Лань Цижень

Вэнь Жохань привык к тому, что среди людей он является единственным хищником, который пугает и настораживает. И его это устраивало. А ещё, в моменты просветления, как бы тошно ни было признавать, он понимал, что тёмная энергия плохо влияет на его характер и разум. Очень плохо. Потому что на скучных собраниях всё чаще одолевали мысли о том, как бы хорошо горели резиденции других кланов. Как хорошо было бы растоптать Облачные Глубины, обратить в пепел, чтобы одёжки этих напыщенных Ланей стали серыми от горя и бессилия. Лань Цижень раздражал его более всех. Фальшивый Глава клана, который только тянул на себе все обязанности, но едва ли имел столько же привелегий. Юный, нелепый с этими глупыми усами и бородкой, которые хотелось схватить и выдрать с корнями, чтобы это надменно-праведное лицо исказилось болью. Чтобы хоть чуть-чуть стал похожим на человека, а не на спесивую возвышенную статую. А ещё Вэнь Жохань ещё с юности увидел, как власть меняет людей. И лишь будучи взрослым мужчиной однажды увидел, как человек изменился в лучшую сторону. Он увидел двух путников, спускающихся глубокой ночью с горы Луаньцзан. Один из них шутил и тянул губы в улыбке, но даже издалека было слышно, насколько неестественен его голос. Второй человек бережно обхватил своего спутника за плечи и притянул к себе, обнимая. — Всё хорошо, ребёнок, — донеслось до обострённого слуха. — Пойдём домой. Где-то неподалёку шла ночная охота, взорвался талисман, на мгновение освещая лица двух мужчин. Один из них не был совсем юн, но бел лицом настолько, что язык не повернётся назвать его мальчишкой. Второе лицо… Сам Жохань видел лишь однажды, когда праздновалось рождение первого наследника клана Лань. Только теперь этот молодой мужчина не хмурил тонкие брови, не поджимал брезгливо губы. Нет. Он… улыбался. И обнимал чумазого паренька, сам не сильно отличаясь от того чистотой. Вэнь Жохань поймал себя на том, что захотел присвоить эту улыбку. Сказывалось семейное проклятие. Если Лани любили лишь раз, то Вэни могли совершить что угодно, чтобы заполучить объект страсти. Только вот оказалось, что он охотится вовсе не на дичь, а на такого же хищника, разве что поменьше размерами. С собой он взял племянников, выдав Вэнь Чжулю за Вэнь Цюньлина. Заметив, как нервно переминается телохранитель от непривычности образа, и сам не понял, как губы искривились в тёплой усмешке. Ну вот, хоть на свой возраст выглядит, а то их можно принять за ровесников. Вэнь Цин — послушная девочка и, собирая травы, она может разжиться и неплохой информацией. Удивительно только, как Лань Цижень провернул всё это, и никто даже не пикнул по поводу нового Главы Лань. А потом Вэнь Цин рассказала, что слуга наследника Цзян оказался настоящим гением и придумал талисманы, не позволяющие распространять информацию. Жохань быстро признал в том ученике равного. И он бы мог предложить ему тёплое местечко в своём клане, но лишь единожды увидев, как при его появлении парень старательно заталкивает за спину младшего Нефрита и сверкает красными глазами, передумал. Такого проще убить, чем заставить делать то, что не хочет. К слову о том же. Как бы так аккуратно выманить этого маленького белого хорька, который забился в норку и носу не высунет? Даже его племянники ходили какие-то странные, прятали глаза и старались как можно быстрее закончить разговор. Ладно, правду из них можно вытрясти и позже. На глаза попалась молодая госпожа Цзян. Хорошенькая. Не красавица, зато умная и заботливая, вон как двух взрослых обалдуев нянчит. Будет хорошей женой и матерью. Цзини идиоты, раз позволили расторгнуть помолвку. Ещё один оценивающий взгляд на девушку. Пристроить бы куда, и Цзяны