Спасибо, Эмма

      Улыбнувшись, Эмма припала к женским губам, чувствуя персиковый вкус помады. Проведя языком по нижней губе Реджины, она бесцеремонно, требовательным поцелуем ворвалась в её ротик языком . Эмма медленно, на зло брюнетке, двигала пальцами внутри неё. Миллс, закрыв глаза, сдерживалась, чтобы не зарычать от нетерпения, и блондинка, увидев это, начала ещё больше дразнить свою партнёршу: она стала ещё медленнее двигать пальцами, в то время как вторая её рука скользнула к аппетитным ягодицам. Неудержимая страсть охватила два горячих женских тела, в небольшой кабинке стало невыносимо душно. Обе женщины хотели большего, но всё же Эмма не собиралась спешить, она решила немного поиздеваться. Оторвавшись от сладких губ Реджины, Эмма решила уделить внимание её бархатной шее. Миллс закрыла глаза и повернула голову в сторону, чтобы предоставить больше доступа.       — Ммм… Эмма, быстрее. — Прижимая блондинку к себе, прошептала брюнетка, и в тоне её голоса послышалась мольба, переплетённая с требованием.       Подняв голову, Свон встретилась с пылающим страстью взглядом.       — Ты сама себе же противоречишь, милая, - лукаво сказала блондинка, вопросительно приподняв точёную бровь.       — Я передумала. — Коротко ответила Миллс и двинулась бёдрами навстречу руке женщины, и, к счастью брюнетки, Эмма не убрала руки, наоборот, глубже вошла пальцами во влажное лоно.       — Конкретнее. — В голосе просквозили требовательные нотки, от чего возбуждение женщины, обеих женщин, стало ещё больше.       — Я хочу заняться сексом прямо в лифте. — Сгорая от возбуждения, прохрипела Миллс, смотря в изумрудные омуты. Сердцебиение участилось, а дышать стало сложнее, когда блондинка, хитро улыбаясь, начала ускорять темп. Но то, что дальше сказала и сделала Эмма, заставило недовольно зарычать Миллс.       — Мечтать не вредно. — И резко вышла из лона женщины. Подарив женщине ухмылку, Эмма провела пальцем, на котором были соки брюнетки, по нижней губе Реджины и быстро отошла от неё на пару шагов.       — Ты ещё об этом пожалеешь. — Тихо, зловеще прошептала любовнице Реджина.       — Не сегодня. — Уверенно произнесла блондинка, когда лифт остановился и двери открылись. Бросив быстрый, пошлый взгляд на брюнетку, Эмма подхватила с пола клатч Реджины и вышла из кабинки лифта, а Миллс, выждав пару секунд, пошла за Эммой.       Пару минут, и женщины подошли к их номеру. Свон, достав из кармана пиджака ключ-карту, открыла дверь, пропуская брюнетку в комнату. Как только дверь закрылась, Эмма, бросив клатч на мягкий ворс ковра молочного цвета, грубо схватила Реджину за плечи и прижала к светлой деревянной поверхности так резко, что брюнетка даже не успела ни о чём подумать. Затем руки Свон начали опускаться ниже к груди, а губы оставляли влажные следы на мягкой, как бархат, коже.       — Мне не нравится это платье. — Прорычала блондинка над самым ушком, с силой сжимая через тонкую ткань платья аппетитные ягодицы.       — Так сними его с меня. — Сладко прошептала Реджина в губы блондинке, закинув левую ножку на бедро Эммы.       — Непременно… А… — Свон хотела обратиться к брюнетке по имени, но она его не знала. Хотя и имела возможность узнать о своей будущей любовнице всё. Однако Эмма точно так же, как и Реджина, предпочла сама узнать о своей партнёрше.       — Реджина. — Коротко ответила Миллс на не заданный вопрос.       Они будто были созданы друг для друга и понимали друг друга лучше кого-либо на свете. Эмма за считанные минуты стала близкой для Миллс. В её животе порхал ураган бабочек, а нежность и страсть заполнили каждую клеточку её тела. Слегка приоткрытые губы вишнёвого цвета так и манили к себе и просили о том, чтобы их поцеловали пылко и страстно.       — Красивое и… — Эмма не смогла договорить, потому что губы брюнетки накрыли её, а проворный язычок Реджины прошёлся по ряду белоснежных зубов и уже ласкал нёбо.       