Глава 23
5 августа 2021 г., 12:00
Глава 23
Эбби посмотрела на календарь краем глаза, насыпая себе в тарелку хлопья.
Уже август. От одной мысли в животе все сжималось.
За стол она присела спиной к стене, в надежде спокойно позавтракать, но не получилось, дата уже отпечаталась в сознании.
Вошедшая на кухню Клара стала хорошим поводом отвлечься, и Эбби посмотрела на ту с улыбкой.
— Утро, — поприветствовала она.
В ответ Клара кивнула.
На этом разговор и прервался, пока Эбби не подняла снова голову.
— Ты будешь дома в районе двух?
— А что? — спросила та, засовывая кусок хлеба в тостер.
— Должен прийти ремонтник по поводу засорившегося стока в ванной, — сказала Эбби. — Вряд ли это много времени займет.
Клара щелкнула языком.
— Ну а ты где будешь? — спросила она. — Я думала, у тебя сегодня выходной.
— Так и есть, — сказала Эбби. Она хотела было соврать и сказать, что поменялась, но как-то не решилась. — Я буду у Гарри.
— И поэтому я должна сидеть дома? Потому что ты решила сбежать с парнем?
Несколько раздражает, не правда ли? — подумала про себя Эбби, сжимая пальцы в кулак под столом.
— Можешь ты просто встретить сантехника, пожалуйста? — вслух сказала она. — Я не часто тебя о чем-то прошу.
— Как скажешь, — отмахнулась Клара. — Можете идти обжиматься.
Эбби закатила глаза и поднялась из-за стола.
— Ага, я поеду к нему в 10:00 и обязательно зажму в каком-нибудь углу, — сказала она, ставя тарелку в раковину.
— Ну, я понятия не имею, что там тебя заводит-
— Пока, Клара, — сказала она и вышла из кухни прежде, чем та успела что-либо ответить.
Подхватив свою сумку с дивана, Эбби быстро спустилась и вышла на улицу. Шагнув наружу, она с некоторым разочарованием отметила, что день сегодня был довольно хмурый. Серые облака закрывали собой небо, а прошедший мелкий дождь наполнил воздух противной влагой.
На дворе был август. Лето почти закончилось.
Дождь снова разошелся, когда она была на полпути к автобусной остановке, но она решила не бежать. Люди вокруг спешили, кто-то ее периодически задевал и бросал наполовину искренние извинения, а кто-то не утруждал себя даже и этим. Но она шла все в том же темпе. Она любила время от времени поддаться дождю. Позволить тому падать на тебя и не думать об этом. Такое вот чувство свободы.
Ну или очередная глупость.
Либо то, либо другое.
К тому моменту, как Эбби села в автобус, она была мокрой почти насквозь. Ноги в туфлях хлюпали, пока она шла к свободному месту в конце салона, а брюки внизу были все грязные. Не идеальный образ, чтобы заявиться к Гарри — вся сырая, на подкашивающихся ногах и с головой, забитой мыслями о засоренных сливах, надоедливых соседках и еще тысяче скучных обыденных вещей, о которых даже вспоминать-то не хотелось.
Да, вовсе не идеальный. Но это не имело значения.
Эбби прижалась лбом к стеклу и прикрыла глаза, позволяя разуму отвлечься и отправиться в более интересные места.
Это будет первый раз, когда она снова увидит Гарри с самого его дня рождения. Никогда еще раньше неделя не была такой долгой. Временами она даже начинала думать, не было ли это все каким-то сном. Или шуткой. Или невероятным недоразумением. И действительно, все это было бы намного более хорошим объяснением, так ведь?
Но каждый раз, когда эти зерна сомнения прорастали, она просто представляла себе его лицо- его глаза, глядящие ей прямо в душу.
Я волшебник…
Настоящую, самую что ни на есть магию…
Я смогу показать тебе все…
Эбби коротко выдохнула и, покопавшись в сумке, достала оттуда небольшую, чуть мокрую записную книжку. Осмотревшись по сторонам, она опустила на нее взгляд и заговорщицки улыбнулась.
Взяв в руку ручку, она записала:
Спросить про то, как оставаться сухой.
Закрыв книжку с легким хлопком, она положила ее себе на колени, довольно вздохнула и снова прислонила голову к стеклу.
— Гарри Поттер, — негромко сказала она, и от ее дыхания стекло чуть запотело. — Как всегда полон сюрпризов.
Она прикрыла глаза и позволила вибрации стекла утянуть ее в глубокий медитативный транс.
##
Звук спешащих ног послышался сразу, как она позвонила в дверь. Она терпеливо ждала, пока с той стороны двери разберутся с замком, а затем дверь распахнулась.
Из-за нее показались личико Лили и ее широкая довольная улыбка. Девочка тут же бросилась на нее с объятьями.
— Она тут, папочка! Пришла! — закричала девочка, пока Эбби присаживалась на корточки, чтобы тоже ту обнять в ответ.
— Лили! — услышала она Гарри, который спешил к ним. — Что я тебе говорил? Без меня дверь не открывать.
Но девочка, не обращая на него внимания, уже осматривала Эбби, немножко хмурясь.
— Почему ты вся сырая и грязная? — спросила она со всей прямотой четырехлетнего.
Эбби встретилась с Гарри взглядом и, неловко ему улыбнувшись, снова опустила взгляд на нее.
— Я забыла зонтик дома, — сказала она. — Дождь пошел довольно сильный.
— А почему ты забыла? — спросила Лили, наклонив голову в сторону.
— Потому что… я плохо все заранее спланировала? — сказала она.
— А почему?
— Ну, такая я недальновидная.
— А что это?
— Лили, — сказал Гарри, кладя ладонь той на плечо. — Ты, кажется, говорила, что хочешь показать Эбби свою новую Фею Фиону? Почему бы тебе не пойти и не принести ее, а?
Девочка втянула в грудь воздух, и ее глаза округлились в предвкушении.
— Хорошо! — пискнула она, обернулась на пятке и убежала по коридору.
Эбби весело улыбнулась, следя за ней, а затем поднялась и посмотрела на Гарри.
— Маленький комочек любопытства.
Он кивнул и сунул руки в карманы.
— Хитрость в том, чтобы ее отвлечь. Иначе она не остановится.
— Я запомню, — улыбнулась она. — Тем не менее, она ужасно очаровательная. Будто даже, с каждым разом все сильнее и сильнее. Как такое может быть?
Он пожал плечами.
— Как-то связано с наследственностью, наверно, — сказал он. — Большинство и обо мне так говорит.
Эбби тихонько хихикнула.
— А я-то думала, что я одна так думаю, — сказала она.
Ее сердце на секунду замерло, когда эти слова сорвались с языка. Она знала, что наступает на какую-то невидимую черту между ними, но ощущения были довольно приятными.
Гарри в ответ лишь покачал головой, но она видела, что он старается сдержать улыбку.
— Входи, — сказал он. — Пойдем приведем тебя в порядок.
— О… эмм, — сказала она, опустив на себя взгляд. — Кажется, я уже почти высохла. Можно просто подождать.
Гарри приподнял бровь, на нее глядя.
— Не глупи, — сказал он. — Мы быстро… словно по волшебству.
Эбби тут же приободрилась. Она вошла за ним в дом, чувствуя, что краснеет от волнения.
— Ты же говорил буквально, так ведь? — тихонько спросила она. — Ты правда будешь использовать магию?
Он не ответил, но она увидела, как уголок его рта чуть приподнялся.
— Ну, если так и есть, то хорошо. Потому что я хотела спросить тебя по поводу кое-каких вещей, — сказала она, копаясь в сумке в поисках блокнота.
— Ну… кучи всяких вещей. И я даже начала их записывать, вот.
