Любовь безумцев - Amor insanissimae

      - Здравствуй, молодой человек, - вкрадчиво начал Гордон, - Если мои мысли на счет тебя...? вас...? верны, то должен сказать, мы встретились раньше, чем я ожидал.       - Добрый вечер, господин Фидель. Могу вас заверить, я также не ожидал нашей столь скорой встречи. - Коул остановился приблизительно в двух метрах от Гордона, смотря на него нейтральным взором зелёных глаз. Он не выказывал ни капли беспокойства, а на лице сияла лишь тёплая невесомая улыбка.       - Но вот ты здесь. Я же могу обращаться на ты? - почтительно спросил он, удовлетворенно улыбаясь при получении короткого одобрительно кивка,       - Так вот, не буду медлить, от всей души благодарю тебя. Я не так много знаю о твоих конкретных действиях, эти двое... бежали от моих вопросов, но имею представление о том, что это была неоспоримо большая помощь. В том числе и лично моему сыну.       - Я лишь не мог оставить Алекси в затруднительном положении. Это не стоит благодарности, хоть я и понимаю ваши отцовские чувства. - он чуть наклонил голову вбок.       - Какое благородство, достойное качество, - Гордон все еще улыбался, но на секунду в его взгляде мелькнули сталь и назревающее подозрение, - Я слышал, ты был ранен. Как вижу, ты уже на ногах. Все прошло, эээ... Могу я узнать твое имя?       - Моё имя Коул, господин Фидель. Раны ещё не затянулись, но спасибо за ваше беспокойство. - итак короткие штаны немного задрались от постоянного движения, и теперь виделся край бинтов на правой голени. - Я слышал, что вы только что очнулись. Как ваше самочувствие?       - Легкая слабость и длинный период реабилитации впереди, - легко усмехнулся он в ответ, - Но что перемывать мои старческие кости, лучше поговорим о вас: тебе и Алекси, - Гордон слегка прищурился, взглядом вцепляясь в фигуру Коула, - Ты, как я вижу, человек непростой... Военный?       - Можно и так сказать. Я проходил военную подготовку, но не служил. Негоден. И работаю тоже не в военной области, но и не далеко от неё. Ваш отец был военным, насколько я знаю, должно быть я могу принять это за комплимент. - взгляд ни на секунду не менялся, как и его поведение, старательно всматриваясь в Гордона. Он выдавал факты, где-то темня, а где-то недоговаривая, но всегда отслеживая эмоции собеседника.       - Неплохие у тебя знания о нашей семье... Могу сделать вывод, что ты довольно сблизился с моим сыном. Поправь меня, если это не так, - мужчина переложил руки и передернул плечами, будто думая, произносить следующую фразу или нет, - Или имеют место быть другие источники информации. Я знаю много... около военных профессий.       - Нет, вы правы. С вашим сыном, я правда сблизился. - появился хитрый прищур. - И на что же вы намекаете, говоря об "около военных профессиях"?       - Юноша, эти профессии не произносят вслух, если не хотят навлечь беду... Я прекрасно вижу, что ты понимаешь, о чем я. И это, вкупе с тем, что ты близок моему родному человеку, скажу честно, пугает меня.       - Вас пугает именно моя профессия? Простите, до сих пор не понимаю, к чему вы клоните. - секундная пауза. - Я работаю телохранителем. Прямо сейчас эта работа телохранителем Алекси, а так где попадётся... - взгляд теплел, но и хитрел с каждой секундой.       - Как интересно. Видимо Алекси сильно поменялся за эти годы. В детстве и в подростковом возрасте ненавидел, когда к нему приставляли телохранителей. Не мог доверить свое тело изначально незнакомому человеку, особенно за деньги, - взгляд уже не стесняясь пронизывал насквозь, остро и холодно хватаясь за мелкие детали. Сдерживаемая улыбка пошла трещинами и озарила лицо Коула. Он рассмеялся, но быстро вернул себе здравую голову.       - Упс, прокололся. - он в шуточной манере развёл руки в стороны. - И вы не совсем правы. Я правда его охраняю прямо сейчас. И, может, не за деньги я это делаю. - словив этот острый взгляд, он не стесняясь отвечал проницательностью и ярким огнём.       - Охраняешь... да, конечно, за ним нужен глаз да глаз, - Гордон потер переносицу, не отводя взгляда, - Ты юн, не настолько конечно, на сколько выглядишь, но достаточно, в твоих глазах, мелких движениях, мышцах заложена память, многолетняя подготовка, рефлексы... Давно я уже не видел такого. Хотя в суде не раз встречал... особенно у убийц.       - Думаю, это не тема для обсуждения. Особенно сейчас, когда вы слабы здоровьем. - ответил Коул, скрещивая руки на груди. - У убийц много индикаторов... Самых разных. По большей сложности это отношение к другим, между прочим. Думаю, обращать на такое внимание явно не стоит ваших нервов. Алекси жив, здоров и в полной безопасности, ведь до него и пальцем никто не дотронется. Уж это я вам обещаю. А кто именно вам такое обещает, вы можете оставить на собственные раздумья. Я ведь никуда не денусь и всегда буду рядом для ваших тезисов и догадок. - он подошёл ближе, подойдя вплотную к кровати. - Так может опустим лишние наводки? Хотя бы для первого знакомства. - он наклонился чуть вперёд и сверкнул глазами. Смотря на Гордона прямо, Коул отчего-то все больше расслаблялся, чувствуя себя рядом с этим проницательным человеком очень даже комфортно. Разве его могут в чем-то обвинить? А если и могут, так разве это не безумно интересно?       - Твоя правда, - Гордон выдохнул, из его глаз пропал стальной блеск, а руки легко дотронулись до больничной одежды в районе сердца, - Угх... перенапрягся я. Хе-хе, не те годы уже, как никак за 50 перевалило, - он отсмеялся, но было видно, что за этим он прячет гримасу легкой боли, - Интересный ты человек, Коул. С чего такая привязанность к Алекси? Довольно специфическая, не такая, какая обычно существует между двумя мужчинами.       - А что бы вы сказали, будь я женщиной? - Он произнес вопрос, пытаясь довольно издалека подойти к той самой проблеме, которая может излишне перенапрячь старый организм. Уловив эти нотки боли в лице, Коул немного посуровел. - В вашем состоянии перенапряжение чревато последствиями. Мне позвать врачей? У вас подскочило давление. - мельком глянув на данные аппаратов, Коул быстро повернулся к Гордону.       - Ничего, юноша, сейчас пройдет, - он начал глубоко дышать, замолкнув на несколько десятков секунд, - Так о чем мы? Если бы ты был женщиной, то вопрос бы не изменился, я бы просто не сказал последнее предложение. Я интересуюсь именно возникновением ваших отношений, они ведь развились за довольно короткий срок, не так ли? А уж об их уровне я не спрашиваю. Ты мне его сам только что подтвердил, - Уголок рта пополз вверх, а сам он выпрямился.       - И все же меня все больше удивляет ваша проницательность. Даже года и привычки не изменили ваш ум, Ваша честь. - он задумался, обдумываю эти слова. Недопустимая потеря, которая не укрылась от собеседника. - Наши отношения... Стоят чуть выше крепкой, мужской дружбы. Если вы понимаете, о чем я. Всё произошло слишком спонтанно и быстро, но более менее уже устаканилось. - снова вернулись тот учтивый тон и твёрдость положения.       - Что ж, - было видно, что мужчина хотел бы продолжить диалог, но держать лицо беспристрастным и дальше было уже выше его сил, - в таком случае я думаю нам будет о чем поговорить всем вместе, а сейчас, - глаза устало прикрылись, - рад был с тобой познакомиться, Коул, и... мне все же понадобится помощь…       Подскочив к мужчине, Коул более не медлил. Проводя какие-то базовые манипуляции первой помощи, он быстро вызвал врачей и что-то крикнул в коридор, скорее всего то было имя Феликса. Все, что Гордон помнил до потери сознания, так это быстрые и тёплые руки, что держали его на поверхности, а затем и прибытие других людей. Дождавшись врачей и мед персонал, Коул отошёл в сторону, чтобы не мешать и поспешил покинуть комнату. За дверьми которой он встретил Алекси, что смерил его не самым радужным взглядом.        