Башня в 13 этажей.

      Я проснулся на следующий день. Как только я поставил чайник и приготовил себе небольшой завтрак, ко мне постучали в дверь. Это оказался какой-то мужчина средних лет в кепке и форме, видимо, предназначенной для уборки. Это тот, кто ухаживал за моим домом, пока меня не было?       — Здравствуйте, — сказал я и протянул руку.       — Да. Здравствуйте. Обычно я прихожу сюда в этот день недели. Просто решил поприветствовать того, за чьим домом ухаживал всё время, пока Вас не было.       — Ой, как неловко. Надеюсь, Вам не было сложно.       — Да нет, у вас тут делать особого нечего было, максимум — меняли плитки и небольшой ремонт по части сантехники делали. Меньшее, что можно сделать для героя вроде Вас.       — Я не… считаю себя героем. Я считаю, что я не так уж и много сделал для нашей победы.       — Ваш вклад оказался гораздо более значительным, чем Вы думаете. Наш мир теперь так поменялся благодаря, казалось бы, такой мелочи, которую Вы считаете неважной.       — Вы, может быть, правы. Мне как-то отблагодарить Вас за то, что Вы следили за моим домом? Может, сядете, позавтракаете, я Вас угощу?       — Нет, спасибо, у меня дел много. До свидания! И не печальтесь. Многие очень Вас уважают.       Он ушёл, я закрыл за ним дверь и пошёл завтракать. Я обдумывал то, что видел вчера. С одной стороны, разумеется, это интересно. Это поможет мне узнать больше о том, что случилось за всё это время. С другой стороны, вдруг вся эта запись не имеет особой ценности и всё, что будет на ней, это повторяющиеся рабочие дни? Нет, я всё же должен узнать… Эта маска отличается от остальных. Значит, в ней может быть что-то ценное. И я найду это.       Я достаю из укромного места маску, прикасаюсь к ней. До сих пор не разряжена. Значит, можно смотреть, не надевая. Я беру «экранчик» в руки и смотрю запись с того же места. Мне пришлось промотать где-то полтора часа монотонного копания в бумажках. Вдруг неожиданно и так же резко, как утром, он встал, взял несколько листов и направился к двери. Интересно… Он спустился вниз, к коридорчикам, и вошёл в самую дальнюю дверь левого от статуи коридора. Кабинеты у входа оказались очень похожими на обычные по своей структуре, то есть, они нормального размера.       — Ну что, уважаемые коллеги, у меня для вас новая работа! Соберите эти материалы и потом привезите их на Холст. На этот раз будет кое-что новенькое, — с приподнятым настроением сказал только что вошедший и протянул этот план сидящему у окна.       Один из сидевших в кабинете, судя по всему, механиков, взял листок и с выражением на лице, похожим на что-то среднее между брезгливостью и бессилием, обратился к коллегам:       — Гляньте-ка, какой ужас. Это что такое надо сделать, чтоб заслужить такое?       — Да там статья нарушенная написана, вот, сверху. Не видно что ли? В общем, я все равно считаю, что это заслуженно. Так что давайте, делайте, без вопросов, я скоро вернусь.       Так просто вмешался в диалог, высказал своё и ушёл? М-да уж, наглости ему не занимать. Затем наш наглец направился к другой двери, которая отличалась от остальных. На ней виднеется табличка с мило нарисованным львом. То есть, такой простенький рисунок для детей. Под табличкой надпись «ЗООПАРК» вырезанными, разноцветными буквами. Зоопарк? Здесь? Он открывает дверь и входит в довольно тёмное помещение.

Интересно, как он отреагирует? Если опять что-то скучное и привычное, то будет немного досадно. Впрочем, нет ничего плохого в предсказуемости реакции.

