Глава 16
17 июня 2021 г., 12:00
Глава 16
Гарри не был идиотом.
Конечно, учеба никогда не была его сильной стороной. Он не мог решить сложное уравнение по Арифмантике и не знал ингредиенты всех зелий наизусть. Но это все были не его области знаний. Он знал то, что ему необходимо было знать. Мог хорошо думать на ногах, и у него были неплохие инстинкты. И что более важно, он не был беспечен. Безрассуден, возможно. Но не беспечен.
Тем вечером же… он повел себя беспечно. А еще он идиот. Потому что только беспечный идиот приведет магла в магический дом, не приняв соответствующих мер предосторожности. Что если Эбби что-то увидела? Он еле вспомнил, что нужно заморозить фотографии в гостиной, буквально за секунду до того, как они с ней туда вошли. Но что если этого оказалось бы недостаточно? Сова могла влететь в окно и принести письмо, камин мог внезапно загореться, если кто-то решит связаться с ним по каминной сети. Любая из очевидно магических книг и другие предметы, разбросанные по дому, могли привлечь ее внимание.
Он будто бы вообще не думал, когда пригласил Эбби зайти. И это его безумно раздражало, так как ему было уже почти тридцать, а он все еще временами вел себя, как какой-нибудь порывистый тинейджер. Будто бы где-то в нем была частичка, очень-очень маленькая его часть, которую он даже не думал признавать, которая хотела, чтобы что-то произошло. Хотела, чтобы она обо всем узнала здесь и сейчас. Хотела взбунтоваться. Конечно, он размышлял над идеей когда-нибудь рассказать Эбби о магии. Но не так, не внезапно, чтобы у нее сердце прихватило прямо у него в гостиной.
Гарри громко выдохнул, тряхнул головой, выходя из лифта, и целенаправленно устремился по длинному коридору к третьей двери по правую руку. Потому что, если кто-то и поможет ему распутать его спутанные мысли, то только Гермиона.
Да, Гермиона поможет ему со всем разобраться. Со всеми его необдуманными порывами, бунтарскими замашками и беспечной глупостью. Она его хорошенько отчитает, а потом расставит все на свои места. Может быть, даже вправит ему мозг немного, если повезет.
— Нам нужно поговорить, — сказал он, без стука ворвавшись в ее кабинет.
Гермиона подняла на него удивленный взгляд.
— Я знаю, что у тебя, скорее всего, сейчас есть миллион других важных дел…
— Гарри-
— …но мне нужно буквально десять минут твоего времени, чтобы рассказать, какой я дурак. Потому что так и есть. Как есть дурак. И я…
— Гарри, — повторила она на этот раз с большим нажимом.
— Что? — спросил он.
— У меня тут, вроде как, встреча.
Он постоял пару секунд, а затем повернулся в сторону кресла напротив ее стола и только тогда заметил, что в нем кто-то сидит. В его защиту, собеседника не было видно из-за двери, когда он входил.
— О… прошу прощения, — сказал Гарри и посмотрел на мужчину извиняющимся взглядом.
— Ничего страшного, мистер Поттер, сэр, — сказал тот, приподнявшись, когда к нему обратились.
— Не нужно, — пробормотал Гарри, чувствуя себя весьма неловко. — Что ж, ну… поскольку вы…
И прежде, чем кто-то из них успел что-либо сказать, быстро покинул комнату.
Отличный план, блин, — подумал он, выходя из лифта на своем этаже. Нужно будет зайти к ней позже. Хотя, Гермиона, скорее всего, сама его найдет. Она любит поговорить, как-никак.
Отодвинув эти мысли подальше, он направился к своему кабинету и краем глаза заметил фиолетовый самолетик, который несся прямо в его сторону. Не нужно было даже гадать, от кого он. У Дэвис всегда каким-то образом получалось сделать так, чтобы эти штуковины прилетали ему прямо в лоб.
Как он и думал, развернув записку, он тут же узнал ее элегантные каракули. Там было всего три слова, но настроение ему они испортили тут же:
Снова дело Мерчанта.
Гарри вздохнул, вошел в свой кабинет и призвал толстенную папку, которую недавно для него откопали в архивах.
— Анна, — позвал он молодую ведьму снаружи. — Не знаешь, Эльсуорт уже вернулся с перерыва?
— Не видела его, сэр, — сказала она. — Но аврор Дэвис вас не так давно искала. Думаю, она сейчас в первой переговорной.
Гарри кивнул, закинул сумку на плечо и снова вышел.
— Можно попросить тебя сделать мне большущее одолжение?
— Конечно, — сказала Анна, с готовностью на него глядя.
— Свяжись по камину с Андромедой Тонкс и узнай, не сможет ли она сегодня забрать Лили из школы. Занятия заканчиваются в 12:45.
— Как скажете, сэр, — кивнула она.
Гарри еще раз ее поблагодарил и направился к ряду кабинок в глубине зала, где сидела большая часть младших авроров.
— Кто ничем не занят? — спросил он.
Они настороженно на него посмотрели, не зная, какой ответ будет в этом случае правильным.
— Ну ладно, перефразирую, — медленно сказал он. — Кто хотел бы заняться чем-нибудь другим?
Одна отважная душа на задних рядах подняла руку, и Гарри подозвал его к себе.
— Сегодня твой счастливый день, Адамс, — сказал он достаточно громко, чтобы услышали остальные. — Идешь со мной на разбор дела.
Как он и предполагал, его слова были встречены расстроенными выражениями на лицах некоторых. Но тем не менее никто не стал спорить. Из нынешних младших авроров он не тренировал никого, и они все еще думали, что он, чуть что, в любой момент может откусить им голову.
— Это была какая-то проверка, сэр? — спросил Адамс, шаркая рядом с ним по пути к переговорной.
— Как хочешь, так и называй, — пожал плечами Гарри. — Все очень просто- и можешь остальным тоже это передать. Мне нравятся прямолинейные инициативные люди, а не те, кто ведет себя, как трусливый кролик, каждый раз, как я прохожу мимо. Я на самом деле не такой страшный.