Она достала записную книжку и пролистала несколько страниц, пока они направлялись в подсобку. Она краем глаза заметила, что Гарри смотрит на нее, прислонившись к стиральной машинке и сложив руки на груди.
— А! — сказала она наконец, указывая в середину страницы, и сунула блокнот ему под нос. — Вот. Номер 147: «спросить по поводу стирки».
Гарри взглянул на ее записи и снова поднял глаза на нее.
— Потрясающе.
Эбби открыла было рот, чтобы ответить, но ее прервал громкий плюх откуда-то из-за спины.
— Что за?.. — начала она, оборачиваясь.
Оставшаяся часть вопроса так и умерла у нее на языке, когда она осознала картину перед собой.
Старомодная стиральная доска стояла вертикально в большом котле кипящей воды. И одна за другой вещи энергично обтирали себя о ее металлические выступы, а затем выжимались прямо в воздухе и прыгали в другой котел- испускавший, если обратить внимание, облачка голубоватого дыма. Будто бы невидимые руки делали всю работу, ну или если бы сама одежда была живой.
Блокнот Эбби упал на пол, и она медленно подошла поближе, стараясь не делать резких движений на случай, если все это возьмет и исчезнет. Она протянула руку, чтобы прикоснуться к рубашке, которая сейчас стиралась, но тут же пожалела об этом, когда волна воды поднялась из котла, будто цунами.
— Осторожно, — сказал Гарри, когда она вскрикнула и отшатнулась назад.
Но вода лишь ударилась о какой-то невидимый барьер прежде, чем смогла до нее долететь, и снова опустилась в котел.
Эбби облегченно схватила ртом воздух и посмотрела на Гарри со своего места на полу.
— Почему ты меня не предупредил? — вскрикнула она. — Мне могло пол-лица обжечь.
— Расслабься, — сказал он. — Вода тут же остывает до комнатной, как только покидает котел. Худшее, что могло случиться — ты бы немного намокла. Я даже щит вокруг тебя поставил.
— Как благородно с твоей стороны, — сказала она, поднимаясь на ноги. Вздохнув, она покачала головой. — И все магические штуки так на тебя нападают, или только грязное белье?
— Не все, нет.
Эбби приподняла бровь.
— Не волнуйся, — сказал он. — В этом доме все безопасно. Ну… все, до чего можно дотянуться, по крайней мере.
Это ее как-то не особо успокоило, но она решила отбросить эту тему пока что.
— Так, и тебе нужно что-то делать самому? По поводу стирки, я имею в виду, — сказала она, поднимая свой блокнот с пола. — Или ты просто… немного помахал палочкой, и все?
— Ну, типа того, да, но это не значит, что я вообще ничего не делаю, — Гарри изобразил шутливо-оправдательный тон.
В ответ она ухмыльнулась.
— Конечно, прости, — сказала она.
Он подошел к ней поближе и взял записную книжку у нее из рук.
— Всего тут четыре заклинания. Три для стирки, одно для сушки, — сказал он, листая ее записи. — Но когда дело доходит до складывания вещей, то я обычно просто делаю это вручную.
— Почему?
— Потому что это заклинание у меня дерьмово выходит, — сказал он, закрыл книжку и протянул ей обратно. — Не всем доступны любые заклинания. Тут как со всем остальным. Природа каждого человека одарила в одних областях и сделала совершенно беспомощным в других. С магией так же.
Эбби на секунду задумалась над этим. Все, что она видела, это то, как Гарри помашет палочкой разными движениями, и периодически еще что-нибудь сверкнет. Почему одни взмахи могли быть сложнее остальных она не особо понимала, но готова была поверить ему на слово. Ну, пока что. Существовало намного больше всяких видов магии, чем она себе представляла, и ей что-то говорило, что они с ним не покрыли еще даже самые основы.
— Кстати, — сказал Гарри, вырывая ее из ее мыслей. — Всего лишь 320 вопросов? Я-то думал, что ты точно доберешься до тысячи.
Она пожала плечами.
— Неделя сложная выдалась, — сказала она. — Но раз уж ты об этом… я еще не закончила.
Гарри сложил руки на груди и показал, чтобы она продолжала.
— А что по поводу стиралки и сушилки? — спросила она. — Ты ими вообще пользуешься?
— Продавались вместе с домом, — сказал он. — И нет, не особо. Один раз только, чтобы проверить, что работают.
Эбби задумчиво кивнула.
— Значит, магический способ чем-то лучше? — сказала она. — В смысле… полагаю, что да, но…
— Наверно, да, — сказал Гарри. — Уходит меньше времени, и- ну, чуть более эффективен. Ничего не садится и не рвется.
Она улыбнулась, глядя на горку теперь чистой одежды в корзине для белья.
— Вот ведь, — сказала она. — А можно мне тоже такое?
— Чего, волшебника?
Эбби посмеялась и подняла на него взгляд.
— Верно, глупый вопрос, — сказала она.
Гарри чуть улыбнулся.
— Держи… возьми вот это, — сказал он, заставляя футболку и спортивные штаны подлететь к ней. — Вода на тебя попыталась напасть, потому что твоя одежда вся грязная.
Эбби покраснела и опустила взгляд на себя.
— О… точно, — сказала она. — Я тогда пойду переоденусь.
— Туалет справа.
Она кивнула и вышла.
Как и предполагалось, вещи были для нее несколько велики. Ей пришлось закатать штаны трижды, как снизу, так и на поясе, а футболка доходила ей почти до колен. Но ей в них было так тепло и комфортно, и они так приятно пахли Гарри, что она даже пожелала, чтобы ей не пришлось их возвращать.
Эбби закрыла глаза и в последний раз глубоко вдохнула, а потом собрала свою одежду и направилась в подсобку.
Когда она вошла, Гарри там уже не было, и она просто положила вещи одной кучей рядом с котлом и быстро отошла назад, прикрыв лицо рукой.
Ничего не произошло.
Плечи Эбби чуть поникли.
— Ну, не интересно, — пробормотала она и снова подошла.
Присев, она положила ладони на край котла и заглянула в мутную воду.
— Тебе нужно заклинание, так ведь? — сказала она, проводя пальцем по стиральной доске, которая лишь несколько минут назад буквально жила своей жизнью.
— Или волшебник…
Последняя мысль задержалась в сознании, пока она не вытряхнула ее из головы.
Надо пойти найти Гарри, — подумала она, услышав голоса откуда-то снаружи.
Пойдя на шум, она оказалась на кухне, куда только что вошли через заднюю дверь хмурого вида Джеймс и Ал.
— Подожди, стой! — сказал Ал, хватая брата за руку. — Ты наследишь по полу. Папа разозлится.
— Ну, мне же нужно как-то в туалет, так ведь? — оттолкнул того Джеймс.
Он пробежал было мимо Эбби, которая все еще стояла в дверях, но потом обернулся.
— Но сначала, думаю, я прилягу в твоей кровати, — ухмыльнулся он и рванул по коридору к лестнице.
— Что? Нет! — крикнул Ал и полетел за ним. — Я серьезно, Джеймс, не смей!
— А что ты мне сделаешь? — крикнул через плечо Джеймс.
Эбби с круглыми от ужаса глазами следила за тем, как Ал прыгнул брату на спину, повалив того прямо на ступеньки, и они двое съехали по лестнице вниз. Джеймс болезненно охнул и, взбрыкнув ногой, пнул Ала в живот, но мальчик держался мертвой хваткой. Его лицо было красным, а на шее выступили вены.
— Стоп! — крикнула Эбби, подбегая к ним. — Стоп, оба, вы же поранитесь.
Но никому из них не было до нее дела, и они просто продолжали бороться на полу. Она уже хотела попытаться оттащить Ала, когда другой намного более громкий голос перекрыл собой весь этот шум:
— А ну убрали руки друг от друга, сейчас же!
