Пусть это будет дневник

Спрашивают у меня. – Что ты сделала? *** Я не заканчиваю начатое. Перед самым завершением всё бросаю. Я делаю так всегда, каждый раз, с любыми вещами. Всё равно ничего не выйдет. Мне надо с этим разобраться. Сижу так неделю и тут вскрывается удивительное. Я стыжусь не только своей внешности и образования, но и происхождения. Мои родители никто, приезжие, значит я тоже никто, а права претендовать на лучшее у меня нет. Люблю географичку чтоб её. Не удавалось схватить, что именно так триггернуло в той ситуации. Потерянность сменяется злобой, но сказать по-прежнему нечего. Ткнули лицом в то, к чему я никогда не была причастна, не с той стороны, во всяком случае. Или я всё-таки что-то упускаю? Всегда что-то упускаю. Тыкали с ранних лет, в какой-то момент я просто забыла об этом. Отец мой родом из города западной Украины; мать родилась в русской глубинке, в самом центре татарской деревни. Я была хохлушкой и татарчёнком, и хуй пойми кем ещё, кто что видел, то в мир и нёс. Девочкой и мальчиком. До семнадцати лет я ни одного лета в городе не провела, о чём очень сожалела, потому как означало это, что ты всегда за кругом, твои связи не устанавливались, а когда начинался учебный год, устанавливать их не было никакой возможности. Патамушта вот так. В деревне нас кусали собаки, у нас ломались конечности, дротики застревали во лбах, мы тонули, избивали друг друга яблоками, разбивали окна, падали с разных высот, блевали кровью. Всем было плевать, что я плохо переношу определённую еду, чувствительна к инфекциям и нуждаюсь в глюкозе. Стремление угробить меня было поразительным, но когда приезжала скорая в больницу меня сдавать отказывались. Однажды меня чуть не утопила собственная собака. Но и здесь мы тоже были мудаками, чисто за цвет волос – "жить вы здесь не будете". Чужие там, чужие здесь. Бандеровцы из Москвы. Вообще, наша жизнь в деревне была очень похожа на то, что описывается в рассказе Петрушевской "Новые Робинзоны". В мои двадцать шесть мать неожиданно поведала, как я пришла однажды из школы с рассказом о том, как на перемене кто-то ел большое красное яблоко. Я такого не помнила, не думаю, что это было для меня важно, но мать держала информацию в голове много лет и, очевидно, этим мучалась. Взамен, я рассказала, что вряд ли забуду и прощу, как отец пнул меня ногой, когда мне было шесть лет. Она этого не знала. Она много чего не знала. Про рубцы на плечах, про то, что бёдра, пах и живот её дочери в кровоподтёках и синяках. Но кому ты про это расскажешь? Первое – моих рук дело, остальное... меня лупили как парня, хотя прекрасно знали, что я девочка. Всё-таки люди интуитивно что-то чувствуют. Первый удар под дых я получила от брата, он был старше на три года, я всегда и везде опаздывала. Ещё он говорил, что если бы не знал меня, думал бы, что я слабоумная. Может где-то он и был прав. Иногда я сама так думаю. Что со мной происходило дома, знает только один человек, да и то не всё. Один. Что это говорит обо мне? Вероятно, что я не верю людям, и считаю, что во всём виновата сама. Я сваливаю от всех, кто пытается мне помочь, оставляя себе только самое дерьмо. Мне нельзя иметь ничего хорошего, потому что не заслужила. А то, что люди не говорят мне в лицо гадости, так это только потому, что им неловко, но я-то знаю правду. "Смирись. У тебя ничего не получится. Ты уродлива, туповата, генетика так распорядилась, что тебе досталось худшее от обоих родителей. Вкладываться в тебя бессмысленно. У тебя всё равно ничего не получится. Они тебе никто. Сопля. Делай так, как я сказал. Ты – никто". Спасибо, что изуродовал мне жизнь. Оказывается, у психологов есть список нужных вопросов. По части стыда самые сильные унижения я получала дома – никчёмность, слабость, безволие. Идите нахуй со своими скрепами. Поройся в голове и найди "тупая" только из уст отца и брата. Претензии к моей внешности от них же. Я костьми легла, чтобы исправить недочёты, все, которые можно было исправить не прибегая к хирургии, а очень хотелось вообще-то. Быть опрятной, чистой и в форме, не быть быдлом и соблюдать этикет, не оскорблять, не навязываться, не ныть – кажется это всё, в чем я преуспела за сорок лет. Это внутри, а вот, что снаружи. В мою родословную посвящены три человека. Одна из них Неля – Наиля, доверила мне свою историю и полное имя, когда нам было по семнадцать, после