Дети с пятого кольца

Съехав по сточной трубе вниз, Рей огляделась. По другую сторону двухэтажки, которая оказалась очередным складом, простиралось широкое полотно грузового тракта. Обычно забитый до отказа большегрузами, сейчас тракт выглядел пустынно: прожекторы уже выключили, и рабочих не было видно. Люди давно разошлись по домам. Наверняка сидели в своих безопасных клетках, что называли квартирами, ужинали в кругу семьи. Рабочий день в Корусанте заканчивался за четыре часа до орошения, чтобы гражданские успели уйти с улиц. Лишь вдалеке маячили белые точки — штурмовики. Рей надеялась: они просто проверяют сохранность грузов, а не ищут её. Стоило об этом подумать, как мирные жёлтые фонари мигнули и сменили цвет на сигнальный красный. Не сдержавшись, Рей ругнулась. Задрав голову, она посмотрела на купол: тот по-прежнему отливал фиолетовым. Время ещё есть. Вопрос в том, как много его осталось. Сердце гулко билось в груди. Адреналин в крови мешал мыслить ясно, но если она верно сориентировалась, то на следующей развилке тракта должен быть спуск в канализационный коллектор. Рей рванула к нему, стараясь держаться ближе к цоколю зданий. Тень преследовал её, но она запретила себе оглядываться. Он определенно не пытался её убить, а значит, с ним можно разобраться позже. В относительной безопасности. Тракт разрезал мегаполис, как большой каньон разрезал пыльные пустоши. Высотки нависали над ним, словно хотели вытеснить, но не смогли и поэтому сплелись десятками пешеходных мостов, стараясь отвоевать всё оставшееся свободное пространство. Рей в своей светлой одежде чувствовала себя лёгкой мишенью. Любой часовой с жилых ярусов мог увидеть её, стоило ему посмотреть вниз. Гораздо правильнее было бы свернуть на одну из многочисленных улиц, что разветвлялись по бокам, жаль, времени на правильные поступки не осталось. Вдруг что-то с силой дёрнуло назад. Рей охнула, когда Тень прижал её к стене, зажав рот рукой. Грубая ткань его перчатки пропахла порохом. Он поднёс указательный палец к маске, в том месте, где под металлом, должно быть, были губы. «Тихо». И указал куда-то себе за спину. Рей протестующе замычала, попыталась лягнуть его, и в ту же секунду их ярко осветил луч прожектора. — Оставайтесь на месте! Повторяю: оставайтесь на месте! — донесся усиленный рупором голос. Ветра на третьем кольце не бывает — купол не пропускает, — но от страха Рей показалось, что её проморозила Биза*. Тень, с его широкими плечами, загораживал обзор, однако не мог перекрыть звуки. Рей отчётливо слышала в отдалении топот десятков сапог. Тень среагировал быстрее неё: схватил её за руку и потащил за собой. В обратную от коллектора сторону. Опомнившись, Рей упёрлась ногами в землю, пытаясь остановить его, но, похоже, остановить бур и то было бы легче. — Не туда, — возмутилась она, безуспешно пытаясь выдернуть руку из его мёртвой хватки. Группа штурмовиков пересекала тракт, с каждой потерянной секундой приближаясь всё ближе. Рей запоздало подумала, что их слишком много. Слишком много для поимки очередного мусорщика, пробравшегося на кольцо. Если только… если только они не узнали, что она взломала реестр. Тень обернулся, не сбавляя хода. — Туда, — Рей кивнула в сторону развилки, оставшейся позади. Что-то читалось у неё на лице, отчего Тень остановился. Переводя взгляд чёрных окуляров с неё на приближающихся штурмовиков и снова на неё, он как будто решал, что делать. Рей крайне пожалела об утерянном в подворотне ноже. Сейчас отчаянно хотелось пырнуть им Тень, чтобы тот перестал до боли сжимать её ладонь, и спастись. Если он хочет умереть