Ведьма

Я встала очень поздно. Очевидно нервы. Сегодня день убийства бедного Шатова. Боже, мне нужно относиться к этому со спокойствием. Сколько людей я убила хоть и не собственными руками? Ох... Все равно, Шатов этого не заслуживает, но ради Петра я готова и убить. Насколько я знаю все будет проходить вечером, нужно подготовиться. Сегодня я буду не леди. Никаких юбок. Возможно мне придётся бежать. Так что сегодня брюки. И рубашка с пиджаком. Естественно перчатки. Шляпа. Причёску соберу в низкий пучок. И ботинки без каблука. Отлично. Я спустилась на кухню. - Доброе утро. Лизы дома нет. Как оказалось она уехала вчера к Ставрогину. О боже, она в гроб меня сведёт своими выходками. - Что нового? - спросила я у дворецкого. - Слышал что к Шатов у жена вернулась и ребёнка принесла. Он находится в счастии. Решил принять ребёнка как своего. Я опустила вниз глаза. Стало грустно и совестно. Зато умрёт счастливым. - Александр Львович, я скоро уезжаю, поможете мне собрать вещи? - Куда же вы собираетесь, Дарья Николаевна? - Далеко, очень далеко. Я буду скучать по вам. - Не представляете как я по вам буду скучать. Я вас считайте вырастил. А кто нибудь ещё знает что вы собираетесь отъехать? - Я хочу сделать это тайно. - Хотите сбежать? - Да. - Оставите матушку и госпожу Лизу? - Да. - Вы ради Пьера и на это готовы? - Откуда вы знаете?... - Милая госпожа, я знаю что такое любовь. Я не буду вас останавливать. Я поднялась наверх. Осталось дождаться вечера. Я немного приготовила вещей на всякий случай. Лизы что-то долго нет. Слышу шум. Я выхожу в зал и вижу Маврикия и Лизу. Мёртвую Лизу. Матушка хлопочет возле неё как квочка. Я села на ступеньки. Я смотрела на мёртвое тело некогда живой, жизнерадостный, прекрасной сестры. Маврикий нёс бред про то что он её не уберег, мать суетилась. Скоро должны приехать лекари. Незаметно с моих ресниц скатилась капля, что обожгла мою щеку. Так горько, так больно... Хочется кричать от боли, но я держусь. Это я её не уберегла. Как жестоки люди. Набросились на беззащитную девушку. Я сожгу весь этот чёртов город! За что они её так? Она просто глупая, влюблённая... Была... Я пошла к себе в кабинет и села там чтобы тихо поплакать. Вдруг слышу кто-то идёт. Знакомые шаги... Верховенский! Я быстро утерла слезы и села в уверенную позу. Он без стука зашёл в кабинет. - Пётр Степанович, где ваши манеры? Стук придумали ещё давно. - Дарья Николаевна, я как узнал, так сразу поспешил к вам подумав что вам тут грустно и одиноко. Он подошёл ко мне. - Вы плакали. - Нет, я не плакала. - Это было утверждение, у вас красные глаза. Я отвела взгляд. Он сел в кресло и подозвал меня к себе. - Подойдите сюда. Я подошла к нему и он усадил меня на свои колени, так что я могла положить голову ему на плечо. - Плачьте сколько хотите, я буду рядом. - В этом нет нужды... - Дарья Николаевна, скрывать свои чувства нету смысла, в любом случае нам с вами вместе жить и... Я хочу вас утешить, поддержать, а вы меня отталкиваете, скрывает свои чувства. Это ранит меня. Я прижалась к нему и обняла. Он обнял меня в ответ. - Простите меня... - сказала я тихо. - Я на вас никогда не смогу обидеться. - ответил Пьер. Я уткнулась ему в плечо. Аромат духов и кофе опьяняли мой разум. Но от чего-то мне захотелось плакать. По моей щеке опять потекла слеза, потом вторая. И вот я сижу и плачу в плечо Верховенского, пока он успокаиваю гладит меня то по голове, то по спине и приговаривает успокаивающие слова. - Петр Степанович, я вас не заслуживаю. - всхлипнув сказала я. - Не несите глупостей. - Я сделала вам так больно, почему вы простили меня? - Потому что я вас люблю. Я уткнулась опять ему в плечо. - А вы? Вы любите меня? - Вы прекрасно знаете ответ. - Я хочу чтобы вы его сказали глядя мне в глаза. Он поднял мою голову за подбородок и развернул её так чтобы наши взгляды пересекались. - Ответьте мне пожалуйста. Я посмотрела ему в глаза. - Я люблю вас. Очень сильно люблю. Он улыбнулся очень искренне и радостно. Пьер прижал меня к себе. - Я так счастлив... Так счастлив... Он уткнулся носом мне в волосы. - Ваш аромат дурманит меня. Он спокойно поцеловал меня в лоб. Мы посмотрели на время. Нужно идти. Я слезла с его колен и мы взявшись за руки пошли на преступление века.