Оба мальчика резко подняли головы. Гарри стоял на верхней ступени и смотрел вниз на них с нескрываемой яростью, а Лили выглядывала у того из-за спины.
— Это он начал! — крикнул Джеймс, отталкивая от себя брата. — Он на меня набросился! Без причины.
— Это неправда! — сказал Ал. — Он говорил всякое, пап. Что собирается поспать у меня на кровати.
— Да, но ударил меня он первым, — сказал Джеймс.
— А Джеймс пнул меня в живот, и еще болит.
— Альбус меня чуть не придушил.
— Неправда!
— Правда, пап, — сказал Джеймс. — У Эбби спроси.
— Да, пап. Спроси у Эбби! — повторил Ал.
И все взгляды тут же устремились в ее сторону.
— Что? — спросила она, чувствуя, как раскаляется шея.
— Скажи ему, кто начал, — сказал Джеймс, глядя на нее взглядом, который, она готова была поклясться, призван был ее запугать.
Эбби отвела глаза в сторону. Это был тот самый единственный разговор, в котором она вообще не хотела участвовать. Она знала, что это не по-взрослому и даже жалко с ее стороны, но она хотела понравиться и Джеймсу, и Алу. Устроить кому-то из них неприятности вообще не самый лучший способ этого добиться, и Джеймс, судя по всему, думал примерно так же.
Вот ведь мелкий негодник.
Она прочистила горло.
— Ну… тут такое дело-
— Меня вообще не волнует, кто все это начал, — сказал Гарри, прерывая ее, как замечательный человек, каковым и являлся. — Вы оба сейчас отмываетесь, а потом возвращаетесь сюда помогать мне убирать все то, что тут понаделали. И если хоть какой скулеж сейчас услышу, то ни один из вас сегодня в Нору не пойдет. Все ясно?
Они оба тихонько застонали.
— Что, простите? — сложил руки на груди Гарри.
— Поняли, — пробормотал Джеймс.
— Хорошо, — сказал Ал, и они оба поплелись наверх.
— И во имя Мерлина, снимите сначала ботинки, — поразился на них Гарри. — Если конечно вы оба не испытываете необъяснимого желания убирать весь дом. А то, если так, то ходите, где хотите, мне все равно.
Мальчики быстро сняли ботинки и, подхватив их с собой в руки, побежали наверх.
Гарри покачал головой, спускаясь вниз к Эбби. Лили шла следом, стараясь не наступать в грязь, которую они натащили.
— Гарри… прости меня, — тут же сказала Эбби.
Он непонимающе на нее посмотрел.
— За что?
— За то- что не остановила их, — сказала она. — Я пыталась, но все так быстро произошло. В одну секунду они сначала нормально разговаривали между собой, а потом вдруг чуть не поубивали друг друга. Я вообще не знала, что делать!
Он лишь тихо посмеялся.
— Расслабься, — сказал он, положив ладонь ей на плечо. — Такое тут минимум дважды в день происходит. Я ведь пытался тебя предупредить, так ведь?
Она тихонько выдохнула и кивнула.
— Я знаю, просто… это было так страшно, — сказала она, вспоминая всю сцену у себя в голове. — Я была уверена, что кто-то из них поранится.
Гарри смотрел на нее пару секунд, и на его лице появилась грустная улыбка.
— Да… эта мысль никогда не покидает, — сказал он, позволяя своей руке упасть с ее плеча. — И менее страшно тоже не становится.
Эбби нахмурила брови.
— Нет, полагаю, нет, — тихо сказала она, и он, развернувшись, прошел на кухню.
Она закусила губу и пошла следом.
— Лили, радость моя, можем мы не сидеть на полу, когда он такой грязный? — сказал Гарри, доставая что-то из ящика под раковиной.
— Но я очень осторожно, — сказала Лили, подняв на него глазки. — Я как Шишуга из того рассказа, папочка, помнишь? Которая следует следы?
— Исследует, — поправил ее Гарри, доставая губку.
Эбби проследила, как он ударил по той своей палочкой, и от этого на ней появилась вторая абсолютно такая же.
— Да, это и делаю, — кивнула Лили.
Вслед за этим на кухню влетело красное ведро и остановилось прямо около руки Гарри и ткнулось пару раз ему в локоть, будто привлекая к себе внимание. Он взял его в руки и тоже создал полную копию.
Эбби моргнула и потрясла головой. Она не думала, что хоть когда-то сможет к такому привыкнуть- к тому, что вещи просто появляются из воздуха или оживают. У нее все еще сердце подпрыгивало в груди, когда это происходило.
— Джеймс, Ал. Сегодня, пожалуйста! — крикнул Гарри и поднял Лили с пола.
Та тут же запротестовала и завертелась, пытаясь вырваться.
— Я еще не закончила, — сказала она. — Мне надо найти, кто реступник!
— Кто? — спросил Гарри, поднося ее к раковине, чтобы вымыть руки, и еще раз позвал парней.
— Реступник, — сказала она. — Ты знаешь, плохой.
— Правильно преступник, Лили, — сказал Гарри, и поднял глаза к потолку. — Джеймс и Альбус, спускайтесь вниз сейчас же!
— Идем! — кто-то из них крикнул сверху.
— Нет, — замотала головой Лили. — Ты сказал реступник.
— Реступник это ты выдумала. Реступник же- нет- пре- преступник-
Гарри шумно выдохнул и прикрыл глаза.
Решив, что лучшего момента вмешаться не будет, Эбби подошла и улыбнулась девочке.
— Лили, — сказала она. — Знаешь, я все еще хочу увидеть твою куклу.
Глаза Лили округлились.
— О, точно, я забыла! — сказала та, вытерла руки прямо о футболку Гарри и спрыгнула у него с рук.
Взяв Эбби за руку, она повела ее из кухни, как раз когда Джеймс с Алом подходили к дверному проему.
— О, Мерлин… он достал губки, — пробормотал Джеймс. — Я думал, он шутит.
Ал только на него посмотрел.
— Эбби, — сказала Лили, снова привлекая ее внимание. Они стояли перед дверью в гостиную. — Подожди здесь, хорошо? Я быстро-быстро.
И девочка убежала вверх по лестнице так быстро, как только могли ее ножки. Эбби весело улыбнулась ей вслед, а потом повернулась и впервые за сегодня вошла в гостиную.
— Вот же черт! — тут же вскрикнула она, отшатнулась и прислонилась спиной к косяку.
Картина перед ее глазами чуть не заставила сердце остановиться.
Фотографии на стенах двигались. Глаза моргали, смотрели на нее, люди улыбались, смеялись. Будто бы они сейчас видели и реагировали на нее.
Положив руку на грудь, она выдохнула и, пытаясь успокоиться, прошла вперед, чтобы получше их рассмотреть.
Ни в один из тех раз, когда она была здесь до этого, она не смотрела на фотографии. Замечала их, да. Хотела посмотреть на них потом. Но всегда что-то ее отвлекало. Или… кто-то. Но сейчас Гарри тут не было. Никого не было.
И с этой мыслью в голове она остановилась у стены и, быстро пробежавшись глазами по рамкам, остановилась на одном конкретном снимке в центре. Наклонившись поближе, чтобы его рассмотреть, она не сдержала тихий вздох.
Это была их свадебная фотография.
— Воа, — выдохнула она.
Он выглядел таким молодым. Невероятно молодым. И улыбка на его лице была шире и ярче, чем она когда-либо видела. Под руку его держала просто прекрасная девушка с рыжими волосами, на которых, казалось, плясали лучи солнца. Та положила голову ему на плечо- улыбаясь, смеясь, потянулась вверх и поцеловала его в щеку.