— С этим можно поспорить, — пробормотал Адамс.
Гарри решил его слова проигнорировать и вместо этого вернулся к главной теме:
— Ну ладно, если коротко о деле, — сказал он. — Карл Мерчант, 43, осужден за убийство своей жены и сына в их собственном доме. Признал себя виновным на суде и после был отправлен за решетку. Убийство и суд состоялись весной 2007.
— 2007? — удивился тот. — Были причины снова его поднимать?
— Именно это нам и предстоит выяснить, — сказал Гарри, постучав в дверь переговорной, вошел внутрь и обнаружил там Дэвис. Та сидела за столом, а перед ней были разложены различные бумаги.
— Ну ладно, пожалуйста, скажи мне, что есть причина тратить наше драгоценное время на дело, которое было закрыто три года назад, — сказал ей Гарри, присаживаясь напротив. — Потому что, если тебе просто нечем заняться, то у меня на столе целая гора отчетов, которые нужно просмотреть.
— Не считай меня за дуру, Поттер, — сказала та и, нахмурив брови, продолжила быстро читать документ у нее в руках. — Где Эльсуорт? Он захочет это услышать.
— Еще не вернулся, — сказал Гарри. — И захочет услышать что именно?
Она подняла на него взгляд, коротко взглянула на Адамса с намеком на недоброжелательность, но потом снова посмотрела на него.
— Он был прав. Думаю, нам нужно снова начать расследование.
Гарри только покачал головой, чувствуя легкое раздражение.
— Мы же уже разобрались, что доказательства не были сфабрикованы. Отпечатки тоже Мерчанта. Результаты из ОТ это подтвердили.
— Дело не в отпечатках, — сказала она, выглядя несколько сбитой с толку. — Тут кое-что еще.
В этот момент дверь открылась, в ней появился Эльсуорт, выглядя изрядно потрепанным, и быстро занял место за столом. Он был высоким и крепким северянином, который проработал аврором почти столько же, сколько Гарри жил на этом свете. И несмотря на чересчур параноидальные настроения, которые напоминали ему Аластора Муди, Гарри всегда относился к нему с уважением.
— Что я пропустил? — спросил тот.
— Мы как раз подошли к главному, — сказала Дэвис, доставая из стопки небольшой белый конверт. — Это чуть раньше пришло по почте. Я пока понятия не имею, что это, но ты можешь взглянуть.
Она передала конверт Гарри, и он его открыл. Внутри оказалось несколько крохотных семян пшеничного цвета.
— И как это относится к делу? — спросил он, внимательно их осмотрев, а затем передал Эльсуорту.
— Оно из того же источника, что и предыдущее письмо, — сказала Дэвис.
— Адамс, — сказал Гарри. — Как мы можем определить, что два анонимных письма связаны друг с другом?
Молодой аврор моргнул, когда внимание остальных оказалось на нем.
— Эмм… ну… — начал он, пытаясь спрятаться от сразу трех пар глаз.
— Вперед, — сказал Гарри.
— Мы можем проанализировать почерк? — предположил тот.
— Это что, вопрос? — приподняла бровь Дэвис.
Он замотал головой.
— Ну ладно, какое заклинание для этого ты бы использовал? — спросил Гарри.
Адамс вытер ладони о брюки и повозился на своем стуле.
— Я-я его знаю, — сказал он. — Просто… одну секунду.
Остальные смотрели на него.
— Нечего тут мочить штаны перед нами, парень, — сказал Эльсуорт и сложил руки на груди.
Адамс внезапно щелкнул пальцами.
— Экскутио Скриптурам! — сказал он, и Дэвис изобразила очень саркастичные медленные хлопки.
Гарри кивнул.
— Хорошо. Но я бы посоветовал тебе освежить в памяти базовые аналитические заклинания с первого года обучения. Они используются намного чаще, чем ты можешь себе представить, — сказал он. — Что же до нашей текущей ситуации, во втором письме не было ни одного слова, так что это заклинание для нас бесполезно. Можешь придумать что-то еще, что можно было бы использовать для определения связи между ними?
Адамс нахмурил лоб и через пару секунд покачал головой.
— Я не знаю, сэр, — пробормотал он.
— Ничего страшного. Ты здесь, чтобы учиться, — постарался приободрить его Гарри. — И, Дэвис, ты здесь, чтобы учить, — он повернулся к скучающей ведьме напротив и жестом предложил ей продолжить.
— Ну ладно, что Адамс проигнорировал, — начала она, заработав невеселый взгляд со стороны Гарри, — так это анализ латентных доказательств. Вещей, невидимых невооруженным взглядом, которые не лежат на поверхности, и их необходимо сначала получить. Таких, как отпечатки- пальца, ладоней, ботинок- биологические жидкости, в данном случае — слюна на конверте. Иногда мы можем даже попытаться отследить человека по остаточной магии.
— Что такое остаточная магия? — спросил Адамс, подняв взгляд от блокнота, куда все это быстро записывал.
— Ой, ну ладно тебе, — фыркнула она. — Я точно знаю, что мы этому учим. Кто был твоим инструктором?
— Аврор Кемли, — сказал он, переводя взгляд между ними.
Она громко фыркнула.
— Ну, это многое объясняет…
— Дэвис, — сказал Гарри. — Продолжай, пожалуйста.
Она бросила в его сторону кислый взгляд, но сделала так, как он просил:
— Магия, которой подвергается объект, ну или какое-то место, оставляет на них след. Ты же знаешь об этом, надеюсь?
Адамс кивнул.
— Ну, если у тебя есть достаточно образцов магии одного человека, то можно использовать эту информацию, чтобы определить его магический отпечаток. А вот его, в свою очередь, можно использовать в качестве шаблона для дальнейшего сравнения.
— Не уверен, что я до конца понимаю.
Дэвис раздраженно вздохнула.
