Трудное счастье короля Артанаэша Первого

Артан Гаэр-аш смотрел в небо. Огромная воронка сил закручивалась всё плотнее, цветные волны в небе захлестывали друг друга всё чаще. И сердце всего этого безумства находилось в раскрытых чашей ладонях Неемии, которые он держал в своих руках. Кто бы мог предположить, что простая помощь в концентрации обернется полным пробуждением источника девушки? Хотя судя по той легкости, с которой она смогла увидеть свой источник и с какой готовностью, от одного лёгкого прикосновения, рухнули сдерживающие барьеры, он посчитал, что был прав, когда заявлял, что хотя бы частично, но Неемия пользуется своей силой. Гаэр-аш усмехнулся, такая наивная и доверчивая девочка, ни словом не обмолвилась об этом в его кабинете. Бережёт как козырь? И сколько ещё таких козырей у неё припрятано на "всякий случай"? Его собственное пламя, танцевавшее по коже, перебегало на ладошки девушки, не обжигая и не раня её. Впрочем, и её огонь, меняющийся от ярко-голубого до насыщенного бирюзового цвета, его не обжигал. Наоборот, с любопытством котёнка пробегал по родовому перстню и кольцу-накопителю, радостно тянулся языками к запонкам-артефактам, которые только не искрились ещё от перенасыщения энергией. Ректор готов был спорить, что раньше у летучих мышей не было такого довольного от обжорства выражения на мордах. Но больше его сейчас беспокоила девушка. Слияние с источником далеко не самый простой и безопасный процесс. И её безмятежная улыбка, с которой она смотрела вверх, любуясь тем, как их силы раскрасили небо, его не обманывала. С точно такой же улыбкой можно выгореть дотла, сжечь в этом пламени и свои силы, и свою жизнь. - Неемия, слышишь меня? Это твоя сила, и ты её контролируешь! Помни о том, что ты её контролируешь, а не она тебя использует, как носителя. - Пытался достучаться до девушки ректор. - Красиво! - выдохнула Мия, любующаяся небом. Девушка для удобства откинула голову назад, оперевшись затылком в грудь ректору. В голове шумело, как после коварных бабушкиных настоек на ягодах, и хотелось смеяться и искупать в своей беспричинной радости весь мир. Вот только со слухом что-то не то. Голос ректора доносился как будто издалека, или через толщу воды. Хотя Мия точно знала, что он стоит у неё за спиной, и в этом, почему-то бешено вращающемся мире, именно он сейчас был незыблемой опорой для опьяневшей и ослабевшей от перерасхода сил адептки. - Неемия! - строгий голос Гаэр-аша заставил Мию собрать остатки воли и не расплываться, как топлёное масло по горячему противню. - Давай, ты сможешь! Контролируй поток силы, перекрывай его. - Ну, зачем? Красиво же! Правда? - ярко горящие глаза намекали, что самостоятельно девушка всё это прекращать не собирается. Тем более, что это ректору было понятно, что с таким выбросом сил она скоро просто перегорит, сама Неемия опасности не ощущала. - Красиво, не спорю. Но нужно прекращать! Помнишь? Твоя сила, это покорившийся хищник, которому пора возвращаться обратно в клетку! - убеждал ее Гаэр-аш. - Нет! - резко вскинулась Неемия, чуть не ударив ректора головой в подбородок. - Вы сказали, что сила это друг и помощник! А теперь в клетку? Нет! Пусть остаётся на воле! Она всегда придет, когда в ней будет нужда. Неемия оттолкнулась от ректора и даже смогла сделать несколько шагов вперёд. Она по-прежнему улыбалась и опять что-то шептала. Но с каждым её словом свечение неба становилось тусклее, я языки бирюзового пламени, что успели разбежаться не только по рукам девушки, но и по всему её телу, и по самому Гаэр-ашу и даже по снегу, тянулись к ректору. Точнее к его запонкам, которые чувствовали магию создательницы и жадно её поглощали, видно про запас. Неожиданно, почти погасшее сияние в небе резко вспыхнуло и, превратившись в миллиарды сверкающих искр, растворилось в ночном небе. С последними гаснувшими искрами Неемия покачнулась и начала оседать на снег. Из девушки, словно резко выдернули все удерживающие её стержни, ректор успел подхватить её в последний момент. Явление ректора в комнате двух адепток, с одной из них на руках, напугало своей неожиданностью, сидевшую за какими-то расчетами Риаллин. Девушка внимательно наблюдала, как ректор опустил Неемию на кровать, не задумываясь и не сомневаясь, стянул с неё обувь и верхнюю одежду, оставив только брюки и рубашку. Любой маг, даже не являющийся целителем, при желании и определенном навыке, мог и провести диагностику магических каналов, и определить перегорание или истощение. Что уж говорить о некроманте уровня Гаэр-аша. Да и наличие такого деда, как у Артана, тоже накладывало свой отпечаток. Впрочем, это было больше особенностью самого Гаэр-аша, он никогда не отказывался от знаний, не определял их, как нужные и нет. В чём-то они были похожи с Мией, считавшей, что знания это то, что лишним не может быть по определению. Полученные от деда навыки, Артану, к сожалению, пришлось применять, но было бы в разы хуже, если бы их не было. Ректор отодвинул воспоминания о войне, которая уже закончилась. Сейчас была другая, более насущная проблема. Пробуждение источника у всех происходит по-разному. А тут он и не знал чего ожидать. То, что он видел, сложно было классифицировать. С одной