от изнеможения на каторге, пожалуйста, она мешать не будет. Но ей жизнь дорога. Раздался приглушённый свист. Пуля распорола рукав её туники, поцарапав кожу. Это было близко. Рей отшатнулась больше от неожиданности, чем от боли, спрятавшись за Тенью, как за живым щитом. Тот наконец отпустил её и выхватил пистолет. Быстро прикинув, с какого расстояния выстрелили, Рей сделала два вывода: во-первых, стреляли по приборам, а значит, её глушилка сбивает им прицел; во-вторых, стреляли не на поражение. Шанс всё ещё есть. — За мной, — скомандовала она, рванув к уже видневшейся сливной решётке. Клубящийся над ней пар служил неплохим ориентиром. На удивление, Тень послушался. Рей сама не знала, зачем позвала его. Их бег сопровождала рваная трель выстрелов. Штурмовики стреляли в основном по ногам, явно пытаясь задержать, а не убить. К счастью, ни один не попал в цель. Стоит поблагодарить Финна за глушилку, если она вернётся сегодня в шахты. Качественная вещь. Подбежав к решётке, Рей схватилась за неё, силясь поднять. Разогретый металл будто весил тонну, не меньше, и даже не шелохнулся от её потуг. Тень вздёрнул Рей за шкирку на ноги, сунул ей пистолет и потянул сам — решётка поддалась, но не открылась. Рей пару раз стрельнула в ответ штурмовикам, чётко осознавая бессмысленность своих действий. Их слишком много. Если не удастся скрыться, всё кончено. Рыкнув от досады, она подставила беззащитную спину под пули и вместе с Тенью взялась за прутья. Совместными усилиями они смогли сдвинуть решётку и открыть проход. Трос остался висеть напротив хранилища, поэтому спрыгивать пришлось на удачу. Повезло, что в этой части города проходила малая труба, не слишком глубокая: всего лишь метра три в диаметре. И к вечеру всегда пересыхала. Рей приземлилась так, как учил Платт, — спружинила на согнутые ноги, помогая погасить скорость руками. Он называл это «по-кошачьи». Сама Рей видела кошек только на картинках и понятия не имела, как они приземляются. К моменту её рождения дикие кошки вымерли, а домашних могли себе позволить только жители первого кольца — Оазиса. Кольцо элиты, где, по слухам, до сих пор росли деревья. Труба встретила удушающей вонью химии. От этого кисло-горького запаха слезились глаза и першило в горле. Однако сейчас Рей была счастлива его вдыхать, ведь он означал безопасность. Ни один штурмовик не посмеет сунуться в сливы. Тень приземлился рядом с громким хлопком. Сверху перекрикивались, и Рей поспешила уйти подальше от люка. Если взять правее и идти по направлению к четвёртому кольцу, удастся выйти ровно к месту встречи с отрядом. Она давно не спускалась под третье кольцо, но наизусть знала каждое разветвление, каждый тупик и все возможные выходы. Пусть мегаполис по-прежнему оставался для неё лабиринтом, в канализации она смогла бы сориентироваться даже слепой. После многих лет обучения у Платта заросшие фосфоресцирующими грибами железные трубы казались роднее шахт, где мусорщики разбили лагерь. Рей до сих пор помнила, как испугалась, когда Платт впервые взял её с собой в сливы. По детской наивности она приняла светящиеся зелёным грибы за чудовищ: слишком уж жутко они выглядели, напоминали глаза, горящие в темноте. Платт тогда громко смеялся, даже не пытаясь успокоить её. После он объяснил, что грибы на самом деле полезны: помимо роли источника света, по ним можно определять, какие трубы во время орошения затапливает полностью, а в каких есть вариант спастись. Там, где колония нарастала до потолка, — выжить без шансов. Теперь Рей уже не пугалась, хотя точно знала: грибы самые настоящие чудовища. Только