Ведьма

Я встала сегодня очень рано. Вспомнив вчерашний день, я вся раскраснелась. Боже, это черт возьми слишком мило. Хотелось одновременно визжать от восторга и плакать от того что мне это нравится. Я переоделась в чёрное классическое платье. Оно было с пышной юбкой как сейчас принято носить у девушек, но верх напоминал пиджак. Я взяла перчатки и пошла завтракать. Сегодня я немного не так заплела волосы. Я сделала лёгкий низкий хвост. Вот именно лёгкий. Я его не затягивала. Некоторые пряди выбивались из причёски что мне очень нравилось. Я посмотрела на часы. 9:30. Интересно, как сейчас там мой женишок? Ай, ладно, пусть отдыхает. Может съездить к Ставрогину? Попрощаться, чаю попить. Всё таки друг детства. Обидно будет если не попрощаюсь. Ладно, отложим это дело до вечера. А пока, можно сходить прогуляться. Утренний воздух слишком прекрасен. Мои сапожки на каблуках весело шагали по дороге. Я купила себе конфет и припрятала их. День начался превосходно. Как вдруг... Много людей, словно стая пошли к губернаторскому дому. Я подняла листовку. Призыв к революции? Я увидела там также многих людей которых я знаю. Значит мне туда нужно. Я зашла и приметил Эркеля, Виргинского и других. И... Верховенского. Он мило чирикал с губернаторшей. Ну, думаю он не будет мне изменять. Надеюсь. Я отошла к окну. Этот плут меня даже не заметил. Шут гороховый. И тут в комнату ворвался губернатор, Верховенский как птичка улетел от жены губернатора и где-то взял гроздь винограда. Только тут он меня заметил. Пока Степан Трофимыч начал свое выступление, он подошёл ко мне. - Дарья Николаевна, давно вы тут? - Достаточно долго чтобы рассмотреть вас и губернаторшу. - Дарья Николаевна, вы умная девушка, вы же понимаете что я вас не обману. Он поднёс к моим губам виноградину. - Съешьте. Я взяла губами виноградину и сжевала. - Сладкий. - Дарья Николаевна, будь моя воля, я бы кормил вас так каждый день. - У вас будет время на то чтобы это вам надоело. - Мне это никогда не надоест. Он вновь поднёс к моим губам виноградину. На этот раз он решил меня подразнить и поднёс виноградину сначала к моим губам, потом к своим. - Пётр Степанович, люди смотрят. - А что нам эти люди? Я поднялась на цыпочки и понесла губы к винограду. В итоге я все таки его съела. - Ах, вы эгоистка, Дарья Николаевна! - Вся в вас, Пётр Степанович. - До меня вам ещё далеко. И тут вошёл Ставрогин. Начался большой концерт. Ставрогину выяснял отношения с Лизой и потом ушёл. Я пошла за ним, бросив Петра, сказав что хочу попрощаться. Я подошла к нему. - Не желаете провести время в компании прекрасной леди? - Ох, почту за честь. - Я пришла поговорить с вами в последний раз. - Это почему же? - Пьер ужасно ревнует. - сорвала я. - Он до сих пор помнит как вы его бросили? - Николя улыбнулся. - Ох, это дело молодости. Я была глупой, молодой. - Должен признать, вы тогда были красивой. Сколько джентельменов к вам приходили и вы всех отправляли от себя. - Очевидно недостаточно красивой чтобы понравиться вам. - Ох, сердцу не прикажешь Дарья Николаевна. Мы любим тех кто нас не любит... - И губим тех кто в нас влюблен. Я знаю. Я прекрасно это знаю. - Не хотите зайти на чай? Я могу показать вам последнюю коллекцию бабочек. - Вы до сих пор ими увлекаетесь? - Ну, вы я так понимаю не о бросили свое любимое чтение в дальний угол? - Конечно, нет что за глупости. - наигранно как в комедии сказала я. Мы оба рассмеялись. Дойдя до Ставрогину, мы зашли к нему в кабинет и распорядившись насчёт чая, Николай стал показывать свою гордость - бабочек. - А помните мы их вместе ловили? - Конечно помню. Я любила тихо подкрадываться к ним, брать... Только я их отпускала. Я не вы, я не мучала их. - Вы были тогда слишком мягки. Как я смотрю жизнь сделала вас закалённее. - Возможно. Поговорив немного о жизни я шла от Ставрогину. Жаль прощаться с ним, но мне пора. Я так понимаю скоро убийство Шатова. Я не хочу этого делать. Но не могу ничего сделать чтобы его предотвратить. На большое изменение памяти, особенно на такое яркое событие может уйти немало сил. Я уже думала о том что можно было оставить Шатова в живых и просто подделать мысли Верховенского. Но мне не хватит сил на это. Я шла по улице и узнала что горит дом Лебядкиных. Жаль Хромоножку. По любому умерла. Я вернулась домой. Налила чаю. И тут ко мне врывается Верховенский, радостно потопывая ногами. - Вы идёте в счастии, случилось что-то хорошее? - Да, завтра наконец-то мы осуществил нашу задумку! - А я так хотела попить чай в спокойствии и тишине. - Я вам мешаю? - расстроился Верховенский. - Нет, не мешаете. Садитесь. Он сел рядом со мной на диванчик и приобняв положил голову мне на плечо. - Я так долго ждал этого момента. Так долго ждал... И случилось то чего я даже представить себе не мог. Вы осчастливили меня. Я так рад... Я даже мечтать об этом не мог... Я погладила Пьера по голове. Было ощущение что он замурчит. Я убрала руку. - Нет-нет, умоляю продолжайте. Я вновь погладила его по голове. Я начала перебирать его волосы. Он довольный сидел тихо-тихо. Я убрала руку. - Ох, Дарья Николаевна, у вас волшебные руки. И тут он будто вспомнил что-то. - Дарья Николаевна, слушайте. Вот вчера мы с вами разговаривали, я помню что признался в любви. Как будто под гипнозом. Вы использовали на мне что-то? - его голос стал строгим. - Нет. - ответила я. Врать я умею. - Поверю на слово. Он лёг ко мне на колени. Я погладила его по голове. - Вы же мой хороший... Мой милый Пьер... - Кто вы и куда дели Дарью Николаевну? - Я что не могу вас похвалить? - Простите, просто это так... Непривычно. Но мне нравится. Мы вскоре разошлись. Время позднее. Нужно спать. Мне не спалось. До поздней ночи я проворочалась, но все таки уснула.