Эбби смотрела на снимок будто бы вечность, а в голове вертелась целая сотня разных мыслей. Было как-то и странно, и грустно, и замечательно в один момент видеть их стоящими вместе в образе абсолютного счастья. Но мужчина, который смотрел сейчас на нее из-за круглых очков и с идеально выбритым лицом был совсем не тем мужчиной, которого она знала. Не ее Гарри. И она не знала, что думать по этому поводу.
Эбби тихонько выдохнула и заставила глаза обратить внимание на остальные фотографии рядом.
На большинстве из них был Тедди и дети в различные года их жизней. Все они выглядели слишком очаровательно, чтобы описать это словами. Джеймс с пухлыми розовыми щечками. Лили с ее огненно-рыжими волосами и носиком пуговкой.
Боже, у Гарри получились такие прелестные дети.
Она весело улыбнулась и потом заметила фотографию их матери, на этот раз та была одна, сидела на земле, прислонившись к большому дереву.
— Окей, беру свои слова обратно, — сказала Эбби, следя за тем, как девушка машет кому-то, кто сейчас держал камеру. — Это у них определенно от тебя.
Она подняла руку и провела пальцами по легкому слою пыли на стекле, а затем просто смотрела на снимок еще какое-то время, потерявшись в собственных мыслях.
— Джинни… — произнесла она, пробуя имя на вкус. — Джинни… и Гарри. Гарри и Джинни. Они… неплохо звучат вместе, так ведь?
Гарри и Эбби.
— Нет, — прошипела она, закрывая глаза. — Прекращай.
Она тряхнула головой, чувствуя отвращение к самой себе.
Сейчас в ее голове было слишком много всего, слишком много мыслей, доставлявших дискомфорт. И какая-то ее частичка, спрятанная глубоко-глубоко в сердце, которую она предпочла там запереть на замок, понимала, что все могло бы быть совсем по-другому, будь Джинни жива.
И Гарри был бы другим.
Такое она не хотела даже представлять.
Эбби шагнула назад, положив пальцы на виски.
— Нет… нет, прости меня, — прошептала она, снова поднимая взгляд на счастливую молодую девушку под деревом. — Я не хотела-
— Это моя мамочка.
Голос словно лезвием разрезал покров вины, она обернулась и увидела Лили, которая сейчас обнимала подлокотник дивана и следила за ней.
— Э… да, я- я знаю, — сказала она и слабо улыбнулась.
— Я ее не знавала. Только когда была маленькая, но это уже не помню, — покачала головой Лили. — Она сейчас со звездами, потому что умерла.
Эбби через силу сглотнула и, кивнув, подошла и присела рядом на диван.
— Моя мама тоже со звездами, — сказала она.
Глаза Лили распахнулись.
— Правда?
— Мхм, — подтвердила она и взяла девочку за руки. — Может, они там подруги. Как мы с тобой.
— Да! — обрадовалась Лили. — И тогда они могут играть вместе весь день, и мамочке не будет одиноко.
Эбби кивнула и улыбнулась в ответ.
— Ее день рождения очень-очень скоро, знаешь, — добавила Лили, и ее голос стал заметно тише. — Я надеюсь, они там будут есть торт вместе, потому что ей никто никогда не делает торт. И я не хочу, чтобы ей было грустно.
Весь вес этих слов с силой ударил по Эбби, и ей пришлось опустить взгляд себе на колени, чтобы не смотреть девочке в глаза.
— Уверена, что так и будет, — сказала она и, сжав ладошку Лили в своей, снова подняла на нее взгляд. — И я готова поспорить, что твоя мамочка каждый год там ела торт. А еще у нее были шарики и подарки, и целый праздник с ее друзьями.
Лили широко улыбнулась.
— Ты помнишь, когда ее день рождения, любовь моя? — спросила Эбби.
— Эмм… — сказала Лили, наморщив носик. — Папа сказал… на один больше, чем все мои пальцы.
Эбби улыбнулась.
— И сколько у тебя пальцев?
— Десять! — тут же сказала та, явно гордая тем, что знает ответ.
— И ты знаешь, что идет после десяти?
Лили кивнула.
— Одиннадцать, — сказала она, а затем тихонько выдохнула. — О, да! Это мамочкин день рождения!
Волна тепла разлилась у Эбби в груди, пока она следила за девочкой.
— Лили… ничего, если я тебя обниму?
— Конечно, — пожала та плечами.
Эбби рассмеялась и притянула ту к себе, наслаждаясь тем, как она улеглась у нее в руках.
Вот только вина, которая поднялась до этого почему-то, похоже, усилилась вдвое, когда она опустила взгляд на голову рыжих волос, цвет которых идеально повторял цвет волос Джинни. Как она могла желать для этой девочки чего-то, кроме того, чтобы у той снова была ее мама? Ничто другое не имело значения. Ничто.
Она вздохнула и, покрепче обняв Лили, поцеловала ту в волосы.
— Ты пахнешь, как папа.
— Что? — спросила Эбби, и все ее мысли со скрежетом остановились на месте. Она взглянула на себя и осознала, то все еще в его одежде. — О… точно. Я, э, позаимствовала у твоего папы пару вещей, потому что моя одежда вся грязная, помнишь?
Лили хихикнула и указала на нее, где один из рукавов футболки почти съехал с плеча.
— Они слишком большие.
Эбби быстро поправилась.
— Я знаю, — сказала она. — Может, мне стоило попросить твою одежду.
Лили замотала головой, еще громче хихикая.
— Нет, я слишком маленькая! — сказала она.
— Ну, что ж, — всплеснула руками Эбби. — Тогда, видимо, ходить мне нагишом!
— Я бы попросил воздержаться.
Она резко подняла голову и заметила, как в комнату вошел Гарри с ее сложенными вещами в руках и весельем во взгляде.
— О, эмм… спасибо, — сказала она, почувствовав, что краснеет, и взяла у него одежду. Она уже собиралась было подняться и пойти переодеться, но Лили схватила ее за руку.
— Подожди! — сказала та, потянув за нее. — Я еще не показала тебе свою куклу.
— Не показала? — спросил Гарри, присев рядом с Лили. — Тогда, что вы двое тут делали все это время, а?
— А это не ваше дело, — быстро сказала Эбби прежде, чем девочка успеет ответить. — Это девичий разговор, так ведь, Лили?
Лили кивнула с очень важным видом.
— Да, это девичий разговор, папочка. А ты мальчик, и тебе нельзя знать.
Эбби закусила губу, надеясь, что Гарри не рассердится на нее за то, что она так плохо на ту влияет. Ей просто серьезно не хотелось объяснять, что они вдвоем только что говорили про их умерших матерей.
К ее облегчению, Гарри лишь улыбнулся.
— Прошу прощения, — сказал он, положив ладонь себе на сердце. — Возможно, вы хотите, чтобы я вас покинул, или?..
Она повернулась к Лили.
— Как ты думаешь, позволим ему остаться? — сказала она и, наклонившись поближе, громко прошептала. — Не хотелось бы задеть его чувства.
Лили тяжело вздохнула и откинулась на спинку дивана.
— Хорошо, — пробормотала она. — Можешь оставаться.
Гарри коротко хохотнул.
— О? Могу? Спасибо, спасибо, спасибо! — сказал он, поднял ее к себе на руки и поцеловал в шею.
Девочка удивленно пискнула, а затем захихикала.
— Нет, нет, щекотно! — сказала она, пиная его ножками и пытаясь отодвинуть от себя его голову.
Один удачный пинок ровно в живот позволил ей вырваться. А затем с серьезным взглядом на ее мордашке, она прыгнула, встала на диван с ногами, подпрыгнула на подушках еще пару раз и налетела на него всем телом.
Гарри поймал ее и застонал.
— Думаешь, что крутая, а? — прорычал он и схватил ее за ноги, когда та попыталась сбежать, свесившись через подлокотник.
— Да!
— Очень-очень крутая?
— Очень-очень!
