Эпидемия

Билл вышел, и Марк с лёгким сожалением отвернулся от Сандры — пялиться на нее было теперь совершенно неприлично, и он запустил рабочую программу. Надо было бы заняться чем-то полезным, но мысли были заняты совершенно посторонним. Как себя чувствует конфета во рту Сандры? Может ли быть глупее мысль… и эта болтовня об уменьшевшихся людях — такого же не может быть? И все же, сегодня на улицах явно меньше машин. И в офисе малолюдно, хоть и рабочий день. И конфета… чувствует ли она, как растворяется в слюне, как язык мнет ее, как… "Да, что за бред! — обругал Марк сам себя. — К делу! Биллу сейчас босс хвоста накрутит, и надо будет срочно в проект правки вносить. И хорошо ещё, если не переделывать половину! А Фреда нет… позвонить ему, что ли?" Марк потянулся к своему телефону, украдкой глянув при этом на Сандру. Но она уже не ела ничего, повернулась к своему компьютеру и что-то изучала на мониторе. "Работает, — подумал Марк, — да и мне надо бы…" Он открыл список пожеланий и замечаний и стал читать и прикидывать, что надо сделать срочно, а от чего удастся отбиться. Голова по-прежнему немного кружилась, хотелось чего-то странного. "Я что, вдруг втюрился? — подумал Марк. — Вроде, не к лицу мне к Сандре липнуть…" Но воображение тут же нарисовали губы девушки, как они приближаются, как касаются лица. Аромат дыхания, мягкость и нежность… небывалое возбуждение. "Приглашу Сандру на обед в кафе", — решил Марк, и тут же представил, как Сандра с улыбкой открывает рот, и вилка с куском котлеты ныряет в темноту. Почему-то это привело Марка в такое волнение, что он даже шумно вздохнул. — В чем дело? — Сандра удивлённо оглянулась, и тут мир вокруг стремительно бросился вверх. Марк охнул, упал, и некоторое время не мог понять, что случилось. — Марк? — голос Сандры был гулким и странно глубоким. — Что-то случилось, — сказал Марк, но вышло неожиданно тихо. Он стоял на собственном столе и удивлённо крутил головой. Сандра подошла и удивлённо раскрыла рот. Марк со смесью ужаса и восторга смотрел на нее снизу вверх, и не мог оторвать взгляда от темного провала между губами, округлой пещеры. — Марк, это правда? — спросила Сандра, и только тут он понял, что произошло. — Этого просто не может быть… — растерянно сказал Марк. И тут дверь щёлкнула и открылась. Вошла Джулия. Она выглядела необычно — взволнованно и возбуждённо. — А где Марк? — спросила она. — Уменьшился, — Сандра машинально показала на крошечного человечка на столе. — Что теперь делать? Джулия сделала пару быстрых шагов, подошла ближе. Марк почти испугался, в ее движениях ему почудилась хищная жадность. — Как что? — воскликнула она и протянула руку, чтобы схватить. — Ты не представляешь, Сандра, как это… Марк в последний миг успел отскочить и спрятаться за клавиатуру. — Мисс Джулия! — закричал он. — Что вы делаете?! — Погодите, Джулия, — Сандра встала между столом и секретаршей, — объясните сперва, что вы хотите сделать… — Ой, Сандрочка, — Джулия расплылась в умильной улыбке, но Сандра с удивлением отметила, что ее рот так наполнен слюной, что даже немного сочится наружу. — Вы знаете, тут можно сделать только одно. Но это так вкусно! И она попыталась обойти Сандру и снова дотянуться до Марка. Тот тоже заметил возбуждение и обилие слюны, но почему-то вместо страха накатила апатия и смирение. "Она хочет меня съесть… — думал Марк. — Она просто хочет меня съесть…" Но эта мысль вызывала только желание спокойно ждать, что будет. — Вы что?! — возмутилась Сандра и оттолкнула Джулию. — Нельзя же так! Это же не конфета! А Марк снова вспомнил, как конфета с негромким звуком исчезала во рту Сандры, как она мягко каталась на языке… — Уйди, дура! — взвизгнула Джулия. Видно было, что она совершенно не владеет собой. — Я самого Макнагеля… — тут она сбилась, смутилась и замолчала. А Сандра поняла, что пока Джулия видит Марка, или хотя бы знает, где он, она не успокоится. Решение пришло интуитивно. Она быстро повернулась к столу, взяла свою