Дьявольское искушение

На удивление Эммы, мисс Миллс ее не избегала, не игнорировала и даже не пыталась спрятаться от неё за какой-нибудь угол, когда та шла по школьному коридору. Тем не менее, сама Эмма держалась отстраненно. Она не проявляла никакие знаки внимания к Реджине на протяжении нескольких дней, и вела себя тише воды, ниже травы. Сидя на последних партах, Эмма старалась слушать все уроки и делать конспекты. Как бы она ни хотела поменьше думать об учителе, ничего не получалось. Свон никак не реагировала, когда видела мисс Миллс и мистера Локсли разговаривающими в коридоре на перемене. С грустной улыбкой на лице она здоровалась с учителями и, не оборачиваясь, заходила в класс. Реджина заметила странное поведение ученицы. Никаких намёков, никаких многообещающих взглядов, никакого смеха на ее уроках. Эмма была ещё той заводилой. И вместо этого девушка сидела на последней парте и лишний раз не поднимала головы. Миллс не стала лезть со своими вопросами к девушке, дав ей возможность разобраться самой в себе. Она знала, что это из-за того признания на школьный парковке.

***

— Девушки, побыстрей переодеваемся. Урок уже начался, — крикнул учитель физкультуры из коридора, не заходя в женскую раздевалку. — Эмма, давай быстрее, — торопила ее Руби. — Хватит уже красоваться. Он вообще-то занят. — Я не ради него хочу выглядеть красивой, а для себя, — сказала Эмма и, последний раз поправив высокий хвост на голове, вышла с подругой из раздевалки. С наступлением новой недели настроение девушки улучшилось, что сказалось на ее внешнем виде. Эмма никогда не пыталась выглядеть красивой на уроках физкультуры, ведь сюда она приходила не красоваться, а заниматься. Физическую нагрузку она любила, но больше всего любила поиграть в волейбол с классом. Обычно Эмма ходила на уроки в обычной спортивной форме, которая не облегала ее тело, как вторая кожа, но сегодня она приковала к себе взгляды всех одноклассников. На девушке были серые леггинсы, слишком сексуально обтягивающие ее задницу, и точно такого же цвета короткий топ, оголяющий живот. — Опоздавшим бежать семь кругов, а другим пять, — сказал Дэвид Нолан и дунул в свисток. — Ну спасибо, Эмма, — фыркнула на нее подруга и побежала вслед за остальными. — Не бухти, зато будем подтянутыми. Эмме было ничуть не сложно пробежать больше кругов, она держала себя в хорошей физической форме, чему способствовали ежедневные тренировки по плаванию. — Парни идут на турники подтягиваться, а девушки разбиваются по парам и качают пресс, — скомандовал мистер Нолан. — В конце урока поиграем в волейбол, если не будете филонить. — О, круто, — воодушевилась Эмма и, взяв Руби за руку, повела к мягким коврикам. — Давай ты первая, — предложила Лукас. — У меня почему-то живот болит. — Цикл скоро? — спросила Эмма, делая первый подъем туловища, сцепив руки за головой. — Не знаю. Слишком рано. Четыре, — девушка пыталась одновременно и разговаривать и считать количество подъёмом. — Иногда могут раньше пойти, — тяжело дышала Эмма. — Не хотелось бы. Семь. — Тогда не делай упражнение, я тебя прикрою. — Спасибо. Одиннадцать, — Руби одарила подругу благодарной улыбкой и продолжила считать. Пока Эмма делала упражнения на пресс, отчётливо проявлялись ее кубики, о которых мечтали многие. Но Эмма, сердце которой было занято другим человеком, отшивала всех без объяснений. Хоть она и понимала, что их отношения невозможны, сердце отказывалось это принимать. — Молодцы. Девушки на растяжку. Парни тоже, — вновь скомандовал учитель. — А парням то зачем? — ноющим голосом спросил одноклассник. — Для общего укрепления мышц. Начали, — ответил мистер Нолан и громко свистнул. Эмма с растяжкой не особо дружила, но кое-что все же могла. Наклоняясь, она могла достать ладонями до пола и задержаться в таком положении, ничуть не напрягаясь.