Неистовый огонь горел между этими двумя женщинами, безумное желание охватило два горячих женских тела. Их руки бегали по телам друг друга, пока языки боролись в диком танце страсти. Реджина нежно провела руками по плечам Эммы, затем плавно скользнула к затылку и, распустив причёску блондинки, зарылась тонкими пальчиками в длинные светлые шелковистые волосы. Свон, закусив нижнюю губу брюнетки, оттянула её, в то время как руки опустились ниже к талии, и тонкие пальчики стали разбираться с пояском, который обвивал осиную талию партнёрши. Реджина со всей пылкостью отвечала на поцелуй Эммы, теряя рассудок и растворяясь в этом приятном моменте касания губ и прикосновений рук. Тяга друг к другу с каждой секундой, с каждым прикосновением росла всё больше и больше, обе женщины желали впитать каждой клеточкой плоти этот волшебно-горячий момент. Эмме, как и Реджине, хотелось большего, но они не спешили, чтобы хорошо изучить друг друга. Вишнёвые губы оставляли следы на теле брюнетки, пока руки сжимали упругие ягодицы. Миллс руками обнимала партнёршу за плечи, но спустя несколько секунд брюнетка освободила тело блондинки от пиджака, который улетел на пол. Ладошки оказались на ровной спине, и сквозь ткань блузки Миллс ощущала, как горит кожа любовницы от её нехитрых прикосновений.       Недовольно вздохнув, Реджина поглаживая руками спину Эммы, сказала:       — Запаковалась, как на северный полюс.       — Для тебя старалась, малышка. — Ехидно ответила Свон, сверкнув зелёными глазами. И тут же припала к сладким персиковым губам.       Оба женских тела сгорали от неконтролируемого, неистового желания, которое обжигало изнутри. Хотелось как можно скорее избавится от всей одежды и окунуться с головой в мир наслаждения, больше не было сил терпеть эту пытку. Миллс развязала галстук и уже собиралась его отбросить в сторону, но Эмма, отобрав его, сунула вещь в карман брюк. Тонкие пальчики брюнетки принялись разбираться с пуговицами на блузке блондинки. Оставалась пара пуговиц, но Реджина не хотела и не могла больше терпеть эту преграду к манящему и желанному женскому телу, поэтому резко рванула за край блузки, и эта пара пуговиц с треском оторвалась и утонула в мягком ворсе ковра. Но кого это сейчас волнует? Им было глубоко плевать на всё, что происходит вокруг. Есть только они, этот момент, горячие прикосновения нежных рук и их пылкий, насыщенный страстью и желанием, поцелуй.       Быстро сняв ненавистную блузку, брюнетка, прикоснувшись ладонями к горячей обнажённой коже, нежно провела рукой по плоскому животику Свон, затем обе руки плавно переместились за спину блондинки. Нащупав пальчиками застёжку бюстгальтера, она быстро расправилась с ней и освободила упругую грудь от мешающего элемента одежды, пока губы, на которых была помада вишнёвого цвета, терзали нежную кожу на шее. Реджина немного отстранилась от Эммы и посмотрела в зелёные глаза, горящие огнём страсти, похоти и ещё чего-то, но чего - Миллс не смогла понять. Она подарила блондинке улыбку, и её пухлые губы начали оставлять невесомые поцелуи. Тонкие пальчики потянулись к брюкам, но Эмма нежно перехватила запястья брюнетки, и возле уха послышался горячий шёпот:       — Реджина, ты слишком нетерпеливая. Не спеши…       — Мне плевать, на всё, я хочу тебя! — Прохрипела Миллс, смотря в зелёные омуты.       — За свою нетерпеливость ты можешь быть наказана, дорогая. — Пошло улыбаясь, ответила Свон и приблизилась к лицу женщины. Между их губами оставалось всего лишь пару сантиметров, и первой не выдержала Миллс, потянувшись к сладким губам любовницы.       Реджина, встала на обе ноги и скинула туфли-лодочки, из-за чего стала значительно ниже. Эмма усмехнулась в губы брюнетке и немного наклонилась, притянув любовницу за талию ещё ближе к себе. Свон сделала несколько шагов назад, потянув Миллс за собой, хотя та и не сопротивлялась. Уже оказавшись возле кровати, Эмма еле оторвалась от желанных губ Реджины, затем толкнула Миллс на холодные простыни. Получилось это грубее, чем она хотела, но, судя по взгляду глаз цвета коньяка, Реджине понравилось небрежное обращение к ней. Миллс покорно лежала на постели, изучая лицо любовницы, пока та стояла между длинными ножками и смотрела сверху вниз на брюнетку, на то, как сексуально она закусила нижнюю губу, как иссиня-чёрные волосы рассыпались на светлых простынях, а вырез декольте распахнулся и уже не прятал аппетитную грудь.       — Ты прекрасна. — Прошептала одними губами Эмма и наклонилась к желанному телу, удобно устроившись между ножками брюнетки. Губы блондинки уже оставляли хаотичные поцелуи на тонкой шее, а руки медленно изучали тело.       