того, как узнала, кто моя мать. Она тоже стеснялась своих корней, какое совпадение! Мама же моя всю жизнь называла себя русским именем, а не тем, которое получила при рождении. Отчего же так? Один из ответов – тоже внутри. Отец всю жизнь гнобил татар, мою мать и её родственников, всем тем, чем гнобят обычно татар, и нас, отпрысков её, конечно же, тоже. Масштаб мудачества невообразим. Меня бесило, когда он её обижал. Допускаю, что кто-то может быть даже не в курсе проблематики. Когда Неле исполнялось тридцать пять, она пригласила меня на свой день рождения. Мы страшно напились. Она сказала, что её первой должна была стать я, а не мой брат. Мы все тогда себя ненавидели. Тогда – это в начале двухтысячных, когда часто спали в одной постели, у нас была общая нищета, схожие проблемы и колючесть. В моём кармане были их кольца, когда она выходила замуж. Не за моего брата, к счастью для всех. И вот, что я скажу, моё происхождение – не моя вина; моя фамилия – не мой выбор; мой рост и цвет глаз – не зависели от моих усилий; я не обязана работать там, где мне не нравится, в стране, которая мне не нравится, употреблять продукты, которые мне не подходят. В 1996 у семьи, в которой мне непосчастливилось (или, не знаю) родиться, появилась квартира. Жилплощадь явилась результатом захвата, так сказать. Это была трёхкомнатная коммуналка на три семьи, в каждой семье от одного до трёх детей. Сначала уехала одна семья, им квартиру где-то дали, и сразу перестало вонять мочой. Потом другая. А мы, оставшиеся, забаррикадировались, никому не открывали, на звонки не отвечали, от всех скрывались и посторонних не пускали. Потому, что тоже были в очереди на квартиру, а нам её всё не давали и не давали. Кто-то там в итоге заебался и у нас появилась квартира. Но почти сразу моему брату исполнилось восемнадцать и всё началось заново. У меня были проблемы со стуком в дверь и звонками. Умничку-красавчика все пытались спасти. Аплодирую. Бабуля-одесситка снабжала его валютой. Мне нравилась эта женщина, серьёзно, но некоторых вещей мне не понять. Просто двадцать человек разом поставили на одно и то же число. С годами моя внешность менялась, одни черты сменялись другими, принадлежность исчезла, а зажатость нет. И тут странным образом снова вылезла наружу, но не принадлежность, а проблема. А это, блядь, как спайка, двигается одно, двигается другое. Мне вот что помогло – 14 часов вбивания запросов. Как перестать себя наказывать? Как убедить себя? Как научиться верить себе? Почему ты сомневаешься в собственных чувствах? Ужасное начинается вот здесь: твои успехи. Ясный пень у меня их нет. Но хуже всего, что я не понимаю, к чему это вообще. Это же ненормально, что я не понимаю, да? Дальше. "Что такое успех?" Становится ещё ужаснее. Значения всех этих слов по отношению к себе я не знаю!!!!!!!! Полезность. Благодарность. Помощь близких. Что такое полезность, блядь?! Как это оценивать вообще? Полезные мысли?!! Но самое сложное, конечно, благодарность. Себя можно за что-то благодарить, да ладно? Например? Сука, по каждому запросу "близкие" и "благодарность". Кто-то реально рассматривает вероятность, что у всех есть близкие? Че получше предложить нельзя? Ебаная связь с полезностью. Для чего полезно? Черт возьми, объясните нормально! Чего я хочу. Тупой вопрос. В никуда. Неправильный. Он не работает вопрос этот. У меня едет крыша, ничего не выходит, мне сейчас снова станет плохо, и.. вот оно: Невротическое ращепление по Перзлу – это сочетание "победителя" и "побеждённого", это возможность всегда быть победителем, так как побеждённый всегда под рукой, и это – он сам. Выпущенный сигнал задевает всё. Я просто отпускаю и он сам вскрывает все замки. Стремление к боли и слабости – это защита, которая давно не нужна, которая давно не работает как надо, угнетает только. Остается гребаная благодарность. "Что значит быть благодарной себе?" Примеры. Примеры! Практиковать благодарность. Хуйня. За что? Не нахожу. Не вижу. Не понимаю. Нет, это не то. Нет. Сто благодарностей, да господи! Заново. Зачем ходить на работу? Всё не то. Не трогает. Только вены вскрыть хочется от этих примеров. Отвращение. Нет. Единственное, за что я могу быть себе благодарна – УДОВОЛЬСТВИЕ. Всё. Хрен объяснишь как это выстраивается в цепочку. Удовольствие – ключевое слово. Сама жизнь. Мотивация. В этом месте отваливаются стыд, долг, правила. Пойду спать)