— Это как… встретить существо, которое ты никогда раньше не видел, — попыталась объяснить она. — Ты записываешь все его характеристики и поведение, а потом называешь новым видом. И в дальнейшем вся эта информация поможет легче определять других представителей этого вида и относить их к этой же категории.
Адамс медленно кивнул.
— Хорошо, так значит… мы смогли отследить достаточно этих магических следов на двух конвертах, чтобы понять, что их отправил один и тот же человек?
— Да… что удивительно, — сказала она, и на ее лице появился задумчивый взгляд.
— Бессмыслица какая-то, — сказал Гарри, просматривая результаты анализа.
Ничего не понимающий Адамс переводил между ними взгляд.
— Прошу прощения, но… что именно?
— О, Мерлин, — не веря своим ушам, сказала Дэвис. — Ты специально пытаешься косить под идиота, или у тебя само так натурально получается?
— Остынь, — сказал ей Гарри, а затем повернулся к молодому аврору. — Магический след остается тогда, когда кто-то применяет заклинание, а на этих конвертах было уж очень много остаточной магии. Никому не нужно столько магии, чтобы запечатать и отправить пару простых писем.
— Значит, вы думаете, что над этими конвертами кто-то поработал, сэр? — спросил Адамс.
Гарри тяжело выдохнул и провел рукой по волосам.
— Но не так, чтобы мы могли это подтвердить, по всей видимости.
— Ну и, что нам со всем этим делать? — спросила Дэвис.
Он взял в руки конверт и еще раз осмотрел его содержимое.
— Что ж, начнем с того, что разберемся, что это за семена. Адамс, в твоем распоряжении целая библиотека литературы о магических и обыкновенных растениях. Можешь начинать, — сказал он и толкнул конверт в сторону аврора. — Дэвис, когда он закончит, я хочу, чтобы ты составила список всех магических свойств и зелий, в которых это растение используется. Когда разберемся с этим, то встретимся снова и все обсудим подробнее. Кто-нибудь, разбудите Эльсуорта и передайте ему инструкции. Свободны.
Последовал шорох бумаг, когда каждый из них начал собирать свои вещи. Дэвис швырнула в Эльсуорта колющим заклинанием, от чего тот, подпрыгнув на стуле, проснулся и пошел крыть ее очередью таких красноречивых выражений, от которых Гарри даже захотелось прикрыть Адамсу уши.
— Аврор Поттер, — позвал его молодой человек, когда он вышел из переговорной и направился к своему кабинету.
— Да?
— Я хотел спросить, можно мне копию дела? Ну, понимаете, чтобы изучить его перед следующей встречей, — попросил он.
— О, точно, — сказал Гарри, доставая из сумки папку, и заклинанием создал ее копию. — Извини, совсем вылетело из головы.
— Ничего страшного. Благодарю, сэр.
— Ты неплохо сегодня поработал Адамс, — сказал ему Гарри. — Не бойся задавать вопросы, даже аврору Дэвис. Она хоть и выглядит устрашающе, но это для твоего же блага, поверь мне.
Молодой человек лишь легко посмеялся и кивнул.
— Понимаю, сэр. Я постараюсь.
— Уверен, что так и будет. Давай только без всех этих «сэр», хорошо? Мы же коллеги.
Загривок Адамса заметно покраснел, но он снова кивнул.
— Хорошо, сэр- то есть- хорошо… мистер Поттер.
Губы Гарри чуть дернулись.
— Поттер, — поправил он. — Просто Поттер. Или Гарри, если хочешь.
Глаза того чуть округлились, будто бы о таком он и подумать не мог.
— Хорошо… тогда, всего доброго, — сказал он, судя по всему, теперь решив вообще никак к нему не обращаться.
Гарри лишь покачал головой и направился к своему кабинету. Войдя внутрь, он совсем не удивился, обнаружив, что там его ждет Гермиона.
— Ты не занят? — спросила она, когда он просто швырнул свои вещи на стол.
Гарри заметил знакомое выражение на ее лице, когда она осмотрела беспорядок, но, к счастью, ничего по этому поводу говорить не стала, уже давно отбросив всяческие попытки.
— Я всегда занят, — сказал он и, ослабив галстук, опустился на стул. — Но, полагаю, могу найти для тебя пару минут.
— Как мило с твоей стороны, — сказала она. — Так, ты хотел мне что-то сказать?
Гарри улыбнулся. Он всегда ценил ее способность сразу переходить к делу.
— Да, хотел, — начал он. — Понимаешь, я вроде как… ну, я сделал кое-что глупое.
— Да, это я поняла из того, что ты сказал, ворвавшись в мой кабинет, — весело посмотрела на него она.
— Да, прости, кстати.
Гермиона лишь отмахнулась.
— Ну, рассказывай, — сказала она. — Что произошло?
Он тяжело вздохнул.
— Ладно, в общем, я встречался с Эбби в субботу вечером, — аккуратно начал он. Когда Гермиона ничего не сказала, он решил продолжить. — Мы гуляли, и потом по какой-то идиотской причине я решил позвать ее к себе.
Гарри ждал какой-нибудь реакции, но Гермиона лишь смотрела на него с нечитаемым выражением на лице.
— Домой, — добавил он.
— И?.. — спросила она и, наклонившись поближе, положила локти на его стол.
— И… это было ужасно глупо, — медленно сказал он. — Она же магл, Гермиона. Я не подумал даже о мерах предосторожности. Вспомнил про фотографии в гостиной в последнюю секунду и наплел ей какого-то бреда про то, что хочу прибраться перед тем, как она войдет. Я был неосторожен.
Плечи Гермионы, казалось, чуть поникли, и она снова выпрямилась на своем стуле.
— И это все? — спросила она.
— А что, этого мало? — не понял он.
— Нет, просто… ну. Я думала, что ты скажешь что-то еще, — сказала она.
Гарри странно на нее посмотрел.
— Например? — спросил он.