***

У Реджины Миллс было окно после второго урока. В эти сорок пять минут она успевала выпить кофе в столовой и немного отдохнуть. Возвратившись в свой класс, она увидела журнал одиннадцатого класса, который забыла забрать староста на следующий урок. Мисс Миллс было не сложно отнести его на урок, к тому же спортзал, где проходила физкультура, находился не так далеко. По коридору эхом приносился цокот каблуков брюнетки. От этого звука женщина получала своеобразное удовольствие. Она знала, как звучит удар каблука о плитку Мэл, удар шпильки Кэтрин Эбигейл — учителя английского языка, удар маленького толстого каблучка Мэри Бланшар — учителя начальных классов, и некоторых других учителей в том числе. Приближаясь к спортивному залу, Реджина слышала громкий голос Дэвида Нолана. Он что-то объяснял юношам по поводу правильной техники отжиманий от пола. Реджине стоило сделать лишь несколько шагов по деревянному покрытию зала, как мистер Нолан обратил на нее своем внимание. — Мисс Миллс, — немного запыхавшись, произнес он. — Чем обязан? — Журнал одиннадцатого класса, — Реджина передала его мужчине и оглядела учеников. Она не осознавала, что пытается найти одну блондинку в толпе девушек в спортивных костюмах. — А Эммы Свон нет на уроке? — спросила Реджина. Она видела девушку в спортивному костюме на школьном стадионе, на который выходили окна ее класса. Эмма носила чёрный костюм с двумя цветными полосами на ногах и рукавах. Реджина даже помнила цвет этих полос. — Вон она, — Нолан указал рукой на девушку, делающую растяжку к ним спиной. — В серых леггинсах. Реджина не поверила своим глазам. Она думала, что Свон никогда не наденет такие облегающие штаны, в которых ее задница выглядела потрясающе, выделяя каждую мышцу. Девушка выпрямилась и начала искать глазами их учителя, и когда его нашла, она была удивлена. — О, мисс Миллс, — крикнула Эмма и помахала рукой. — Я могу ее ненадолго забрать? — спросила Реджина, оглядывая идеальное тело девушки. Стоило бы отвести взгляд, но она категорически не желала этого делать. — Конечно. На полуслове Миллс направилась к ученице, сжав одну ладонь в кулак. — На минуточку, — процедила она сквозь зубы и сделала знак головой, чтобы девушка шла за ней. Эмма не понимала, что от неё хотят, и поэтому её фантазия не на шутку разыгралась. Пока они шли в сторону женской раздевалки, Свон не сводила взгляда с виляющей перед ее глазами пятой точки, по которой снова хотелось шлепнуть. — Это не очень похоже на школьную спортивную форму, — высказалась Реджина, стоя посреди раздевалки. Она не хотела журить Эмму при всех, поэтому отвела её в уединенное место. — Разве? — хмыкнула Свон. — Мне в этом комфортно. — В следующий раз принеси свою прошлую форму. В этом, — мисс Миллс указала ладонью на одеяние девушки, а после сложила руки под грудью. — Не стоит ходить на уроки физкультуры. — Почему? — не понимала Свон. Хотя, может и понимала, но пыталась завязать разговор, который продлится дольше. — Это слишком, Эмма. Твои одноклассники, глядя на тебя, думают явно не о физкультуре, — Реджина не хотела, чтобы на ее Эмму пялились озабоченные одноклассники. Уж она знала, о чем думают молодые люди в семнадцать лет. Она не заметила, как мысленно назвала Эмму своей. — Опять хотите назвать меня шлюхой? — выгнула она бровь. Эмма подумала о том, что если Миллс ещё раз намекнет на это, то она ее поцелует, грубо прижав к стене. Все равно сейчас идёт урок, и ещё минут двадцать их никто не побеспокоит. — Прости, я не должна была этого говорить, — Реджина искренне сожалела о том, что тогда обидела девушку. Своей обиды Эмма не показала, но Миллс чувствовала себя виноватой. — Если Вы извиняетесь, боясь, что я расскажу