конфету и той же рукой ловко схватила Марка. Повернулась к Джулии и демонстративно, но быстро засунула все это в рот. Марк видел все это почти замедленно. Вот на него надвигается огромная рука, вот его сжимают пальцы и вдавливают в мягкий шоколад. Потом быстрый подъем, такой стремительный, что закружилась голова, и сразу после этого — открытые ворота губ. Та самая мягкая и темная пещера Сандриного рта, что он видел в воображении, влажный язык, крупные, очень белые зубы, темнота в глубине… очень много слюны, она свисает липкими нитями сверху, лежит лужицей на языке… — Сан… — начал было возражать Марк, но пальцы уже втолкнули его внутрь, и губы за спиной сомкнулись. Наступила тьма, наполненная мокрым движением, запахом слюны и шоколада. Язык прижал Марка к чему-то твердому вверху, отлепил от конфеты, а потом ловко толкнул в бок, к зубам. Зубы разошлись, потом сомкнулись, едва не раздавив крошечное тело, и Марк с запоздалым страхом понял, что Сандра засунула его за щеку. С одной стороны была мягкая стена щеки, с другой — твердь зубов. А там, за зубами послышался гулкий звук — Сандра проглотила конфету. Потом заговорила, и от ее голоса Марка всего сотрясали. — В самом деле, обалдеть, как вкусно! — сказала она. Каждое движение челюстей и языка качало и толкало Марка, тепло его о щеку и вдавливало в зубы, и он боялся быть раздавленным, разжеванным, проглоченным… но в то же время, почему-то и хотел этого. Конфета ушла туда, в глубину тела Сандры, и что-то в голове Марка звало его туда же. Он попытался напомнить сам себе, что там желудок, кипящая кислота и мучительная смерть, но этот страх принес только возбуждение. "Наверное, я люблю Сандру, — подумал он. — Ей же будет вкусно, если она меня съест… когда она меня съест. А значит все хорошо!" Откуда-то снаружи доносился голос Джулии, слов было не разобрать, но ясно, что она возмущена и сердита. — Ну, ты же сказала, что вкусно, — ответила Сандра, — вот я и попробовала. Марк чуть не угодил между зубов, но язык тут же толкнул его обратно за щеку. Остатки здравого смысла в его голове подсказали, что Сандра не собирается его глотать. Пока. Это вызвало одновременно облегчение и разочарование. Джулия что-то ещё сказала и, кажется, ушла. Сандра некоторое время стояла неподвижно, потом язык выгреб Марка из-за щеки, губы разошлись и Марк ослеп от яркого света. Тут же стало холодно — Сандра вытолкнула его изо рта на ладонь. — Марк? — спросила она. — Ты в порядке? Он сел и попытался протереть глаза. Все лицо было в слюне и шоколаде. — Прости, Марк, мне ничего в голову не пришло, — сказала Сандра виновато. — Спасибо… — ответил Марк, и подавил порыв спросить, зачем же она выплюнула его. — Кажется, она тронулась… Вялая апатия проходила, вместо нее пришел страх. Все тело сотрясала дрожь, то ли от ужаса, то ли от холода — во рту было очень тепло, а здесь холодный ветер кондиционера. — Ты знаешь, — ответила Сандра, — я ее почти понимаю. Это просто удивительно вкусно. Марк вздрогнул и поднял взгляд на ее лицо. Он почти ожидал увидеть открытый рот и язык, зовущий войти и прилечь на него, горло, ждущее, чтобы пропустить его глубже, внутрь, зубы готовые закрыться за ним и навсегда отрезать от офиса, мира, жизни… Но Сандра держала ладонь далеко от лица. Лица не было видно, ладонь держалась чуть ниже груди. Марк смотрел на мягкую выпуклость груди под тканью одежды, и думал, что там, глубже, проходит темная и скользкая труба пищевода, куда он только что чуть не угодил. — Меня просто тянет прямо сейчас тебя облизать… — продолжила Сандра растерянно. Марк на миг испугался, но потом вспомнил свои собственные мысли, пока он был во рту. — Ты знаешь, — он старался говорить спокойно и убедительно, — у меня тоже были очень странные мысли. Но сейчас уже легче. — Похоже, это явление, из-за которого ты… ну, вот такой, — Сандра сбилась и покраснела. Марк ждал, его собственные мысли беспорядочно плавали в голове. Возбуждение и страх ещё не прошли до конца, к ним