"Глаза цвета глифта"

      Я нервно прошвырнулся по замку в поисках Вики, но так и не нашёл. Кажется, умотала на Землю за очередными тряпками. Впрочем, на сей раз повод был вполне достойный — аспирантура закончилась. Сертификацию на преподавание она прошла. Так что вариантов у нас было более чем предостаточно. От того, чтобы остаться здесь, в школе, до того, чтобы свалить куда угодно, где время движется или не течёт вовсе.       На этаже спален, я обнаружил у её комнаты кучку мешков с одеждой. Брови непроизвольно полезли на лоб. Я удивлённо толкнул дверь уже без стука заглядывая в обитель избранницы. Вики была обнаружена у зеркала, прикладывая к себе то одно, то другое платье, после чего разбрасывала их то на пол, то на постель. На полу кучка была внушительнее, чем на кровати. Я внезапно подумал, что это очередной спор с Мими сподвиг на такой кощунственный жест, как сокращение поголовья гардероба. Очередная тряпка шлёпнулась к моим ногам.       Вики выпала из созерцательного транса, махнув рукой:       — Не обращай внимание. Вчера в журнале начиталась про накопительство в одежде, решила перебрать. Часть отдам Непризнанным, а то, что никто не заберёт, отправлю куда-то на Землю во вторичку для малоимущих.       Я скептически вскинул бровь, рассматривая откровенное боди и представляя, какой малоимущий в адекватном состоянии это наденет. Но удивительным было даже не это. Я шагнул в комнату, захлопывая дверь, и перехватывая острый подбородок Вики, чтобы заглянуть в глаза. Демоница удивлённо хлопнула глазами, выжидательно вытянув губы трубочкой для поцелуя.       — Кто ты и что сделала с Уокер?.. — настороженно поинтересовался я, но всё-таки чмокнул подставленный «свисток». — Не в её правилах так легко расставаться с любимым барахлишком.       Она напыжилась, пожав плечиками:       — Там тест, короче, был предложен. Вроде как, приложить к себе наряд, посмотреть в зеркало, если за пять секунд не придумаешь, куда в этом можно пойти — выкидываем смело. — Она махнула рукой в сторону кучи на полу: — Мне уже тридцатник стукнул, как-то слишком не солидно подобное носить. Можно подобрать что-то откровенное и не пошлое… Взрослеть, в общем, пора… К тому же, скоро тут нужно будет диссертацию писать. У меня итак аврал с работой. Бумажкам тоже место надо.       Она отстранилась, отрывая от связки очередной мусорный мешок и упихивая в него всё, что набросала. Пришлось заняться самому, отправив её развешивать оставленное. Благодарно прижавшиеся к щеке тёплые губы заставили блаженно прикрыть глаза. Сноровисто убирая с пола в пакет полупрозрачные платья и юбки с накидками, я достаточно чётко осознал давнишнюю мысль, что «девочка повзрослела». Пора было действительно двигаться радикально. Иначе эти светлые глазки сломаются о писанину, мозг полностью уйдёт в науку, меня сожрёт Ребекка, а Вики овдовеет, так и не выйдя замуж.       К слову, кольцо я уже нашёл, таская его в кармане, подгадывая удачный момент. Хотя, кому я врал — моментов было полным-полно и в любую секунду. Просто внутренний холостяк, не одну сотню лет коротавший бессмертие в одиночестве, упорно говорил, что и без регистрации отношений всё нормально. Авось да найдёт кого моложе и перспективнее… Ну чего ребёнку жизнь-то ломать?.. При этом понимал, что сломаю шею перспективному из ревности, а потом угожу под трибунал и улечу к смертным первым рейсом со стёртой памятью.       