родителям, то не стоит. Я не скажу им ничего. — Нет, я извиняюсь не по этому. Мне правда жаль, и я была не права, сравнивая тебя с кем-то подобным. Извини, — Реджина знала, как одно неправильное слово в адрес подростка может изменить его жизнь. Она не хотела, чтобы между ними была пропасть. — Спасибо, — улыбнулась Эмма. Она не понимала, но это извинение ей нужно было, хотя бы для того, чтобы перестать себя сравнивать в любом действии с девушками лёгкого поведения. — Пожалуйста, не надо ходить в такой форме. Занимайся дома спортом в этом, но не на глазах у своего класса. — Я могу ее снять, если Вам не нравится, — бросила вызов Эмма. В ее глазах Реджина отчётливо увидела маленьких чертят, да и поза девушки говорила о том, что с ней заигрывают. Прежняя Эмма вернулась. — Ты не сделаешь этого, — Реджине не стоило этого говорить, да ещё и с такой улыбкой. Она переиграла, и теперь вызов был брошен Эмме. — Вот как? — одним движением Эмма стянула через голову топ и бросила его на скамью. — Ты ещё и без бюстгальтера, — констатировала факт Миллс, опустив глаза в пол. — Не надела, потому что не хотела, чтобы промок, — Эмма сделала шаг к учителю, намереваясь сделать так, чтобы ее грудь была в поле зрения Миллс. — На следующий урок физкультуры я приду, — Миллс осмелилась посмотреть в глаза девушки, но так хотелось опустить их ниже. — Хочу убедиться, что ты поняла насчёт формы. — Дайте руку, — она протянула ладонь в ожидании, что в неё ляжет нежная ладонь мисс Миллс. — Нет, — Реджина будто бы прочитала мысли Эммы. Она предполагала, что та собирается сделать, но тем не менее, рука, прижатая к бедру, дёрнулась, желая поддаться искушению. Отказ не остановил Эмму. Вообще, эту девушку сложно было переубедить в чем-то, если та уверена в своем решении. Она сделала ещё один шаг навстречу и, не встретив сопротивления, взяла учителя за руку. — Что ты делаешь? — Реджина внимательно следила за тем, как по ее ладони гуляет кончик пальца, вычерчивая какие-то узоры. — Ничего плохого, — Эмма накрыла свою грудь чужой ладонью, ощущая прохладу рук. Закрыв глаза, Реджина начала тяжело дышать. Мысленно она пыталась отдернуть руку, развернуться и выйти из раздевалки, но её ноги будто приросли к полу, а рука стала ватной. Она позволила Эмме вести в этом раунде, ощущая, как между ними накаляется атмосфера. — Сожми, — попросила девушка, медленно убирая свою руку. Она хотела, чтобы Реджина сама это сделала, без её помощи. Несколько секунд, которые показались вечностью, она была в замешательстве. Ещё ни разу в жизни она не прикасалась к женской груди, кроме своей. Никто так не вел её по скользкой дорожке разврата, как Эмма. Да ещё и в таком возбуждающе — приказном тоне. Эмма переместила одну ладонь на талию женщины, а другую положила на шею, откидывая густые волосы за спину. Она не принуждала, но и не была готова отпустить. — Что я делаю? — этот вопрос Реджина хотела задать себе мысленно, но слова сами слетели с губ. — То, что тебе нравится, — Эмма ощутила, как ладонь несмело, медленно сжимает ее грудь до грудного вздоха. — Ведь так? — Возможно, — Реджина эротично закусила губу, что не скрылось от глаз девушки. Эти пухлые губы так и манили провести по ним языком, а после поцеловать до последней капли кислорода в лёгких. — Это должно остаться между нами. — Естественно, — Эмма наклонилась к уху брюнетки. — Я никому не собираюсь рассказывать, как мисс Миллс меня ласкала своей рукой. Женщина проглотила ком, стоящий в горле. Ее ноги перестали слушаться, и она была готова вот-вот упасть от накативших эмоций. В помещении стало слишком жарко. — Ты вся покрылась мурашками, — Эмма обдала горячим дыханием напряженную шею и оставила на ней мимолетный