Мёртвая любовь ожила, чтобы вновь умереть...

— Может у тебя есть какие-нибудь особые пожелания? — Да, есть у меня парочка пожеланий… — Я говорю о работе. — Вот как? Жаль, я уже готов был начать перечислять… — Ну Кичи-и-и! — я примирительно вскидываю руки и усмехаюсь, наблюдая за тем, как *придуманное вами имя* хмурится и переводит взгляд на экран ноутбука, при этом максимально тяжело вздыхая. По приходу домой я застаю милого за приготовлением ужина. Выслушав очередную короткую лекцию-выговор от котёнка, я всё же допускаюсь к столу, получая свою порцию вкусной, домашней еды. И чёрт меня дёргает ляпнуть во время трапезы, что я хочу найти подработку. Конечно же котёнок загорается энтузиазмом помочь мне с этим делом. При том с таким счастливым выражением на лице, что становится одновременно и страшно, и смешно. Не успеваю я закончить со своей порцией, как меня на буксире тащат в спальню. И я бы рад, но *придуманное вами имя* усаживается за стол и открывает ноутбук, подзывая меня поближе. В итоге добрых минут сорок мы перебираем разные объявления. Объявление о поиске официантов на свадебный банкет отметается самым первым. Доводить гостей до инфаркта я могу, а вот услужливо предлагать им еду и напитки — нет. Хотя в драке я бы с удовольствием поучаствовал, но увы и ах, *придуманное вами имя* почему-то снова не одобряет мою идею. Зато тут же мечтательно выдыхает, что форма официанта неплохо бы на мне смотрелась. Я только лениво подмечаю что, если его так привлекают ролевые игры с костюмами, мне известно, где можно взять их напрокат. Мой юмор снова не оценивают, а объявление скоропостижно закрывается. Далее попадается объявление о поиске продавца консультанта в магазин бытовой техники. Вакансия открыта только на два месяца, поэтому для подработки вроде бы и самое то. Меня безумно прельщает перспектива нарваться на недовольного клиента и размазать его лицо при помощи тостера, или электрочайника, при этом с улыбкой цитируя «положительные качества данного образца». Зажать голову требовательного покупателя дверцей холодильника — тоже идея вполне привлекательная. Но говоря начистоту, я ничего не знаю о технике в информационном плане. Умею пользоваться, но заучивать параметры и нюансы для месячной подработки мне не хочется ни разу. В моей башке и без того барахла полно, кто бы разобрал. Объявление снова закрывается. Подработки в библиотеке, больнице, школе и детском саду даже не затрагиваются - даже *придуманное вами имя* понимает, что там собираются и без того нервные и впечатлительные люди, которых я могу довести до истерии одним присутствием. Хотя маленькие дети порой отчего-то ко мне тянутся — видимо те, что совсем с приветом (тут Кокичи маленько взят с характера автора). Я знаю, что эта ситуация его волнует, поэтому делаю вид, что не замечаю осторожных взглядов в мою сторону. В конечном итоге поиск обычной подработки нас выматывает, и мы устраиваем перерыв. Я отправляюсь на кухню, чтобы выкурить сигаретку, а *придуманное вами имя* отвлекается на телефонный звонок от дяди. *** —Перестань, ты мешаешь мне уснуть, — страдальчески тянет *придуманное вами имя*, кутаясь в одеяло и поворачиваясь ко мне спиной. Я только тяжело вздыхаю, снова переворачиваюсь на бок, и в итоге поднимаюсь с кровати. — Далеко собрался? — Я удивлённо оборачиваюсь в сторону постели. — Не могу уснуть. Умоюсь и попью. — Отчитываюсь я, после чего насмешливо фыркаю. — Хочешь составить мне компанию? — Возможно и составил бы, но мне вставать рано. Не бодрствуй долго, — зевнув, бормочет милый. — Что, уснуть без меня не можешь? Какая жалость… — Ты обещал мне завтра разобрать бардак в своей комнате, а если уснёшь поздно, завтра уже не до уборки будет... — Ну вот, опять ты… — И да, уснуть без тебя я тоже не могу. — Я замираю на месте, но тут же со стороны милого слышится смешок. — Привык я к твоему храпу. — Очаровательно, я запомню. *** Я настолько часто тусуюсь в комнате милого, что начинаю понемногу отвыкать от своей обожаемой берлоги. Подумать только, кажется не так давно это помещение было наиболее обитаемым и пригодным