чудовища могут питаться химией, от которой разъедает кожу. Труба уходила глубже под землю. Температура воздуха неуклонно поднималась, кислорода становилось всё меньше. Рей вытерла выступивший на лбу пот, мысленно запретив себе доставать кислородный преобразователь. От свежего воздуха она опьянеет. Сначала надо скинуть хвост. Осталось немного, впереди уже слышался шум бегущего потока. Плавный изгиб вывел её к коллектору. В тусклом свечении грибов, гроздьями наросших на стенах, Рей осмотрела канал. Она каждый раз удивлялась его масштабности, как в первый. Арочный потолок был высотой с пыльную дюну, может, и больше, по бокам широкого туннеля оставались узкие вымостки, обрамляющие русло, по которому стремительно текло Нечто. Подземная река, так называл это Платт. Рей лишь вздыхала, смотря на уносящиеся вдаль тонны того, что выглядело как вода, когда-то было водой, но теперь водой не являлось. Химическое Нечто — вот цена благополучия колец. Ради своего процветания Корусант осушал последние подземные источники, отравлял химией воду, что с таким трудом добывали тысячи оказавшихся на трудовых каторгах бедолаг, и запускал получившийся яд в оросительную систему. С постройкой рва система стала относительно замкнутая, что сократило расход чистой воды, но всё равно требовала обновления раз в цикл. Президент Палпатин называл химию антибиотиками и уверял, что они — единственный возможный способ борьбы с последствиями солнечной радиации. Рей считала бесконечный прогон яда из канализации на поверхность и обратно глупостью большей, чем самые тупые решения По. А По мастер тупых решений. Правда, сегодня она могла бы посоревноваться с ним. Будет лучше, если По никогда не узнает о её ошибках. Рей перезарядила пистолет и резко развернулась, направляя дуло ровно в глазницу маски Тени. Палец лёг на спусковой крючок и замер. Замер и Тень. Он только вышел из трубы и оказался зажатым между железной стеной и оружием. Бежать ему некуда, только если в поток нырнуть. Рей сомневалась, что кто-то захочет умереть такой страшной смертью. Медленно, очень медленно Тень распрямился и поднял руки, показывая, что безоружен. Рей лишь хмыкнула, ни на песчинку ему не поверив. Он расправился с тем штурмовиком за считанные секунды. И пистолета у него тогда ещё не было. Кто знает, что распихано по карманам его странной одежды. На кольцах не носят такие плотные ткани. Тем более чёрные. Все знают, что чёрный цвет притягивает солнце. Тень опасен, вот в чём Рей не сомневалась. И от опасности нужно избавиться. Но духу спустить курок не хватало. Как бы ей ни было противно признавать, он спас её. Скорее всего, без его помощи она была бы уже мертва. Или, того хуже, на пути на каторгу. Может, прострелить ему ногу и убежать? — Ты — мусорщица. От механического голоса Тени Рей вздрогнула и плотнее перехватила пистолет. Сод ладони саднило. — Да, — подтвердила она, гордо вскинув голову. Пусть это не был вопрос, Рей не даст повода думать, что стесняется своего статуса. — А кто ты? Правая рука Тени показательно неспешно потянулась к маске. — Я — никто, — сказал он. Тень что-то нажал, и его черная с металлическими вставками маска зашипела и раскрылась. Он подцепил её и стянул с головы. Только теперь Рей поняла, что маска больше напоминала шлем. Рей опешила. Без маски Тень оказался молодым парнем. Возможно, даже её ровесником. Его узкое лицо было совершенно непримечательным. Встреть она кого-нибудь похожего на улице, прошла бы мимо и не заметила. Однако его взгляд… Рей уже видела такой раньше. С той же упрямой решительностью когда-то смотрел на неё Ункар