Влажные нежные поцелуи переросли в жадные. Эмма оставляла на теле брюнетки засосы и красные отметины, которые со временем превратятся в фиолетовые пятна. Реджина, зарывшись пальцами в светлые локоны, прикрыла глаза и получала удовольствие от грубоватых ласк блондинки. Ни один мужчина, который был в одной постели с Миллс не сравнится с Эммой - блондинка была готова не только получать удовольствие, но и приносить его, и Реджина это прекрасно чувствовала.       Все мужчины вместе взятые не сравнятся с зеленоглазой красоткой.       Рука Миллс плавно скользнула к упругой груди любовницы и слегка сжала её. Эмма поцелуями опустилась к ложбинке между грудями, провела мокрую дорожку к ареолу кончиком языка и захватила губами давно возбужденный сосок. Реджина, выгнувшись в спине и обнимая блондинку за плечи, полустоном-полурыком произнесла:       — Сними с меня это чёртово платье!       Эмма ничего не ответила, только подняла взгляд зелёных глаз на брюнетку и мысленно усмехнулась. Блондинка, играя языком с горошинкой соска, слушала тихие протяжные стоны Реджины, в то время как её правая рука скользнула меж их телами, и тонкие пальчики принялись расстёгивать те три чёртовы пуговицы. И наконец расправившись с ними, она провела ладонью по горячей обнажённой коже.       — Ммм… Эмма… — Тихо простонав, Миллс почувствовала, как по телу пробежались приятные мурашки, и это всего лишь от одного «невинного» прикосновения.       — Терпение, терпение… — Прошептала Свон в губы брюнетке и оставила цепочку поцелуев от уголка губ к шее, затем к ключицам.       Эмма осыпала бархатную кожу ненасытными поцелуями, и некоторые из них превращались в засосы и укусы. Тело блондинки горело от желания, хотелось немедленно сорвать с тела любовницы это грёбаное платье, но, не смотря на тягу к обворожительной брюнетке, Свон держала себя в руках и продолжала слушать стоны наслаждения, которые раз за разом срывались со сладких губ Реджины. Миллс потеряла здравый рассудок, готовясь окунуться с головой в океан экстаза. Однако нарочитая неторопливость партнёрши препятствовала этому.       — Не заставляй меня умолять. — Жалобно проскулила брюнетка, а затем шумно выдохнула, когда Эмма провела языком от ключиц к плоскому животику.       Свон подняла голову, и два взгляда — зелёный и карий — встретились. Янтарные глаза потемнели от желания, а на дне изумрудных плескались в едином танце озорство и желание. Хитро улыбнувшись, Эмма тихо произнесла:       — Я тут мамочка, и мне решать, когда трахать тебя, — выждав короткую паузу, Эмма продолжила, — и когда тебе кончать.       — Эмма, — простонала брюнетка, изнемогая от желания, и тут же выгнулась в спине, когда блондинка с силой сжала её грудь, а затем прокрутила соски между пальцами. — Прошу, Эмма… Мамочка… Я так больше не могу… Умоляю…       Умоляю. Всего лишь слово, но именно это слово стало мощным катализатором для Эммы, и Свон решила ускориться, но лишь на чуток.       Свон нарочито медленно провела ладошкой от плеча к запястью брюнетки, затем расстегнула пуговку на рукаве. Реджина лежала смирно, настолько на сколько могла, и, тяжело дыша, наблюдала за действиями Эммы. Проделав те же самые действия со второй пуговкой на другом рукаве, блондинка улыбнулась Реджине и, распахнув полы платья, вновь припала губами к груди, лаская её.       — Охх… — Выгнувшись в спине, Реджина положила ладони на плечи блондинки. Миллс, закрыв глаза, впилась ноготками в тело любовницы, когда Свон вместо губ использовала зубы. — Эмма, ну, хватит! Прошу тебя! — Прорычала брюнетка, потёршись пахом о животик блондинки.       — Дорогая, ты же сама сказала, что любишь подчиняться, так что будь хорошей девочкой и прояви терпение, потому что этого хочу я. — Посмотрев в карие глаза, прошептала Эмма.       Бархатный, сладкий, как мёд, голос завораживал, и Миллс почувствовала, как по телу пробежалась дрожь. Сглотнув, Реджина, хриплым от возбуждения голосом ответила:       — Я не буду послушной девочкой, мамочка, иии… Жду наказания.       — Ммм, нет, максимум, что сегодня будет — это связанные руки. — Вовремя вспомнив о галстуке, ответила Свон и достала аксессуар из кармана, положив его рядом на белоснежную простыню. — А вот плётки, кляпы и вибраторы будут в следующий раз…       — А кто сказал, что будет следующий раз? — Подняв точёную бровь вверх, спросила Миллс.       — Я. — Коротко и уверенно ответила Свон. Она знала, что Реджина была не против второго раза. И третьего, и четвёртого, и любого другого раза.       Пусть они абсолютно не знали друг друга, это не помешало Свон понять настрой брюнетки, её желания, и…чувства. Эмма ещё в первую встречу, посмотрев в карие глаза, тут же осознала, что больше не сможет забыть то тепло, которое плескалось на дне янтарных глаз. Будто потеряй связь с брюнеткой, она потеряет себя… И Эмма чувствовала...знала, что Реджина ощущает то же самое, хотя брюнетка об этом даже не заикалась.       — Эмма… — Вновь прошептала с мольбой в голосе брюнетка, смотря на то, как партнёрша с улыбкой на губах любуется её прекрасным телом.       Блондинка сидела между длинными ногами любовницы, соприкасаясь лобком с пахом брюнетки. Эмма чувствовала, насколько Реджина была возбуждена, да и сама она изнемогала от неистового желания. Свон кончиками пальцев дотронулась до матовой щеки брюнетки, затем медленно, еле касаясь женского тела, провела ими до груди, а после — до трусиков. Всего за считанные секунды сексуальное, подтянутое тело брюнетки было освобождено от платья, что обрадовало обеих женщин. Реджина, тяжело дыша, выжидающе смотрела на любовницу в предвкушении ласок и ждала момента, когда Эмма снимет с неё последний элемент одежды. Сердце бешено застучало в груди, будто норовило выпрыгнуть, а губы расплылись в радостной улыбке, когда Свон взяла в руки галстук и коротко, приказным тоном сказала:       — Руки.       Реджина покорно протянула обе руки Эмме, пряча свою улыбку. Блондинка, связав руки, встала с постели. Миллс, догадываясь, что хочет сделать любовница, придвинулась ближе к изголовью кровати и подняла руки.       — Хорошая девочка. — Привязывая галстук к изголовью постели, томно прорычала женщина, а затем, наклонившись вперед, оставила быстрый поцелуй на губах брюнетки.       — Эмма, ну, хватит меня мучить! Прошу! — Взвыла женщина, смотря с мольбой в зелёные глаза.       — А мне нравится то, как ты меня умоляешь. — Негромко произнесла Свон. Её руки потянулись к застёжке брюк, пока ноги выскальзывали из туфель на небольшом каблуке.       Эмма, наконец освободившись от плена одежды, тоже осталась в одних трусиках. Она опустилась на кровать перед брюнеткой, а точнее над ней. Блондинка, опёршись на локти, нависла над желанным, горячим женским телом. Секунда, и губы слились в пылком поцелуе. Эмма запустила пальцы в чёрные, как ночь, локоны, углубляя поцелуй. Реджина, почти смирившись с тем, что не получит желаемую разрядку раньше времени, обняла ногами талию партнёрши. Языки танцевали в бешеном танце страсти, будто боролись за право первенства и будто это была битва не на жизнь, а на смерть. Когда в лёгких стало катастрофически не хватать такого нужного организму кислорода, Эмма оторвалась от мягких губ Реджины. Затем Свон, пошло улыбнувшись, опустилась хаотичными поцелуями от груди брюнетки к низу живота. Эмма смотрела прямо в карие глаза, в которых читалась мольба.       — Ладно. Сегодня всё будет не так, как я планировала. — Произнесла блондинка и потянулась к резинке трусиков. Реджина, довольно улыбнувшись, приподняла бёдра. За несколько секунд, которые Миллс показались вечностью, Эмма избавила любовницу от последнего элемента одежды.       Зелёные глаза хищно сверкнули, а карие выражали нетерпение. Эмма, удобнее устроившись между ножками партнёрши, оставила поцелуй на внутренней стороне бедра, затем второй, третий... Реджина, опустив голову на подушку, уже потеряла надежду, что язык Эммы окажется на её клиторе. Однако после того, как блондинка оставила ещё несколько влажных поцелуев на нежной коже, Реджина почувствовала, как Эмма, наконец-то, вошла в неё двумя пальцами.       — Да! — Выгнувшись в спине, громко простонала брюнетка и двинулась бёдрами на встречу руке.       Эмма, мучительно медленно двигая пальцами, припала губами к клитору. Реджина, громко застонав, прикрыла глаза. Блондинка, решив больше не мучить любовницу, начала двигать пальцами быстрее и глубже.       — Ммм… Да… Быстрее! — Громкие стоны один за другим срывались с пухлых губ. Здравый рассудок вовсе покинул Миллс, а тело будто прошибло током, когда Эмма решила слегка прикусить горошинку клитора.       