать настоящего, и вся наша жизнь становиться жертвой этой скорости. И спустя какое-то время, мы находим себя, стоящими среди этих бетонных стен и понимающими, что бежать дальше некуда, а возвращаться уже поздно. И всё, что тогда остаётся, это развернуться и идти в другом направлении, но уже медленно и не спеша, придавая осмысленности каждому шагу и движению. Проезжая по улице, на которой раньше жил Ник, я неосознанно притормозила ещё больше, заглядывая в его двор в надежде увидеть знакомый силуэт, чему конечно же не суждено было случиться. Не могла же я тогда знать, что этот дом давно продан и в нём нашли свой укромный уголок абсолютно другие люди. Меня встретил знакомый лай. Кот испуганно съёжился на заднем сидении. Мне понадобилось несколько вдохов-выдохов на то, чтобы собраться с силами и выйти из машины. Кроссовки коснулись знакомого асфальта, на котором я сбивала колени столько раз, что и не сосчитать. Рано пришедшая весна уже подарила клумбе небольшие цветочные росточки, над которыми заботливо склонилась мама, не сразу осознав, что машина притормозила возле дома. Первую минуту она смотрела на меня не верящим взглядом, вероятно, не узнавая во мне своего ребёнка, что было неудивительно, ведь внешне я изменилась так же сильно, как и внутренне. Затем к ней пришло понимание и осознание, а к глазам сразу же нахлынула солёная жидкость. Мы сжимали друг друга в объятиях будто бы больше никогда не увидимся. Эта радость долгожданной встречи матери со своим ребёнком, которой посвящены сотни стихов и песен, материнская любовь бесценна и это та святая истинна, которую я никогда не подвергала опровержению ни в одной из своих работ. Руки отца накрыли наши объятия, и стало спокойно. Человек, который всегда внушал мне чувство безопасности и защищенности, мой главный защитник по жизни. Я разглядывала лица родителей также, как они моё. В отличие от неизменного города, они изменились. Время и возраст не жалели моих стариков, и сердце защемило от грусти и осознания, что однажды я их потеряю, и какая-то значимая часть меня будет погребена вместе с ними. Спустя час, наевшись маминой стряпни до тошноты, я буду пить ароматный чай из натуральных трав, сидя в кухне, повидавшей столько смеха и слёз, слышавшей кучу тайн, секретов и историй, и буду думать лишь о том, как же здесь хорошо. Возвращаясь в места, где мы жили ещё ребёнком, мы отчаянно ищем встречи с самим собой, прошлым и чистым. Страшно только то, что мы забываем, что мы уже далеко не те дети с амбициями размером с Титаник, мечтающие изменить мир вокруг, не задумываясь о цене подобных желаний. Мы уже далеко не дети, но тогда почему порой совершаем такие глупые детские поступки и мечтаем вернуться туда, где всё было так легко и просто? Ответа у меня не было, но мне бы хотелось его найти.