поцелуй. — Мне нравится, как ты реагируешь. Реджина проглотила все слова. Да даже если бы она могла что-то сказать, то вряд ли бы смогла сформулировать грамотную речь. В голове стоял ворох мыслей. — Могу я задать один вопрос? — Эмма ощутила, как два пальца слегка сжали ее сосок, отчего волна жара прошлась по телу обеих. — Да, но это не означает, что я дам на него ответ, — спина взмокла. — Я хочу, чтобы ты ответила на него, Реджина, — Эмма сильнее прижала к себе женщину, показывая, кто тут хищник. — Ты возбудилась? — Я не буду отвечать на этот вопрос, мисс Свон, — ладонь медленно сползла с груди и очертила живот. Пальцы мимолетно коснулись пояса штанов. Миллс не знала, куда девать руки, поэтому опустила их на оголенную талию, понимая абсурдность всей ситуации. — Мне нравится, когда ты называешь меня «мисс Свон», — шепнула Эмма, оставив ещё один поцелуй за ушком. — Если ты не ответишь, мне придётся самой проверить. Я могу. Эмма начала вести вниз по бедру, ощущая под ладонью прочный материал юбки, и когда достигла края, Миллс еле слышно прошептала: — Да. — Точно? — переспросила Свон, приподнимая юбку. — Может, мне всё-таки проверить. — Эмма, скоро урок закончится, — Реджина удержала руку девушки, не дав возможности ей подняться выше положенного. Положенного? Миллс понимала, что это все не должно происходить в принципе. — Ты удивительная, — она провела кончиком носа по бархатной щеке и не смогла остановить себя от поцелуя в уголок рта. Реджина затаила дыхание, прикрывая глаза. Она не заметила, как губы её распахнулись, ожидая следующих действий. — Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала? — О, господи, Свон, — Миллс моментально вернулась в реальность и вырвалась из захвата. Больше ни на секунду она не останется рядом с этой девушкой, которая с ней играет. — Не так быстро, — Эмма успела перехватить женщину за руку и, дернув на себя, прижала к телу. Она поняла, что нарушила столь интимный момент, и нужно было поцеловать Миллс, ведь она сама была в ее объятиях, но в итоге обе получили то, что хотели. Эмма накрыла ее губы в быстром, далеко не нежном поцелуе. Пальцы были вплетены в смоляные волосы, не давая возможности Миллс отстраниться, а она, ради приличия, посопротивлялась первые секунды, а после все же сдалась. Электрический заряд будто прошёл между ними. Все тело стало настолько чувствительным, что одно прикосновение вызывало шквал эмоций. Реджина отвечала со все отдачей, забывая про их социальный статус. Она позволила языку Эммы прогуляться в ее рту, причём целовалась та очень умело. Поцелуй стал более спокойным, тягучим. Свон смаковала пухлые губы, не заботясь о красной помаде, которая будет размазана по лицам обеих. Ее даже не волновало то, что их кто-то может увидеть. Она лишь сильнее прижимала к себе брюнетку, пока та не отстранилась. — Мне пора, — сказала Реджина, и Эмме пришлось её отпустить. Все же их отношения стоило держать в тайне, ведь правила школы не позволяли подобных связей. Реджина впопыхах покинула спортивный зал, не поднимая глаз на учеников и мистера Нолана. Она боялась, что кто-то может догадаться, чем они с Эммой занимались так долго в раздевалке. К тому же, она была уверена, что ее помада размазана вокруг губ. Уже в классе она привела себя в порядок и попыталась успокоиться. Через полчаса у нее должен был начаться следующий урок, а ученики начнут заполнять класс ещё раньше. Держи себя в руках. Ничего страшного не произошло, — успокаивала она себя, ощущая болезненные спазмы внизу живота. Конечно, ничего страшного. Просто Эмма чуть не залезла в ее трусики, а сама Миллс трогала ее грудь. Если ваши отношения с любимым учителем не похожи на эти, то зачем тогда школа?