Платт. Когда-то давно, до того, как подсел на энергетики. — Отведи меня к мусорщикам, — то ли попросил, то ли приказал Тень. Без искажения его голос звучал иначе. Более юным, менее строгим. Если бы он изначально говорил с ней без маски, Рей бы уже давно поняла, кто перед ней. Осмотрев Тень внимательнее, она заметила, насколько прямо он держит спину, как будто ему никогда не приходилось таскать тяжести, какая у него чистая светлая кожа. Ни одной язвы нет, даже маленькой. Только родинок целая россыпь. И… Рей мысленно выругалась. И какая аккуратная у него стрижка. Стрижка! Да перед ней изнеженный мальчик, которому ещё не довелось пройти распределение! Наверняка поругался с мамочкой и папочкой и сбежал из дома. Руки с пистолетом сами собой опустились. — Как тебя зовут? — спросила Рей. Тень нахмурился, не спеша отвечать. Ну точно. Теперь Рей понимала, почему он увязался за ней. Финн рассказывал, что на кольцах дети часто романтизируют жизнь мусорщиков. Они-то думают, что за рвом все живут в своё удовольствие. Ага, конечно. — Бен, — наконец ответил Тень. — Иди домой, Бен. Поток в устье ослабел, а значит, систему орошения уже подготавливали к запуску. Времени совсем не осталось. Рей отщелкнула затвор, поставила пистолет на предохранитель и убрала в рюкзак. Достав кислородный преобразователь, она надела его на лицо. Первые глотки чистого воздуха вскружили голову. После третьего кольца, с его повсеместными генераторами кислорода, спускаться под землю особенно тяжело. Слишком быстро привыкаешь дышать полной грудью. Ладно, осталось всего лишь пройти под четвёртым кольцом, пересечь ров, пыльные дюны, а там до шахт рукой подать. Уж в лагере она вновь сможет вдохнуть свободно. «Раз плюнуть», — подумала Рей, невесело ухмыльнувшись. Повернувшись спиной к Бену, она поспешила вперёд. Бояться городского мальчишку… Посчитать его опасным… Какой бред! — У меня нет дома, — донеслось позади. Бен пошёл следом. Рей только глаза закатила. — И пистолетом тебя вовсе не папочка пользоваться научил, — съязвила она. Бен ничего не ответил. Убедившись в своей правоте, Рей прибавила шагу, старательно обходя оставшиеся на вымостках лужи. Не хватало наступить и испортить последнюю обувь. Ноги сами находили дорогу, пока мысли постоянно возвращались к Бену. Судя по росту, он, скорее всего, сынок штурмовика. Поэтому и стрелять умеет, и убил столь легко. Рей так хладнокровно убивать не могла… Во сколько их там тренировать начинают? Кажется, на десятом цикле? Нехило его отец разозлил, раз Бен решился выстрелить в его сослуживца. Впрочем, плевать. Чужие драмы её не касались. Глубоко вдохнув, Рей застыла от осознания. Кислород! Она обернулась на Бена и увидела, что он спокойно шёл за ней, вновь надев шлем. Похоже, проблем с дыханием у него не было. Бен остановился, всем своим видом спрашивая: что? Рей отрицательно покачала головой и продолжила путь. Может, он не так уж и безнадёжен. Видимо, подготовился, раз раздобыл шлем с преобразователем. Наверняка ведь у родителей украл, где ещё он мог такую штуку достать. Кажется, нечто похожее Рей видела у монтажников. Наверное, мама Бена работала с оросительной системой. Интересно, кем работает Кира? Перед глазами встало лицо матери. Рей представить себе не могла, что смогло бы заставить её бросить свою семью. Если бы у неё была семья. Только… Могла семья Бена погибнуть? Рей сжала зубы, отгоняя непрошенные мысли. Ей должно быть совершенно всё равно. Если Бен так хочет, не сложно отвести его к Платту. В конце концов, лишние сильные руки в шахтах никогда не помешают. В случае чего Платт сам его убьёт.