Хроники Таморианы. Обретённая Земля

В зарослях малины, растущих рядом с поселком, послышалось движение, и Коловул едва успел обернуться человеком, сбросив со спины Родослава вместе с трупом людоящера. Приморянин вскрикнул было от неожиданности. Но тут же строгим взглядом окинул собиравшую ягоды белокурую девушку, одетую в голубое платье. Это была его двоюродная сестра, Ильва. - Что ты здесь делаешь одна? Нельзя никому ходить в одиночку! - напустился он, хотя она ни о чем еще не знала. Ильва уже готова была засмеяться над чрезмерной суровостью брата. Но тут заметила незнакомого человека рядом с ним, и ее голубые глаза удивленно округлились. Она поставила наземь корзинку, полную малины, и усмехнулась: - Ах, какие мы серьезные да грозные! Да ведь тут два шага до дома, кого мне бояться? Впрочем, Алет пошел со мной, - отвечая Родославу, она все время с любопытством косилась на его спутника. Ее удивление было понятно: ведь она никогда не видела, чужих людей, не приморян. Тут же из кустов появился Алет, красивый белокурый юноша девятнадцати лет, очень схожий с сестрой. На всякий случай он взял с собой копье от медведя, но при виде людей приветливо улыбнулся. Губы у него были выпачканы малиной. - Алет, срочно собери все племя! У меня важное сообщение! - строго приказал Родослав. Только тут Ильва разглядела за их спинами скорченный труп людоящера и зажала рот руками. - Что это за чудище? И кто твой новый друг? - спросила она, не подходя близко. Родослав нахмурился еще сильней. - Скоро все узнаешь. Со всеми вместе. Кажется, большая беда пришла в Приморскую Землю... В течение часа все жители поселка собрались на широкой площади между постройками. Там Сварт и другие старейшины собирали народ в тех случаях, что касались всего народа. Там в дни праздников приморяне веселились, жгли костры. За двадцать лет площадь была утоптана ногами до каменной твердости. Недавно промытую было дождем яму замостили, заровняли битым камнем. Об этом вспоминал то один, то другой, недоумевая, по какому поводу их срочно созвали, оторвав от повседневных дел. Здесь собрались все - и мужчины, и женщины. Не было только шестерых охотников, что накануне ушли в лес, ничего не подозревая. Теперь, конечно, все встревожились за них, но ничего нельзя было сделать. Оставалось надеяться, что ушедшие вернутся, не столкнувшись с людоящерами. Да еще не пустили на собрание детей до двенадцати лет. Те остались дома, младшие под присмотром старших. Ну а взрослые, способные понимать общее дело, как-то сразу притихли и подобрались, услышав роковые новости. Мрачными глазами они разглядывали Родослава в середине круга, и незнакомца в волчьей шкуре, и труп диковинного чешуйчатого существа. Новости, что принес сын Сварта, поразили всех. - Приморяне! На нашу землю пришел сильный и опасный враг! - Родослав показал на труп ящера и на оружие из черного железа. - Это не простая безмозглая ящерица! Такие, как она, ходят на двух ногах, владеют оружием, а некоторые могут колдовать. И их гораздо больше, чем нас! К тому же с ними трудно справиться. Коловул и я, - он указал рукой на оборотня, - только что сразились с тремя из них. Они ищут людей. Может быть, уже знают, где наш поселок. Люди обступили мертвого ящера, разглядывали, оживленно обсуждали. Им пока трудно было осознать, как такое диковинное существо может быть врагом опаснее, чем ползучая змея или ядовитый скорпион. Однако Сварт, взглянув на ящера, сразу сделался серьезным и быстро переглянулся с Гандом. - Та тварь, что мы нашли замурованной в скале! Помнишь? Она была совсем такой же! И копье в ее лапах - тоже, как у этой... - Я тоже вспомнил! Мы тогда не поняли этой загадки. Но, кажется, теперь есть кому все объяснить нам, - Ганд перевел взор с мертвого ящера на оборотня. - Это Коловул, сын Велеса, - поспешил Родослав представить сородичам своего нового друга и союзника. - Он спас мне жизнь. Хотя, впрочем, и я спас его... Ну, то есть, думал, что спасаю... - в общем... - совсем запутавшись, он махнул рукой. - Сын Лесного Хозяина! - Сварт почтительно коснулся знака медвежьей лапы, навсегда впечатанного в его грудь. И еще был некто, едва подавивший крик изумления, услышав, кем был Коловул. Ильва, прижав к губам костяшки пальцев, шагнула назад и стала рядом с матерью, бледная и молчаливая. Казалось, что она внимательно следит за всем происходящим, затаив дыхание. Сварт, как подобает кузнецу, изучил топоры и копья из черного железа. - Никогда не видел такого металла! Пожалуй, люди его и вовсе не знают. Даже не представляю, при каком накале он должен плавиться. Вряд ли обычный горн его возьмет. Ему принесли еще не перекованную железную крицу. Подняв один из черных топоров, Сварт ударил им по ней. Раздался такой звон, словно раскололась пополам целая хрустальная гора. Крица была перерублена пополам. На темном, без блеска, лезвии топора ящеров не было ни зазубрины. - И таким оружием владеют все наши враги? - уточнил Ганд. - Да. Меня послали предупредить вас, чтобы вы были готовы ко всему. Когда-то боги пытались расселить по свету первых людей, сотворенных из камня. Это было еще до того, как они создали из ясеня и ивы вас, настоящих людей. Каменные люди были могучи и бессмертны, а все же большинство погибли, а другие отступили перед людоящерами, ушли далеко на полунощь, куда те не заходят. Множество глаз взирали на него с разными выражениями - страха, недоумения, отчаяния. Но были и те, в чьих чертах проявлялась готовность к борьбе. - Что за каменные люди? - переспросил Сварт, вспоминая, что слышал нечто такое в ночь, когда видел богов, в ту ночь, что длилась семь земных дней. - Старшая порода людей на нашей земле. Сами она зовут себе велетами. Их первых призвали для борьбы с детьми Великого Ящера, но они не справились. У них не было государства и войска, каждый был за себя. Да и сами велеты никогда с самого начала не были многочисленны. Вот и проиграли бой, чуть вовсе не вымерли. После этого боги создали настоящих людей. Отец мой Велес выбрал в лесу красивые ясень и иву. Сварог придал им облик мужчины и женщины; Стрибог дал им дыхание; Перун - силу; Даждьбог - разум и речь. А светлая Лада оживила их тела и заставила сердце биться. Так говорят. Сам-то я по матери из рода людей, так что меня тогда не было, - добавил Коловул, вроде бы, чуть извиняясь, как обычный человек, которого попросили на вечеринке рассказать историю. Но приморянам было сегодня не до чужих историй. Сварт снова обратился к оборотню: - О временах первого творения расскажешь позже. Сейчас лучше поведай нам, какие слабые места есть у людоящеров? Чего они боятся? Не может быть, чтобы совсем ничего! - Чего боятся? - Коловул на мгновение задумался. - Холода, зимы боятся больше всего. Когда холодно, они цепенеют, а в сильные морозы быстро умирают. Потому и ушли с полунощи в Приморскую Землю. - Так! Значит, зимой они воевать не смогут? - переспросил Ганд, уже намечая планы будущих сражений. Оборотень пожал широкими плечами. - Кто их знает! Наверное, не смогут, кроме тех, кого одарил Великий Ящер. Но зимы здесь мягкие, а им того и надо. - До зимы теперь еще дожить надо, - сурово напомнил Сварт. - Что ящеры сделают теперь? Как ты