Суетившийся персонал не на шутку напугал Алекси. Коула он встретил с гигантскими глазами и нарастающей паникой.       - Что случилось? Папе плохо?! Что, о чем вы говорили? Он распереживался? - паника нарастала с каждым вопросом, - Он умирает?! Коул, пожалуйста, не молчи!       Резко обхватив его лицо руками, будто бы дав пощёчину, отчасти чтобы успокоить, Коул вгляделся в его глаза, заставляя смотреть в его в ответ.       - Он жив. Алекси, он только вышел из коматоза, чудо, что он уже разговаривать мог с самого начала. Простое истощение. Он спит. Ты меня слышишь ? - Коул сильнее сжал пальцы. - Я не молчу, прошло 12 секунд. И нет, он не из тех, кого так легко заставить переживать. Он нормально отнёсся, просто устал. Говорили мы обо мне, а потом о нас с тобой. Он сам обо всем догадался без моих намёков. Я лишь подтвердил его слова. Поздравляю с каминг-аутом. - на последних словах Коул внёс капельку юмору, отвлекая внимание Алекси.       Парень дышал как загнанный зверь, во все глаза глядя на лицо Коула.       - Жив... устал... - он наконец сглотнул комок в горле, - Ох, он... сам понял... Я... наверное стоило этого ожидать. А о тебе? Что он говорил о тебе? Папа давил? Он что-нибудь знает?       Коул улыбнулся, делясь весёлым настроем с Алекси, постепенно расслабляя его. - Подметил военную подготовку и ауру киллера, занятный был разговор. Но мы договорились не вешать ярлыки, а нормально все обсудить. Он рад знакомству со мной и хотел бы, чтобы мы втроём переговорили ещё раз этот момент. Твой отец очень мудрый человек, он не стал бы давить, я не на суде. А вот этот взгляд... - он чуть сощурил глаза. - Скорее мир содрогнется, чем меня проймет такой взгляд. Думаю, первое знакомство более менее удалось.       - Я рад... - с сомнением проговорил Алекси, - Получается, папа не растерял хватки, ума и проницательности. Это тоже хорошие новости. Я переживал, что после выпивки он не сможет вернуться к полной жизни, а тут оказывается надежда есть.       - Такая хватка после комы. Я впечатлен. Серьёзно. - большими пальцами он оглаживал кожу, а остальными зарывался в волосы и массировал кожу. При этом он будто бы гипнотизируя, смотрел на Алекси, не мигая и не отстраняясь. - Всё уже налаживается.       - Да, конечно. Налаживается... - Алекси начал расслабляться благодаря помощи Коула, и вскоре вовсе паника отпустила его горло. Вздохнув полной грудью, он прижался к Коулу, шепча лишь одно слово. "Спасибо".       Продолжая гладить белокурую голову, Коул позволял прижимать себя так, как это было нужно Алекси, настолько сильно, насколько ему было необходимо. Неосознанно, но Коул начал мычать некую мелодию, которая больше напоминала колыбельную. Иногда прерываясь, он шептал "все хорошо" или просто оставлял невесомые поцелуи на коже.       Алекси хотел бы полностью отдаться во власть чужих рук, но опомнился, вспоминая, что они вообще-то стоят в коридоре. Про них и так наверняка пол больницы болтает, а что будет, если их застанут в такой момент. Хотя хуже, чем то, что видели охранники уже не будет.       - Коул, мы можем уйти отсюда?       