для жизни, а теперь всё здесь кажется до отвращения неправильным, незнакомым и противоречивым. Будто бы эта комната и вовсе не часть той уютной квартирки, в которой я коротаю дни. Приводить в порядок это место мне не хочется. И даже не из-за наступающей на горло ностальгии — типичная лень и непоколебимая уверенность в том, что я трачу силы впустую. С другой стороны, огорчать и злить *придуманное вами имя* хочется ещё меньше, поэтому с тяжёлым вздохом я принимаюсь собирать разбросанные по полу вещи. Естественно, кроме лёгкой уборки и перебора барахла этой затхлой комнатушке ничего не светит. Паутина здесь уж слишком в тему, а грязь с ковра можно соскрести разве что раствором кислоты. И то не факт, что химикат справится со всей той хернёй, что плотным слоем укрывает пол. — Охуительно… — я без зазрения совести заваливаюсь на место для сна, поднимая пыль. — … охуительно пыльно. — с усмешкой фыркаю я, уставившись в потолок. Не особо-то меня волнует грязь и пыль, пока я сплю без риска умереть во сне. Кажется, именно так я думаю большую часть своей жизни. Хотя, пока я жил со своим лучшим другом, мне категорически запрещалось разводить бардак. С этим запретом проблем не было - школа забирала у меня много сил, и на разведение беспорядка их не оставалось в принципе. Я поднимаюсь и осматриваю комнату, очень запоздало отмечая, что она чем-то напоминает моё прежнее жилище. Какова ирония, я подсознательно пытаюсь воссоздать дизайн своей старой комнаты. Так вот почему я чувствую себя здесь так спокойно — мой больной мозг ностальгирует тут по прежней жизни. Ебучая ирония, чтоб её дважды поимели черти… *** Я сижу, пью текилу. В голове словно щёлкает переключатель, подводя к размышлениям новую проблему. Обещание моему любимому. С момента нашего разговора прошло так мало времени, а я уже нарушаю половину установленных пунктов, просто потому что в моей голове по жизни одна сплошная поебота. Будь он сейчас рядом, наверняка отчитал бы меня, но тут же дико забеспокоился бы — он всегда паникует, если я попадаюсь ему на глаза будучи в неадеквате. Я должен чувствовать стыд, отвращение к себе, хотя бы секундное угрызение совести. Но нет, я не чувствовую ничего, кроме спокойствия и удовольствия, усиливающихся с каждой глотком (за выпивку спасибки Каэде, которой выплачивает моральную компенсацию *придуманное вами имя*). И меня это вполне устраивает, потому что краем сознания я понимаю - эффект алкоголя слишком скоротечен. Я успею сожрать себя живьём за собственную несдержанность, но не сейчас. На удивление, мысли в голове не мешаются в кашу — я соображаю более чем отчётливо. И ко всему прочему меня не сжигает изнутри та самая злость, из-за которой я снова сорвался. Мне нравится чувствовать такое облегчение. Настолько нравится, что губы сами собой расползаются в идиотскую, счастливую улыбку, за которую в нормальном состоянии я бы сам дал себе по роже обломком ржавой трубы, который валяется сейчас недалеко от меня. Есть время поразмышлять о нынешнем, прошлом, будущем. Переварить многие события, которые произошли за последнее время — сделать выводы, одному мне доступные и понятные. В последний раз глотаю и выбрасываю остатки своей небольшой релаксации. Жаль, что через несколько минут я забуду всё, о чём так долго и упорно думаю. Мысли и доводы сотрутся из памяти, вкупе с чётким восприятием и яркими картинками. Я ненавижу эти моменты, но пока что мне всё ещё плевать… *** Самочувствие всё такое же отвратительное. Только теперь вместо злости, меня обгладывает неуместная подавленность, от которой активно хочется вскрыться, или прыгнуть с какой-нибудь многоэтажки. Но вместо этого я медленным шагом иду в сторону дома, с опущенной головой и спрятанными в карманы руками. Словно нашкодивший ребёнок, который заранее знает, что от родителей ему за что-то влетит. *** Стоит мне переступить порог, как в прихожую тут же выбегает обеспокоенный милый. Он смотрит на меня внимательно, но не подходит близко — опасается. Достаточно предсказуемая и здравая реакция с его стороны. Я бы и сам от себя шарахался, если бы мог.