Дьявольское искушение

Этот день для Эммы начался не самым лучшим образом. Сидя за столом, она доедала свою яичницу и листала ленту новостей в телефоне. Ее привлекла одна статья, в которой фигурировала ее фамилия. Эмма уже не впервые читала про свою семью сплетни, поэтому была готова ко многому. Она уже привыкла к тому, что к их семье особое внимание со стороны общества. В конце концов, ее родители владеют самой крупной юридической компанией в Бостоне. — Мама! — крикнула девушка, зная, что родители ещё дома. Женщина средних лет не спеша спустилась со второго этажа дома, на ходу застегивая длинные серёжки. Ее волосы были такого цвета, как у дочери, но менее густые. Чёрное, идеально подобранное платье по фигуре, гармонировало с чёрными туфлями и чёрной сумкой, свисающей с плеча. — Что, дорогая? — Почему про нашу семью пишут, что вы занимаетесь наркоторговлей? — Эмма была спокойна ровно до тех пор, пока не прочитала статью. — Ты же знаешь, что сплетни вокруг нас будут всегда. Не стоит это принимать близко к сердцу, — возле зеркала женщина в очередной раз расчесала свои кудри, смотря на дочь через отражение. — Тут фото папы с Роем Демео. Эмма знала этого человека не понаслышке. На одном торжестве она лично познакомилась с отцом своего одноклассника. Ей было все равно на его репутацию и репутацию его семьи, но не на свою. Она не хотела, чтобы в школе судачили об этом. К тому же, она была уверена в том, что отец не имеет никакого отношения к наркоторговле. — Мама? — девушка увидела, как лицо матери изменилось в считанные секунды. — Дорогая, это просто слухи. А твой папа с Роем давние приятели, — голос женщины слегка дрожал, что означало, что дело не чисто. — Хочешь, можешь остаться сегодня дома. — Если тебе нечего скрывать, и, как ты говоришь, это всего лишь слухи, то мне не о чем беспокоиться. Эмма поняла, на что намекала мать. Когда новости про её одноклассника Френка Демео разнеслись по всему городу, в школе на парня смотрели с осуждением и неприязнью. Эмму от этого тошнило. Она знала, что каждая семья, чей ребёнок ходит в эту школу, имеет свои скелеты в шкафу. И наркоторговля ещё не самое страшное. — Как знаешь. Подвезти тебя в школу? — она ещё раз оглядела себя в зеркало, что уже начало подбешивать Эмму. Она чувствовала, что ей чего-то не договаривают. К тому же, ее отца со вчерашнего вечера не было дома, а мать прикрывала его, сказав, что он вернулся поздней ночью и уехал на работу ранним утром. Что-то Эмме подсказывало, что день будет длинным.

***

Идя по коридору школы, Свон ловила на себе немногочисленные, но многоговорящие взгляды. Это означало, что ещё не все были в курсе новостей. Отсидев четыре урока, Эмма решила, что пора сваливать. На нее немного давили одноклассники, которые то и дело перешептывались, и казалось, что речь идёт о ней. А может, это просто паранойя. Тем не менее, Эмма не хотела находиться больше в школе, поэтому после перемены, когда начался пятый урок, она поспешила к выходу из школы. Спустившись на первый этаж, Эмма прошла мимо двух прогульщиков, которые были на год ее старше, и которые неосмотрительно бросили фразу в ее адрес: — Свон, есть что? Оба начали смеяться, думая, что девушка ничего не ответит и пройдёт мимо, но Эмма и так держала себя в руках слишком долго. — Повтори, — обернулась она и бросила рюкзак на пол. Ох, это не к добру. — Эй, тише, он пошутил, — вступился второй парень с тёмными волосами. Его причёска была намного удачнее, чем у его друга, у которого на голове будто петух сидел. — А может у нее реально что-то есть, — отозвался первый. — Так есть? — Конечно, есть, — Эмма подошла ближе и, сделав вид, что что-то достаёт из кармана, со всей силы ударила парня по лицу. Для парней это было максимально неожиданно. Свон не собиралась это терпеть. — Охренела? — вскрикнул парень, у которого кровь потекла из носа. — Дурь совсем мозги вышибла. — Урод, — процедила Эмма сквозь зубы и ещё раз ударила парня, только на этот раз коленом