Язык блондинки вытворял безумные вещи, доводя брюнетку до грани между реальностью и сном. Свон принялась ещё быстрее и глубже двигать пальцами, когда почувствовала, что стенки влагалища плотнее начали сжимать её пальцы. Дыхание брюнетки стало рваным, а перед глазами её начало темнеть. Вот-вот её накроет волной оргазма, однако Эмма решила сделать по-своему: она резко вышла из узкого горячего лона под недовольный рык партнёрши.       — Нет! Ахх… Я почти кончила!       — Ну, так я тебе говорила, что я решаю, когда ты кончишь. — Сказала блондинка, подув на горячую плоть, чем больше раззадорила брюнетку.       — Эмма… — Тихо простонав, Реджина подняла голову и встретилась со взглядом изумрудных глаз. Она тут же поняла, что партнёрша решила её пощадить.       Вновь припав к клитору, Эмма начала ласкать Миллс языком. Блондинка, жадно всасывая горошинку клитора, резко вошла сразу тремя пальцами в горячее лоно любовницы.       — Аааа… Эмма! Да! — Громко всхлипнула Миллс, желая получить свою разрядку.       Толчки стали более быстрыми и глубокими, когда стенки влагалища вновь плотнее обхватили пальцы блондинки. Реджина, зная, что сейчас её настигнет оргазм, как змея извивалась на белоснежных, уже смятых, простынях. Несколько грубых толчков, и перед глазами брюнетки потемнело, а мозг на несколько секунд перестал работать, тело пробила приятная дрожь. Свон довольно улыбнулась, услышав, как брюнетка выкрикивает её имя, как тяжело и рвано дышит, и, сбавив темп, начала медленно двигать рукой, продлевая удовольствие Миллс.       Губы, на которых ещё недавно была вишнёвая помада, оставляли хаотичные поцелуи на плоском животике любовницы. Эмма провела влажными пальцами по нижней губе женщины. Брюнетке не надо было слов, женщина сама, обхватив губами тонкие пальчики, начала их посасывать.       — Ты прекрасна, милая. — Тихо сказала блондинка, смотря в карие глаза, и убрала руку, проведя ею по груди партнёрши. Затем, приблизившись к лицу брюнетки, Эмма вовлекла Реджину в самозабвенный поцелуй, параллельно пытаясь развязать руки брюнетки. Проворный язычок Реджины бесцеремонно проскользнул между мягкими губами любовницы и пробежался по ряду белоснежных зубов. Спустя несколько секунд галстук был развязан и откинут в сторону. Реджина, улыбнувшись в губы блондинки, положила ладони на упругие ягодицы партнёрши. Не разрывая поцелуй, обе женщины стали на колени друг перед другом так, что бедро Реджины было между бёдрами блондинки. Руки брюнетки медленно поглаживали ровную спину любовницы, пока языки танцевали в бешеном, страстном танце.       Эмма, зарывшись пальцами в тёмные локоны, пылко отвечала на поцелуй, теревшись промежностью о бедро Реджины. Внизу живота уже давно сладко ныло, и каждая клеточка организма желала почувствовать, как тело накрывает волна умопомрачительного экстаза. Оторвавшись от губ Реджины, Эмма отстранилась от брюнетки и встала с кровати, отойдя от неё на пару шагов. Блондинка, подарив Миллс загадочную улыбку, молча смотрела в янтарные глаза, в которых застыл немой вопрос.       — На колени! — Приказным тоном низко прорычала блондинка.       — Как скажешь, мамочка. — Встав с кровати, брюнетка смиренно опустилась на колени перед любовницей.       Покорный карий взгляд встретился с изумрудным. Уголки губ Реджины медленно поползли вверх от якобы холодного взгляда партнёрши. Не прерывая зрительный контакт, Миллс дотронулась ладонями до лодыжек блондинки, затем медленно и плавно скользнула руками вверх к ягодицам. Эмма шире расставила ножки, и Миллс, улыбнувшись, оставила несколько поцелуев на внутренней стороне бедра, пока ладони с силой сжимали аппетитные полушария. Эмма судорожно вздохнула, когда Реджина провела рукой по промежности. Брюнетка, чувствуя, насколько любовница мокрая и горячая, быстро спустила трусики по длинным ножкам блондинки. Откинув ненужный элемент одежды, Реджина оставила пару поцелуев на внутренней стороне бедра, затем её губы оказались на половых губах партнёрши. Эмма, закинув правую ногу на плечо любовницы, чувствовала блаженство. Она запустила пальцы в чёрные пряди волос. Пока Миллс поглаживала упругие бёдра Эммы, язык брюнетки играл с горошинкой клитора, доводя блондинку до исступления.       — Ох, чёрт, — прорычав, Эмма слегка пошатнулась, но Реджина придержала женщину за ягодицы.       — Аккуратней, мамочка.       Эмма убрала ногу с плеча любовницы и, сделав пару шагов к кровати, опустилась на постель так, что бёдра слегка свисали. Тяжело дыша, Свон прикрыла глаза и тихо и томно прорычала:       — Детка, иди ко мне, я хочу кончить!       Реджине не надо было повторять дважды, поэтому женщина тут же оказалась на коленях перед любовницей. Реджина ещё шире развела ножки и провела кончиком языка по промежности, от чего блондинка слегка дёрнулась. Женщина, сжимая руками простыни, каждой частичкой тела впитывала наслаждение, которое дарила ей брюнетка. Проворный язычок Миллс медленно вошёл в Эмму, пока сама Свон извивалась от ласк партнёрши. Вскоре язык сменили пальцы, а стоны зеленоглазой красавицы стали громче. Реджина, слегка покусывая клитор либо просто посасывая его, быстро двигала пальцами внутри горячей, мокрой и узкой Свон.       Миллс, чувствуя, что Эмма скоро придёт к своему финалу, ещё быстрее начала двигать рукой. Несколько грубых толчков, и блондинка громко закричала, когда её накрыла волна сокрушительного оргазма.       Реджина отстранилась от любовницы и слегка подуставшая опустилась на постель, ложась головой к изголовью кровати. Эмма спустя несколько мгновений опустилась рядом с брюнеткой, обессиленно упав на подушку.       Они обе молчали, и эта тишина не угнетала, а, наоборот, давала возможность подумать. Так прошло две минуты, семь, двенадцать, а, может, и час или вовсе вечность. Было легко и спокойно на душе у обеих женщин. И Реджина впервые в жизни не чувствовала, что хочет сразу же уйти после удовлетворения своих сексуальных потребностей. А Эмма впервые в жизни ощущала такое умиротворение и…уют. Им было комфортно друг с другом, даже когда тишину комнаты нарушал только тихий шум из приоткрытой балконной двери.       Прошла ещё пара мгновений, и Миллс решила нарушить приятную тишину. Перевернувшись на бок, она задала вопрос:       — Много у тебя было девушек? — Тихо проговорила Реджина и повернула голову к любовнице, пытаясь создать зрительный контакт.       Эмма последовала примеру Реджины: тоже перевернулась со спины на бок и пододвинулась к Миллс ближе.       — Клео была первой и единственной. До тебя. — Смотря в карие, точно шоколад, глаза, ответила Эмма, приведя дыхание в норму, и провела кончиками пальцев по матовой щеке брюнетки.       — А как ты поняла, что ты лесбиянка? — Ласково перехватив руку блондики и переплетая пальцы, с интересом задала вопрос женщина.       — Клео подошла ко мне, как и я к тебе. Я как раз тоже тогда порвала с парнем. Сначала она пыталась со мной подружиться, чтобы просто помочь оклематься после расставания, а потом мы с Фокс стали хорошими подругами, несмотря на то что она была старше меня на тринадцать лет. А после всё так закрутилось, что я даже не поняла, как мы оказались с ней в одной постели. И мне это нравилось...до безумия. — Закончив свой монолог, Эмма улыбнулась Реджине, смотря в её карие глаза, в которых видела собственное отражение.       — Ааа… — Не решаясь спросить, Миллс запнулась, но Эмма догадалась, что хотела узнать брюнетка.       — Мы с ней расстались, хотя встречались долго и, вроде, были чувства, но со временем нас перестало связывать что-либо, кроме секса. — Без толики грусти ответила блондинка, разглядывая прекрасные черты лица Миллс, а затем её зелёный взгляд опустился ниже к пышной груди, которая вздымалась в такт спокойному дыханию женщины. Реджина, наблюдая за тем, как Свон разглядывает её, почувствовала новую волну возбуждения. Облизав губы, она ждала, пока Эмма встретится с её взглядом. Упругие, аппетитные бёдра были спрятаны под покрывалом, поэтому блондинка возобновила зрительный контакт. Карие глаза потемнели от желания, а губы брюнетки сами приоткрылись, будоража фантазию блондинки и вызывая новую волну желания.       — Я хочу тебя. — Не разрывая зрительный контакт, томно прошептала Миллс, ещё ближе подвинувшись к блондинке, и положила руку на талию, затем плавно скользнула вверх к груди.       — Давай в душ. — Резко отстранившись от брюнетки, хитро сказала Эмма.       