      Наконец, он оказывается у какой-то клетки и вглядывается в темноту. С моей стороны (звук из маски не создаёт эффекта личного присутствия, будто это говорю я, даже когда я надеваю её; звук из экранчика и звук в реальности довольно просто отличить по его качеству и источнику) раздалось:       — Ну здравствуй. Я не принёс поесть, ты уже недавно свой обед получил. Я по другому делу. Сейчас будешь говорить и реагировать честно, твоя мнимая гордость в твоём положении не имеет смысла и крайне неуместна. Понял?       В темноте кто-то несколько оскалился, но кивнул, хватка на железных прутьях ослабла. Стоп. Лицо и руки человеческие. Что человек делает в «зоопарке»?       — Так вот. Тебе не объявляли раньше, но торжественный день уже завтра. Дело в том, что в процессе рассмотрения твоей апелляции мы нашли ещё больше доказательств твоей виновности. Так что спасибо, а то ещё оставались вопросы, которые тогда не смогли быть решены. Но теперь мы точно уверены. Мы уже начали работать над программой твоего праздничного подарка. Я уверяю, он тебе понравится.       Пленник явно занервничал после этих слов и понуро опустил голову, руки на прутьях поползли вниз.       — Ты… Как ты можешь называть это так…как праздник… Как что-то нормальное, как какую-то формальность… Будто ты решил сотрудника с днём рождения поздравить… Имей хоть каплю уважения к человеку, зная, что меня ждёт. Многие заслуживают нормального отношения на по…       — Что ты сказал? Уважения? К тебе? Ты забыл, что ты сделал и где сейчас сидишь? Я напомню. Ты в «зоопарке», и обычно я люблю животных, но ты человек, опустившийся до животного, и я не вижу смысла уважать тебя и всех тебе подобных. Разговор окончен.       Он развернулся и ушёл прочь. За его спиной начались раздаваться удары о железные прутья клетки.       — Осторожней, ты же не хочешь пораниться? Чем более целый придёшь на праздник, тем лучше. Эй, охрана, утихомирьте нашу скотину, — затем повернулся к заключённому. — Сладких снов! Увидимся на празднике.       Отойдя от «зоопарка», его смотритель направился к кулеру, и тут только что-то немного пригорюнился.

Вот блин, не спросил, что он думает о том, что я для него приготовил. Ну ладно. Пусть это останется сюрпризом. Кстати, уже обеденный перерыв, отправлюсь-ка я перекусить. Хорошо, что додумались сделать отдельную столовую для Судебного Отдела, чтобы не пришлось далеко отходить от рабочего места.

      Ну и глупость. У кого вообще возникают такие мысли? Будто я играю в старенький point and click — квест. Ладно, обратно к делу. И… Удивительно, но столовой оказалась небольшая дверь сбоку от входа в зал суда. Если смотреть из лифта, то её можно даже не заметить на фоне этой громадины. В общем, когда он пришёл туда, то там было не очень многолюдно, учитывая то, что работников в Отделе по идее должно быть много. Может, кто-то предпочитает отправляться на другой этаж, где ассортимента и пространства больше? Он заказал простенький обед, в него входили ягодный компот, рисовая каша, рыбная котлета и несколько сырников с малиновым вареньем. Простенько, учитывая, что тут есть такие деликатесы, как илонифийские креветки, салат с печенью аклуши́бнского быка и коктейль из ирбюльки́нтных фруктов. Затем занял место в очереди, но его попытались обслужить раньше тех, кто стоял перед ним.       — Возмутительно! Почему Вы проигнорировали тех стажёров, что стояли в очереди передо мной? — скрестил руки на груди, судя по всему, подкрепив свои слова осуждающим взглядом.       — Я… Эээ… Ну Вы же как бы важнее… По должности… Вы в приоритете…       — Я не тот, кто станет требовать к себе исключительного отношения за свой статус. Примите этих ребят в порядке очереди.       — Кхм. Ну ладно. Как хотите.       После она начала принимать заказ у тех, кто стоял впереди. Молодые сотрудники похвалили того, кто оказался от своего исключительного права, на что тот ответил: «Ничего! Всё ради молодых. Надеюсь, в будущем вы станете такими же настойчивыми, когда дело касается справедливости.» «Эээ… Да. Спасибо…» — прозвучало с их стороны. Затем, когда очередь дошла до него, он спокойно назвал то, что заказывал, будто ничего и не было, хотя работница столовой выглядела немного удручённой.       Когда всё, наконец, было готово, он аккуратно сел за стол и как-то неловко принялся есть. В целом, я только заметил, что до этого движения его были довольно резкие. Тут же он делал множество лишних движений, явно о чём-то волнуясь. Возможно, он по натуре своей человек не очень аккуратный в мелочах, и боится сделать что-то не так. Может, уже случалось такое, когда его неловкость чем-то подвела его, и он теперь тщательно себя контролирует. Пытается нормально расположить всё на столе, стелит кухонное полотенце себе на колени, очень сосредоточён, пока ест и делает движения руками. Когда же закончил с блюдами и компотом, судорожно начал расставлять всё на поднос, чтобы отнести на нём посуду. Пока собирал, уронил несколько салфеток на пол, быстро поднял их, сразу же, как они оказались на земле и собрал в мешочек для мусора. Я чувствую его напряжение даже через экран. Он относит поднос к посудомойщице, несмотря на то, что остальные просто оставляют поднос на столе. Его поблагодарили, но позже буркнули себе под нос «могли бы и там оставить». Он моет руки там же, в столовой и затем передо мной появляется надпись, отличительной чертой которой является гораздо больший размер шрифта, чем для остальных «мыслей».