думаешь, Коловул? Тысячи пар глаз - голубых, серых, карих, черных, - скрестились на оборотне. Найдя среди них внимательный взор Ильвы, он неожиданно для себя самого подмигнул ей. - Это будет зависеть от того, чем они заняты, когда беглец все расскажет им. Понятно, что медлить с нападением не станут. Разве что какой-нибудь колдовской ритуал может задержать их. Совет Четырех - их колдуны-правители, ученики Великого Ящера, - не мастерством, а колдовством изготавливают для всех оружие. Они могут решить, что его маловато для всех. - У нас тоже, - печально усмехнулся Ингер. - Луки, копья, рогатины, - все годится только для охоты. Доспехов ни у кого нет. Да и воевать умеем лишь мы, старики. У молодых нет опыта. - Прекрати, Ингер! - строго прервал его Ганд. - Вот перед нами Родослав, убивший людоящера простым охотничьим копьем. Без опыта битв, без доспехов, он одолел опасного врага. Поглядите еще на труп этой твари, и запомните, что людоящера можно победить! Наши юноши не хуже Родослава смогут их одолеть! Они сильны и отважны, мы все видели сотни раз! Они побеждали медведей и львов, быков и кабанов! Кто посмеет сказать, что перед людоящерами они станут слабее? Родослав и другие юноши слушали речь старого воина с гордо блестевшими глазами. Возможно, некоторые из них задумывались, что война и охота - не одно и то же, но как было не стремиться проявить отвагу и силу? Тем более, что слова Ганда слышали и женщины. Ярый Бельт, раскрасневшись, крикнул, чтобы слышала Ильва: - Приморяне - настоящие мужчины! Ящерам не поздоровиться! К счастью, он не разглядел, как Ильва насмешливо фыркнула при этих словах. Как и ее мать в молодости, она считала своих сверстников мальчишками и не воспринимала всерьез. Когда молодежь угомонилась, Ганд вновь взял слово. Его военному опыту доверяли все приморяне. - Бояться врага бесполезно, но недооценивать - глупо, - продолжал он. - Судя по тому, что мы видели, и что нам поведал Коловул, - нам угрожает опасный противник. Я думаю, что мы должны построить стену и вырыть колодцы внутри поселка. Иначе людоящеры ворвутся сюда, разрушат наши жилища, истребят наших женщин и детей, чтобы у нас не осталось продолжения, - его голос дрогнул. Теперь уже не одни молодые, а все приморяне вскинулись, будто их жалили шершни. - Будем строить стены! Вон сколько вокруг белого камня! Возведем так, чтобы ни один ящер не мог ее перелезть! Только Вирт покачал головой и скрипуче рассмеялся. - Стену-то за один день не построишь! А ну как ящеры придут раньше? - Вопрос здравый, - согласился Ганд. - И я предлагаю нам не дожидаться их, а идти навстречу. Самим искать противника, наносить удары и отступать! Я надеюсь, что наш новый союзник... - Исполнит то, для чего был послан, - кивнул оборотень. - Своими набегами мы протянем время до зимы. А тогда людоящеры станут слабее, медлительнее, а может быть, впадут в спячку. - Найти бы такое средство, чтобы они из нее не выходили! - проговорил Сварт таким тоном, каким кого-нибудь бранят. - Жаль, что мало нас! И строить стену, и воевать с людоящерами может просто не хватить людей... - Нет, нас хватит! - Рута решительно раздвинула ряды и вышла вперед вместе с дочерью. - Мы, приморские женщины, не боимся никакой работы! И ведь это ради нас, прежде всего, нужна стена. Я соберу женщин и подростков, и мы будем помогать в строительстве. Тогда меньше мужчин придется оставить в поселке. Сказала так - и ждала, что сейчас ей укажут ее место. Но и муж ее, и брат глядели на нее со скорбью, сквозь которую блестело восхищение. Затем другие женщины, по одной - по две, стали выходить