Вся правда о принцессах

Элли Уилсон. Ей было тринадцать лет. Когда бабушка видела нас вместе, она смотрела так, будто укоряла меня. Я не понимала, почему бабушка так не любила Элли. Ведь мы вместе играли по вечерам, после уроков. Вместе с Элли мы устраивали пикники, о которых  я знала только из книг. За ней я заметила странную, на тот момент, привычку. Она никогда не надевала заколок, как делали все девочки во время развлечений, а наоборот, пускала пряди на лицо.     Наше времяпровождение строго сокращалось, поскольку Элли посещала занятия живописью и игры на арфе. Вечером я обычно прибегала домой и очень радовалась, если перед сном мои волосы расчесывала мама. Она всегда интересовалась тем, как я провела время, и слушала меня со вниманием и улыбкой. Как-то я сказала ей, что заметила такую странность у Элли, и мама объяснила полушепотом: «У Элли комплексы из-за ушей».     Во время очередной нашей прогулки Элли упала и её начало трясти. Я простояла на одном месте несколько минут, не в силах вымолвить ни слова. Но когда конвульсии прекратились, она посмотрела на меня так, словно видела впервые. Я упала на колени, крепко обняла Элли и из глаз у меня полились слёзы. По возвращении домой Элли упрашивала меня никому не рассказывать о случившемся, да я и не думала об этом. Всё, к чему я бережно относилась, это секреты. После этого случая Элли куда-то увезли, а я смогла лишь вдохнуть пыль от кареты, в которой её увезли, и провести взглядом, полным грустью.