Вода стекала по их возбуждённым телам, ещё сильнее распаляя их жгучее желание друг к другу, если это, конечно, было возможно. Терзая губами упругую грудь, играя с сосками, Эмма прижала Реджину к холодной стене и в ту же секунду услышала шипение женщины, вызванное прикосновением горячей спины к холодной плитке. Губы блондинки вновь вернулись к шее, а затем к сладким, опухшим от поцелуев, губам Реджины. Язык скользнул в женский ротик и прошёлся по белоснежному ряду зубов. Языки сплелись в едином жарком танце, и никто не собирался уступать своему сопернику, точнее партнеру. Оторвавшись от желанных губ, Эмма развернула Реджину к себе спиной, прижав женщину грудью к кафелю.       — Я хочу, чтобы ты кончила мне на пальцы! — Скользнув правой рукой между ножками брюнетки, прорычала Свон на ушко Реджины.       — Ооо, мамочка, как пошло. — Прижимаясь спиной к груди любовницы, соблазнительно ответила Миллс, закусив нижнюю губу.       — Я заставлю тебя кричать, милая. — Сказала блондинка, оставив несколько поцелуев на оливковой коже, покрытой капельками воды.       Целуя шею Реджины, Эмма оставляла засосы и укусы, при этом слушая лучшую в мире музыку - стоны брюнетки. Пальцы блондинки теребили клитор любовницы, в то время как она хотела большего.       — Моя девочка, ты такая мокрая. — Шепнула Свон в чёрные, как смоль, волосы и резко вошла двумя пальцами в истекающее соками лоно.       — Ахх, дааа, Эмма… — Простонала Миллс, положив затылок на плечо блондинки.       Женщины были увлечены только друг другом и не слышали ничего. Вновь существовали только они одни, и им было глубоко плевать буквально на всё. Реджина чуть ли не умирала от умелых ласк любовницы, а Эмма получала огромное удовольствие только от того, что её женщине хорошо. И да, именно её женщине.       Сжимая грудь брюнетки, она прокрутила между пальцами горошинку соска, пока с пухлых губ раз разом срывались громкие несдерживаемые стоны. Эмма начала двигать рукой более грубо и глубоко, и по душевой кабинке, да и по всей ванной комнате, разнеслись неприличные, хлюпающие звуки. Впившись ноготками в руку блондинки, брюнетка и не старалась быть тихой, награждая любовницу громкими протяжными стонами. Прижавшись спиной к груди блондинки, Реджина левой рукой держалась за предплечье партнёрши. Правой - скользнула вниз и, прикрыв глаза, начала грубо растирать клитор, тем самым быстрее приближая себя к разрядке. Перед глазами потемнело, когда стенки влагалища сжали женские пальцы. Миллс, громко прокричав имя блондинки, почувствовала слабость в ногах, и только благодаря Эмме Реджина смогла устоять.       — Знаешь, всё же мне удалось соблазнить Робина. Ну, как соблазнить...мы были одиноки и пьяны… И тогда я думала, что это мой лучший секс в жизни. До сегодняшнего вечера… — Тяжело дыша, на одном дыхании выпалила брюнетка, сама не зная, зачем она рассказала о Локсли.       — Это ты так делаешь комплимент? — Прижимая к себе обмякшее женское тело, с ухмылкой поинтересовалась Свон.       — Можешь считать так. — Оставив поцелуй на покрытом бисеринками воды плече, ответила Миллс.       — Ты великолепна, Реджина. — С нежной улыбкой сказала Эмма, чувствуя, как в груди загорается давно забытое чувство, пусть пока не любовь, но влюблённость точно.       — И ты потрясающая. — Повернувшись лицом к блондинке, тихо сказала Реджина, а затем нежно-нежно обняла её.       Так они стояли, пока Реджина окончательно не отошла от оргазма и не восстановила дыхание. Затем Миллс потянулась за поцелуем к Эмме, и та охотно на него ответила. Женщины сменили положение, и теперь Свон была прижата брюнеткой к стене.       Поцелуй был довольно коротким, но вызвал внутри обеих женщин ураган чувств. Реджина провела рукой по бархатной щеке Эммы и оставила несколько хаотичных поцелуев в уголке губ, на скуле, на подбородке… Затем губы брюнетки проделали дорожку из множества поцелуев к груди, а затем к животу.       — Трахни меня своим горячим язычком. —Томно прорычала блондинка, собрав в руку несколько прядей волос.       — Непременно, мамочка.       С этими словами Реджина развела ножки любовницы ещё шире и жадно припала к половым губам партнёрши. Проведя кончиком языка возле входа во влагалище, Миллс услышала, как Свон шумно вдохнула воздух. Не желая мучить любовницу, Реджина резко вошла языком в Эмму.       — Охх, да… Продолжай! — Чуть ли не задыхаясь от наслаждения, прохрипела блондинка.       