вперед. Дива, Ильва, Ора, и даже Винга. Муж последней, Айк, простонал ей вслед: - Ну ты-то куда? Там же камни ворочать придется! Невысокая, коренастая Винга помахала мужу рукой: - Желаю тебе такого успеха на войне, как у меня будет в строительстве! Скоро больше половины приморских женщин и подростков обоего пола выстроили перед вождем, ожидая распоряжений. - Приморская Земля не забудет ваш подвиг! - голос Сварта задрожал от сдерживаемого волнения. - Значит, мы беремся за работу. Нерис и Рута будет распоряжаться строительством. Сегодня же надо начать. Нечего тянуть. - Отец и вождь мой! - Родослав почему-то был сильно встревожен. - Разреши мне с Коловулом съездить в разведку, узнать, где враг! Сварт с гордостью протянул руку сыну, как равному. - Иди, сын мой, и да помогут вам боги! И снова Родослав ехал верхом на огромном стремительно мчащемся волке, а вокруг убегал назад лес. Это было совсем не похоже на самую быструю скачку на коне. Там всадник выбирает дорогу, он должен управлять конем и пересиливать его. А оборотень, на котором ехал Родослав, сам выбирал дорогу, зная все лесные тропы лучше него. Он огибал непролазные заросли и груды валежника, перескакивал ручьи, направляясь куда-то в самую глушь, где, как показалось приморянину, не водилось вовсе никого живого. - Они здесь? - спросил он, держась руками за жесткую шерсть на загривке волка. Коловул обернул к нему голову. - Нет. Сюда людоящеры не заходят. Здесь было когда-то священное место велетов. - Каменных людей? Тех, что были до нас? - Незадолго до их поражения Агрик, мудрейший из велетов, задумал сделать меч, способный одолеть чародейские выдумки людоящеров. Сделав меч, он спрятал его на семь дней в небе, на семь дней в воде, на семь дней в огне и на семь дней в земле, чтобы меч впитал силу всех стихий. Но не успели пройти последние семь дней, как людоящеры напали огромным войском. Агрик погиб, а немногие уцелевшие велеты ушли из Приморья. О мече никто из них не знал. - Угу, - Родослав, слушавший его повествование, как занимательную сказку, вдруг подскочил на спине оборотня: - Так меч до сих пор там? И им можно одолеть людоящеров? - Я не знаю. Не бывал здесь еще. Так мне сказали те, кто меня послал, - уточнил Коловул. Он остановился, ссаживая Родослава и принимая человеческий облик. Перед ними встала настоящая лесная крепь, сплетение колючих ветвей, где и мыши не пролезть. Кругом громоздился бурелом из поваленных ветвей и целых древесных стволов. Родослав был высокого роста, но ему не удавалось заглянуть поверх нагромождений. Похоже было, что здесь никто не бывал со времен древних велетов. Родослав переглянулся с Коловулом. - Да... Хорошо еще, что Агрик не спрятал в последний раз меч в небе, - усмехнулся он, пытаясь скрыть невольную растерянность за веселой шуткой. Не говоря ни слова, Коловул оттащил в сторону полусгнивший ствол упавшего дерева. Родослав, скинув кожух и сорочку, стал помогать ему, рубя топором крепкую лесную поросль, сплетавшуюся, как рыболовная сеть. Хорошо еще, что была осень, заросли почти высохли и не очень сопротивлялись напору. Долгое время по лесу шел жуткий треск, гул, грохот. Оборотень и человек, все в синяках и ссадинах, исцарапанные, с обломанными ногтями, расчищали дорогу в лесное святилище. Ворочали бревна и каменные глыбы, разбирали завалы, скаля зубы в азарте борьбы. Увидевшая их лиса, вильнув хвостом, ушла, фыркнув: эти двуногие, кажется, окончательно сошли с ума! Медведь встревожился было - уж не родич-соперник ли ломает деревья? Но, придя на треск, рявкнул для порядка и скрылся в лесу. А Коловул с Родославом