в живот, отчего тот согнулся пополам. — Еще раз что-то скажи о моей семье, и ты труп. Эмма не нашла взглядом второго ученика, который, видимо, куда-то убежал от страха, а может… — Что здесь происходит? Об этом Эмма и подумала. Он убежал за подмогой и сейчас стоял позади мисс Миллс, как испуганный щенок. — Она на меня набросилась, — прохрипел парень, стоя на коленях от боли. — Это правда? — Реджина перевела взгляд на Эмму, а после на ее ободранные костяшки руки. — Да, — сказала Свон, не видя смысла что-либо скрывать. Она стояла, гордо приподняв подбородок, с ухмылкой на лице. — Свон, иди в мой класс, — скомандовала мисс Миллс. — А вы, Джефферсон, помогите мне отвести Киллиана в медицинский кабинет. Фыркнув, Эмма подняла свой рюкзак и отправилась туда, куда ей было велено. Она ничуть не пожалела о своём поступке, даже если её исключат из этой школы. Хотя, она знала, что ее родители начисляют стипендию лучшим ученика, и терять таких спонсоров — не удачная перспектива. В классе никого не было, и Эмма поспешила промыть рану под водой. Да, приложилась она сильно об нос этого Киллиана, но зато он теперь засунет язык в одно место, а может, будет все наоборот, он лишь сильнее будет пытаться задеть ее. Достав из рюкзака телефон, Эмма начала снова пролистывать ленту новостей, надеясь не наткнуться на очередную статью про её семью. Общество явно не оставит эту новость без внимания, и если сегодня ещё не вся школа знает об этом, то к завтрашнему утру весь город будет обсуждать эти сплетни. — Что на тебя нашло? — неожиданный голос вырвал Эмму из своих раздумий. — Ничего, — Эмма вернула свое внимание к телефону и продолжила искать свое имя в поисковике. — Убери телефон. С тобой учитель разговаривает, — строгий голос Реджины не действовал на Эмму так, как на других учеников, но из уважения она убрала мобильный в рюкзак. — Что он тебе сказал? Реджина знала Эмму. Она бы не полезла в драку первая. Ее спровоцировали, и Миллс начала догадываться, каким образом. — Читали новости? — сидя на парте, Эмма опустила голову, разглядывая свои руки. — Да, — с сочувствием произнесла Миллс, становясь рядом с девушкой. Она редко видела Свон в подавленном состоянии, и от этого где-то внутри груди кольнуло. — Эмма, что он сказал? — Он намекнул, что мои родители причастны к этому. И я тоже. — Не слушай никого, — Реджина оперлась попой на край стола и сжала руками его край. — Сейчас к твоей семье будет много внимания, ты должна постараться подавить свою агрессию. Ты не можешь кулаками решать все проблемы. — Я так и не решаю проблемы. Просто что-то нахлынуло, — Эмма понимала, что если она будет так наказывать всех, кто косо на нее посмотрит, почти вся школа будет ходить побитой. — Киллиана отвезли в больницу, — Миллс понимала, чем это обернётся для девушки. — Перелом? — Не знаю, — вздохнула Миллс и перевела взгляд на поврежденную руку Эммы. — Надо обработать. В ящике стола у Реджины была мини аптечка, в которой она хранила таблетки, градусник и йод с перекисью. Последнее было как нельзя кстати. Смочив ватный диск перекисью, Миллс вернулась к девушке. Она не понимала, почему её руки слегка дрожат. Возможно, она переживала за девушку и за то, какое наказание ее ждёт. — Будет немного больно, — сказала брюнетка и осторожно взяла в свои руки ладонь Эммы. Ей было приятно поухаживать за девушкой, но не в такой ситуации. Эмма шумно втянула носом воздух, когда рану начали промакивать. Жгло очень больно, но она держалась молодцом. — Потерпи, — Реджина ласково начала дуть на раны, продолжая промывать. — Меня исключат за это? — Не знаю, Эмма, — Реджина понимала, что некоторые проступки учеников иногда сходят им с рук, но тут ситуация была серьёзная. Киллиан может написать заявление в полицию, и тогда Эмму ждёт не только исключение. Миллс не могла себе представить, что девушки не будет в школе. Она больше не увидит её в коридоре. Не сделает замечание на уроке. Не услышит пошлой шуточки в свой адрес. Не увидит ее