— Тогда, вот тебе, очень-очень крутая девчонка! — сказал он, поднял ее и швырнул в другой конец дивана, где она приземлилась на ноги Эбби.
— О, Боже!
Эбби посмотрела на нее, чтобы убедиться, все ли в порядке, но девочка уже снова прыгнула на него.
Крики и смех наполнили комнату, пока пара продолжала бороться. Гарри достал палочку и сейчас тихонько метал подушки в сторону девочки. Пара прилетела в Эбби, пока та не поняла, что он делает это специально.
Она покачала головой и ухмыльнулась.
— Ах ты гад, — сказала она и швырнула одну из них прямо ему в лицо. — Мне даже магия для этого не нужна, а?
— Нет… а вот для этого нужна, — сказал он, указывая палочкой на то место, где она сидела.
Большую подушку дивана под ней будто бы подкинуло здоровенной пружиной, и она полетела на пол с громким воплем.
— Гарри!
Его смех оказался приглушен, когда Лили накрыла его лицо, а Эбби быстро поднялась и присоединилась, ударяя по каждой его части тела, до которой могла дотянуться, своей собственной подушкой.
— Окей, окей, окей! — сказал Гарри и, подняв палочку, выпустил из нее сноп красных искр. — Сдаюсь. Пожалуйста!
Лили весело вскрикнула, прыгнула на руки к Эбби, заставив ту немного потерять равновесие и упасть на столик позади с негромким уфф.
— Девочки победили, мальчики проиграли. Ха! — сказала Лили и показала ему язык.
Гарри приподнялся на локтях, пытаясь отдышаться. Его волосы были абсолютно растрепаны, а лицо красное и все в поту.
Один из самых соблазнительных его образов, которые Эбби только видела.
Пока он читал Лили лекцию по поводу спортивного духа или чего-то подобного, Эбби могла сконцентрироваться лишь на его лице. Если точнее, губах. И языке, который на секунду появился, чтобы слизнуть капельку пота.
О, Боже.
Она заставила себя отвести взгляд, а затем опустила Лили на пол и присела на диван напротив.
— И не забывай, — сказал Гарри, снова сев. — Никаких кулаков, или мы не играем.
— Но я не била! — запротестовала Лили.
— Почти что, я тебя остановил, — сказал он. — Больше так не делай, хорошо?
Лили сложила руки на груди и надулась.
— Хорошо.
— Вот и отлично, — сказал Гарри и поцеловал ее в лоб. — А теперь, пойди скажи Джеймсу и Алу, чтобы заканчивали страдать и спускались к нам. На кухне их ждет ланч. И тебя тоже.
Девочка кивнула и выбежала из комнаты, оставив Эбби наедине с Гарри- и от этой мысли у той даже сердце в груди забилось чуть быстрее.
— Похоже, не суждено тебе сегодня познакомиться с Фионой, — сказал Гарри и откинулся на спинку дивана.
— Кем?
— Куклой Лили, — улыбнулся он. — Тот еще персонаж.
Эбби отвела взгляд.
— Лили… или кукла?
Гарри пожал плечами.
— Обе.
Она весело фыркнула.
— Знаешь, иногда мне кажется, что ты мне просто врешь, — сказала она, качая головой. — Но потом понимаю… что уже не осталось ничего, во что было бы невозможно поверить, так ведь?
Гарри посмеялся, и подняв голову, посмотрел в потолок.
— Проголодалась?
— Не особо.
Он кивнул.
На секунду повисло молчание, и глаза Эбби снова нашли фотографии на стене.
— Гарри?
— Хмм?
— Ты знаешь, эмм… до этого, когда ты спросил, о чем мы с Лили говорили? — сказала она, ковыряясь в ногтях. — Ну, это…
Ее голос стих, когда Гарри снова на нее посмотрел.
Она хотела поднять тему Джинни и тот факт, что приближается ее день рождения, но от одного его взгляда просто струсила.
— Что? — спросил он.
Она лишь сглотнула и покачала головой.
— Ничего, — сказала она. — Ничего важного. Просто… хотела, чтобы ты знал.
Он нахмурил брови.
— Окей…
— Ну, еще. Я хотела извиниться, — быстро проговорила она. — По поводу всех этих «девичьих разговоров». В смысле… я не пытаюсь подорвать твой авторитет или что-то подобное, просто само как-то вырвалось. Я не учу ее хранить от тебя секреты. Последнее, что я хочу, это плохо на нее повлиять.
Гарри громко рассмеялся.
— Плохо повлиять? — переспросил он, и в глазах заплясали смешинки. — О, как мило.
— Эбби приоткрыла рот, но не нашла, что ответить. Была слишком занята тем, что повторяла про себя его слова и мысленно каталась в собственной голове колесом.
— Знаешь, — прервал ее мысли Гарри. — Ты что-то слишком уж много извиняешься для того, кому извиняться не за что.
Она смотрела на него секунду, и в голове все стихло.
— Откуда ты знаешь, что мне не за что извиняться? — спросила она.
— Потому что так и есть, — твердо произнес он. — Не со мной.
Прозвучало как-то чересчур уверенно, но она спорить не стала.
— Так что, сделай мне одолжение и переставай напрягаться по каждой мелочи, — продолжил он. — Если бы я хоть на секунду счел, что ты плохо влияешь на моих детей, то я бы тебя в этот дом не пустил.
Она кивнула.
— Я знаю, — сказала она, отводя взгляд в сторону.
— И, послушай… если от этого тебе станет легче… я рад, что Лили, ну, знаешь, нравится быть девочкой, — как-то неуверенно сказал он. — Просто этой теме уже пара лет. Джеймс и кое-кто из ее кузенов, им нравится над ней подшучивать. Она слегка пацанка, как ты, должно быть, заметила. И, ну… ты же знаешь, какими могут быть дети.
Чувство грусти медленно накрыло ее, когда она вспомнила про разговор с Лили, который состоялся пару недель назад.
— Ты ей нравишься. Очень, — сказал Гарри, наклонившись вперед к коленям. — И я думаю… что это для нее хорошо.
Эбби улыбнулась самой себе, обдумывая его слова.
— Она мне тоже очень нравится, — сказала она, понимая, что ее чувства по отношению к девочке намного более глубоки.
Гарри кивнул, провел пальцами по волосам, вздохнул и взял со столика книгу.
Эбби вдруг осознала, что это ее записная книжка, когда он открыл первую страницу, и почувствовала, что краснеет от всех тех глупостей, которые пришли ей в голову в первый вечер.
— Что… такое магия? — прочел вслух Гарри, и уголки его губ чуть приподнялись. — Что она может? Чего не может? Откуда она появляется? «Абракадабра» — настоящее заклинание, или- Эй!
Она выхватила блокнот у него из рук.
— Это еще зачем? — посмотрел он на нее.
— Ты меня передразнивал, — сложила она руки на груди. — И кроме того, ты только посмеешься, я тебя знаю.
Гарри изобразил на лице обиду.
— И вовсе не передразнивал, это был энтузиазм. Просто получилось так, — сказал он. — Да и кроме того, вопросы очень хорошие.
Эбби закатила глаза.
— Ну давай, — сказал он и потянул за блокнот у нее в руках. — Пройдемся по ним по порядку.
Она поджала губы и отвернулась.
— Эбби, — пропел он, продолжая тянуть записную книжку у нее из рук.
Она знала, что он может с легкостью отобрать ее, используя палочку- да и без палочки тоже- но он этого не делал.
Вместо этого он откинулся на спинку дивана и посмотрел на нее.
— Ну ладно, ты хотела знать, что такое магия? — сказал он, вращая палочку меж пальцев. — Это одна из сил природы. Сверхъестественная сила природы… и это описание, я только сейчас понял, уже излишне, так что представим, что я этого не говорил.