добавилась растерянность от внезапного изменения. — Наверное, это из-за этого всего… — сказала Сандра. — Мне ужасно хочется лизнуть… Марк вдруг с невероятной отчетливостью вспомнил Джулию — громкий голос, дерганные движения, животный голод в глазах, и испугался, что Сандра станет такой же. — А ты можешь облизывать, но не глотать? — робко спросил он. — Может, этого хватит, чтоб полегчало. Сандра покачала головой и непроизвольно облизнулась. — А вдруг я не удержусь… — сказала она, но Марк видел, что ей очень хочется попробовать. — А вдруг ты чокнешься, как Джулия? — сказал он, и понял, что и сам не против. Что даже путь в желудок не только ужасает, но и манит его. Сандра подняла его к лицу, совсем близко к губам. — Я осторожно… — сказала она и приоткрыла рот. Марк шагнул по ладони ближе, опёрся руками на нижнюю губу. — Давай попробуем сделать это медленно, — сказал он и лег внутрь. Язык мягко подхватил его, губы сомкнулись и наступила темнота, наполненная чмоканьем и тихими стонами наслаждения. Это длилось очень долго, но когда Марк уже был ждал, что вот сейчас он соскользнет в глубину Сандриного тела, когда он уже смирился и даже ждал этого, Сандра вдруг открыла рот и вытолкнула его на ладонь. Марк ослеп от яркого света, и не видел, как девушка торопливо сунула в рот конфету… — Девчонки! Да, я обращаюсь к вам. Ведущая теленовостей, Карин Найджа, говорила непривычно возбужденно. К тому же, камера, снимающая ее, стояла ближе, чем обычно, и видно было блеск глаз, гладкую кожу щек, слишком яркую помаду. — Девчонки, вы все знаете, что творится. Мужики становятся маленькими, и их очень хочется съесть! Удержаться очень трудно, я знаю. Но вот, что я хочу сказать, девчонки! Карин сделала паузу и глубоко вздохнула. — Удержаться невозможно, девчонки! Я знаю. Если пытаться, то это вот прям навязчивая идея становится. И в конце концов, не выдержишь. Так что, даже не пытайтесь. Карин снова сделала паузу, и состроила серьезное лицо. — Но ведь так же нельзя, девчонки. Всех мужиков слопаем, и что дальше? Вымрем, как мамонты? Понятно, что трахаться в таком виде с ними не выйдет. Но кто знает? Может, лекарство придумают. Может, способ какой… В любом случае, мужиков надо беречь! И я вам расскажу, как. Она снова сделала паузу, встала и потянулась к камере. Попыталась поправить ее. Стало ясно, что камера оператора в студии нет. На несколько секунд экран оказался заполнен роскошным декольте Карин — она наклонилась, и можно было разглядеть в подробностях небольшие грудки без бюстгальтера, спортивный животик и даже край трусиков. — Я не стану присваивать себе чужие придумки. Я не сама это. Незадолго до эфира мне позвонила одна зрительница, Сандра. Я как раз искала нашего оператора. Думаю, Фредди должен быть очень благодарен Сандре, верно, Фред? Она подняла левую руку, и стало видно, что на ладони сидит крошечный парень. Он энергично закивал. — Давай, Фредди, покажем нашим зрительница, как мы это делаем. Парень явно немного смутился, но его согласия не ждали. Карин подняла его ко рту и заговорила дальше. — Берете. Аккуратно, чтоб не повредить. Фред болтался в пальцах прямо перед ее губами и ждал. — Облизываете, — продолжила Карин и сунула Фреда внутрь. Ноги некоторое время болтались снаружи, но почти сразу были подхвачены розовым язычком. На лице Карин отразилось наслаждение, но вскоре она остановилась. Подставила ладонь, выплюнула на нее мокрого человечка. Быстро взяла другой рукой что-то небольшое и засунула в рот. — Вот так, — сказала Карин и проглотила. — Вместо человека я съела конфетку. Инстинкты удовлетворены, и все живы. Она подняла к камере ладонь с человечком, и стало видно, что он жмурится от яркого света и тяжело дышит. — Верно, Фред? — весело спросила Карин. — Конечно, верно, — ответил Фред и глянул прямо в камеру. — А я прощаюсь с вами до следующего эфира! Фред расскажет мне, как правильно настраивать камеру, а то я теперь и за оператора, и за режиссера. А вы берегите друг друга!