— Ничего, — быстро сказала она. — Давай, эмм, давай поговорим о том, что произошло.
— Хорошо…
— Ты прав, Гарри, с твоей стороны это было небрежно. Думаешь, она что-то заметила? — спросила Гермиона деловым тоном.
— Нет, я был с ней все время, — помотал он головой. — Она заходила ненадолго.
— Хорошо. Это хорошо, — кивнула она.
— Я просто не знаю, зачем я это сделал, — сказал он. — Даже не подумал о последствиях.
— Ну, — сказала Гермиона, выглядя несколько нерешительно. — Только не злись на меня, но… может быть это потому, что ты не привык приглашать к себе гостей?
Он посмотрел на нее пустым взглядом.
— В смысле, даже если я приглашаю кого-то к себе случайно, я всегда на секунду задумываюсь, что у меня дома, — мягко сказала Гермиона. — И, возможно, если бы тоже подумал, то ты бы лучше представлял ситуацию и вспомнил бы про все магические предметы.
— Не то чтобы я не вспомнил, что там некоторый беспорядок, Гермиона. Несмотря на то, что ты там себе думаешь, я социально дееспособен, — чуть раздраженно ответил он. — Я просто забыл. Забыл, что она магл. Забыл, что я волшебник. Я просто- не знаю. Я не знаю, что это было.
Он провел рукой по лицу и громко выдохнул.
— Гарри… прости. Я могу быть совершенно неправа. Но не важно, в чем причина, это была всего лишь ошибка с твоей стороны, — сказала она, стараясь успокоить взглядом. — Все мы допускаем ошибки и учимся на них. Просто, в следующий раз тебе нужно подготовиться получше, вот и все.
Он на секунду задумался над ее словами и, тяжело вздохнув, откинулся на спинку стула.
— Что если… что если какая-то часть меня хотела, чтобы она обо всем узнала? — спросил он, разглядывая свои пальцы, лишь бы избежать ее взгляда.
— По поводу… магии?
Он кивнул.
— Это незаконно, — тихо заметила она.
— Я знаю, — чуть резко ответил он. — Я не планировал ничего такого на самом деле, просто говорю, что это могло быть подсознательное желание или что-то такое.
— Ну, даже если так и есть, то это не имеет значения. Ты не сделаешь дважды одну и ту же ошибку, — сказала она.
Гарри такой ответ не особо понравился по какой-то причине, и, судя по всему, это отразилось на его лице, потому что Гермиона обеспокоенно вздохнула.
— Послушай, — начала она. — Я знаю, как это, хотеть рассказать обо всем кому-то. Все мои родные маглы, помнишь? Тети, дяди, кузены. Но правила, есть правила. Статут Секретности не просто так был принят.
— Да, я знаю, хорошо? — сказал он. — Это была просто глупая мысль…
Гермиона наклонилась поближе и взяла его руку в свою.
— Она не глупая, — твердо сказала она. — Никому не понравится хранить секреты от тех, кто ему небезразличен.
Гарри аккуратно вызволил свою руку и изобразил, что перекладывает документы.
— Она мне не небезразлична, — пробормотал он. Но даже когда он произнес это вслух, слабый укол вины в груди никуда не делся.
— Почему-то я тебе не верю, — сказала Гермиона.
— Почему же? — спросил он, пытаясь изобразить равнодушие.
— Ну, для начала, ты пригласил ее к себе домой, — сказала она так, будто бы все было очевидно. — Ты познакомил ее с детьми, ты проводишь с ней время, хоть и не должен, и хочешь рассказать ей о магии. Гарри… она просто обязана что-то для тебя значить. В ином случае ты бы ничего из этого никогда не сделал.
Он перестал притворяться, что приводит стол в порядок.
— Ну, все равно же без разницы, так ведь? Я не могу ей ничего рассказать.
— Ну… это не совсем правда, — сказала Гермиона тем самым тоном, который использовала, чтобы кого-то вежливо поправить. — Свадебные контракты позволяют ведьме или волшебнику раскрыть существование магического мира своему немагическому супругу.
— Очень мило, Гермиона, — сказал он, сарказм буквально сочился из этих слов, словно яд. — Обязательно дам тебе знать, когда мы назначим дату свадьбы.
— Да, прости… это было не сильно полезно, — смутилась она.
— Слабо сказано, — пробормотал он, взял отчет из первой стопки и открыл его. — Послушай, спасибо, что спустилась сюда. Ты очень помогла мне во всем разобраться, и я за это благодарен. Но мне стоит вернуться к работе, как, уверен, и тебе.
— Гарри…
— Что? — спросил он, поднимая на нее взгляд.
Гермиона, похоже, над чем-то задумалась.
— Через пару недель, если ты все еще будешь хотеть, чтобы она все узнала… то подойди ко мне снова.
— Что? — спросил он, задумавшись, не сошла ли она с ума.
— Понимаешь… Статут Секретности очень, очень сложный закон с кучей статей, пунктов и подпунктов, которые пересматривались и менялись больше раз, чем я смогу сосчитать, — тихонько, будто волнуясь, что кто-то услышит, сказала она ему. — Если у меня будет время в нем разобраться, то наверняка найдется что-то, с чем можно работать. Но для этого ты должен быть уверен, что хочешь этого.
Он внимательно на нее посмотрел, словно видел впервые.
— И ты мне поможешь? — спросил он, так и не скрыв удивление в голосе.
— Да я для тебя все, что угодно, сделаю, идиот, — фыркнула она.
В ответ он чуть неуверенно кивнул и отвернулся, чтобы спрятать лицо.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Да, нормально, — быстро ответил он, проклиная про себя неожиданную волну эмоций. — Просто, тут немного пыльно. Ты права, знаешь, стоит прибраться. Там на полках, наверное-
— Ой, да заткнись ты, — прервала его Гермиона, подошла к нему и поцеловала в голову. Взяв его лицо в ладони, она весело улыбнулась. — Иногда можно побыть не каменным, знаешь.