На ее лице появилась улыбка.
— Это как… гравитация, — продолжил он. — И… некоторые другие вещи, которые уже не могу вспомнить. Она просто есть. И никто не знает, откуда появилась.
Она нахмурила брови и пересела на столик.
— И есть еще законы природы, так? Вещи, которые всегда верны. Ну или… верны в нашем понимании реальности, — сказал он, остановив палочку между указательным и большим пальцами. — Но есть магия. И она просто рушит все эти законы. И вещи, которых не должно происходить, происходят.
— Вроде игнорирования гравитации, — сказал он и указал палочкой на ее блокнот.
Тот выскользнул у нее из рук, словно масляный, и завис между ними в воздухе.
У нее из груди вырвался короткий вздох, и она изумленно уставилась на парящую книжку.
— Я просто… — сказала она, качая головой. — Я не понимаю… как.
Гарри улыбнулся в ответ.
— А и не должна, — сказал он. — Это магия. Она не обязана быть логичной. Она и есть полная противоположность логике.
Она минуту обдумывала его слова, поражаясь тому, как много новых вопросов всплывает у нее в голове.
— Так, есть кто-то, кто ее понимает? — спросила она, снова посмотрев в его сторону. — В смысле, разве у вас нет ученых или чего-то такого?
— Ну, конечно, — сказал Гарри. — Есть люди, кто изучает ее и ее свойства, предсказывает суть ее природы или типа того. Но они намного, намного мозговитее меня.
Эбби тихонько посмеялась.
— Ну ладно, я серьезно не лучший, кто бы тебе это объяснил, — сказал он, протягивая ей блокнот обратно. — Теория никогда меня не привлекала.
— А что привлекало?
Гарри пожал плечами.
— Я больше по практической части, — сказал он, закинув руки за голову. — В смысле, я стараюсь отвечать подробно, но Гермиона бы тебе лучше объяснила все эти дурацкие нюансы.
Эбби хотела было что-то ответить, но произошло нечто невероятное.
Камин Гарри ожил, в нем поднялось зеленое пламя, и никто иной, как Гермиона, вывалилась из него в комнату, а за ней Рон. Мужчина налетел на нее, когда та, увидев их, встала, как вкопанная.
Эбби тут же повернулась к Гарри.
— Это- это ты сейчас сделал? — поразилась она. — Ты можешь заставить кого-то появиться, просто назвав его имя?
— Нет, — сказал он, медленно мотая головой. — Но какой офигенный тайминг, а?
Гермиона прочистила горло.
— Здравствуй, Эбби, — сказала она и стряхнула пепел у себя и у Рона с плеч. — Рон, Эбби здесь.
— Я заметил.
Прежде, чем кто-то еще успел что-нибудь сказать, послышался топот, а за ним радостные детские голоса:
— Кто пришел, кто пришел? — пищала Лили.
— А Роза с вами? — округлил глаза Ал.
Джеймс быстро заглянул им за спину, чтобы проверить, не прячется ли там кто, но они были только вдвоем.
— Эгхх… тут только они, — сказал он и развернулся. — Пойдем.
Ал с Лили скрылись за ним следом, оба с расстроенным видом на лицах.
— О, как мило! — крикнул им вслед Рон. — Прям определено чувствуется ваша любовь.
Но Гермиона только отмахнулась, крепко взяла его за руку и подтащила к Эбби и Гарри.
— Неделя, значит? — спросил Гарри, когда они подошли. — Неплохо, приятель.
Рон бросил в его сторону сердитый взгляд.
— Да, неделя! Целая неделя, — сказала Гермиона, глядя на своего мужа, а затем повернулась к Гарри. — Сколько мне раз тебе говорить? Не смей его заставлять скрывать что-то от меня.
Гарри взглянул на нее, выглядя как-то уж слишком беспечно.
— Потому что в конце концов я все равно все узнаю, Гарри, — сказала та, наклоняясь к его лицу. — О, да… я всегда все узнаю.
Почувствовав себя на линии огня, Эбби медленно отодвинулась со своего места на столике в сторону дивана напротив. Рон, похоже, был единственным, кто это заметил, и взглянул на нее, нахмурив лоб.
Внезапно она осознала, что он разглядывает ее футболку. Точнее, футболку Гарри, которую она так и не переодела. Но еще до того, как она попыталась объяснить, он снова отвернулся.
— Что ж, я сюда не только для того, чтоб покричать на тебя, пришла...
— О, как замечательно.
— …хоть ты определенно это заслужил, — уже громче продолжила Гермиона. — Я пришла, потому что нашла решение для твоей проблемы. И хорошо, что Эбби тоже здесь, так мы можем вместе все обсудить.
И Гарри, и Эбби тут же выпрямились.
Эбби вообще не была в курсе, что этот спор имеет к ней какое-либо отношение. И когда она сейчас посмотрела сначала на Гарри, а затем на Гермиону, то почувствовала, что начинает нервничать.
— Эмм… простите, — сказала она. — О чем именно вы сейчас говорите?
Взгляды присутствующих обратились на нее.
Гермиона мило улыбнулась, и это так резко контрастировало с предыдущим выражением на ее лице, что Эбби стало даже как-то не по себе.
— Когда Гарри рассказал тебе про магию, — сказала она, присев с ней рядом, — он при этом объяснил, что нарушает этим сразу несколько законов?
Эбби сглотнула.
— Да… да, упомянул.
Гермиона кивнула.
— Что ж, я какое-то время искала, как их обойти. Способ сделать тебя частью магического мира, — сказала она и достала свиток пергамента. — И, думаю, кое-что нашла.
— Что именно? — спросил Гарри, взяв бумагу у нее из рук.
— Как насчет дать мне все объяснить сначала? — осадила его Гермиона. — Сядь и слушай. Все вы.
Гарри с Роном сделали, как им и было сказано.
Гермиона набрала в легкие побольше воздуха и начала:
— Международный Статут Секретности был принят в 1692м для того, чтобы магическое сообщество-
— Постой, — прервал ее Рон, переглянувшись с Гарри. — Что еще за урок истории?
Если бы взглядом можно было убить, то Эбби была уверена, что оба парня сейчас бы уже валялись на полу.
— Это основа всему, что я собираюсь вам объяснить, — сказала Гермиона. — Так что, если ваши две извилины не могут потерпеть пять минут интеллектуального разговора, то можете просто нас оставить.
Эбби про себя взмолилась, чтобы ее не оставляли здесь одну, так как у нее уже голова шла кругом.
— Так… на чем я остановилась, — продолжила Гермиона, когда никто из них не сдвинулся с места. — Закон был принят для того, чтобы уберечь магическое сообщество от преследования со стороны маглов. Но даже во времена охоты на ведьм, как и до этого, существовали волшебники и маглы, которые поддерживали друг с другом связь. Занимались вместе бизнесом, обменивались знаниями, влюблялись и, что более важно в нашем случае, находили единомышленников в области искусства.
Эбби очень быстро начинала осознавать, что грубое описание магического мира, которое Гарри дал ей неделю назад, как раз и было, что грубым описанием. У нее сейчас было столько вопросов, но она скорее прыгнет в Темзу, чем прервет рассказ Гермионы.
— Все в курсе, что такое Система Творческого Патронажа? — спросила Гермиона, осмотревшись вокруг.
— Чего? — спросил Рон.
— Эмм, — подняла руку Эбби. — Это когда кто-то… поддерживает или нанимает артиста, чтобы тот создал для него произведение искусства.
Гермиона кивнула.
— Более или менее, — сказала она. — На протяжении истории богатые аристократы часто становились патронами артистов, писателей, музыкантов и так далее. И волшебники- если точнее, старые чистокровные семьи- тоже принимали в этом участие.
Эбби снова подняла руку.
— Да?
— Э… чистокровные? — спросила она.