даже не рыпнутся из его кулака. И мысленно кривится, явно не собственным сыновьям. Сюй не так давно женился и теперь занят тем, что носит молодую жену на руках, так и не признавшись, где нашёл ту девчонку. Вэнь Чао… Ему тошно думать об этом мальчишке. Женит его на той шлюхе и пусть вдвоём друг другу мозги сношают. Цюнлинь такой девушке будет всё равно что ещё один ребёнок, нет, она должна хотеть быть под защитой мужа… — Вэнь Чжулю. — Мой господин. — Нам нужно кое о чём поговорить. Наверно холодные источники и вправду неплохо освежают голову, если Вэнь Жохань впервые заметил, как его телохранитель дёрнул плечом, почти поёжившись. — Да, господин. Цзян Яньли проводила двух Вэней взглядом и тихонько вздохнула. А-Сянь был в ярости, когда узнал, кого дразнил всё это время. И это ещё А-Чэн не в курсе. — Дался он тебе, шицзе, — тут же нарисовался рядом младший. — А-Сянь… — юноша нежно взял её за руки и заботливо заглянул в глаза. — Так уж нужен, да? Она почти всхлипнула. Это было впервые, когда кто-то ей по-человечески понравился. Когда кто-то подарил ей цветы. Каждый раз предлагал помощь, ел её еду с тихим удовольствием и смотрел на неё так, будто никого красивей не видел. Она, обжёгшись уже раз и снося годы пренебрежения, нежелания, всё равно мечтала, чтобы её любили. Её А-Сянь вздохнул и нежно обнял. — Если шицзе так хочет, то её шиди остаётся только исполнить это желание. — А-Сянь, что ты говоришь… — Шицзе забыла, что для меня нет ничего невозможного! — она совсем не пугалась его глаз, которые всё чаще становились красными, нежели родными серыми. Это всё равно был её любимый младший брат. — Эй, о чём вы там шушукаетесь! — раздалось недовольное. — Ищем невесту моему любимому шиди! — тут же откликнулся тёмный заклинатель. Яньли рассмеялась, когда её брат испуганно выпучил глаза. — Сам себе невесту ищи, придурок! — Я не могу! У меня уже есть Лань Чжань! — Вэй Ин! Бесстыдник! Усянь тут же оторвался от своей обожаемой шицзе и прыгнул на шею не менее обожаемому Лань Чжаню. Яньли рассмеялась. — Сестра, давай я напишу письмо родителям, чтобы ты осталась здесь подольше? — А-Чэн, — она ласково погладила брата по волосам. — Я не могу так долго пользоваться чужим гостеприимством. — Глупости, Учитель наверняка только рад будет, что ты останешься подольше, — от сестры не укрылось, с каким уважением и теплом её милый брат отзывался о Лань Цижене. — А-Чэн, не стоит… — Я хочу, чтобы осталась подольше. — Мама будет против, — Цзян Чэн поёжился, но всё равно упрямо поджал губы. — Пусть. Но если её попросит Глава клана, она не посмеет отказать. — Ты так уверен? Это что, смущение? А-Чэн потупил взгляд и буркнул себе под нос: — Если его попросить, он сделает. Кажется… мы ему нравимся. Оба. — Ох, А-Чэн, ты замечательный, как ты можешь не нравиться? Её брат издал самоуничижительный смешок и нервно одёрнул висевший на поясе белоснежный кнут. Их мать никогда не разрешала ему тренироваться с кнутами, лишь говоря, что однажды отдаст цзыдянь ему. Но совсем не обучая сражаться. А Лань Цижень сделал для её маленьких братьев то, что никогда не делали родители — поверил в них, в их силы. И ей очень нравилось, как мальчики расцвели и выросли под чужой опекой. Только бы по возвращении домой всё не вернулось на круги своя. — Шицзе, хочешь, мы и тебе найдём какого-нибудь Ланя? Послушного, спокойного, чтобы он тебя на руках носил. И тогда ты останешься здесь и будешь счастлива. Она почти расплакалась. — Ох, А-Чэн… — Жаль, конечно, что Лань Сичэнь уже, кажется, занят, но мы могли бы поискать тебе хорошего мужа. — Не надо, А-Чэн, — она обняла его, нежно-нежно. Когда её мальчики стали такими взрослыми? Когда ведь совсем не давно она