Самая сильная в мире, а молишься

В ту ночь Доктор засыпала с трудом. Ворочалась в своей излишне большой кровати с боку на бок и пыталась все разложить по полочкам. Пыталась понять, как ей строить жизнь дальше. Все изменилось слишком резко. Слишком быстро и круто. И теперь придётся приспосабливаться к новым реалиям, насколько тяжёлыми бы они не было. Спустя несколько часов Доктор все же задремала, однако очень быстро из дремы ее вырвал противный пищащий звук. Она специально установила сверхчувствительные датчики в камере Мастера, которые должны были реагировать на любые странности. Доктор сонно поморгала, затем села на кровати и потянулась к планшету. Нажав на пару кнопок, она вывела на экран изображение с камер видеонаблюдения, которые следили за Мастером. То, что она увидела, ей категорически не понравилось. Мастер с стоном метался по кровати, ему явно было плохо. Доктор оказалась у дверей его камеры спустя пару минут. Она не знала, что с Мастером, но испугалась, что это последствия тех травм, которые он получил. Доктор вошла в тюремный отсек и сразу же зажгла свет. Мастер на это никак не среагировал; лишь продолжил метаться по кровати, периодически постанывая что-то непонятное. Его лоб покрывала испарина, а белки глаз быстро бегали под закрытыми веками. Доктор сразу поняла, что ему снится кошмар. — Мастер, — позвала она его. Тот никак не среагировал. — Мастер! — добавила децибелов в голос Доктор и с силой стукнула кулаком по стеклу. С внешней стороны это было абсолютно безопасно; удар лишь запустил волну вибрации. Мастер резко подскочил на кровати. Несколько секунд он сидел, тяжело дыша, и, казалось, ничего не слышал и не видел перед собой. Потом он медленно повернулся к Доктор. — Тебе снился кошмар. — Ее голос предательски дрогнул. — И ты сразу же прибежала меня спасать. — Голос Мастера звучал хрипло. Это был не вопрос — констатация факта. — Выпей воды, — тихо произнесла в ответ Доктор. — Думаю, нет смысла спрашивать, что тебе снилось? — А ты как всегда проницательна, — ухмыльнулся в ответ Мастер. Казалось, он успел придти в себя, вот только затравленный взгляд выдавал обратное. Доктор вдруг испытала очень иррациональное, но от этого не менее сильное желание открыть дверь камеры, обнять Мастера, уткнуться носом в его волосы и остаться с ним до самого утра. Вот только она прекрасно понимала, что тот свернёт ей шею, как только у него появится хоть малейшая возможность. — Попытайся поспать. Тебе нужен отдых. — Это было все, что смогла выдавить из себя Доктор, прежде чем предательски ретироваться в коридор. Сама она уснуть могла только под утро. На следующий день Доктор посетила Мастера трижды. Принесла ему завтрак, обед и ужин. Мастер почти не притронулся к еде и вяло пикировался с Доктор. Следующая ночь полностью скопировала события предыдущей. И вот Доктор вновь стояла у камеры только что разбуженного ею Мастера. Он опять говорил что-то колкое, но она не слушала. Вместо этого опустилась на пол около камеры. Такого Мастер точно не ожидал. — Что ты делаешь? — несколько ошарашено спросил он. — Хочешь — верь, хочешь — нет, но я правда не желаю твоих страданий. И я правда хочу помочь тебе сейчас! — Смею напомнить, что ты заперла меня в клетке! — Чтобы обезопасить Галактику от тебя! Но я не собираюсь игнорировать тот факт, что ты почти не спишь! Что тебе снится? Возможно, если ты поделишься… — Знаешь, Доктор, ты просто неподражаема. — Голос Мастер был холоднее льда. — В любой своей регенерации. Упорно пытаешься усидеть на двух стульях, пытаешься оставаться хорошей, добренькой по отношению ко всем! Но нельзя одновременно запирать кого-то в клетке и печься о его благополучии! Потому что, если ты вдруг не знала, одиночное заточении — это настоящая пытка, которая неслабо так бьет по мозгам! — В конце Мастер сорвался на крик. — Так что если хочешь мне помочь, не надо играть в психотерапевта и разбирать мои сны, — продолжил он спустя несколько секунд уже спокойнее. — Достаточно просто выпустить меня. — Свободу ты не получишь, даже не мечтай. — Теперь уже голос Доктор звучал холодно. — После всего того, что ты натворил, то, в каких условиях ты находишься, то, как я о тебе пекусь, уже наивысшая милость. — С этими словами она поднялась на ноги. — Можешь пойти мне навстречу, и твоё пребывание здесь станет комфортнее, а можешь ставить палки в колосе. В любом случае это отразится только на тебе. С этими словами, не давая Мастеру сказать хоть что-то в ответ, она направилась к выходу. Оба ее сердца бешено стучали. И сама Доктор, и Мастер знали, что она только что соврала.