ПОРА ОТПРАВЛЯТЬСЯ К ХОЛСТУ.

      Ещё более стремительными чем обычно шагами почти бежит к лифту и спускается на первый этаж, затем вовсе выходит из Башни и сворачивает на небольшую ограждённую территорию за ней. До моря вовсе недалеко! Когда он оказался там, немного в стороне в ожидании стояла бригада механиков с мрачными лицами. Направляется к ним с распростёртыми руками.       — Хэ-хэй! Снова здравствуйте, коллеги. Давайте сразу к делу. Работы немного, до вечера успеем. Я пока буду вам помогать. Вот план конструкции. Давайте сделаем на славу, праздник уже завтра. Не подведите! И так, сначала опоры, затем дальше по списку, делаете этот механизм, туда вставляете лезвия, там вешаете крючки… Попрочнее, он довольно-таки здоровый и тяжёлый, но я уже всё рассчитал! Идейная часть, так сказать, на мне, я оплошать не могу…       — Помедленней, блин… На радостях будто вообще на своей волне говоришь, слова не различить, — перебил его один из механиков.       — Хорошо-хорошо. Повторю, и ещё не раз. Вот вам чертежи, так должно быть попроще. Если новенькие не знают, то я эти планы делаю как инструкции для собирания лего, то есть, сначала собираете одно, потом страницу переворачиваете…       — Инструкции для собирания чего?       — Проехали.       Следующие 3 часа они провели за сборкой непонятного сооружения. Разработавший план периодически бегал по месту для стройки и давал коррективы, как что именно нужно делать, иногда очень даже навязчиво. Когда всё было готово, я даже не понял, для чего оно предназначено. Как будто для какого-то рискованного циркового номера.       — Вот! Всё! Всё идеально! Прямо как я и хотел! Молодцы, ребята, не зря вам деньги платят. Приезжайте завтра утром, поможете транспортировать, а пока пусть тут, под брезентом стоит.       — Было бы чему так радоваться, — вздохнув, высказался один из приехавшей бригады, переговариваясь с другим. Затем все разошлись, бригада уехала куда-то на грузовике, а наш граждански активный господин отправился на свой пост, снова занимаясь своей работой. Когда часы пробили 20 часов, он вышел, запер кабинет и разнёс какие-то конверты по другим кабинетам, затем спустился сам на первый этаж и вместе со всей гурьбой отправляющихся домой трудящихся Башни отправился на выход. Чтобы вернуться домой, он сел в такой же вагончик, что и утром, но он был уже больше наполнен. Но из пассажиров никто не стоял. Как только все места были заняты, водитель отправляется, и долго ждать следующего транспорта не приходится. С ним тут проблем нет, быстрому вагончику нужно не больше 15 минут, чтобы охватить весь жилой район. «Ксалния» превратилась в такой небольшой городок, где Башня