Гермиона взглянула на Гарри.
— Серьезно?
— Нужно было еще кучу всего объяснить, — пробормотал он.
Та поджала губы и снова повернулась к Эбби.
— Чистокровный — это человек с чисто магическими предками. В смысле, никакой магловской крови, — сказала она. — Конечно… шансы, что это на сто процентов так, довольно малы. Но есть определенные личности в нашем мире, которые считают, что это делает их лучше остальных.
— Бред собачий, — сказал Рон. — Гермиона маглорожденная, и она намного лучше всех этих придурков.
На лице женщины появилась едва заметная улыбка.
— Не все они придурки, Рон, — сказала она, аккуратно его одернув. — Я вот считаю, что ты довольно умен.
Он пожал плечами, выглядя гордым собой.
— Бывает время от времени, ага.
— Можно мы продолжим, пока меня не вырвало? — спросил Гарри.
Гермиона прочистила горло.
— Конечно, так, есть еще вопросы?
— Да… прости, что такое маглорожденная? — спросила Эбби, и ей вдруг захотелось, чтобы Гарри заранее ей все это объяснил.
— Это кто-то, кто родился у двух немагических родителей, как я, — объяснила Гермиона. — Вся моя семья маглы, но со мной так получилось, что во мне проснулся латентный магический ген кого-то из предков.
Эбби в изумлении смотрела на нее, обдумывая сказанное. Она даже и не думала, что такое возможно.
— И есть еще полукровки, как Гарри, — добавила Гермиона. — Смешанного происхождения. Сейчас большая часть магов полукровки.
От всей этой новой информации у Эбби уже начинала болеть голова, а они еще даже не подошли к сути разговора.
— Ну ладно, вернемся к 17му веку, — продолжила Гермиона, хлопнув в ладоши. — Так… как я и говорила, имеющие высокий статус в обществе чистокровные и маглы всегда вращались примерно в одних и тех же кругах. Это было возможностью для волшебников получить доступ к магловским ценностям и произведениям искусства, а они же, в свою очередь, помогали магловским аристократам своей магией. Но все это рухнуло, когда появился Статут Секретности. Волшебникам было запрещено творить магию на виду у маглов. Но что еще хуже, теперь считалось социально недопустимым иметь вообще хоть какие-то связи между двумя мирами.
Эбби кивнула, чтобы показать, что слушает, хоть до сих пор и не понимала, куда именно идет этот разговор.
— И, хотя этот новый закон служил защитой для магов от, часто, жестокости маглов, некоторые чистокровные семьи были в бешенстве, — продолжила Гермиона. — Искусство, например, всегда считалось немагической областью. Артистов магов было немного, во всяком случае, не профессионального уровня.
До ушей Эбби долетел смешок, и, повернувшись, она увидела, как Гарри качает головой.
— И никогда не стоит недооценивать влияние чистокровных, а? — сказал он с какой-то ироничной улыбкой.
Рон посмотрел на него, будто бы тот сошел с ума.
— О чем это ты? — спросил он.
— Он догадался, что я хотела сказать дальше, — сказала Гермиона. — И он абсолютно прав.
Эбби успокаивало хотя бы то, что Рон вместе с ней не понимал, что происходит.
— Эти чистокровные волшебники- мне очень неприятно здесь обобщать, но именно ими они и являлись- попросили- ну, потребовали- чтобы Визенгамот сделал для них исключение, — сказала она. — По сути, чтобы они могли нанимать или покровительствовать любому мастеру своего искусства. По большей части, музыкантам, так как это было наиболее редкое умение среди магов.
Понимание начинало медленно нисходить на Эбби, когда она обдумала все сказанное. Но питать надежду она все еще не решалась. Пока нет. Должен был быть какой-то подвох.
— Очевидным выходом было бы просто позволить музыкантам выступить, а потом просто обливиэйт и до свиданья, — продолжила Гермиона. — Но в то время это заклинание было еще совсем новым. Если точнее, то создали его сразу после первоначального подписания Статута в 1689ом специально для того, чтобы стирать маглам память.
— Вот же черт, — пробормотал Рон.
— Оно было очень грубым, как и большинство молодых заклинаний, — сказала она, не обращая на него внимания. — И по какой-то причине на музыкантах оно сказывалось сильнее, чем на других маглах. Возможно, так же было и с другими артистами, но письменного подтверждения этому я не нашла.
— И что ты имеешь в виду, сильнее? — тут же спросил Гарри.
Гермиона поерзала на своем месте.
— Ну… первый случай применения на музыканте был зафиксирован уже через три недели после принятия Статута. И, судя по всему, мужчина полностью потерял все свои знания об основах.
Эбби ничего не могла с собой поделать и скривилась, заставив Гарри посмотреть в ее сторону.
— С тобой такого не произойдет, — твердо сказал он.
— О, ну, конечно, нет, — перевела между ними взгляд Гермиона. — Сейчас заклинание уже далеко ушло вперед по сравнению с той его версией. Тогда оно было совсем варварским, если быть честной.
Тот факт, что Гермиона говорила так, будто бы все еще сохранялась вероятность, что Эбби сотрут память, не то чтобы особо ее успокаивал.
— Но это же не тот выход, о котором ты говоришь, так? — спросил Рон. — В смысле… быть не может.
Гермиона мотнула головой.
— Да, хотя бы из чистого эгоизма, — сказала она. — Кто будет развлекать волшебников, если они постирают память всем талантливым маглам? Нет… такого они допустить не могли. И они попросили сделать исключение. Чтобы все магловские музыканты, нанятые для дачи живых представлений волшебником или ведьмой, были защищены от Заклинания Памяти.
Если раньше голова Эбби болела, то сейчас она уже просто раскалывалась. Все ее мысли, все чувства, все это было в полном беспорядке. Она уже не знала, надеяться ей на что-то или в ужасе хвататься за голову. И то, как Гермиона это произнесла… это очень явно подчеркнуло, что она не такая, как они. Она не ведьма или волшебник. Она простой магл.
Магл.
Магл.
Дурацкое слово.
Звучит, как какой-то мелкий зверек, копошащийся в грязи.
— И… если говорить о настоящем, — сказала Гермиона, вытаскивая Эбби из ее мыслей. — Я невероятно удивилась бы, если кто-то обо всем этом знает. Практика медленно умерла одновременно с тем, как волшебники сами все больше и больше начали заниматься музыкой.
Рон наклонился вперед, оперевшись на колени, и посмотрел на всех по очереди.
— Ну, тогда все просто, разве нет? — сказал он. — Все, что Гарри нужно сделать… это нанять Эбби или как-то так.
— Ну, не совсем, — сказала Гермиона. — В законе особенно говорится, что это должно быть живое выступление перед зрителями. В ином случае министерству пришлось бы следить за слишком большим количеством музыкантов, если бы маги начали заказывать у тех приватные концерты налево и направо.
— Окей… — медленно произнес Рон. — Значит, соберем толпу людей, рассадим их и устроим живой концерт.
— Эмм.
— А сейчас-то что? — начал раздражаться Гарри.
Гермиона вздохнула.
— И выступление, и музыкант должны быть одобрены Министерством. Но прежде, чем ты откусишь мне голову, — быстро проговорила она, поднимая указательный палец, чтобы остановить их обоих. — У меня уже есть на примете одно одобренное Министерством событие.
Гарри приподнял бровь.
— И это?
— Один из тех банкетов, которые ты так любишь, — как-то криво улыбнулась она. — У них на каждом играет один и тот же волшебный оркестр. И хоть у них нет пианиста-
— Чего? — прервал ее Рон.
Гермиона метнула в его сторону взгляд.
— Пианиста, — сказала она, отчетливо выговаривая буквы, и Гарри рассмеялся. — Человека, который играет на пианино.
— О… точно.