Вики, между тем, переключилась на свой туалетный столик, проверяя срок годности косметики и средств по уходу. Заполнялся очередной мусорный мешок. Я с восхищением наблюдал за молодой женщиной, прикидывая — надолго ли хватит этого запала, и не заполнятся ли завтра «бреши» в шкафу чем-то ещё более отчаянным. Однако, когда к мусору присоединились флаконы со сладкими духами, придирчиво обнюханные аккуратным носиком, стало понятно, что чертёнку действительно пришло время взрослеть.       «Завтра всё скажу… Завтра всё сделаем… Надо только немного подготовиться. Цветочки там, свечи, глифт… Романтика. Заслужила, моя маленькая…» — едва не пустив слезу умиления, я выслушал инструктаж, куда оттарабанить мешки, чтобы барышня не таскала тяжести нежными ручками и поволок склад из одежды от её двери в сторону женского крыла общежития для Непризнанных. Изнутри распирали восторг и гордость. Было любопытно, решится ли кто-то появиться в таких нарядах на занятиях, как это себе позволяла она. Едва ли… Но вечеринки в вагончике всегда входили в число парада самого соблазнительного тряпья.       Я поймал себя на мысли, что в вагончике в последний раз был… Давно. Года полтора назад. Не знаю, Ребекка ли во время банкета пристыдила, что у меня пионерская зорька в заднице позволяет накидываться до синих звёзд в компании студентов, или просто сам начал переключаться на то, что внутри принял свой статус примерного семьянина. Словом, всё это было весьма поучительным для меня самого и заставляло основательно думать о будущем.       На моё удивление, едва мешки встали на этаже, а я скрылся на лестнице, как серокрылые высыпали из комнат, с любопытством копаясь в содержимом. Для них Уокер была иконой стиля. Ей хотели подражать, но не решались. При этом, Непризнанные, как минимум в женской своей половине, перестали выглядеть, как серые мышата. Только крылья… Хотя, впрочем, многим уже довелось добиться того, чтобы оттенки у серого начали проявляться и другие.       Спускаясь по лестнице в сторону холла, я в очередной раз выудил из кармана футляр с кольцом, и рассматривая грани в достаточно массивном камне. Лица ювелиров столицы стоили такого заказа. Женская половина мастерской роняла завистливые слёзы, мужская упорно любопытствовала, какого хрена я у них забыл и что ж там за зазноба такая, что на такие жертвы есть желание идти. Деликатно отмалчиваясь, я посмеивался, не влезая в процесс и раскошеливаясь на оплату дорогущей цацки.       «Ай, была не была…» — махнул я рукой, уходя в свой кабинет.       Два пергамента, два заявления. Одно на «улучшение жилищных условий», второе, если не выгорит первое, на увольнение по собственному, чтобы успеть хоть примерно решить вопрос с жильём. Вариантов хватало. Ад, цитадель, вообще какая-то жопа мира, чтобы никто мозг не полировал… Уйти полностью в то, чтобы проводить время вместе, навёрстывать упущенное, облазить Землю, если таковое будет возможным без вреда для здоровья. Поставив подписи и даты, я поплёлся на выход из школы, готовясь эпатировать Кроули.       Старик продолжал обретаться в башне над казематами и темницами. Шутки про старого стервятника в гнезде уже поистёрлись, да и смысла не было. Если бы Ребекка оставила пост директора при себе, совмещая с верховным серафимом, она бы загнулась от нагрузок. А так… так старику ещё предоставили шанс быть полезным. Хотя, чего греха таить, большую часть его обязанностей тащили мы с Мисселиной и Вики. Старик только ставил свои автографы там, где без его подписи нельзя было что-то решить самим. Иногда знакомился с бумажками для проформы и даже периодически дремал на задней парте, имитируя урок «с комиссией».       