Он аккуратно убрал ее ладони и взял их в свои.
— Спасибо, — сказал он, серьезно на нее глядя. — Даже если ничего из этого не выйдет, просто… спасибо, Гермиона.
Она прервалась на секунду, тепло на него глядя.
— Все будет хорошо, — пообещала она.
##
Эбби краем глаза взглянула на часы. Она всегда так делала, ничего нового. Она всегда ждала момента, когда он появится. Потому что работа была монотонной, посетители обычными, а разговоры с ними были наполнены лишь вежливым смехом и дежурными любезностями. И иногда это несколько выматывало.
Но когда Гарри появлялся в дверях заведения, у нее в животе вырастал небольшой пузырь веселья и предвкушения. Он был для нее будто бы лекарством от скуки. Небольшой складочкой на полотне абсолютно гладкого дня. Ей нравилось, когда он был рядом, так как рядом с ним было весело, и все становилось каким-то простым.
Эбби мягко выдохнула и снова посмотрела на часы. Она не видела его с вечера субботы. Уже два дня. Целых два дня она не знала, что и думать. И сегодня она серьезно хотела проверить. Почувствует ли она это снова? То странное, теплое, замечательное чувство? Оно будто бы успокаивало и волновало одновременно, было чем-то вроде счастья и привязанности, сплетенных в один гигантский клубок, который в один момент взрывался на маленькие частички и щекотал все внутри. Всего лишь мгновение. Но его нельзя было забыть и невозможно игнорировать.
Она просто хотела знать. Случится ли это снова?
В этот момент колокольчик на двери зазвенел, и когда Эбби подняла голову, то тут же почувствовала внезапную невесомость. Решив пока не обращать на это внимания, она подошла к Гарри с теплой улыбкой на лице.
— Хейя!
— Привет! — сказал он, взял чашку кофе у нее из рук, и выпил ее одним залпом.
— С тобой все хорошо? — весело спросила она.
— Просто чертовски устал, — пробормотал он, надавливая ладонями на глаза, и тихонько выдохнул.
Эбби обеспокоенно на него посмотрела.
— Хорошо выспался? — спросила она и, протянув руку, погладила его по спине.
Гарри убрал руки от лица и посмотрел на нее.
— Что ты делаешь?
Она замерла.
Что я делаю?!
— Ничего- прости- что? — запнулась она и, быстро отойдя от него, сцепила руки у себя за спиной.
Гарри вздохнул.
— Даже знать не хочу, — устало сказал он. — Принесешь мне еще?
— Конечно! — как-то слишком охотно сказала она.
Эбби застонала про себя, отходя от его столика. Все это выглядело не особо хорошо. Нужно расслабиться. Она слишком взвинтила себя за последнюю пару дней и напридумывала всякого. А ведь ничего не было. Гарри всего лишь был чуть более открыт вечером субботы. Конечно же она иначе отреагировала.
Облегченно вздохнув, она решила, что все наконец-то поняла. Вернувшись к нему, снова широко улыбнулась и, поставив перед ним чашку, присела напротив.
— Я скучала вчера, — сказала она.
— Да, кое-что всплыло на работе, — сказал он. — Не смог даже Лили из школы забрать, и она теперь на меня злится. Поклялась, что не будет со мной разговаривать целых восемь лет.
Эбби тихонько хихикнула.
— Довольно точный срок.
— Это ее любимая цифра. Постоянно ее повторяет, не понимаю, почему, — сказал он.
— Наверное, потому что она выглядит, как снеговик, — сказала она.
Гарри посмотрел на нее.
— Прости?
— Если написать, то она выглядит, как снеговик, — объяснила Эбби. — Я понимаю, почему она ей нравится.
— Думаю, мне не стоило удивляться тому, что ты смогла найти логику в мыслях четырехлетней, — сказал он, откинулся на спинку стула и сунул руки в карманы.
— Это должно быть обидно? Потому что я нахожу это лестным, — сказала она.
— Я подумал, что ты можешь, — ответил он, пожав плечами.
Эбби посмотрела на свои руки.
— Так… значит, кто-то другой ее забрал?
— Нет, я просто оставил ее там.
— Что? — вскрикнула она, резко подняв голову.
Гарри посмеялся.
— Шучу, — сказал он. — Слишком доверчива сегодня?
Эбби почувствовала, как на ее лице появляется румянец, а в глубине живота что-то неприятно сжалось.
— Прости, — пробормотала она. — Это было… глупо.
Гарри странно на нее посмотрел, но, к счастью, комментировать не стал.
— Ну да ладно, ее забрала бабушка, — сказал он. — Ну, на самом деле она бабушка моего крестника, но она нам практически родная.
— У тебя есть крестник? — удивилась она.
— Да, есть. Зовут Тедди, — сказал Гарри с теплой улыбкой на лице. — Его родители погибли, когда он бы совсем маленьким, и он вырос со своей бабушкой. Ну и я старался помогать, чем могу. Он практически мой первенец.
— Вы были близки? С его родителями, имею в виду, — спросила она.
Во взгляде Гарри появилась тоска, и он взглянул за окно.
— Да… да, мы были довольно близки. Они были старше меня, и я не смог провести с ними столько времени, сколько хотелось бы, — сказал он. — Но они были хорошими людьми. Лучшими…
Эбби была рада, что он отвернулся и не мог видеть скорбь в ее глазах. Она не смогла сдержаться. Складывалось впечатление, что все, с кем Гарри когда-либо был близок, его покинули. Родители, жена, а теперь и друзья. Как кто-то мог справляться с подобной потерей? Она не могла даже представить.
— Сколько сейчас Тедди? — спросила Эбби, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Тринадцать.
Ее челюсть в шоке отпала.
— Вот это да! Ты, должно быть, был очень молод, когда он родился.
В глазах Гарри что-то промелькнуло, но растворилось так же быстро, как и появилось.
— Да… Мне было семнадцать, — сказал он.
— И ты заботился о нем, когда тебе было семнадцать?
