Метаморфоза Юмы

      — Юма-кун, мне необходимо на пару дней уехать из города. Ты сможешь справиться со всем сам? — спросил хозяин.       Я ответил, что да.       Так я остался в баре один. Конечно, работы прибавилось, но о чем было возможно хозяин позаботился, так что я с лёгкостью смог сосредоточиться на основных обязанностях. К тому же, мне очень помогало присутствие Тоно-сан и Казумы-сана, которое делало отсутствие хозяина почти незаметным, и благодаря им я совсем перестал волноваться. Все было как обычно: клиенты приходили, заказывали напитки и какую-то закуску, садились за столики или же за стойку и весело проводили время.       — А скажите, если это не секрет, куда уехал хозяин? — поинтересовался Казума-сан.       — Не секрет, — ответила Тоно-сан. — Они с Такаюки поехали к сестре Масахито. Она позавчера родила мальчика. Вся семья приезжает, чтобы их поздравить.       — О, потрясающе. Значит, хозяин стал дядей! — воскликнул Казума-сан.       — Уже третий раз, — добавила Тоно-сан. — У него еще есть две племянницы.       — Как же я за них рад! Надеюсь, они хорошо проведут время, — Казума-сан выглядел таким счастливым.       — Но раньше Масахито всегда закрывал бар, когда уезжал, — сказала Тоно-сан. — это впервые, когда он оставил все на помощника. Он тебе доверяет, Юма-кун. И мы должны этим воспользоваться.       — Вы о чем? — не понял я.       — О вечеринке в честь их годовщины. У нас всего три дня. Казу-тян, ты поможешь?       — Конечно.       — Юма-тян?       — А вы уверены, что так можно? — засомневался я.       — Почему бы и нет? — ответил Казума-сан. — Поздравить их — отличная идея. Это такой небольшой сюрприз. Соглашайся, Юма-кун.       Я колебался, а они ждали ответа. Кажется, у меня нет выбора.       — Хорошо, я помогу.       — Итак, мы должны распределить обязанности. Юма-тян и Казу-тян, вы отвечаете за еду и напитки. Я позабочусь о гостях и развлечениях. Нужно обзвонить всех знакомых. И помните — это сюрприз, так что никому не рассказывайте.       — Тоно-сан, вы же первая и проболтаетесь, — заметил Казума-сан. Я подумал о том же.       — Я буду стараться. Итак, в бой!       Так я оказался втянутым в странную затею. Тоно-сан и Казума-сан оживленно обсуждали детали вечеринки, а я всерьёз волновался, нужно ли все это. Но они казались такими увлеченными и радостными, что их энтузиазм заразил и меня.       Вечер проходил мирно. Я выполнял работу и общался с посетителями, большинство из которых уже хорошо знал. Я как раз находился возле одного из столиков, когда заметил, что к Казуме-сану подошел мужчина. В этом не было ничего необычного — он красив и популярен, с ним часто хотели познакомиться. Но Казума-сан всем отказывал.       — Я прихожу сюда не для того, чтобы кого-то подцепить. Я просто хочу отдохнуть, — говорил он мне.       Так и получилось. Вскоре мужчина отошел от Казумы-сана, и я вздохнул с облегчением.       — Скажи, Юма-кун, — начал Казума-сан, когда я вернулся за стойку, — если бы он ко мне приставал, ты бы меня защитил?       — Конечно. Но я сомневаюсь, что вы окажетесь в такой ситуации. Вы отказали тому мужчине?       — Ага. А ты ревновал?       Я лишь улыбнулся. Казума-сан вздохнул и мечтательно продолжил:       — Эх, сейчас весна и так хочется в кого-то влюбиться. Ходить на свидания, просыпаться вместе, готовить завтраки. Юма-кун, ты разве этого не чувствуешь?       — Чувствую.       — А ты бы смог влюбиться в парня?       Я задумался.       — Вряд ли.       — Но это ведь не категорическое «нет», — сказал он.       Я пожал плечами. Нет, мужчины меня никогда не привлекали. Не могу представить, чтобы я встречался с кем-то из знакомых парней. Это как-то неправильно. Но сейчас Казума-сан казался таким ранимым, что где-то в мозгу проскользнула мимолетная мысль «может быть».       Больше мы к этой теме не возвращались. Я выполнял работу и продолжал думать о разговоре. В последнее время все стало таким запутанным.       Казума-сан и Тоно-сан оставались рядом со мной весь вечер, и первый даже решился подождать, пока я не завершу всю остальную работу после закрытия.       — Я побуду рядом до конца, чтобы тебе не было одиноко, — шутливо произнес Казума-сан, не слушая моих возражений типа «это как-то неудобно».       Он правда остался и наблюдал, как я убираю посуду и вытираю столики. В душе я был ему за это благодарен. Рядом с ним определенно не было одиноко.       Перед выходными посетителей всегда становится больше. И пьют они гораздо больше. В вечер пятницы у меня будет много работы. И правда, не прошло и часа с открытия, как бар был переполнен. Все отдыхали и поздравляли себя с концом рабочей недели.       Казума-сан пришел поздно.       — Пришлось пойти выпить с коллегами. Еле сбежал от них, когда переходили в другой паб, — рассказывал он. — Прости, я знаю, ты скучал по мне и ждал.       — Да-да, — я поставил перед ним чашку зеленого чая, так как алкоголя ему похоже достаточно. — Простите, но меня ждет работа. Хорошего вечера.       Я обслуживал клиентов, принимал и готовил заказы. Не удалось выделить ни минуты, чтобы еще поговорить с Казумой-саном. Все же один человек не в состоянии справиться со всей работой в баре. А Тоно-сан рассказывала, что раньше хозяин работал один. Как же он все успевал?       Тоно-сан и Казума-сан разговаривали со знакомыми. Я всегда удивлялся как Казуме-сану, который бывает здесь не так уж часто, удается знать почти половину посетителей. Он казался таким счастливым, когда разговаривал с людьми. Мне это было сложно понять. Похоже, он со всеми такой дружелюбен и жизнерадостный, не только со мной. Почему-то стало немного обидно.       К счастью, время наплыва посетителей подошло к концу. Теперь людей приходило меньше, а уходить начинало больше. Наконец у меня появилась возможность передохнуть, перевести дух. Я устало сел на стул возле стойки, оперся локтем об стол и закрыл глаза. Тело ныло от перенапряжения.       — Устал? — обратились ко мне. Я открыл глаза и увидел Казуму-сана, садящегося рядом.       — Очень.       Казума-сан оглянулся вокруг. В такое время посетители уже распределились по парам и компаниям. Все были немного пьяны и заняты собой. Никто не обращал внимания на бармена и парня, сидящих за стойкой.       — Юма-кун, наклонись поближе. Я хочу тебе кое-что сказать.       — Зачем? Нас и так не услышат.       — Ну давай!       Не задаваясь вопросом «зачем это?», я повернулся и наклонился к нему. Мы оказались очень близко друг к другу. Внезапно губы Казумы-сана коснулись моей щеки, даря почти невесомый поцелуй. Затем он сразу же отстранился, а я пожалел, что все закончилось так быстро. Это опасно. Он, играя, легко проникает все глубже в мое сердце и захватывает его в плен. Но серьёзно ли все для него?       — Юма-кун, это на удачу, — он будто бы разрушил одну из защитных стен. Моя щека горела.       — Казума-сан, не шутите так больше. Не то я обманусь.       — Так обманись.        И я был не против. Его губы до сих пор оставались слишком близко — нужен лишь один рывок, чтобы впиться в них со всей страстью и желанием. Стоп, о чем я думаю? Внезапно проснулся здравый смысл.       — Честно, не шутите так, — повторил я тихо и отчаянно.       — Ты думаешь, я шучу?       Он выглядел обиженным. Или снова пытается меня подловить? Я запутался и не знал, что сказать. Возможно ли такое, что я ему правда небезразличен не как «просто знакомый», а как более близкий человек?       — Казума! Это ты? — высокий мужчина в хорошем костюме подошел к Казуме-сану и поцеловал его. Мне стало неловко, так что я поднялся и вернулся за стойку.       — Атсуши! Давненько не виделись.       — Примерно два года, — ответил он, садясь на мое место. — Ты вечно где-то в командировках, да и я работал в Европе. Виски с содовой, пожалуйста, — обратился он ко мне.       Я поставил перед ним заказанный напиток.       — Спасибо. Я только недавно вернулся из Милана, — продолжал он. — Работа была трудная, но интересная. Удалось поработать с мировыми брендами. А ты как?       — Нормально. Я работаю все там же. Нагрузка серьёзная, дома почти не бываю…       Я покинул стойку, чтобы не слышать их разговор. Яркий, красивый и успешный — такой, как он, идеально подходит Казуме-сану. Я собирал использованную посуду и ставил ее на поднос. Пустой бокал случайно выскользнул из руки и с громким звоном разлетелся на осколки.       — Приношу извинения, — обратился я к посетителям за соседними столиками. Я взял метелку и сгреб осколки на совок, но один крупный снова выпал на пол. Я поднял его. Осколок задел ладонь и показалась кровь.       — Черт! Только этого не хватало.       — Юма-тян, у тебя рука… — подбежала ко мне Тоно-сан. — Надо обработать и перевязать рану.       Казума-сан и тот мужчина разговаривали.       — Юма-кун, что случилось? — спросил Казума-сан, увидев мою окровавленную руку.       — Ничего. Немного порезался. Простите за беспокойство.       — Казума, так мы идем? — нетерпеливо спросил мужчина.       — Подожди, Атсуши.       — Со мной все хорошо, — ответил я. Что сказать, чтобы он остался?       — Ага. Тогда до встречи, Юма-кун.       — До свидания, Казума-сан.       Они ушли. Тоно-сан занималась моей рукой.       — Ты был неосторожен, Юма-тян. Разве можно касаться осколков голой рукой?       — Я знаю. Просто… не знаю, что на меня нашло.       — Понятно. Ты очень устал. Масахито над тобой издевается. Я потом выскажу ему все. Вот, готово, — Тоно-сан завязала бантик на бинте. — Порез неглубокий, скоро затянется. Уверен, что сможешь работать?       — Да, я выдержу. Тем более, что уже скоро закрываться.       Остаток вечера я пытался выбросить мысли о Казуме-сане и том мужчине. Куда они пошли и кто они друг для друга. Мужчина обнял Казуму-сана не как друг, а как любовник. Мужчина явно во вкусе Казумы-сана — тот не раз говорил, что западает на красавчиков. Что, если у них все получится? Я этого не выдержу.       Все следующее утро я метался по квартире, не зная, чем себя занять. Все валилось их рук. С чего я так переживаю? Разве у Казумы-сана не может быть личной жизни? В итоге я пришел на работу раньше обычного. Вчера я оставил многое недоделанным, а сегодня суббота — клиентов будет много. Надеюсь, мне удастся от всего отвлечься.       Казума-сан сидел на ступеньках перед входом и ждал, пока я открою бар. Он казался расстроенным, так что я пригласил его внутрь.       — Я не хочу мешать тебе работать, — ответил он.       — Вы никогда мне не мешали. Заходите, — я открыл дверь. Его взгляд упал на перебинтованную руку.       — Тебе больно?       — Нет, это всего лишь мелкий порез. За неделю полностью заживет.       Притворяться, что все хорошо, было сложно, но я сыграю эту роль. Накануне я решил, что, если Казума-сан выберет его, то приму это и пожелаю им счастья. Но сейчас я осознал, что никогда не смог бы смотреть на Казуму-сана, счастливого с другим.       Он сел на обычное место и попросил саке. Он выпивал рюмку за рюмкой, будто желал поскорее опьянеть и забыться.       — Казума-сан, хватит! Вы будете пьяны еще до того, как придут другие посетители. Лучше расскажите, что случилось. Это все из-за того мужчины? Он вам что-то сделал?       — Атсуши? Нет. Он мой давний знакомый — еще со времен колледжа. Мы пытались встречаться, но быстро поняли, что это невозможно. Тогда мы оба не были образцами верности. Сейчас мы порой встречаемся и спим без всяких обязательств. Атсуши совсем не изменился, а я почувствовал, будто предаю того, кого на самом деле люблю.       Значит, есть кто-то, кого Казума-сан любит по-настоящему.       — А тот человек знает о ваших чувствах?       — Нет. Даже не догадывается.       — Может, стоит признаться?       — Нет, этим я только все разрушу. Все равно между нами ничего не может быть.       — Тогда вы ни в чем не виноваты, — я и не заметил, как сжал его руку ладонями. — Если этот человек не знает о ваших чувствах, то вы ему не изменяли. Лишь сами вы вините себя и напрасно. Простите себя и не пейте больше.       — Спасибо, Юма-кун. Я обещаю, что не буду больше спать с Атсуши.       