Серпантин башни преодолел чуть ли не бегом. Окрылённый старый чёрт, увлечённый молодой демоницей. Уже признавший своё поражение в её интригах, которые безусловно привели в этот день и к собственной уверенности, что ничего другого я так сильно в этой жизни не хотел. «А чё это я только увлечённый?.. Люблю я… И теперь наконец-то время терять перестал…» — одёрнул я себя.       После уверенного стука в дверь получил разрешение и шагнул в просторный светлый кабинет. Всё как прежде — статуэтки, ворох бумажек, журналы, табели, какая-то бюрократическая хрень. Серафим Кроули вымучено оторвался от фолианта, который лежал на столе. «Сдал старикан… Ох и сдал…» — в очередной раз подумал я, после молчаливого приглашающего жеста падая в кресло напротив директорского стола, и также молча протягивая первое заявление.       Кроули пробежался взглядом по пергаменту, без всякого удивления поинтересовавшись:       — И как ты себе это представляешь? Башню что ли отдельную с персональной кухней, прачечной и несколькими комнатами, включая спальню? Или две спальни?.. Ты чего удумал-то, демон?.. — Я вынул из кармана мантии коробочку с кольцом, положив её раскрытую на край его стола. Вот теперь серафим уже удивился: — Чего?! Прости, Гер, но я так-то женат уже… Да и не по мальчикам…       Я хлопнул глазами:       — В смысле?! — Начало медленно доходить. Нелепость ситуации зашкаливала и меня тряхнуло ржачем. Пришлось пояснить: — Я на Уокер женюсь.       Серафим снова хлопнул глазами:       — Так это… Ребекка же вышла за Розье. Занята уже. Упустил ты своё счастье, демон… — до него доходило ещё медленнее, чем до меня: — Погоди…       С усмешкой кивнув, я подтвердил:       — На Вики. Не, ну, а что?.. Девица ничего себе, я тоже ещё не совсем в маразме… Война позади, Мальбонте не против, Ребекка…       — Ребекка тебя убьёт. — закончил за меня Кроули.       — Не совсем. Я уже почти два года назад предложение сделал. Как раз, когда Серафиму Розье сосватали, как она пыталась себе зятя подобрать… — я хохотнул, припомнив то обречённое выражение лица будущей тёщи на собственной свадьбе. Правда, потом она как-то подозрительно развеселилась, умотав в свадебное путешествие, — Так что, всё улажено. Если жильё будет, то отлично…       Кроули подозрительно прищурился:       — А если нет?.. — я пожал плечами, протянув ему второй пергамент. Снова бегущий подслеповатый взгляд, ползущие к затылку брови, вопль оскорблённого директора: — Ты спятил?! Какое увольнение?!..       — Обычное. Молодая семья, все дела… Мотаться на работу, которая обоим, конечно, интересна, из какой-то тьмутаракани никто из нас не будет.       Он погрозил мне пальцем:       — Но-но! Девушка ещё согласие не дала!..       «Угу, она меня подвела к мысли о том, что я «хочу» жениться. Куда уж ближе к согласию-то, блять?!» — ехидно ржал внутренний голос. Я захлопнул коробочку с кольцом, убирая её обратно в карман мантии и поднимаясь из кресла. В голове отчаянно металось, что мне надо надыбать каких-нибудь цветов. Прямо сейчас. А потом идти выплясывать перед своей ехидной, чтобы действительно получить согласие. А зная её, ещё и нервишки помотает, прежде чем кольцо принять.       Буркнул:       — Короче… Я предупредил. В согласии Вики я уверен. Как и в том, что пора бы и дальше двигаться. Три года на месте топчемся почти. Аспирантура позади… Одним сексом не натрахаешься! — патетично вякнул я, воздев палец к потолку. — Завтра зайду узнать результат…       Серафим вздохнул:       — Гер, я вообще-то на твоё имя прошение о переводе в цитадель отправил… На замещение должности директора…       «Ебануться — коленки внутрь гнутся…» — взвыл внутренний голос, — «Это мне теперь тут до старости куковать, изредка мотаясь на ковёр к совету, чтобы уладить формальности с бумажками, которые мне и так поперёк горла за всё это время…». Я неуверенно развернулся, стараясь не плескать негодованием поверх того, которое успело отразиться на физиономии, внимательно глядя на сникшего старика. Тот примирительно поднял руки, ожидая моего ответа. Он как бы был, но очень и очень нецензурный. Пришлось прикрыть глаза, успокаивая скакнувший адреналин.       — Мне это не нужно. Я не горю желанием угробить остаток бессмертия только на школу. К тому же, Вики…       Кроули лукаво улыбнулся:       — Гер, ты сначала предложение сделай, а если согласится, будем думать про дополнительные комнаты или поместье на окраине школьной территории. — он махнул рукой: — Ступай, и не тяни…       Я поджал губы, проворчав:       — Да я как бы, так и собирался. Сейчас пойду разорю какую-нибудь клумбу, и пойду отдаваться на волю своей половины…       — Эко запел, чертяка… Ну-ну… — усмехнулся Кроули.       Нервно поёжившись от его сарказма, я вывалился из кабинета, спускаясь по лестнице в предвкушении облома почему-то. «Может, она правда передумала? Или старый проныра смог как-то повлиять на её решение додавив повышением, например, до своего, то есть уже почти моего, заместителя?» — встревоженно носилось в мыслях. Я нервно закусил губу, выкатываясь из башни, и упёр руки в бока, оглядывая ближайшие клумбы в поисках того, из чего можно было надёргать букет.       Взгляд невольно выхватил смиренно блуждающего по мощёным дорожкам демона… в белом отглаженном костюме. Он тоскливо вздыхал, косился на школу и о чём-то жаловался, принюхиваясь к жасминовому кустарнику. Я вскинул бровь, пытаясь понять, что сделали с Розье, который был на лучшем счету не одну сотню лет, получил назначение на пост советника Люцифера и спокойно помогал Аду по мере сил даже будучи женатым на Ребекке. Которая нет-нет, а всё-таки влезала, как я знал, с ценными комментариями в дела мужа.       При моём приближении демон слегка вздрогнул, панически оглядываясь — не крадётся ли где-то поблизости бдительная супруга. До меня начинало доходить, что имел ввиду Кроули. Кажется, матушка после аспирантуры, которую Вики закончила, решила предпринять последнюю попытку наставить дитя на путь истинный. Внутреннее волнение начало подниматься до неадекватных пределов.       Я всё-таки не торопясь подошёл к демону, протягивая ладонь для пожатия:       — Здорова, земляк!       — Здравствуй, Геральд… — с грустным вздохом протянул Розье, качнув крыльями. — Как ваши с Вики дела?..       Вскинув бровь, я поинтересовался:       — Это правда любопытство или ты так вежливо неуютную тему выбрал, чтобы я свинтил?       Снова слабая улыбка на его лице:       — Любопытство, Гер. И, в какой-то мере, желание решить эту проблему, чтобы сберечь остатки собственных нервов…       — Что, супруга никак не уймётся?..       — Не то чтобы… Но сегодня, вроде как, Вики сама её пригласила поговорить. Меня из комнаты выставили… я вот гуляю… Воздухом дышу.       «Жареным уже не пахнет, а откровенно пованивает…» — озабоченно протянул внутренний голос. Я всё же выжал максимально дружелюбную улыбку, утягивая чертяку по знакомому маршруту, полагая, что нам обоим не помешало бы расслабиться. Помнится, он тоже по молодости не гнушался зависать в вагончике, заливая внутренние пожары глифтом в объёмах от ведра до бочонка…       Впрочем, сейчас он как раз забуксовал, неуловимо напомнив мне собственную падчерицу на заре отношений. Я удивлённо посмотрел на него:       — Розик, ну ты чего? Пошли по стаканчику хлопнем, побеседуем, посплетничаем…       Розье вздохнул:       — Мне Ребекка пить запрещает… Говорит, потом пахну плохо. Приходится на диване спать, а он маленький для меня. Потом спина болит…       Я придержал отпадающую челюсть, проговорив:       — Эм-м-м… Ну ладно. Тогда бог с ним, с глифтом. Пошли в столовую. Там сегодня пирожки были. Если ещё не расхватали…       — Гер, мне нельзя пирожки. Я на правильном питании, чтобы не разжиреть…       Сглотнув, я поинтересовался:       — Розя, а ты вообще не жалеешь, что женился?       Над парком пронёсся горестный всхлип:       — Нельзя жалеть! Ребекка ругаться будет!       «Пизда дрозда!» — подумал я, понимая, что меня может ожидать то же самое. Нет, Ребекка и Вики отличались капитально. Но моя ещё была молода и неопытна. «Неопытна, ага… Возбудить и свалить, без труда развести меня на предложение, серёжки… А ведь сегодня ещё гардероб расчистили. Сто пудово забить захочет новеньким…» — я вздрогнул, представив, как опять буду обвешанный пакетами до зубов падать на лестницах, не видя дороги.       Пришлось помотать головой, гоня эти кошмарные мысли. Нервно улыбнувшись, я отвёл демона к розовым кустам:       — Ну, тогда на стрёме постой… Хоть какая-то польза будет… — воровато оглядевшись, я нырнул в заросли, матерясь отламывая самые красивые розы почти у основания куста. — Сейчас как раз решим одну из твоих забот… Я сегодня… Блять!       Демон послушно вперился в горизонт, созерцая его на наличие приближающихся учащихся или других преподавателей:       — Что, прямо так?       — А?.. — я удивлённо разогнулся и заржал, сообразив: — Нет… Поцарапался просто. Я сегодня как раз предложение делать буду. Официально. Вот кольцо, вот яйцо и всё такое…       Розье ощутимо повеселел, чуть ли не потирая лапки, нарезая круги вокруг клумбы, в которой я продолжал сокращать поголовье цветов. Охапка набралась уже приличная. Руки изодрал в мясо, но был страшно собой доволен, вытряхивая листву из-за ушей и из-за шиворота. Ароматы дурманили, хотелось прямо сейчас взлететь в сторону спальни своей молодой училки, на волне одухотворённого романтизма выбить с ноги окно, осыпать цветами и требовать незамедлительно бежать в цитадель со всеми документами, чтобы поставить всех в известность, что мы теперь спим на законных основаниях, а не как мыши под веником, бегая на закате от одной комнаты к другой, как два придурка.       Наконец я вывалился на дорожку, рассматривая внушительный веник в своих руках. Распирала гордость за собственную находчивость. Хотя, я прекрасно понимал, что, когда Мисселина найдёт мои следы в изрядно облысевших кустах, по школе придётся передвигаться ползком и в режиме стелс. Но оно того стоило. Взвалив букет на плечо, чтобы миновать бдительную коллегу, я простился с довольно улыбающимся Розье и взлетел, чтобы добраться до спален в обход остальной школы. Можно будет спуститься из башни и пройти по коридору. А там уже, главное не спалиться…       Крылья с шелестом донесли до башни. Я плавно опустился ногами на край зубчатой стены, ещё раз прощупав карман на наличие кольца, отёр замызганные исцарапанные ладони об мантию и поплёлся по серпантину вниз. Паника отступила, оставив место решительности и желанию наконец разрешить эту насущную проблему. А то неровен час реально сочтут меня балаболом: руки попросил, а предложение так и не сделал. Хотя… мы ж никого не ставили в известность об установленных рамках окончания учёбы и прочих деталей. Так что, кто не в курсе, я не виноват…       Добравшись до нужной двери, я занёс руку, чтобы постучать, но замер, услышав реплику:       — И какой срок уже? — чуть ли не яростно поинтересовалась Ребекка.       — Пять недель… — вздохнула Вики.       Я поймал челюсть до того, как она упала на пол: «Ёбушки-воробушки! Это то, о чём я подумал?!». Ладошки вспотели, сердце ускорилось, в голове появилась уже знакомая мартышка с литаврами на месте мозгов. Я посмотрел на цветы, сунул их подмышку, плюнув на все последствия, опустился коленями на пол, прислушиваясь к разговору через замочную скважину. То, что меня может убить Мисс, стало уже не слишком-то важным.       Ребекка раздражённо вздохнула:       — И чего ты тогда волнуешься? Ты ведь говорила, что он демон честный… Жениться собирались… И где он, кстати, шляется?!..       — Да мы не планировали так-то. Сначала аспирантура, потом свадьба, и только потом когда-нибудь далеко в будущем — маленькие черти. Но всё, как обычно, пошло по…       Матушка поджала губы:       — Не выражайся! Понахваталась от этого раздолбая сквернословия…       — Прости. — Вики грустно вздохнула: — А тут с детьми вообще, как? Ну, в смысле, как они рождаются? Как с ними управляться?       Ребекка хохотнула:       — Милая, как и везде… Ничего нового нет. Рождаются сразу с крыльями, так же орут, пачкают пелёнки, требуют грудь в полное распоряжение и все твои силы, которые можно потратить более мудро. — Ребекка усмехнулась: — Словом, что-то мне подсказывает, что твоя семейная жизнь теперь будет разрываться между детской и десятью кошками…       — Ма-а-ам… Ты умеешь утешить! — простонала моя демоница.       — Не мамкай! Предохраняться не учили, раз не планировали?!       Я закусил губу, припоминая, что вроде бы всё всегда успевал, и резинки ушли в прошлое, оставив все последствия на волю судьбы и моих реакций. Очевидно, возраст давал о себе знать, и всё же шустрый «патрон» достиг цели. «Так… А я, собственно, не понял. Она этому рада? Или не особо?» — пронеслось в мыслях. Пришлось снова прижаться ухом к скважине.       Вики вздохнула:       — А вдруг он не хочет?       «А я не хочу?» — удивился внутренний голос. Пальцы поскребли в затылке. Нет, не то, чтобы я вообще детей не любил, но, когда этих паразитов в школе видишь… Вспоминались маленькие Люцифер и Дино. Мими, подкладывающая кнопки всем подряд вплоть до Кроули. В угол ставили, родителей на ковёр вызывали. Фенцио, помнится, когда у сына подростковый бунт случился лет так в семнадцать, вообще из кабинета Кроули не вылезал. «С другой стороны — это ж мой. Или моя… Или мои… Да чё тут думать-то?!» — возмутился внутренний голос: — «Разучился вынимать одно, учись теперь подтирать сопельки и читать сказки вместо пошлых анекдотов. Теперь только ЗОЖ и морковный сок, и…».       Я нервно сглотнул, вспомнив Розье. Рифма с дроздами ушла в замкнутый цикл.       — Так… Тварь я дрожащая или право имею?! — возмутился я шёпотом.       Из-за двери донеслось насмешливое:       — О… Кажется, твоего принесло… — проговорила Ребекка.       Послышались торопливые шаги. Я как-то забыл, что стою на коленях с цветами подмышкой. Понимая, что встать уже не успеваю, вытащил цветы, спрятавшись за букетом и сделал максимально жалобные глаза. Дверь распахнулась, на пороге показалась основательно заплаканная Вики. Я робко выглянул из-за цветов, стараясь улыбаться не испуганно:       — Эм-м-м… А я тут это… Вот! Это тебе… — протянул букет, рассматривая мгновенно смутившуюся демоницу.       «Блин, а я ей цветы вообще впервые за всё время подарил… Ну не мудила ли, а?.. Нахрен… Теперь каждую неделю новые гербарии будут!» — пообещал я себе мысленно. И ей… И ей пообещал, конечно. Вики приняла букет, закопавшись носом в бутоны и довольно улыбаясь. Чувствовалось, что хочет победно оглянуться на мать, но удержалась. Голубые глазки насмешливо прищурились.       — Так и будешь на пороге стоять?.. Коленками…       Я закусил губу:       — Ну, зависит от того, как быстро ты мне ответ дашь…       — Так ты вопрос сначала задай…       — А… ой! — я судорожно полез в карман, ища коробочку с кольцом.       Из комнаты раздалось саркастичное:       — Господи, ну и раздолбай…       Я удержался от ответных комментариев про мужа каблука.       — Ну, мы с моим внутренним голосом подумали, и я решил…       — Гер… — Вики нервно сглотнула, глядя на коробочку, которую я пытался открыть непослушными пальцами. — Ты серьёзно сейчас?..       — Вполне. — я протянул ей кольцо, неуверенно поинтересовавшись: — Жениться будем?.. То есть, ты за меня выйдешь? Теперь точно… И я не про смену на уроке. Замуж, Уокер…       «Блять, просто заткнись…» — вздохнул внутренний голос.       По комнате пронёсся придушенный растроганный всхлип:       — И замуж, и на смену к первому уроку… Да.       Я с довольным стоном выудил кольцо, ухватывая протянутую тонкую ладошку и надевая кольцо на нужный палец. Дрозды в голове радостно орали, воробьи тоже голосили свадебный марш. Стало не по себе. Я со скрипом поднялся на затёкшие ноги, шагнув в комнату, и притягивая в объятия встревоженно пискнувшую демоницу. Вики только успела отвести руку с колючими цветами в сторонку. «Минус одна проблема…» — с облегчением вздохнул внутренний голос.       Из глубины комнаты послышался смех теперь официальной будущей тёщи:       — Святые Небеса, если для каждого решения ваших проблем мне придётся появляться в школе, я свихнусь… Что ж, рада, что всё разрешилось так удачно…       Я повернул голову, заинтересованно поглядывая на основательно округлившуюся Ребекку. Брови непроизвольно полезли на лоб. То есть, понятно, конечно, теперь, зачем маменька пришла на подмогу, как тяжёлая артиллерия. Такой себе непрозрачный намёк на очередного потомка Мальбонте.       — И вам не болеть. Обоим… — выпалил я, — Поздравляю, кстати. Розье видел. Потом передай ему мои искренние поздравления, а то он даже не успел похвалиться тем, что «запланировал» своего отпрыска.       Старшая Уокер закатила глаза:       — Он может запланировать только поход в туалет. И то, если он состоится в ближайшие пару часов. — Она усмехнулась, поглаживая живот, — В остальном — спасибо. Кстати… — Ребекка бросила красноречивый взгляд на дочь.       Вики смутилась, откладывая цветы на столик, и покаянно опустив голову. В комнате повисла пауза. Демоница закусила губу:       — Гер, я тоже… того…       Тёща закатила глаза:       — Детка, он знает, откуда дети берутся. Можно и прямо сказать, что ваши плоды любви скоро будут опять ставить школу на уши.       Я вскинул бровь, поворачиваясь к Ребекке:       — Твой раньше здесь окажется.       — Твоя! — назидательно поправила серафим. — Девочка.       Вики хихикнула:       — Кажется, после Маля у нас в роду только девочки и появляются. — она перевела на меня затравленный взгляд: — Ты, надеюсь, рад?..       Я со вздохом притянул её обратно, с довольным ворчанием закапываясь носом в русые волосы, пахнущие ромашковым шампунем. Слова были лишними. Что ж… Теперь у Кроули все основания выдать нам желаемую башню. Можно будет заняться ремонтом, оформить пол башни под гардероб для будущей супруги, остальную половину для дочери. «Ну, девочка и девочка! Зато внуки сто пудово мои будут!» — хмыкнул внутренний голос.       — Рад… — я улыбнулся, скользнув пальцами по пока ещё плоскому животу Вики. — У меня теперь будет две чертовки. И обеих буду любить одинаково сильно.       Ребекка закатила глаза, с трудом поднимаясь из кресла, придерживая рукой живот:       — Ну, раз все довольны и рады, то я, пожалуй, пойду. Нам с Розей ещё на курсы по партнёрским родам идти. А я и так засиделась…       Стараясь не ржать, я помахал рукой, пряча усмешку в волосах Вики. Демоница вывернулась из объятий, чтобы попрощаться с матерью. Короткое обещание навестить, когда придёт срок родиться сестре. Красноречивое обещание Ребекки о содействии в том, чтобы нас зарегистрировали на следующей же неделе, чтобы я не успел передумать и слинять…       Посмеиваясь, я прихватил с каминной полки первую попавшуюся вазу, уходя в ванную, чтобы набрать воды для цветов. Послышался щелчок замка в двери и тяжкий вздох невесты. На мою физиономию наползла всё более широкая улыбка. Бессознательно сорванный джек-пот сейчас начинал доходить — жениться, уже зная, что не просто так всё. И плевать, что будут думать досужие сплетники. Хотя, должен заметить, последнее время мы даже не шифровались.       «Вот же стерва…» — в миллионный раз протянул внутренний голос, — «Вот теперь и стало понятно предназначение чёрного костюма… Всё предусмотрела. Опять на десять шагов впереди…».       Вики сидела на постели болтая ногами:       — Гер, ты уверен, что стоит торопиться?       — А чего нет-то, чертёнок? Чай не маленькие. Под себя не писаемся, ложку держать умеем… — я вскинул бровь, поставив цветы в вазу и убрав на её рабочий стол, — А ты уже передумала?       Демоница смутилась:       — Ну, вообще я не рассчитывала, что ты серьёзно тогда всё это сказал. Думала, что сообразил насчёт манёвра, который помог избежать полётов в цитадель каждые пару тройку недель. — она виновато закусила губу.       — Сообразил. — я задумчиво кивнул, стянув мантию и бросив её в кресло, — И понял, что такая перспектива меня не пугает. Как и не пугает рождение детей пачками. Как и совместная старость, внуки и прочие детали…       Вики надула губы:       — Хоть бы сказал, что всё понял…       Я подошёл к постели, садясь рядом, и утягивая демоницу на свои колени. Встрёпанная, немного заплаканная, смущённая, недоверчиво поглядывающая на кольцо, красующееся на безымянном пальце. Такая… моя. Внутри что-то приплясывало от мысли, что каких-то семь с лишним месяцев и такое же чудо будет лишать нас возможности поспать, поесть, потра… уединиться. И всё же, я был доволен.       Щёлкнув Вики по носу пальцем, я проговорил:       — Иногда любопытно, какой следующий фокус ты выкинешь, чтобы добиться желаемого. Так что…       — Ты невыносим… — вздохнула Вики, толкая меня в плечи на постель: — Бросаем школу или остаёмся?..       Я пожевал губы, чувствуя, как она забралась выше и положила подбородок на сплетённые поверх моей груди ладони. В сущности, значения не имело — тут или где. Школа уже перешла в исчисление времени цитадели. Старость откладывалась на неопределённый срок. Кроме того, пост директора гарантировал стабильность, кров, пищу и последующее обучение третьего чертёнка демонической семейки.       — На твой вкус.       — Мне Кроули предложил должность декана факультета демонов. Но я у тебя хлеб забирать не…       Расхохотавшись, я перекатился, осторожно нависнув над удивлённо вытаращившейся на меня Вики:       — Старый серафим просчитал всё! Стратег хренов… Меня повышают до директора, а тебя до декана… Великолепно. Всё предусмотрел.       Вики хихикнула:       — Кроме декрета…