— Ну, не один я, — сказал он и, повернувшись, весело на нее посмотрел. — Большая часть грязной работы досталась его бабушке. Я, по сути, был рядом, чтобы его развлекать и время от времени поменять подгузник.
Эбби какое-то время на него смотрела, чувствуя, что ее переполняют эмоции, которые она даже начать объяснять была не в состоянии. Он продолжал… меняться прямо у нее на глазах. Превращаться в того, кем она никак не могла его представить. Кого-то более доброго, более теплого и мягкого. В кого-то еще более лучшего.
И тем не менее… он все еще оставался Гарри.
Внезапно она заметила, что странное, теплое, замечательное чувство, которое вспыхнуло в ней тем вечером на диване в гостиной Гарри, собиралось сделать это снова здесь и сейчас. Последние два дня она провела в мыслях, не было ли оно какой-то случайностью. Но рядом с ним сейчас, сидя напротив, с его растрепанными темными волосами, усталыми зелеными глазами, стоическим выражением на лице и сухим юмором, она знала, что этого просто не может быть. Оно не может быть случайностью.
Она что-то чувствовала по отношению к нему. Теперь Эбби это знала. Что-то настолько же великолепное, как дружба, только сильнее.
##
Папа! Папа! Папа! Папа! Папа!
Гарри перевернулся на другой бок и накрыл голову одеялом, пытаясь спастись от визга Лили. Но девочка отступать не собиралась:
— Папа, просыпайся! — прокричала она, теперь уже прыгая вверх и вниз на кровати. — Нам ’нда ех’ть за Тедди!
— Еще целых шесть часов, Лили, — простонал он в ответ.
Сегодня было утро субботы, и Гарри действительно надеялся сегодня поспать подольше. Работа на этой неделе была ужасно напряженной, и ему приходилось буквально каждый день засиживаться допоздна, чтобы хоть что-то успеть сделать. Он попытался вчера объяснить это Лили, когда укладывал ее спать, но стоило догадаться, что это не даст особого результата. Сегодня Тедди возвращался домой. И в доме Поттеров этот день приравнивался чуть ли ни к Рождеству.
— Но что если он приедет раньше! — сказала Лили, стащила с него одеяло и положила голову на подушку, чтобы они оказались лицом к лицу.
— Не приедет.
— Но что если приедет?
— Лили.
— Ну просто, а что если?
Гарри перевернулся на спину и закрыл глаза руками.
— Папа, — сказала она, тыкая его в плечо.
Когда он ничего не ответил, она перелезла и уселась ему на живот.
— Папочка, — повторила она, пытаясь оторвать его руки от лица.
В ответ он просто снова застонал, слишком усталый, чтобы с ней спорить.
— Папа!
Гарри уронил руки на кровать и посмотрел на нее.
— Лили, обещаю, что Тедди приедет точно через шесть часов, и что все мы будем там, когда это произойдет. Я хоть раз нарушал свои обещания?
Малышка быстро помотала головой.
— Тогда у тебя нет причин беспокоиться, — сказал он. — А пока, почему бы тебе не пойти и не нарисовать что-нибудь для Тедди, пока папа немного вздремнет. Могу я тебя попросить об этом, цветочек?
Плечики Лили заметно поникли, и она тяжело вздохнула.
— Хорошо, — надулась она и слезла с него.
— Эй, — сказал Гарри, аккуратно притянув ее к себе. — Спасибо, что ты такая хорошая девочка.
— Пожалуйста, — угрюмо пробормотала она.
Гарри поцеловал ее, позволил спрыгнуть на пол, и она выбежала из комнаты, чтобы приступить к своему шедевру. Не успело пройти и пары секунд, как он повернулся на бок, закрыл глаза и снова провалился в сон.
Проснувшись снова через пару часов, Гарри почувствовал себя в миллион раз более отдохнувшим. И тем не менее он не винил Лили за то, что она разбудила его на рассвете, так как и ему самому не терпелось увидеть Тедди. Мальчик всегда будет занимать в его сердце особое место. Тот был ему как сын, младший брат и друг в одной общей бирюзовой обертке.
Гарри улыбнулся и направился в ванную, чтобы привести себя в порядок. Будет здорово, когда тот снова появится в их доме. Не только для детей, но и для него тоже. Гарри не любил открыто этого признавать, но периодически становилось несколько одиноко без кого-то, с кем можно поговорить на более высоком интеллектуальном уровне. Он любил своих детей больше всего на свете, они приносили ему счастье и радость каждый день, как не мог никто. Но иногда… ему не хватало разговора. Не хватало того, чтобы в доме кто-то еще не спал после девяти. Не хватало шуток, споров и разговоров о жизни, которые продолжались до самого утра. И хоть он и понимал, что Тедди не замена тому, что он потерял, тот все еще помогал заполнить эту зияющую дыру, даже если и всего лишь чуть-чуть.
— Утро, па, — сказал Ал, протирая глаза.
— Привет, малыш. Что так рано? — спросил Гарри и потрепал его по голове, когда тот потянулся за своей зубной щеткой.
— Лили, — просто ответил тот.
Гарри посмеялся.
— Прости. Она, должно быть, выбрала себе новую цель, когда поняла, что я не сдамся.
— Ее новой целью был Джеймс, но он только кинул в нее подушкой. А потом она начала кричать, и я смог ее успокоить, только запихав ей в рот шоколадную лягушку. А сейчас она съела все мои запасы, что очень раздражает, так как никто не знает, что она сделала с карточками. А я уже целую вечность ищу Венделину Странную, — сказал он, размахивая руками. — Утро было совсем не добрым.
Гарри с сочувствием покачал головой.
— Мне так жаль, что тебе пришлось перенести все это в одиночку, — горячо сказал он, схватил парня за плечи и крепко обнял. — Теперь все будет хорошо.
— Пааааап! — Ал громко запротестовал и завозился, пытаясь вырваться. — Будь серьезней!