их даже не заметили, поглощенные своей работой. Наконец, расчистив заросли, они увидели сооружение из гладко отесанных и поставленных на ребро каменных плит. Это была массивная постройка, выше человеческого роста, с широким основанием. Сверху ее покрывала еще одна плита. Некогда она была плотно пригнана, как и все остальные, да и за миновавшие века ни на волос не сдвинулась с места. Но раскололась почти посередине, и ее холодная серая поверхность поросла мхом, как и все сооружение, имевшее форму круга. И все же, несмотря на древность и запустение, этот круг камней излучал силу. Родослав сразу почувствовал ее молчаливое, но несокрушимое присутствие; возможно, в нем проявилась кровь матери-жрицы, но он ощущал всем существом эту силу. Она вырастала из земли, как эти наполовину ушедшие в нее камни, как местные дубы. Она согревала, как огонь очага. Она питала и очищала, как вода. Она была растворена в воздухе, и они дышали ею, как и все приморяне, - теперь Родослав это понимал. Он очнулся от грез и встряхнул головой. Окинул взглядом каменное сооружение. - Это здесь... Только как же мы туда войдем? Действительно: в каменной постройке не было ни двери, ни окошка. И ни единой щелки между камней, даром что воздвигнута была в незапамятные времена! Коловул усмехнулся новому затруднению. - Да, это работа велетов! Агрик строил каменный круг для своих, а не для наших рук. Но все же попробуем сдвинуть немного эту крышку... Вскарабкавшись наверх, они налегли изо всех сил на меньшую половину каменной крышки. Та едва-едва подалась их усилиям. Понадобилось бы два десятка крепких мужчин, чтобы сбросить на землю даже такой обломок. Вся их возня с лесной чащей ничего не значила в сравнении с попыткой отодвинуть каменную крышку! Руки, ноги, спина уже ныли от страшного напряжения, того и гляди затрещат мышцы. - Отец Велес, дай мне сил! - хрипло выдохнул Коловул, толкая замшелую глыбу. Он почувствовал, как горячая волна вливается в его тело, наполняет все кости, мышцы и жилы. Камень вдруг показался вовсе не таким уж тяжелым, он легко сдвинулся, открывая широкую щель. Солнечный свет проник сквозь облетевшие кроны деревьев, лег широкой золотой полосой на пол холодного каменного склепа. Родослав глядел на него с невольным изумлением. Он как-то не задумывался, каковы возможности у оборотня-полубога. Для него Коловул был почти человеком. Так проще иметь с ним дело. А в нем жило скрытое божественное могущество... Поглядев вниз, Родослав повис на руках и прыгнул на пол. Меч стихий он собирался добыть сам, без Коловула. У того и своих способностей полно. Пусть чудесный меч послужит людям. В конце концов, он и сам немало поработал, чтобы получить его! Воздух в каменном склепе был затхлым, но неожиданно сухим, без гнили. Родослав сделал несколько шагов и пожалел, что не зажег факел. Наверху было светло, а здесь приходилось довольствоваться лишь узкой полоской света. Впрочем, несколько он мог разглядеть, кругом было чисто. Ни костей, ни мокриц и червей, что обычно заводятся в земле. Видно, древний велет Агрик заколдовал последнее хранилище для меча стихий. Звук шагов Родослава отдавался от каменных стен, как будто он сам был камненогим велетом. Дыхание тоже повторялось эхом. Он постарался дышать тише, потому что шум казался здесь неуместным. И тут увидел меч. Он стоял на земле, без всякой подставки, возле стены. Именно стоял, едва держась за землю кончиком острия, как обычный меч стоять не сможет. И Родослав словно увидел сам, как после семи дней последнего посвящения - в земле, - меч стихий сам вышел наверх, ожидая того, кто