баюкала их в своих руках… — Я буду в порядке, даже если не выйду замуж и останусь дома. Зато я всегда буду рядом со своим братиком. Цзян Чэн явно хотел что-то возразить, но только вздохнул и обнял сестру. — Если тебе кто-то понравится, то скажи, сестра, и я притащу его к твоим ногам. Цзян Яньли рассмеялась, представив, как её очаровательно-милый брат несёт обвязанного праздничной лентой связанного Вэнь Чжулю. Мечты, мечты… Жаль, что они живут в реальном мире. Вэнь Жохань отслеживал колебания чужой Ци днём и ночью, и весь сон пропал, когда его цель тихонько выбралась из своего домика и вскочила на меч. И куда же этого белоснежного хорёчка понесло на ночь глядя? Тщательно сдерживая свою ауру, он отправился следом. Интересно, этот беспечный Лань хоть кого-то предупредил о своём отсутствии? Или надеется до утра вернуться? И как часто он подобное вытворяет? Хм, странно, и что он забыл в помойном городке на границе Ланьлина? Но Лань спустился с меча и принялся бродить по закоулкам, что-то тщательно высматривая. Вэнь Жохань остался неподалёку, прислонившись к воротам у входа, отслеживая мужчину по колебаниям энергии. Всё равно никуда не денется, а так слишком высока вероятность столкнуться нос к носу. За пару часов до рассвета знакомая энергия стала приближаться к выходу, послышался тихий, мягкий голос. — Всё хорошо, больше никто тебя не обидит, малыш. Пойдём домой. Вэнь Жохань из тени увидел, как Лань Цижень бережно прижимает к себе замурзанного, тощего ребёнка с волчьим взглядом. Такой вырастет и всем глотки перегрызёт. А ещё от мальчишки тянуло тьмой. Так сильно, что в принципе стоило бы удивиться, откуда столько тёмной энергии может взяться в ребёнке. Лань Цижень, аккуратно придержал мальчишку. Меч выскользнул из ножен и заклинатель аккуратно приготовился к обратному пути. Оглянулся и пристально посмотрел в темноту. — Глава Вэнь останется здесь или отправится обратно? Вэнь Жохань, не сдержавшись, хмыкнул и вышел из тени, вставая на меч. Паршивец Лань был всё так же безупречен, даже несмотря на то, что его белые одежды были испачканы грязью так, что не отстираешь. Он бережно обнимал маленького бродяжку, поглаживая ладонью по спине. Мальчишка прикорнул на его груди, прижимая к себе перемотанную грязными тряпками ладонь. Обратный путь был тоже тих. Но теперь Вэнь Жохань не скрываясь рассматривал Лань Циженя, ловя на себе в ответ невозмутимые, любопытные, а иногда и откровенно насмешливые взгляды. Тьма внутри него вяло ворочалась, чувствуя тёмную энергию неподалёку, но не стремилась разодрать его изнутри или затмить разум. Нет, Вэнь Жохань как никогда ощущал себя в ясном уме. Только искусать до крови белоснежную шею меньше от этого не хотелось. На пороге их встречал Лань Сичэнь. Он вежливо поклонился им обоим и вопросительно склонил голову. Цижень улыбнулся, поглаживая по макушке ещё спящего ребёнка. — Распорядись, пожалуйста, чтобы приготовили воду, чистую одежду и позвали целителя, — племянник кивнул, тут же удаляясь. Мужчина обернулся и кивнул стоящему неподалёку Вэню. — Глава Вэнь, благодарю вас за сопровождение. — Не стоит. Могу ли предложить помощь моей племянницы? Лань Цижень скривился, задумавшись. Мальчик на его руках вздрогнул, просыпаясь, но не двигаясь, внимательно подслушивая разговор. — Возможно чуть позже, молодая госпожа наверняка не привыкла так рано вставать. Интересно, это был намёк или и в правду не знал, что его собственный племянник увивается за Вэнь Цин? — Пустое. Часа времени хватит? — Да, благодарю. Изящный поклон, и мужчина, пройдя мимо, направился к своему дому. Вэнь Жохань глубоко вдохнул оставшийся после него запах зелёного чая. Чёрные глаза на мгновение посветлели.