Язык Реджины вновь в бешеном ритме теребил горошинку клитора, и Эмма, прикрыв глаза, получала удовольствие. Реджина, проведя ладошкой по внутренней стороне бедра любовницы, резко вошла двумя пальцами в жаркое лоно. Эмма двигала бёдрами навстречу руке Миллс, этим получая ещё большее удовольствие. Реджина с каждым толчком ускоряла темп, быстро и грубо входя в Эмму. Вскоре движения стали сумбурными, что быстрее привело Свон к очередному оргазму.       — Да! Ааа… — Дрожа всем телом, прокричала Эмма и прикрыла глаза.       Реджина медленно поднялась с колен и, обнимая блондинку за талию, поцеловала плечо, шею, щеку. Миллс, хитро улыбнувшись, прошептала на ушко блондинке:       — Ты очень вкусная.       Эмма не в силах что-либо ответить просто уткнулась носом в тёмные мокрые волосы, которые хранили аромат яблочного шампуня.

***

      Электронные часы, стоящие на прикроватной тумбочке, показывали половину третьего ночи.       Эмма довольно быстро уснула после водных процедур и сейчас мирно спала, укутавшись в покрывало. В то время как Реджина стояла на балконе и курила такие ненавистные ей сигареты. Женщина терпеть не могла запах табака, но именно сейчас так хотелось почувствовать, как никотин попадает в лёгкие и остаётся горьким привкусом на языке. Укутавшись в белоснежное банное полотенце, Реджина облокотилась на перила локтями. Тёплый ночной ветерок ласкал кожу и путался в чуть влажных после душа волосах, а такая непривычная для шумного города тишина расслабляла. Хотя где-то вдали и слышалась сирены «скорой» и полицейской машин. Она смотрела куда-то вдаль, на огни ночного Нью-Йорка, на здания, которые спали в столь позднее время, на деревья. Погрузившись в свои собственные мысли, анализируя события прошедших дней, брюнетка даже не заметила, как Свон проснулась и позвала Миллс по имени.       — Жалеешь? — Совершенно бесшумно Эмма подошла, встала за спиной Реджины, положив подбородок на её левое плечо, и заключила брюнетку в кольцо надёжных, тёплых рук.       — Нет, что ты. — Хрипловатым голосом прошептала женщина, даже не дернувшись от неожиданности, будто знала, что Эмма придёт. Сделав затяжку, Реджина прижалась спиной к блондинке, положив голову на правое плечо любовницы.       — Так чего не спишь? — Поморщившись от запаха никотина, поинтересовалась блондинка, щекоча своим горячим дыханием бархатную шею брюнетки.       — Думаю. — Коротко, но мягко ответила женщина, не зная до конца, делиться ли своими чувствами с Эммой.       — О чём? — Оставив невесомый поцелуй на нежной коже Миллс, так же шёпотом спросила блондинка.       Реджина не спешила отвечать. Сделав ещё одну затяжку, она выдохнула едкий дым. Свон не торопила Миллс. Немного поразмыслив, женщина облизала пересохшие губы, а затем, всё ближе прижимаясь к Эмме, низким голосом ответила:       — Думаю о том, что всего лишь за пару дней моя жизнь кардинально изменилась. Благодаря тебе, Эмма. — Лёгкая улыбка украсила лицо женщины, и брюнетка продолжила. — Я смогла понять себя… Свои желания. Я чувствую себя…полноценной, и будто всё, что сейчас происходит со мной...будто так было всю жизнь. Мне так легко и хорошо с тобой… Я могу быть собой… Хотя чушь, конечно, всего за несколько часов знакомства полностью доверять человеку, но это так, Эмма. — Закончив свой монолог, Реджина с улыбкой на губах развернулась лицом к блондинке и, смотря в горящие нежностью зелёные глаза, негромко произнесла. — Спасибо, Эмма.       Реджина не дала возможности и слова сказать любовнице, прильнув к её сладким губам. Затушив сигарету в пепельнице, она зарылась тонкими пальцами в светлые длинные волосы. Терзая мягкие губы партнерши, Эмма ласково водила руками по женской спине. Нежные ладошки брюнетки легли на плечи любовницы, а затем плавно и медленно спустились на грудь, слегка сжимая её. Эмма, чувствуя горький вкус никотина на пухлых губах брюнетки, провела языком по нижней губе Реджины, прося разрешения на более откровенный поцелуй, и тут же его получила. Миллс сделала несколько шагов вперёд, Эмма — назад. Оказавшись возле кровати, Свон стянула с сексуального тела брюнетки мешающееся полотенце и откинула его в ту сторону, куда полетел и халат Эммы. Толкнув Миллс на постель и опираясь на локти, она нависла над женщиной. Пожалуй, их хватит ещё на пару раундов…