Эбби весело покачала головой и снова повернулась к Гермионе.
— А что за оркестр? — спросила она, желая побольше узнать о том, с чем предстоит работать.
— Ах да, — сказала Гермиона. — Я лично еще никогда не видела, чтобы у них кто-то играл на пианино, но обычно они за пару месяцев до выступления принимают заявки. Так что, нам остается только выбрать произведение, которые ты хорошо знаешь, а затем ты пройдешь прослушивание к ним на эту позицию.
Любое упоминание возможной работы всегда заставляло ушки Эбби навостриться. Но эта возможность была какой-то уж слишком хорошей, чтобы быть правдой. Магический оркестр? И чтобы она была его частью? Да у нее все внутри буквально завозилось от предвкушения.
— А потом что? — спросил Гарри. — Это на один раз, или она будет постоянным его членом?
— Ну, если она покажет себя достаточно умелой, то я не вижу, почему бы и нет, — сказала Гермиона. — Они узнают, что она магл, это да, но закон будет на нашей стороне. Плюс, разве ты не играешь еще и на других инструментах?
Она кивнула.
— Могу за двоих. У меня неплохо получается на ударных.
— Ну и отлично, значит, ты будешь для них ценным членом, — улыбнулась Гермиона. — А еще это и для тебя будет невероятная возможность. Это ведущий магический оркестр Британских островов. Они много куда путешествуют, выступают на континенте, играют на наших праздниках и приемах, а иногда даже и в другие части мира летают.
Эбби позволила этим словам накрыть ее с головой и тихонько выдохнула, обдумывая представившуюся возможность.
Образы различных выступлений начали мелькать перед глазами- зрители, сцена, софиты. Она могла все это буквально почувствовать, почувствовать ту энергию в зале, когда по нему разливается музыка, и ее пальцы на клавишах. Сердце билось то чаще, то замедлялось вместе с ритмом мелодии внутри нее.
Она посмотрела на Гермиону, поглощенная сильнейшим желанием притянуть ту к себе, обнять и никогда не отпускать. Потому что это было для нее всем, абсолютно всем, о чем она могла только мечтать.
— А что, если ее не возьмут? Тогда что произойдет?
Эти слова стали буквально ведром ледяной воды на голову. Эбби нашла глаза Гарри, но тот смотрел на Гермиону.
— Что тогда? — чуть с большим нажимом спросил он снова, когда та ничего не ответила.
Плечи Гермионы опустились в поражении, и та внезапно приняла очень усталый вид.
— Тогда они сотрут ее воспоминания, — сказала она, глядя на него. — Обо всем, что касается магии.
Комнату наполнила напряженная тишина, а затем Гарри резко встал и замотал головой.
— Нет, — сказал он. — Нет, ни за что. На хер пусть идут!
— Она все еще будет тебя помнить и все такое, — сказала Гермиона, подняв на него взгляд. — Все просто вернется к тому этапу, как если бы ты ей ничего не рассказывал.
Гарри невесело посмеялся.
— Это к какому? К тому, когда она меня боялась и считала лжецом?
— Это не-
— Да, правда! — сказал он, наконец глядя Эбби в глаза. — Или мне напомнить тебе, что ты чуть не вышла вон через ту дверь на прошлой неделе по этой самой причине? Если они сотрут тебе память, то это будет происходить снова и снова, потому что ты никогда не смиришься с тем, что я что-то от тебя скрываю, и всегда будешь пытаться разобраться, что именно.
После этого он тяжело вздохнул, уронил голову в руки на пару секунд, а затем подошел и сел рядом с ней.
— То, что у нас есть, уже хорошо. Я рад делиться с тобой магией понемногу то тут, то там, — сказал он намного более спокойным голосом. — И я могу провести тебя в те места, которые хотел показать, мы будем аккуратны. Обещаю. Просто не делай этого… пожалуйста.
Эбби облизнула губы, почувствовав, что во рту вдруг пересохло.
Он смотрел на нее с таким выражением на лице, что ей вдруг больше всего на свете захотелось, чтобы они остались в комнате одни. Ей нужно было с ним поговорить. Нужно было поделиться всеми этими спутанными мыслями, которые метались у нее в голове.
Но она чувствовала на себе взгляды Гермионы и Рона, и Эбби вдруг захотелось очень хорошо подумать над тем, что она сейчас собирается сказать.
— Гарри, — негромко начала она. — Я трудилась ради такого шанса с тех пор, как была совсем маленькой, это все, о чем я когда-либо мечтала. И я понимаю, что тебе это может показаться глупым-
— Вовсе нет-
— Но это весь мой мир, — продолжила она. — Это та возможность, которой у меня никогда раньше не было. Я не могу просто… не попытаться.
Его челюсти сжались, и он опустил взгляд на пол.
— Я понимаю, что это ужасно рискованно, и что могу потерять то, чего я совсем-совсем не хочу терять, — сказала она. Руки буквально чесались взять его ладонь в свою. — И… прости меня за то, что я такая эгоистка-
— Это не так, — сказал он, качая головой. — Никакая ты не эгоистка, хорошо? И что я тебе говорил по поводу постоянных извинений?
Она закусила губу, когда он снова поднял на нее взгляд.
— Это я тут кретин, — сказал он и потер лицо ладонями. — Просто… мне очень понравилось делиться с тобой всем этим… было приятно.
Она чуть улыбнулась в ответ.
— Это верно, — сказала она.
— Не хочется прерывать, — вдруг сказал Рон. — Но… мы тут все не слишком драматизируем? В смысле, она вполне может просто получить эту работу.
Гермиона прикрыла глаза и вздохнула.
— Рон, пойдем, — сказала она, поднимаясь.
— Что, почему?
— Потому что я сказала все, что хотела, и теперь время оставить Гарри и Эбби наедине, — сказала она и потянула его за собой. — Пошли.
Рон пробормотал что-то неразборчивое и последовал за ней. Он уже собирался было шагнуть в камин, но остановился на секунду и достал палочку.
— Что ты?..
Гермиону прервала вспышка белого огня, которая метнулась к Гарри и, ударив того прямо в живот, заставила подпрыгнуть.
— Ах ты гад! — вскрикнул Гарри. — Это еще за что?
— За то, что заставил меня врать жене, — бросил тому злой взгляд Рон. — Надеюсь, завтра оно примет какой-нибудь приятный оттенок.
Гарри изобразил в его сторону грубый жест, и тот исчез в зеленом пламени, от чего Гермиона лишь щелкнула языком.
— И ты на меня сейчас злишься? — сказал он, приподнимая бровь. — Больно вообще-то!
— Надо было еще добавить, — сказала она, сложив руки на груди.
Гарри лишь покачал головой, выглядя слишком раздраженным, чтобы еще и отвечать на такое.
— Но не важно, — сказала Гермиона, переводя взгляд на Эбби. — Пока я не ушла, просто хотела сказать, что… что бы ты ни решила, я желаю тебе только самого лучшего.
Эбби тепло улыбнулась.
— Спасибо, — сказала она. — За- за все. Серьезно, это многое значит.
Гермиона кивнула.
— Пожалуйста, — сказала она и шагнула в камин.
А затем, постояв там пару секунд, в последний раз посмотрела на Гарри, улыбнулась и ему и пропала.
⊹──⊱♫⊰──⊹
Записка от автора (Taliesin19): Просто хотела сказать огромное спасибо CaBil за помощь с идеей в основе плана Гермионы, а еще Talimancer — моей бете на эту главу. В долгу у вас обоих! И еще быстренько черкну: Я создала аккаунт на tumblr под ником Taliesin-19. По большей части буду использовать его, чтобы сообщать о прогрессе с очередной главой. Так что, если я вдруг медлю, то можете зайти туда и посмотреть, может быть, там есть какие-то объявления!