— Хорошо, хорошо, — посмеялся Гарри и отпустил его. — Почему бы тебе не вздремнуть, у нас еще есть время до поездки на Кингс-Кросс.
— Я уже проснулся, — вздохнул Ал. — Хочешь во что-нибудь поиграть?
— Я бы рад. Вот только завтрак сам себя не приготовит, — сказал он, выходя из ванной, и направился вниз.
— А почему нет? У ба завтрак сам готовится, — заметил Ал, следовавший за ним.
Гарри весело шмыгнул носом.
— Ну, к сожалению, я не так хорош в чарах готовки, как ваша бабушка.
Ал присел за кухонный стол и, болтая ногами, принялся следить за своим отцом.
— Тебе нужно научиться, — сказал он.
— Думаешь?
— Мхм. Ты можешь использовать магию, Пап. Делать с ее помощью все, что угодно! — сказал Ал с благоговением. — Тебе так повезло…
Гарри прервался, когда хотел было достать из ящика сковороду. Медленно обернувшись, он натянул на лицо улыбку и обратился к парню:
— Ты тоже однажды научишься, — постарался он заверить того.
Ал опустил взгляд на стол и безучастно на него посмотрел.
— Ага…
— Научишься, — твердо сказал Гарри. — И когда это произойдет, то ты поймешь, что не можешь, на самом деле, делать с ней все, что угодно.
— Нет? — переспросил тот с явным недоверием в голосе.
— Неа. Нельзя, например, сотворить еду из воздуха. Это исключение из закона чего-то там кого-то там, — помахал перед собой рукой Гарри. — Можешь у тети Гермионы спросить. Уверен, она с радостью тебе об этом расскажет.
Выражение лица Ала давало понять, что в ближайшее время он предпочтет от этого воздержаться.
— А что еще магия не может? — спросил он с интересом.
Гарри снова развернулся и, поставив сковороду на плиту, призвал несколько яиц из холодильника.
— Э… ну… она не может заставить человека полюбить кого-то, — сказал он, пытаясь найти в голове что-то, что не было бы очевидно. Об очевидном не стоило упоминать.
— А что насчет любовных зелий?
Гарри посмотрел на него через плечо, приподняв бровь.
— А что насчет любовных зелий? — весело переспросил он.
Ал хитро улыбнулся.
— Я слышал, как дядя Джордж говорил о них с Виктуар прошлым летом, — сказал он. — Не понимаю, кто захочет ими пользоваться. Это же глупо и мерзко.
— Так и есть, — сказал Гарри. — Ну и они не вызывают у людей настоящую любовь.
Альбус, похоже, задумался над этим на пару минут и просто молча сидел, пока Гарри разбирался с завтраком.
— А есть еще что-нибудь, пап? — спросил он наконец.
Гарри мягко выдохнул и, подойдя к столу, присел рядом.
— Да, есть, эмм… магия не может… она не может вернуть тех, кто умер. Ты знаешь это, Ал.
Мальчик кивнул.
— Как ты не смог спасти маму. Хоть и спас всех остальных.
В его словах не было ни злобы, ни упрека. Это было всего лишь утверждение. Такое обычное и простое, словно они обсуждали погоду. И тем не менее Гарри почувствовал, будто бы ему в живот вонзили нож.
— Да, — сказал он, опустив взгляд на стол. — Как это.
— Наверное, ты прав, — сказал Ал. — Магия не может всего.
Гарри покачал головой, глядя в никуда. В его голове метались тысячи мыслей.
— Почему бы тебе не позвать Джеймса и Лили, — сказал он. — Скажи, чтобы шли завтракать, хорошо?
Мальчик сделал, как ему и сказали, и поспешил наверх по лестнице, оставив Гарри наедине с его мыслями.
##
— Я его не вижу! — пискнула Лили. — Папочка, я его не вижу!
— Поезд еще даже не пришел, Лили, — закатил глаза Джеймс. — А теперь прекрати прыгать, ты уже в третий раз мне на ногу наступаешь.
Гарри не был уверен, как, но на платформе из года в год, казалось, было все больше и больше людей. Может быть, это все его воображение, а может, с каждым годом рождалось все больше магических детей. Какой бы ни была причина, он не мог дождаться, когда прибудет поезд. Ему нравилось думать, что он со временем привык ко всем этим взглядам, но, к сожалению, это было нелегко. Особенно если те сопровождались шепотками и пальцами, указывающими в его сторону.
— Все хорошо? — спросила Энди, тихонько толкнув его плечо своим.
— Превосходно, — ответил он.
Ее глаза весело прищурились.
— Просто представить, что все они в нижнем белье.
Гарри посмеялся.
— Как-то не хочется.
— Ну, уверена, что вон она была бы не против, — сказала Энди, переводя взгляд на молодую ведьму в нескольких метрах от них, которая разглядывала Гарри, будто сочный кусок мяса.
— О, Мерлин, — пробормотал он, покраснев шеей, и быстро отвернулся. — Со мной же рядом дети. В нашем мире что, больше не осталось никаких понятий о приличиях?
— Не похоже, чтобы приличия ее сильно заботили, дорогой.
Гарри раздраженно тряхнул головой.
— Такого никогда не происходило, когда Джинни была жива, — тихо сказал он ей. — В смысле, конечно, время от времени приходило какое-нибудь письмо или подарок, или кто-то время от времени посмотрит в мою сторону невинно. Но чтобы вот так? Это же, черт его дери, бред какой-то.
Энди сочувствующе на него посмотрела.
— Не хочу показаться грубой, Гарри, но сейчас, по мнению остального мира, ты самой что ни на есть свободный молодой человек.
— Молодой? — приподнял он бровь.
— Да, молодой, — категорично подтвердила она. — Тебе еще нет и тридцати. Прекращай себя хоронить.
Гарри знал, что этот спор ему не выиграть, и решил просто оставить эту тему.
— Папочка, — сказала Лили, повиснув на его ноге. — Я устала. Понеси меня?