станет им владеть. Только вот придти за ним было уже некому... Но, подойдя ближе, Родослав едва не плюнул с досады: меч был деревянным! Ну да: выструган из дерева, как игрушечные мечи, какими он со сверстниками в детстве играли в войну. Палка, отесанная в виде меча, не годится даже прогнать собаку... Что это - Коловул подшутил над ним? Или у древних велетов такие нелепые шутки? Они все-таки взял в руки доставшийся с таким трудом деревянный меч, удивившись, что тот не сгнил от времени. И клинок стал вдруг ощутимо тяжелее и зазвенел упругой сталью. Не успел Родослав извиниться, как по лезвию меча змейкой пробежал огонь и свился вокруг его запястья, но не обжег, хоть было жарко. И тут же голубая струя холодной воды пролилась невесть откуда и тоже, как живая, сбежала на руку Родославу. Волна ярко-зеленого цвета, как листва дубов, скользнула по лезвию. И едва заметная струя воздуха провеяла, колыхнув рукав сорочки. - Благодарю вас, боги, за ваш дар! Спасибо и тебе, мастер Агрик, пусть твоя душа радуется в Ирие! - проговорил он, поцеловав лезвие меча. Теперь он видел, что его поверхность все время переливается огненными сполохами, водяными всплесками, суровым блеском металла, зеленью, голубизной... Меч был живым. И он признал его руку. - А я и ножны тебе не приготовил. Но ничего, дома сделаю, - пообещал Родослав, подвесив меч к поясу. Коловул подал ему руку и помог выбраться наверх. Его желтые глаза прищурились при виде меча. - Вот теперь в твоих руках сила Приморской Земли!.. Ладно, садись: поищем врагов для твоего меча! - произнес он, становясь волком. Родослав сел ему на спину, мысленно ругая себя: зачем ему взбрело в голову, что оборотень, и так обладая чудесной силой, захочет собрать еще большую? На сей раз Коловул направился в другую сторону, поодаль от святилища велетов. Он бежал долго. Человеку, пожалуй, понадобилось бы несколько дней, но быстролапый оборотень успел к вечеру того же дня. Вскоре не только он, но и Родослав заметили на земле памятные, будто птичьи, следы. А затем почуяли и знакомый болотный запах людоящеров. И, наконец, наткнулись на обширную свежую вырубку среди леса. Срубленные кусты и деревья так и валялись в беспорядке, никому не нужные. - Они... Им нужны пространства оголенной земли для их колдовских опытов, - угрюмо произнес Коловул, трогая увядшую ветку срубленной рябины, еще покрытую засохшими ягодами. - Только они способны срубить плодоносное дерево... Им нипочем Правда Лесная. - А как же Лешие? - шепотом спросил Родослав, с болью разглядывая картину разрушения. - Что Лешие! - усмехнулся оборотень. - Их сила исходит от земли, а колдуны Совета Четырех некогда научились у своего хозяина, как саму землю уродовать для своих целей. Возможно, сильнейшие из Леших, как Святобор, могли бы не пустить их в свои владения. Но и то под силу немногим. Родослав не мог не подивиться, каким могуществом обладают ящеры. И как сильны они были, когда их повелитель царил в мире вместе с другими богами! Вместе с Коловулом, обернувшимся человеком, он прополз вдоль края кустов, огибавших большую вырубку. Прижавшись к земле, они поднимали одни только глаза. И видели... Вся вырубка была заполнена людоящерами. Их было гораздо больше, чем приморян на собрании - многие тысячи. Они стояли на задних ногах, опираясь еще и на хвост, скалили зубастые пасти, не сводя немигающих глаз с чего-то, что происходило в середине поляны. Под прикрытием зарослей высокой травы белоуса, Коловул с Родославом смогли подкрасться ближе. Теперь они видели впереди огромную темную яму, занимавшую всю середину вырубки. Из