Мягкая улыбка заиграла на его лице. Я крепче сжал его руку, будто пытался передать тепло моего тела. Другой рукой Казума-сан коснулся бинта. Мы молчали, и все вокруг молчало.       — Юма-тян! Я договорилась с рестораном. Еду привезут завтра в два, — словно ураган ворвалась Тоно-сан. — О, и Казу-тян здесь! Вот окончательный список гостей.        Мы одернули руки, но она успела что-то заметить.       — Как неловко! Вы здесь ворковали, а я вас прервала.       — Нет! — воскликнул я. — Просто я показывал Казуме-сану, что моя рана не такая страшная, как он считал.       — Но вчера было так много крови.       — Она быстро остановилась.       — Ладно, — сказала Тоно-сан, — я все поняла. Список гостей. Еду привезут…       — Завтра в два, — закончил я.       — У меня еще есть дела, но я приду, когда ты откроешь бар. Не скучайте. Пока, — она махнула рукой и убежала.       Я занялся приготовлениями к работе. Казума-сан вызвался помочь. Я доверил ему занятие, не совсем подходящее для перебинтованной руки — протирать посуду. Так мы провели время до открытия.       Посетителей пришло даже больше, чем я ожидал. Сейчас весна — все ищут любовь. Я беспокоился за Казуму-сана, поэтому каждый свободный момент поглядывал на его. Он молча сидел на обычном месте, разговаривая со знакомыми. Я налил стакан яблочного сока и поставил перед ним.       — За счет заведения. Спиртного вам на сегодня уже достаточно.       — Спасибо, Юма-кун. Прости, что заставляю беспокоиться.       — Ничего.       Я и правда беспокоился. Казума-сан выглядел каким-то потерянным. Хорошо, хоть приход Тоно-сан его немного взбодрил. Они о чем-то долго беседовали. Я случайно услышал обрывок разговора:       — Ты влюблен в него, — сказала Тоно-сан.       — Да, — подтвердил Казума-сан.       — Ты же знаешь, что худшее для гея — это влюбиться в натурала. Это приносит лишь страдания. Но ты единственный, у кого есть хоть какой-нибудь шанс. Ты ему определенно очень нравишься.       — Правда? — оживился Казума-сан, а меня будто кольнуло в самое сердце.       — Да. Потому ты должен бороться, даже если считаешь это бессмысленным. Хотя бы попытайся.       — Хорошо.       — Сделай сам первый шаг. Пригласи его куда-нибудь.       Меня отвлекли посетители, благодарящие за вечер. Я что-то ответил им и проводил к выходу. Казума-сан и Тоно-сан за это время прекратили разговор. Тоно-сан отошла к подругам, и они начали громко обсуждать далекие от меня вещи: косметику и одежду.       Наконец посетители начали расходиться. Я благодарил каждого скорее не за то, что они приходили, а за то, что уже уходят — это был чертовски трудный вечер. Казума-сан почти все время просидел у стойки, допивая теперь уже виноградный сок, который я ему налил после яблочного.       Вскоре в баре остались лишь мы вдвоем. Я убирал, а он не спускал с меня глаз. Когда я ловил его взгляд, он улыбался. Как же прекрасен он был в эти моменты.       Когда я закончил все дела, ночь приближалась к утру. Я сильно задержался, потому что работы было действительно много и не хотелось оставлять все на завтра. Но была еще одна причина — как можно больше побыть наедине с Казумой-саном. Но и это время закончилось. Больше не было смысла задерживаться в баре.       — Казума-сан, мне пора закрываться.       — Хорошо, я уже ухожу, — он поднялся, расправил одежду и обратился ко мне. — Юма-кун, ты будешь что-то дарить хозяину и Такаюки-сану?       — Нет. А разве нужно?       — Не обязательно, но можно. Как благодарность за доброту. Я вот хочу выбрать что-нибудь. Не желаешь составить мне компанию?       — Ну, можно.       — Тогда завтра в 10 на станции. Не опаздывай. До встречи.       Он ушел, и я остался один. Слабая надежда зародилась внутри. У меня дрожали руки. Казума-сан особенный — как же я не заметил этого раньше. Я всегда радуюсь его приходу, смеюсь с его шуток и историй. Мое сердце начинает биться чаще, когда я смотрю на него, и гнев заполняет меня, когда он вместе с другим. Я ревную его. Достаточно это отрицать.       Пора признаться хотя бы самому себе: я люблю Казуму-сана.