Цвет моей жизни

      Тайлер все же радует нас относительно положительными новостями: их слежка за магазинчиком Эльзы приносит результаты и уже есть достаточно доказательств для ареста, который хотят провести за поимкой с поличным.       - Есть только одна проблема – нужна подставная жертва. Новым клиентам она вряд ли доверится. Так что нужен кто-то из ее нынешних клиентов. Но, как вы понимаете, на контакт они несильно идут. – Тайлер присаживается на край стола, напротив нас. – Я хотел попросить вас поговорить с Ричардом.       - Мне не особо хочется, чтобы мой муж подставлялся в таком деле. Если информация о том, что он покупал наркотики, просочиться куда-либо – это нанесет большой удар по его репутации, по его карьере. Пускай даже он якобы понарошку покупает их. СМИ из этого могут раздуть такие сплетни.       - Рит, я понимаю, чего ты опасаешься. Но и ты пойми. Сейчас, в этом деле, нужно действовать быстро. Эльза уже начинает что-то подозревать. Она в любой момент может просто взять и сбежать. Нам нужно следовать по горячим следом, ловить ее прямо сейчас. У нас нет времени на то, чтобы внедрять агента. Уже есть человек, который знает их систему.       - Погоди. – я встаю, подходя к Тайлеру. – Но Эльза вряд ли будет ему доверять. Когда мы с ней прощались, я четко дала ей понять, чтобы она больше не связывалась с Ричардом.       - Ты сказала, чтобы больше она не связывалась. Но не говорила, чтобы он не ходил. Это может сработать. Если она действительно подсадила его на что-то. Когда он возвращается? – Тайлер переводит взгляд вновь на Риту.       - Я точно не знаю. Ричард не говорил конкретных дат. Но вроде как в ближайшие дни. Он сказал, что напишет мне в день, когда прилетит. – Рита достает телефон. – А если он еще решил задержаться в том санатории? Если он не приедет в ближайшие две недели?       - С ним точно никак нельзя связаться?       - Нет. Никак. У них забирают телефоны. Там обрывают вообще любые способы связи. Даже письмо написать нельзя. – Рита тяжело вздыхает, смотря на фотографию мужа на экране телефона. И в этот же момент ей приходит сообщение от него.       - Прилетел! – Рита вскакивает, радостно запищав и подпрыгивая на месте. Она несколько раз целует экран, после смотря на меня. – Ди, одолжи свою машину. Ну или подвези меня. Нужно забрать его из аэропорта.       Я хочу уже просто достать ключи и отдать подруге, но ко мне подходит Макс и останавливает.       - Отвези ее сама. Все равно мне нужно поговорить с Тайлером наедине. – она слабо улыбается. Эта улыбка немного напрягает меня.       - Почему мне кажется, что мне лучше остаться и поддержать тебя? – я беру Макс за руку и заглядываю ей в глаза. Не сразу, но она все же отвечает.       - Хорошо. Наверное, ты права. Останься. – она кивает и переводит взгляд на Риту.       - Чтобы потом мне все рассказали. Понятно? – Рита забирает у меня ключи и быстро уходит.       - И о чем таком ты хочешь со мной поговорить? – Тайлер садится за стол и показывает на стул рядом. Макс сразу присаживается. Я же встаю у нее за спиной, положив ладони ей на плечи.       - Ты не мог бы мне помочь. К кому лучше обратиться? Я слышала о такой услуге, как тайна рождения или тайна усыновления. В общем, как-то можно скрыть тот факт, что именно я родила этого ребенка. И сделать так, чтобы никто не знал, куда она попадет. Я не хочу, чтобы эта малышка попала ни в семью Джейка, ни к моим родителям. Я в целом не хочу, чтобы она как-то еще появлялась в моей жизни.       Я, как и Тайлер, удивлена подобной просьбе. Мы переглядываемся с ним. Я присаживаюсь на стул напротив Макс и беру ее за руки.       - Да... я слышал, что ты отказалась от нее. – Тайлер откидывается на спинку стула. – Я не святой отец, чтобы читать тебе морали. И сам знаю несколько девушек, которые отказывались так от своих детей. Твой случай не первый, когда рожают от насильника. Но ты уверена, что хочешь вот так категорично вычеркнуть ее из своей жизни?       - Эта малышка лишнее напоминание о случившемся, которое мне не нужно. Я абсолютно уверена в том, что хочу оградить себя от этого. – Макс отводит взгляд в сторону, поднимая глаза наверх, чтобы не заплакать.       - Ты понимаешь, что эта услуга, скорее всего, будет не дешевой? Да, у меня есть знакомый в соцопеке, который сделает это, но не бесплатно.       - Не беспокойся. Я успела перевести себе некоторую сумму со счета Джейка, пока мне не перекрыли доступ. Думаю, что на подобное у меня хватит денег. Я хочу, чтобы все думали, что малышка на самом деле не выжила. Чтобы ее попросту не искали.       - Ты все время называешь ее просто малышкой. Ты даже имени ей не дала? – Тайлер вновь нагибается чуть ближе к нам.       Макс не отвечает, поджимая губы. Я чувствую, как она напряжена, как ей неприятно обо всем этом говорить. Я присаживаюсь на корточки, чтобы придвинуться к ней ближе.       - Макс, придется дать ей имя. Как минимум для того, чтобы делать поддельные документы о ее гибели. Твои родители наверняка захотят получить их, чтобы похоронить малышку или кремировать. Им то точно нужно будет это напоминание.       - Ни разу не думала над именем для ребенка за все эти месяцы. Я даже на УЗИ не ходила, не узнавала пол. Всячески старалась оградиться от нее. Ни видеть, ни слышать. Когда нет имени, нет личности как-то легче.       - Но Ди права. Имя придется дать. Я удивлен, что у тебя в больнице не потребовали это сразу же. Им же тоже нужно заполнять бумаги. Вряд ли они могут написать там, как мы, Джон Доу или Джейн Доу.       - Может родители уже дали ей имя?       Тайлер пожимает плечами и обращается к компьютеру. Он открывает нужную базу и вбивает фамилию Макс.       - Да, видимо твои родители дали ей имя. Потому что в базе числиться малышка с твоей фамилией. Хочешь узнать?       - Нет. – Макс вскакивает и отворачивается от компьютера. – Ничего не хочу о ней знать. Раз есть имя, то замечательно. Твой знакомый может начинать работать. Пусть просто скажет мне сумму, а все остальное делает на свое усмотрение. Ничего не хочу знать. Да и не должна ведь, да? Это ведь тайна.       Макс быстрым шагом выходит из кабинета и идет к кулеру с водой. Я догоняю ее у него и осторожно обнимаю за плечи. Она явно дрожит, но все же не плачет.       - Все. Я рядом, ты со мной. Ты можешь расслабиться. – я прижимаю Макс к себе и кладу ее голову себе на плечо, поглаживая по волосам. При этом сама поднимая взгляд к потолку. До сих пор не могу избавиться от дрожи при виде этого цвета.       - Как думаешь, я действительно правильно поступаю? А вдруг потом я пожалею? А вдруг потом все же проснутся чувства к ребенку, и я захочу вернуть ее? Я не смогу этого сделать, я не буду знать где она. И никто не сможет дать мне информацию, так как это будет незаконно.       - Ты действительно думаешь, что у тебя могут проснуться чувства к этой малышке? Ты ни разу ее не видела, не держала на руках. Ты сама говорила, что все эти инстинкты - это дурость. И если любовь не появилась сейчас, то почему она должна появиться позже?       Макс отстраняется, смотря в сторону. После она и вовсе отходит, садясь на одну из скамеек. Я, налив воды, сажусь рядом. Отдав стаканчик ей, я беру Макс за руку и прижимаю костяшки к губам.       - Ты приняла решение. Да, жесткое. Да, неприемлемое для большинства. Но это твое решение. И нужно довести его до конца. Если ты решила вычеркнуть этого ребенка из своей жизни, то так тому и быть. Просто покончи с этим.       Макс покручивает стаканчик с водой, после практически залпом выпивая. Сжав стаканчик в руке, она кивает.       - Ты права. Если уж приняла решение, то идти до конца. Какие бы не были последствия, я должна довести это дело. Я этого хочу. Я хочу прожить остаток своей жизни как можно счастливее. Без лишних напоминаний о дерьмовых моментах. – Макс смотрит на меня и чуть улыбается, после коротко целуя в губы. – Я рада, что хотя бы ты поддерживаешь меня. И не стоишь на стороне моих родителей.       - Это твоя жизнь. Ты имеешь полное право распоряжаться ею так, как хочешь ты. Никто не имеет права осуждать тебя за то, что ты хочешь быть счастливой. – я смотрю в сторону кабинета Тайлера, а после на часы. – До аэропорта путь не близкий. Нам явно придется подождать здесь, пока Рита с Ричардом не приедут. Все же интересно, согласится ли он на план. Будем возвращаться в кабинет, к Тайлеру, или посидим здесь?       Вместо ответа Макс поднимается со скамейки и тянет меня вверх, помогая встать. Я сжимаю ее ладонь, переплетая наши пальцы, и мы возвращаемся в кабинет.       - Я думаю, что пока наша парочка не приехала, мы вполне можем обсудить дело Джейка. – Тайлер поднимает на нас взгляд, как только мы заходим. – Как и предполагалось, он нанял себе кучу адвокатов, которые мигом начали оспаривать его виновность.       - Кто бы сомневался. – Макс садится рядом с компьютерным столом, тихо фыркнув и закатив глаза.       - Но все-таки несколько улик оспорить они не могут. Употребление наркотиков выявили анализы. Так что тут ему не отвертеться. Как минимум в этом деле. А вот насчет нападения... Один из адвокатов упомянул, что они могли бы совершить сделку. Максимально лояльное наказание, но желательно его отсутствие, за то, что они в свою очередь будут максимально лояльны в вашем бракоразводном процессе.       - То есть за наркоту он скорее всего отделается штрафом с помощью адвокатов, от Макс откупится частью своего капитала и все? Даже не сядет?       - Как минимум не сейчас. Мы можем отпустить его в данный момент, но начнем более пристально следить. Рано или поздно, но он проколется.       Я смотрю на Макс. Та сжимает подлокотники стула так, что костяшки пальцев белеют. Ее взгляд полностью расфокусирован. Чуть нагнувшись вперед, я кладу ладони ей на колени и поглаживаю.       - Тебе нужно принять решение. Ты...       - Нет. Мне нафиг не уперлись его деньги. Пусть хоть вообще ни цента мне не оставляют. Этот подонок должен сесть. Хоть на год, хоть на месяц. Он должен ответить за это. К тому же не забывайте о деле Даяны. Она говорила, что неплохо там продвигается. Если она докажет, что он меня изнасиловал или как минимум накачал чем-то, то его точно посадят. Разве нет?       - В деле с твоим изнасилованием все очень сложно. Там все будет зависеть от решения присяжных. Улики довольно шаткие, а адвокаты Джейка будут пользоваться любой лазейкой, чтобы развалить дело. Они явно будут давить на присяжных и выставлять тебя не в лучшем свете, чтобы подорвать к тебе доверие. Не стоит так сильно рассчитывать на это дело. Но если ты решила идти до конца, то хорошо. Я уважаю тебя за этот выбор.       Макс слабо улыбается, после смотря мне в глаза. Я улыбаюсь в ответ и беру ее за руку. Я не могу ничего толком поделать со всеми этими разбирательствами. Мне остается лишь морально поддерживать ее и быть рядом. И каждый раз удивляться тому, что она до сих пор может улыбаться, не смотря на весь пиздец, что происходит в ее жизни.