была главной достопримечательностью и важным субъектом в этой области страны. По некоторым делам сюда приезжают даже с другого конца материка. Несмотря на то что Ксалния стала побольше, превратившись в город, её население особо никуда не делось, лишь малая часть разъехалась. Бывшая ПТР разумеется, центр нового государства, и много кто хочет там жить, а Ксалния… Ничего важного, кроме Башни, нет. Думаю, в нашем городе даже 10 тысяч жителей не наберётся. Да и загадочная изолированная территория недалеко, наверняка из-за этого не всякий хочет тут задерживаться.       Отработавший сошёл на остановке и потопал к своему (если действительно можно назвать его своим) жилищу. Осторожно открывает дверь, но уже не так сильно заботится о том, чтоб уйти незамеченным. Вдруг его окликнул знакомый женский голос.       — Здравствуйте! А к В…       — Ах, точно, я же дома. Добрый вечер, — резко обернулся он и всплеснул руками, как будто проснулся из какой-то дрёмы и на него резко накатило какое-то осознание.       — Хахахахаха! Это что сейчас было? Что за актёрские экспрессии? — раздался громкий, разрывающий тишину, но при этом явно беззлобный смех. — Кхм, простите. Я хотела сказать, что к Вам гости. Ждут в вашей комнате.       — Хорошо, спасибо что оповестили. Сейчас встречу их. Надеюсь, Вы их голодными не оставили.       — Разумеется, Вы меня за кого принимаете?       — Это так, фигура речи. В общем, спасибо ещё раз.       Он пошёл дальше, к лестнице на третий этаж, но за спиной, на кухне, услышал смешок: «оповестили, ха-ха-хааа! Ну и ужас!»

Сделаю вид, что не слышал этого.

      Он прошёл на третий этаж, довольно-таки резко дёрнул дверь. Пред собой он увидел своих двух приятелей, один из которых развалился на стуле и пил чай, а другая лежала на кровати, свесив с неё голову и уперевшись ногами в стену.       — А я уж думал, не придёте сегодня. Рад вас видеть. Вы обычно по четвергам приходите, а в этот не пришли.       — Здравствуй, прости, дела были, — первым отозвался тот, сидящий на стуле. Пожалуй, в его случае даже не нужно гадать о том, каков смертный грех этого человека — всё налицо, — но сегодня пришли потому что без тебя не то.       — Ну-ну, я не обязываю же, я не хочу портить вашу идиллию. Небось, она тебя затаскала по разным интересным местам?       — Да ничего, я сам не против, если на одном месте сидеть, то можно повторить судьбу этого… ну из книги, которую ты мне посоветовал, там кто-то ленился и в конце умер от этого.       — ДА КАК МОЖНО ТАКУЮ ПРОСТУЮ ФАМИЛИЮ НЕ ЗАПОМНИТЬ?! ЭХ ТЫ! — послышалось сбоку.       — Не стоит так критично, в конце концов это я по земной культуре, а вам новенькое что-то более интересно. Расскажите, — он присел на подоконник и окинул их взглядом, — как у вас дела. Мне интересно слушать ваши истории.       Кстати о гостях. Под стать нашему виду, выглядят они необычно, но при этом гармонично. Тот, что на стуле, с глазами лимонного оттенка и тёмно-алыми прямыми волосами, немного растрёпанными и доходящими ему до ушей, он был даже немного похож на ёжика. Большие, немного потупившиеся глаза и в целом всё в нём выражают безмятежность и мечтательность, однако они занимают не всё место в его душе. Тот, кто умеет хорошо «читать» лица, заметит внутри него какую-то частичку необъяснимого гнева, непонятно на что, непонятно, как давно и непонятно зачем. Одет он был в просторную серую кофту и тёмно-синий балахон старого образца. Был бы он чуть длиннее, и, я уверен, часть его тащилась бы по полу за владельцем. На ногах тёплые длинные носки. Его подруга же, наоборот, была одета в яркие цвета, и сама по себе была более цветной. Рыжие волосы, красные зрачки, широкая улыбка, румяные щёки и слегка прищуренные хитрые глаза. На шее небольшая татуировка в виде цветка розы, чёрная блузка, которую так же украшали тёмно-красные мазки. На ногах удобные синие джинсы и короткие, белые носки. Голос этих двоих я бы описал так. У пьющего чай был тихий, тянущий слова голос, не выделяющий ничего интонацией и затихающий со временем. Но, наверное, его окружение привыкло и понимает, что он хочет сказать. У свисающей вниз головой тон был высокий, очень громкий и чёткий. С таким можно легко лекции на большие аудитории читать. Если она кого-то перебьёт, то она его уже не услышит. Ха, а тому, кто дружит с ними обоими, приходится находиться меж двух крайностей.       — МЫ ЕЗДИЛИ В ГЛАВНЫЙ КИНОТЕАТР, В БЫВШЕМ ПТР! ПРЯМ ТРИ ФИЛЬМА ПОДРЯД ПОСМОТРЕЛИ, КОТОРЫЕ СЕЙЧАС ПОПУЛЯРНЫ. ЖЕСТЬ, КАК ЖЕ МЫ ДАЛЕКО УШЛИ ОТ КАЧЕСТВА ФИЛЬМОВ, КОТОРЫЕ СНИМАЛИ ЛЮДИШКИ НА ЗЕМЛЕ, СПАСИБО, ЧТО ПОКАЗАЛ НЕКОТОРЫЕ ДЛЯ СРАВНЕНИЯ, БРАТАН.       — Кхм, спасибо, — ответил он с маленькой ноткой недовольства в голосе.       — КОРОЧЕ, ПЕРВЫЙ ФИЛЬМ БЫЛ ПРО ИНОПЛАНЕТЯНИНА, КОТОРЫЙ ПУТЕШЕСТВУЕТ ПО НАШЕЙ ПЛАНЕТЕ И ИЩЕТ КАК БЫ ВНЕДРИТЬСЯ В НАШЕ ОБЩЕСТВО, НО У НЕГО НЕ ВЫХОДИТ И ОН РЕШАЕТ СТАТЬ ОТШЕЛЬНИКОМ. Я САМА ФИЛЬМ НЕ ОЧЕНЬ ПОНЯЛА, ПО ПОИСКУ «ГЛУБОКЕХ СМЫСЛАФ» У НАС ТЫ, РАБОТЯГА.       — Там такие красивые виды на природу.       — ПОТОМ БОЕВИЧЕК, ВОТ ЭТО ПО МНЕ, ТАМ РАЗРЫВ БОШКИ, ВООБЩЕ ТАМ ГРЕК ВЕРНУЛСЯ ИЗ ПРОШЛОГО В НАШ МИР И НАЧАЛ ДЕТЕЙ ПО-СВОЕМУ ВОСПИТЫВАТЬ И ЗЕМЛЯНЕ ПРОТИВ НЕГО ВОССТАЛИ И НАЧАЛАСЬ РЕЗНЯ!       — Как вы вообще смотрите такие фильмы с кучей насилия? Я не понимаю там же всё одно и то же.       — А ТРЕТИЙ ФИЛЬМ ТАКОЙ КАК РАССЛАБЛЕНИЕ НУАРЧИК ДЕТЕКТИВНЫЙ ЛЁГКИЙ ДУМАЮ ТЕБЕ ЗАШЛО БЫ.       — не думаю он же загадки посложнее любит       — ХА-ХА, ТОНКО ПОДМЕЧЕНО! ТАМ КОРОЧЕ ИНСПЕКТОР ТАКОЙ ИЗ СЕБЯ КРУТОЙ ЗАГАДОЧНЫЙ ВЕСЬ ГОНЯЕТСЯ ЗА ПРЕСТУПНИКОМ, КОТОРЫЙ ОБКРАДЫВАЕТ ЛЮДЕЙ И ПОТОМ ЗАСТАВЛЯЕТ ИХ ЗАБЫТЬ О ФАКТЕ ИХ ОГРАБЛЕНИЯ       — А, я уже посмотрел этот фильм. Идея интересная, но на деле вышло так себе.       — И КОРОЧЕ ПРЕСТУПНИК ОКАЗАЛСЯ ЖЕНЩИНОЙ В ТАКОМ НАРЯДЕ СТИЛЬНОМ Я БЫ ТОЖЕ ТАКОЙ ХОТЕЛА, ОЙ, ТО ЕСТЬ, ОКАЗАЛАСЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ВОПЛОЩЕНИЕМ БОГИНИ ЛЮБВИ И ОН ВЛЮБИЛСЯ В НЕЁ И ТАМ ДАЖЕ КРАСКИ ИЗ ЧЁРНО-БЕЛЫХ В БОЛЕЕ ТЁПЛЫЕ ПЕРЕШЛИ КОРОЧЕ ЖЕСТЬ.       — При мысли о том, какие романтические моменты там были, становится неловко…       — НИЧЕГО, СТЕСНЯШКА, Я ТАКОЙ ЖЕ КОСТЮМ СДЕЛАЮ И ДОМА МЫ ИХ ПОВТОРИМ, — она хихикнула, собеседник её даже чуть побледнел.       — Благо, один напарник из его участка вернул его к реальности и они изгнали преступницу и вернули большую часть украденного. Это правильно, но концовка оказалась какой-то скомканной.       — ДА, БЛИН, ЭТО ВООБЩЕ ЛИШНИМ БЫЛО! ЗАЧЕМ ВСЁ ТАК… ПО-МОРАЛИСТСКИ. Я СРАЗУ ПРО ТЕБЯ ВСПОМНИЛА, КОГДА ЭТО НА ЭКРАНЕ ПРОИСХОДИЛО. МОГЛИ БЫ ХОТЬ РАЗ КАК-ТО ПО-ОРИГИНАЛЬНОМУ ЗАВЕРШИТЬ, НО НЕТ ЖЕ…       — По оригинальности больше земной кинематограф.       — НЕ-НЕ-НЕ, Я ТАКУЮ БУРДУ БОЛЬШЕ СМОТРЕТЬ НЕ БУДУ. ОЙ, КСТАТИ, А ЧТО У ТЕБЯ НОВЕНЬКОГО, РАССКАЖИ. А ТО ВСЁ СЛУШАЕШЬ И СЛУШАЕШЬ, О СЕБЕ НЕ ГОВОРИШЬ.       — Моя жизнь — работа. Но и у меня есть новость. Приходите завтра на праздник. На этот раз будет кое-что новенькое.       Когда он сказал это, то друг его уткнулся в чайную кружку, а подруга его, наоборот, взбодрилась.       — НОВЕНЬКОЕ, ГОВОРИШЬ? ХОРОШО, МЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПРИДЁМ. ХОТЕЛИ БЫ У ТЕБЯ ТУТ ПЕРЕНОЧЕВАТЬ, НО У ТЕБЯ НЕГДЕ. БРО, У ТЕБЯ Ж ДЕНЕГ НЕМЕРЕНО, ЗАЧЕМ ТЫ В ТАКОЙ МАЛЕНЬКОЙ КОМНАТУШКЕ ЖИВЁШЬ? ДАВНО БЫ МОГ СЕБЕ СОЛИДНЫЙ ОСОБНЯК В ЦЕНТРЕ КУПИТЬ.       — Да, считаю, это хорошая идея, там красиво.       — Я считаю показушным и эгоистичным государственному деятелю жить в таком помещении.       — ХА, НУ СМОТРИ, МОЖЕТ, ПЕРЕДУМАЕШЬ! ДО ЗАВТРА! ТЫ, ПОШЛИ, НЕ ЗАБУДЬ КРУЖКУ ОБРАТНО ХОЗЯЙКЕ ОТДАТЬ!       — Да, сам знаю.       — Пока-пока, и спокойной ночи.       Он закрыл за собой дверь, где-то через полчаса поужинал тем, что приготовила хозяйка, вместе с другими жильцами, почитал какой-то свод правил и лёг спать. Пока что я решил отложить маску обратно. Хм, а тот, за кем я смотрю, не такой уж и простой человек, оказывается. Посмотрим, что это будет за праздник. У меня возникает при этих словах только ужасное предчувствие.