на выпускном вечере в длинном платье в пол. От этих мыслей слезы начали застилать глаза. Она понимала, как девушке не просто сейчас. Полиция будет давить на ее семью, следя за каждым шагом, так ещё и драка. — Я поговорю с директором. Постараюсь ее убедить тебя не исключать, — Реджина перестала обрабатывать ссадины, но руку Эммы не отпустила. — Зачем Вам это? — Не хочу, чтобы твоё будущее было испорчено, — а ещё потому что я не представляю своей работы без тебя, но это Реджина не решилась произнести вслух. — Эмма Свон, в мой кабинет! — в класс ворвалась разъяренная Мэл Голд, переводя взгляд на подругу. — Мисс Миллс, Вы тоже. Последнюю фразу она произнесла с меньшей злостью и покинула класс. — Пойдем, — Реджина потянула девушку за собой и обе, замедляя шаг, двинулись к кабинету директора. Эмме было не впервой находиться на ковре директора за проступки, но сейчас она нервничала так сильно, что ее руки похолодели. Она не хотела уходить из школы только по одной причине. И эта причина шла рядом и нервничала не меньше ее. Эмма чувствовала настроение мисс Миллс. Уже в кабинете, сидя напротив директора, Эмма рассказала и как произошла драка, и ее причину, и что ее сподвигло. Мэл тоже была в курсе новостей, связанных с семьёй Свон, и по этому поводу ей уже успел позвонить глава совета родителей. — Эмма, ты знаешь, что в нашей школе строгие правила, и за это я имею полное право тебя исключить, — уже более спокойно произнесла директор. Она должна была произнести ещё одну вещь, но глаза подруги, наполненные слезами, не давали этого сделать. — Я знаю. Я дико сожалею о случившемся, но Вы тоже меня поймите. Я не буду молчать, когда мою семью обвиняют в наркоторговле. Это клевета и провокация со стороны Джонса, — Эмма держалась достойно. — В личном деле мистера Джонса будет выговор. Возможно, на мнение родительского совета это как-то повлияет, но Эмма… — Мэл тяжело сглотнула. — Твоих родителей обвиняют в наркоторговле. У полиции пока нет никаких доказательств, но совет родителей намерен отстранить тебя от занятий. — За что? — вступилась Реджина. — Нет причин отстранять ее, Вы сами говорите, что доказательств нет. — Если вдруг они появятся, к школе будет особое внимание. Ко мне в том числе, — Мэл сама не была в восторге от такой перспективы. Свон она не хотела выгонять, но на нее давил совет родителей, которые переживали за своих детей. — Значит, Вы тоже думаете, что мои родители занимаются этим? — со слезами на глазах спросила Эмма. Она до последнего надеялась, что отец не втянул их семью в это дерьмо. — Я не знаю, Эмма. — В Вашей школе учатся дети реальных наркоторговцев и других преступников, только они не пойманы. Они покупают полицию, чтобы это не выходило в свет, но именно меня, на семью которой нет ничего, Вы хотите выгнать, — Эмма практически кричала, поднявшись со своего места. — Успокойся. Мистер Демео тоже был отстранен от занятий во время расследования, но потом он вернулся в школу. Но ты сегодня покалечила ученика, и это серьёзный проступок. На такое родители не смогут закрыть глаза, — Мэл нервно дергала ногой под столом, в то время как Реджина не сводила с обеих глаз. — Если бы Вы боролись за своих учеников, Вы бы закрыли глаза на драку, — Эмма уперлась руками в стол директора. — Если мои родители назначат ещё одну стипендию, которую получит не один ученик, а два, тогда Вы оставите меня? — Я поставлю свою репутацию под удар, Эмма, — Мэл понимала, что она в любом случае останется не в выгодном положении. Если она выгонит Свон, то потеряет основных спонсоров. А если она ее оставит, то родительский совет усомнится в ее работе. — Я могу поговорить с родителями и убедить их дать тебе ещё один шанс, но ещё раз повторяю, возможно, тебя все же придётся отстранить от занятий из-за обвинений на небольшой срок. Больше я сделать ничего не могу, — сдалась Голд. — Я буду благодарна Вам, если не вылечу отсюда. А Вы знаете, моя семья в долгу не остаётся, — с плеч Эммы будто упал