Вздрогнув, Коул поймал взволнованный взгляд. - Да, конечно. - он секунду помолчал, проморгавшись из-за резко заболевших глаз. - В комнату или хочешь погулять? На улице теплее, чем было тогда. Хотя... Уже вечер, я не уверен, что погода не поменялась. - он говорил размеренно, не громко и не слишком тихо, но все его слова долетали до ушей Алекси. - С тобой хоть на край света! - пытаясь принять свой обычный вид, лучезарно улыбнулся Алекси, - Ты самое лучшее мое лекарство и спасение... от многих напастей. Даже пожалуй наравне с музыкой, а то и выше...- он повел головой, как бы говоря не обращать внимание, - Ах, палата... Я бы с огромным удовольствием, наконец, покинул эти стены. Как бы больница не выглядела уютно, это все еще больница. Да и... такое ощущение, что я попал в день сурка.       - Хах, понимаю. - он хмыкнул, опуская голову. Руки расслабленно сползли вниз, остановившись на груди, и теперь слабо поглаживали тело пальцами, явно без стыда или намерений остановиться. - Мне в такие моменты очень помогает отвлечение какое-нибудь. В основном веранда, в нашем случае это крыша, или же сквер у больницы. Куда хочешь? - он снова, по привычке, отводил взгляд в сторону, все равно сейчас смысла было мало пытаться вглядеться в лицо напротив. - Или просто уйдём по городу гулять, тоже неплохая идея. - добавил он спустя несколько секунд раздумий.       - Я... - не успел Алекси ответить, как дверь палаты отворилась, и тихо, как мышки, медработники начали выходить в коридор. Последним белую обитель покинул Феликс, сразу же окинувший Коула взглядом "придушил бы прямо здесь и сейчас."       - Феликс?! - оживился Алекси, разворачиваясь к нему, - Как папа?       - Лучше, чем могло бы быть, но хуже, чем я планировал, - ответил он, не сводя взгляда с Коула, - Оно ж с после инфарктниками как, чуть волнения и на операционный стол. А я, между прочим, предупреждал и просил не волновать.       - Так...- Коул быстро отошел на пару шагов, почти прячась за Алекси, при этом выставив руку вперёд, как бы защищаясь от гнева Феликса. - Я ничего не говорил. Серьёзно, я молчал, как партизан, лишь отвечая нейтрально и максимально завуалированно на его вопросы. Он все сам понял. - стоило Феликсу даже чуть дернуться, как Коул уже оказался за телом мужчины и лишь головой выглядывал на врача. - Не души.       - Утрируешь, - без доли сомнения выдал Алекси, складывая руки на груди.       - Утрирую, - подтвердил Феликс, прогоняя напускной гнев со своего лица, - Знаю я, что не виноват ты. Дядюшка сказал не винить и не ругать тебя, но... натура-то требует. Да и в качестве профилактики.       - Фух, раз у тебя такое настроение, то все и вправду хорошо. - Как подло. Ребёнка пугать - дело неблагородное. - лицо быстро приобрело шутливо-осуждающее выражение. - Кстати о профилактике. Пока я достаточно далеко от тебя нахожусь, дай спросить. - он руками держался за Алекси, а сам отклонился в сторону. - Дашь в понедельник выписаться?       - Дам, - миролюбиво начал Феликс, что не предвещало ничего хорошего, - кому-то в лоб, чтобы мозг встал на место и не генерировал такие идеи. Ты знаешь, сколько обычно лежат с пулевыми?       - Эээээм.- он виновато покосился в сторону. - Алекси, закрой ушки. - быстро бросил он, задрав голову, и продолжил: - Феликс, с любыми ранами я на следующий день уже готов льва завалить. Все лекарства, что ты мне даёшь, у меня есть дома. С удовольствием пропью весь курс антибиотиков, если так хочется, но ведь для этого не обязательно быть в больнице. С пулевыми и после операции не ходят, а я твоё живое чудо медицины. - он широко улыбался.       - Если ты еще и швы сам снимешь, то чеши на все четыре стороны, держать не буду, - врач устало махнул рукой, явно не намеренный и дальше пререкаться, - Если что я с удовольствием положу цветочки тебе на могилку, "пока что живое чудо медицины".       - Феликс, как бы я тоже не волновался, но Коулу уже намного лучше...       - А ты помалкивай, сам такой же. Не долечиваешься постоянно, а потом с осложнениями ходишь.       Вздохнув, Коул задрал тонкую ткань и ослабил бинт, взглянув на швы. Убедившись в своем предположении, он повернулся к Феликсу, а тот увидел чётко очерченные мышцы, а с правой для него стороны почти затянувшуюся рану, оставившую по краям потемневший шрам.       - Сейчас снимем швы или подождём пару часов? - пропел Коул, прекрасно понимая, что за эти 3 дня рана зажила настолько, насколько у другого могла бы стать лишь за месяц.       Феликс лишь бросил быстрый взгляд и, фыркнув, направился к лифту, показывая рукой следовать за ним.       - Так быстро... и вправду чудо, - тихо протянул Алекси, разглядывая шрам на теле Коула, - Ты просто какой-то супер человек.       - Хах. Обстоятельства заставили. - уклончиво ответив, он прошёл вперёд, заматывая бинт. Он развернулся, идя снова спиной вперед и улыбаясь: - Ты с отцом останешься или подождешь меня там? Я не шутил насчёт гулять.       - Как говорит Ния, фиг тебе, а не гулять, - перебил Феликс, показывая своеобразный жест под названием "кукиш" рукой, видимо также позаимствованный у Нии, - Каким бы бессмертным ты не был, но чувство врачебного долга не позволит мне отпустить тебя после снятия швов. К тебе, Алекси, никаких претензий. Гуляй, но только в сквере, а то мало ли...       - Да куда я без Коула, не брошу его одного в этих белых стенах, - пропел тот в ответ, приобнимая упомянутого.       - Пфф, голубки…       - Ну ладно, только ради тебя, Феликс, отлежусь сегодня. - следующая фраза была произнесена уже тише. - Чтобы завтра уехать далеко и надолго к Диди. - он обвил руку Алекси, а второй сплел их пальцы, тихо усмехнувшись.       - Ну уж спасибо за одолжение, - Феликс шутливо закатил глаза.       Дальнейший путь прошел в спокойной и мирной тишине, прерываясь иногда тихими перешептываниями парочки.       Дверь операционной холодно распахнулась, обдавая мужчин ароматом чистоты и стерильности. Феликс приглашающе указал на операционный стол, сам направляясь к шкафу с инструментами.       - Надо бы еще рентген сделать, на косточки твои посмотрю.       - Хех. - ухмыльнувшись, Коул сел на стол, снимая верхнюю одежду. - Ну, удачи. - не объясняя, тихо фыркнул Коул, ожидая, пока Феликс вернётся с нужными ему вещами. Швы были легко разрезаны и удалены, при этом Коул не поморщился ни на секунду.       - Теперь куда? - поинтересовался парень, прежде чем Феликс указал в сторону аппарата для рентгена. Встав между матовых стенок, Коул прислонился к холодной поверхности, не шевелясь. Пара секунд и заученных движений, и в руки к Феликсу перекочевал снимок рентгена частей тела. Дав отмашку на разрешение одеваться, он начал вдумчиво рассматривать снимки, изредка отпихивая любопытную моську Алекси. Послышалось цоканье.       - Перелом на переломе переломом подгоняет. Нет, я конечно ожидал, - он неопределенно махнул рукой, - но не в таких масштабах. Дите, ты со скольки лет из гипса не вылезаешь?       В руках Феликса покоился темно-синий лист, с полупрозрачными костями, ну как костями... Ярко белым горели железные штыри, виднелись места заживших переломов и так по всему снимку. Коул натянул свитер, пригладив волосы.       - Какие сложные вопросы, господин врач. - он упер руку в бок. - Дрался я всегда, а вот терминатором стал после десяти лет. Из года в год, так и накопилось. Я ещё думал, что тебе так хочется на снимке увидеть, а то как-то сложновато там что-либо разглядеть. - он подошёл к ним, мельком взглянув на свои снимки. - Это ты ещё голову не видел. - со странной ухмылкой выдал Коул. - 4 перелома носа и сотрясение второй степени. - быстрыми движениями он показал цифры на пальцах. - Меня машина сбила как-то. - неоднозначно помахал он в воздухе на вопросительные взгляды.       