Она подняла ручки вверх и посмотрела на него с таким милым ожиданием, что, казалось, было бы жестоко ей отказывать. Но он и не отказал, а поднял ее так, чтобы она смогла обнять его за шею и положить щеку ему на плечо.
— Знаешь, она уже скоро станет слишком большой, чтобы носить ее на руках, — сказала Энди. — Тебе не стоит так легко поддаваться на ее требования.
— Я и не поддаюсь, — тихо сказал Гарри. — Я уже почти и не поднимаю ее нигде. Дай мне порадоваться, пока еще могу.
Женщина понимающе кивнула, и на ее лице появился тоскливый взгляд.
— Наверное, никогда не знаешь, когда настанет последний раз, — мягко сказала она и провела пальцами по ярко-рыжим волосам девочки. — Однажды поставишь их на землю, а потом… больше никогда не поднимешь.
Гарри обнял Лили чуть крепче, внезапно почувствовать какую-то пустоту внутри. Он попытался успокоить Энди взглядом, но получилась, скорее всего, какая-то гримаса. В ответ та только грустно улыбнулась.
— Гарри!
Обернувшись, они увидели Билла с семьей, которые направлялись в их сторону.
— Привет, только пришли? — спросил Гарри и, пожав ему руку, позволил Флёр поцеловать себя в обе щеки, которая затем так же поприветствовала и Энди.
— Да, кое-кто нас этим утром задержал, — сказала Флёр, строго глядя в сторону Доминик.
— Подумаешь, чуть забылась в душе! — запротестовала Дом. — Можем мы оставить это в покое?
— А ты разве моешься? — приподнял брови Джеймс.
— Джеймс, — предупредил его Гарри.
Билл хохотнул, притянул парня к себе и провел идеальный захват на голову.
— Давно вы здесь? — спросил он у Гарри, пока Джеймс пытался вырваться.
— К несчастью, да. Лили решила, что очень важно приехать на полчаса раньше, если вдруг поезд, ну я не знаю, телепортируется сюда, наверное, — сказал Гарри.
Девочка приподняла голову и сердито на него посмотрела.
— Лили-билли сегодня какая-то ужасно тихая, — сказал Билл, отпуская Джеймса.
Он подошел поближе и попытался поцеловать ее в щеку, но та лишь заскулила и спрятала лицо.
— Я устала, — заявила она неразборчиво.
— О, понимаю, — сказал Билл. — Значит, тебе все равно, что Хогвартс-экспресс только что прибыл.
Голова Лили развернулась так быстро, что ее волосы хлестнули Гарри по щеке.
— Он здесь, папочка, он здесь!
— Давай посмотрим, кто первый его заметит, — сказал Гарри и пересадил ее себе на плечи.
Дети вытянулись и завертели головами в попытке обнаружить бирюзовую голову. Потому что где бы ни был Тедди, Виктуар всегда была где-то рядом.
— Я вижу Тедди! — одновременно крикнули Лили и Луи.
— А вон Виктуар, — добавил Джеймс, подпрыгивая и маша им.
На лице Гарри расплылась яркая улыбка, когда он заметил, как его крестник направляется в их сторону. Тот не бежал. Он для этого был слишком «крутой», что очевидно. Но шел он довольно быстро. Так быстро, что Гарри поспешил поставить Лили на землю, и тот тут же оказался у него в руках.
Гарри обнял его, подержал так пару секунд, почувствовав, как что-то в его сердце снова встало на место.
— Скучал по мне? — сказал Тедди и, немного отстранившись, посмотрел на него с улыбкой.
— Вообще не скучал, — ответил он, тряхнув головой, и изобразил равнодушие на лице.
Тедди громко посмеялся и, еще раз его обняв, встретил гнев своей бабушки, которая терпеливо ждала рядом, когда с ней тоже поздороваются.
— Я даю ему еду, одежду и крышу над головой все эти годы, а он к кому первому бежит? — уперла она руки в бока.
— Бабушка! — радостно крикнул Тедди и, крепко обняв, покачал ее из стороны в сторону.
— Отпусти меня, глупый мальчишка, — строго сказала она, хоть эффект и был утерян из-за ее собственного смеха.
Когда он как следует поприветствовал Джеймса, Альбуса и Лили, их небольшая семья попрощалась с Биллом, Флёр и их детьми и вышла с платформы через барьер.
До дома Андромеды они добрались на министерской машине. Вся поездка заняла около получаса, но это время, казалось, пролетело намного быстрее, пока Тедди рассказывал, что произошло за год.
Прибыв на место, четверо детей тут же выпрыгнули из авто и понеслись к входной двери.
— Тедди! — упрекнула его Энди. — Мы что, домовики, чтобы тащить за тебя твои вещи?
— Ничего, я возьму, — сказал Гарри и левитировал большой сундук из багажника.
— Я знаю, что ты возьмешь, Гарри. Но он должен, по крайней мере, помочь, — вздохнула она.
Подняв взгляд, он заметил, как Тедди усадил довольную Лили себе на плечи, и тепло улыбнулся.
— Пусть денек повеселится, хорошо?
Энди прищелкнула языком, но больше ничего не сказала.
— Видимо, поэтому он к тебе первому и бежит, так ведь?
Гарри посмеялся.
— Нет, это из-за моего неоспоримого шарма и привлекательной внешности, — сказал он, заработав шлепок по плечу.
— Давай уже быстрее, — сказала она. — Я пока начну готовить ужин.
— Конечно, мэм, — сказал он, поклонившись, и, снова повернувшись к багажнику, начал уменьшать сумки и складывать их себе в карман.
Идя к дому по длинной дорожке, он почувствовал, как грудь наполняется чувством удовлетворения. Он всем сердцем любил Уизли, но быть здесь с детьми, Тедди и Энди… было в этом что-то иное. Что-то особенное. Потому что они были его семьей. Его нестандартной, немного странной и замечательной маленькой семьей. И он ни на что бы их не променял.