груз. В ее глазах появилась небольшая надежда, и пусть она пропустит несколько дней учёбы, ведь у ее семьи был лучший адвокат в городе, а значит, обвинения снимут в считанные дни. — Ты можешь идти, Эмма. Девушка посмотрела на своего учителя и поспешила покинуть кабинет. Она не знала, можно ли ей идти домой, или можно ли ей оставаться в школе. Действует ли уже ее отстранение? — Ты же понимаешь, что мы не можем её исключить? — спросила Реджина. За всем происходящим в этом кабинете она наблюдала с учащенным дыханием. — Понимаю, Реджина, — Мэл откинулась на спинку кожаного стула и начала тереть пальцами виски. Голова раскалывалась от боли и от непонимания, как ей убедить родителей дать Свон второй шанс. — Я постараюсь сделать все, что в моих силах, но ты же знаешь этих родителей. Надо убедить отца Джонса, чтобы они не выдвигали обвинения. — Думаю, в этом проблем не будет. Родители Эммы сами смогут убедить в этом Джонсов. Все их дела решаются деньгами и связями, — хотелось выпить, но Реджина понимала, что впереди ещё два урока. — В этом ты права. Господи, мне перед выходными этой нервотрепки не хватало, — застонала Мэл. — Держись, дорогая. — Ты сможешь сказать Эмме, что с завтрашнего дня ей надо посидеть дома? Вы вроде как в хороших отношениях. Ты даже не представляешь, в каких. — Конечно, — Реджина поднялась с места. — Держи меня в курсе дел. — Естественно, — как только Миллс вышла из кабинета, женщина достала из стола пачку сигарет и закурила. Эмма вернулась в кабинет математики, не зная, что ей делать, поэтому решила дождаться мисс Миллс. В этот момент она чувствовала себя слишком уверенной, готовой даже горы свернуть. В коридоре послышался цокот каблуков, по которому девушка поняла, что это мисс Миллс. Брюнетка вошла в кабинет и двинулась к своей ученице. Эмма не понимала настроя женщины. Она уже успела подумать о самом худшем, как рука легла на ее подбородок, а алые губы накрыли ее. Мысль о том, что Эмму могут исключить не на шутку напугала Миллс, и она, следуя своему желанию, поцеловала девушку. Губы осторожно ласкали, не торопясь и не соревнуясь. Как только язык Эммы проскользнул в ее рот, Реджина застонала и вцепилась руками в плечи девушки. Лёгкий поцелуй сменился страстным, быстрым и возбуждающим. — Это за что? — спросила Эмма, наслаждаясь прерывистым дыханием на своих губах. — Адреналин, — оправдалась Миллс и вновь начала целовать девушку. Ей было все равно на правила, она следовала желанию своего сердца. — Я хочу тебя, — простонала Эмма, сжимая в руках пышную грудь поверх одежды. — Ты такая сексуальная. — Эмма, мы не можем здесь, — Реджина не сразу уловила звонок, пронесшийся по всей школе. Это означало, что им пора заканчивать, иначе кто-то может стать свидетелем взрослой сцены. — Почему так не вовремя, — Эмма продолжала осыпать шею брюнетки лёгкими поцелуями, желая оставить большой красный след на идеальной коже. — Тебе надо остановиться, — попросила Реджина, зная, что сама она прекратить это не может. — Пожалуйста. Напоследок поцеловав Миллс в губы, Эмма, рыча, отстранилась. Ей нужно было делать отсюда ноги, иначе она снова набросится на нее. — Тебе с завтрашнего дня надо остаться дома. Твои родители уже в курсе, — Реджина отошла к зеркалу и начала приводить себя в порядок. Помада на губах снова была смазана. — Я буду скучать по тебе, — отозвалась Эмма. — Смотри, без меня тут не шали. Надеюсь, через несколько дней я вернусь. — Надеюсь, — приуныла Реджина. Закинув рюкзак на одно плечо, Эмма подошла к двери, в которую уже почти зашёл ученик. — Эй, парень подожди немного за дверью. Мне надо задание взять, — не дожидаясь ответа, Эмма вытолкнула парня в коридор, слыша тихий бубнеж. Она быстро подбежала к Миллс и оставила ещё один поцелуй на ее губах, желая запомнить на несколько дней вперёд. — Не смогу прожить без твоих губ, — шепнула она и выбежала из кабинета, оставляя Реджину с размазанной помадой вокруг губ. Эти несколько дней казались вечностью для обеих.