Выражение лица Феликса менялось от недоверчивого до удивленного, с примесью легкого исследовательского интереса.       - Тебя бы не лечить, а добить наконец, а то вон какую историю насобирал.       - Ну зачем так, если можно окружить заботой и снизить риск появления новых ран.       - Алекси, с его работой ты хрен, что снизишь... травмоопасные люди на травмоопасной работе - катастрофа в квадрате, - Феликс, подкрепляя свое мнение, легко потрепал Алекси по щеке как маленького ребенка, - Ну что, свободны, господа. Валите отсюда, пожалуйста.       - Хрен ты меня добьешь! - прикрикнул Коул, выходя из комнаты, эмоционально указывая пальцем в небо. Повернувшись вполоборота, он подмигнул Феликсу. - Живуч, как таракан.       Выставленные за дверь юноши весело переглянулись и безмятежно пошли вдоль коридоров. Спустя какое-то время неожиданно вспомнив, Коул аж подпрыгнул на месте, хватаясь за Алекси.       - Чуть не забыл! Тот портрет, его же ты нарисовал?       - "Тот портрет"?.. Ты про графику? - удивился он в ответ, - Феликс мне вручил фломастеры и сказал занять себя, вот я и занялся этим. Хорошая практика да и вышло неплохо. Тебе понравилось? - Глаза восторженно горели.       - Конечно понравилось! - он немного прикрыл глаза. - Не знал, что ты так хорошо рисуешь. А можно...-он немного потупил глаза, состроив умоляющее выражение лица: - А можно забрать...? - появилась улыбка, создавшая ямочки на щеках.       - Конечно, - Алекси еле удержался. чтобы не запищать, так мило это было, - В конце концов это твой портрет, и мне будет очень лестно, если ты его заберешь себе, - он немного покраснел и провел рукой по чужой щеке, - Поражаюсь, тебе так идет улыбка, Коул... Она - моя муза еще на долгое время.       - У меня появилось величайшее сокровище. - улыбка теплела с каждой секундой. - С тобой я хочу улыбаться постоянно. И не обычной улыбкой, а самой искренней. - прижимаясь к ладони, он томно закатил глаза, чтобы затем открыть их и смотреть на Алекси с не специальным прищуром ярких глаз. - Господин Боттичелли, у вашей музы есть одно сильное желание. - подчиняясь, Алекси наклонился под давлением чужих рук, так что Коул оказался у его уха, что-то прошептав. Когда он замолчал, на лице играла хитрая, на грани с пошлостью, улыбка, а Алекси быстро залился ещё бóльшим румянцем.       - Господин, вы выполните хотя бы первую просьбу? - с придыханием и вызовом произнес Коул, смотря в глаза напротив. "Я хочу тебя поцеловать" - было тем желанием, чего так ждал именно сейчас юноша, так настойчиво покусывая губы.       Стоило ему отстраниться, как его быстро притянули обратно, увлекая в долгий поцелуй, не оставляя и капли воздуха в лёгких. Коул шумно дышал, когда ему, наконец, предоставили эту возможность; ноги подкашивались, а перед глазами стояла темная завеса. Алекси поддался вперёд, обхватывая тело и резко поднимая наверх. Уже оказавшись второй раз перекинутым через спину, Коул снова опешил, сжимая одежду на спине.       - Эй! - послышалось секундное негодование, прежде чем чужая ладонь мягко обхватила ноги, скользнув выше, и легла на ягодицы, немного сжав.       - Идём, - хитро улыбнувшись, Алекси повернул голову к заливающемуся краской Коулу. - Посмотрим, что ты там ещё хотел.       Коридоры отражали лишь тень идущего человека и звонкий смех, смешанный с голосами любящих мужчин.       Шумно нажав на кнопку, охранник привлёк внимание своего друга рядом.       - Ты зачем камеру выключил? - Он наклонился через стол, смотря то на один чёрный экран, то на отчего-то странно побледневшее лицо напротив.       - Чтобы я ещё раз на это согласился... - раздалась тихая жалоба, а мужчина уже и сам отстал с вопросами.