нее валил дым, что-то глухо рокотало внутри. Неужели огнедышащая гора, вроде той, что погубила Погибшую Землю?.. Но четыре фигуры людоящеров, стоявших возле нее, означали нечто иное. Эти четверо распространяли вокруг себя силу и властность, окутывавшую их, как тень. Даже их сородичи не смели подходить ближе. В отличие от других, их руки и грудь были расписаны причудливыми блестящими узорами. Они что-то шипели в один голос, глядя на дымящуюся яму, и Родослав видел, как их подданные воодушевленно вскидывают головы и поводят хвостом. Но сам не мог разобрать ни слова. Нагнувшись к его уху, Коловул переводил: - Они говорят: "Пусть течет из недр земли ее кровь, черная и горячая! Пусть вместе с ней плавится железо в подземном жаре, что им извлекли наверх! Пусть получит несокрушимую силу наше оружие!" Вот, Родослав, перед тобой Совет Четырех - ученики Великого Ящера! - Те самые, бессмертные? - угрюмо переспросил Родослав. - Они самые! Вот этот, сгорбленные - Тха-Асс, старейший из них. Он умеет летать, почти как дракон. И еще может много такого, о чем не знают даже его собратья. Этот, высокий - Хаст-Саур, лучше всех умеющий преобразовать одно вещество в другое. Это он, между прочим, изобрел черное железо. Рядом с ним, в яркой росписи - Шаа-Рам, лучший заклинатель духов. Все мечтает дозваться Великого Ящера из бездны, куда он свергнут. Но туда не докричишься... А это - Ирс-Таур. Собственная его магическая сила не так уж велика, зато ему доверен Великим Ящером некий священный для них талисман. Кроме того, именно Ирс-Таур некогда собрал уцелевших после разгрома ящеров и объединил их снова под властью Совета Четырех. Он самый рассудительный из них. - Как дядя Ганд у нас? - усмехнулся Родослав одними губами. - Если, конечно, можно сравнить ящеров с людьми... - Что-то вроде того, - согласился Коловул. - Но тише! У них металл как раз подходит! Действительно, дым немного рассеялся, и стало видно, что яма целиком полна черной, медленно кипящей жидкости, видимо, очень горячей, потому что даже четыре ящера-колдуна отступили, продолжая заклинать. И тут толпа ящеров раздвинулась, и разведчики увидели шестерых людей, лежащих на земле. Четверо из них были туго стянуты ремнями, с кляпом во рту. Двое лежали безучастно, как куклы, бледные и молчаливые. Они были мертвы. По знаку Хаст-Саура, обоих мертвецов притащили и бросили в яму, где плавился заколдованный металл. Там забурлило сильней, и повалил густой дым. - Братья! Дети Великого Ящера! - громко воззвал Хаст-Соур. - Мы поймали этих шестерых мягкокожих и приносим их в жертву нашему возлюбленному отцу и учителю! Их плоть укрепит наше оружие, а кровь тех, что еще живы, охладит его, как будет готово. Скоро мы пойдем войной на всех мягкокожих, любимчиков богов, и истребим их! А после этого сможем открыть врата бездны! И Великий Ящер вернется, победит всех богов и отдаст нам землю полностью, как было на заре времен! Да будет так! - Да будет так! - куда ни взгляни, людоящеры повсюду вскидывали четырехпалые руки, разевали пасти, дергали языком и били хвостами в фанатичном воодушевлении. Родослав, уткнувшись лицом в землю, глухо стонал, как от невыносимой боли. - Это же наши! Приморские охотники! Ури, Марн, Глен, Лоус. А мертвые - Варам и Керт. Они их сожгли в яме! И остальных убьют! Коловул, заткнув ему рот ладонью, держал юношу в железных объятиях, чтобы тот не вскочил и не сделал ничего необдуманного. Родослав бешено извивался, но оборотень был сильнее и не выпустил его. - Тихо! Тихо, пока нас не услышали! - шипел он на ухо. - Успокойся же! Подумаем, как выручить живых!