стороны, определённое родство с пламенем темных лордов было явным и неоспоримым. С другой, такое пробуждение было больше свойственно стихийникам. Но опять же, если принять во внимание, что Мия имела возможность перемещения в пламени, а Артан готов был спорить, что он прав, то никто кроме тёмных лордов этой способностью не обладал. Ректор вспомнил своё становление темным лордом. Нет, ничего похожего и рядом здесь не было. Несмотря на истощение во время сильного выброса, Гаэр-аш не мог отрицать, что даже пробуждением произошедшее можно назвать с большой натяжкой. Скорее... Словно кто-то подкрутил мощность у светильника-артефакта, позволив теперь светить на всю. Такое ощущение, что для Неемии владеть подобной силой естественно. Словно магия для неё на самом деле сопоставима с дыханием, неотъемлемая часть. Как для высших демонов крылья. Даже предположить чьё же это наследие проявилось, Артан не мог. Что-то смутное... Из детства, какое-то давнее-давнее воспоминание крутилось на краю сознания, но никак не оформлялось в мысль. Размышления совершенно не мешали ректору осматривать девушку. Лёгкие прикосновения запускали необходимый для отклика импульс. Удивительно, но при таком выбросе сил, в прямом смысле в небо, состояние девушки было более, чем удовлетворительным. А вот то, что Неемия совершенно эту силу не контролировала, могло стать серьезной проблемой в будущем. Гаэр-аш невесело улыбнулся от мысли, что везёт ему на трудных, но одаренных адептов. Взгляд ректора скользнул в сторону от лица девушки. - Это что? - удивлённо спросил Артан у пристально следившей за ним Риаллин. - Книги. - Усмехнулась она в ответ. - Вот та гора на столе, это те, что необходимы, чтобы догнать свой курс. Те, что лежат на подоконнике, это преподаватели посоветовали. Стопка на тумбочке, по рекомендации библиотекаря. Там ещё пара томов под подушкой должна быть. Неемия выпросила на пару дней в библиотеке те труды, о которых слышала от своего дяди. - Когда же она собирается это всё читать? - еле заметная улыбка мелькнула на лице ректора и исчезла. И хоть вопрос был риторическим, Риаллин посчитала нужным ответить. - Часть она уже вернула. Вон тетради на краю стола. Это краткие выписки. - Указала она на стопку конспектов. - Завтра пусть остаётся отдыхать и набираться сил. Передай, что это моё личное распоряжение. - Ответил ректор, выходя из комнаты. - Передам. - Ответила Риаллин, хотя в комнате уже никого не было кроме неё самой и соседки. Рии совсем не понравилось то, неприятно царапнувшее чувство, когда она увидела Гаэр-аша, держащего Неемию на руках. И когда он осматривал девушку, и раздевал... Риаллин показалось, что это было как-то слишком заботливо. И вообще, чем они там вдвоём на этом полигоне занимались, что это за занятия такие, что адептке после этих занятий нужен выходной, чтобы восстановиться? Решив, что это память крови, отголоски той связи, что была между ними, Рией-кошкой и Артаном, её ваэрра, Риаллин одёрнула саму себя, что это вообще не её дело. Тем более, что рядом Норт. Внимательный и заботливый, так любящий держать её за руку, понимающий её стремления. А главное, Норт никогда ей ничего не запрещал, не ставил рамок и ограничений, и не пытался контролировать. Норт просто был рядом и не давил на неё. - Норт просто готов ждать. - Улыбаясь, прошептала она сама себе, укладываясь в кровать. Риаллин была не единственной, кого посещали странные мысли в этот вечер. Артан Гаэр-аш тоже не мог отделаться от странного ощущения. Приблизив к себе странную девицу, встречу с которой он посчитал удачно разыгранной подставой, он думал, что заманивает возможных заговорщиков. Это как на войне, враги порой засылают под видом тяжело раненного, своего шпиона. Он думал, что сможет вывести на чистую воду всех этих смутьянов, пристально наблюдая за подосланной девушкой. Но чем больше проходило времени, тем больше он убеждался, что тот неожиданный перенос и встреча с Неемией в Ардамском лесу всего лишь совпадения. И всё чаще его посещала мысль, что приблизив девушку к себе и представив, как свою воспитанницу, серьёзно подставил Неемию сам. Ведь те, кто не может добраться до него, постараются укусить через его близких. А таких всего-то: Норт, дед и теперь Неемия, которую он сам представил этим стервятникам в этом качестве. Фактически указал мишень. Норта Дастела не тронут, он нужен как наследник. Деда... Ну, способ самоубийства можно найти и гораздо менее болезненный, зачем сразу в муках-то? А вот девушка... Что ж, Гаэр-аш никогда не боялся признавать своих ошибок. И исправлять их. Значит, теперь он будет действительно нести ответственность за её судьбу. Тем более, когда ждёшь подлости и предательства, так приятно ошибиться. Нет, это вовсе не означало, что Неемия резко перешла в разряд близких людей и Гаэр-аш ей полностью доверял. К сожалению, жизнь приучила его, что предают даже самые близкие. Те, кто, казалось бы, связан с тобой самыми прочными узами. Ректор уже привычно подавил любые мысли о той, кто по иронии судьбы стала его матерью. После того, как отец погиб вовремя очередного нападения то ли мстящих отступников, то ли заговорщиков, решивших всё свалить на тех самых отступников, мать исчезла из дворца, бросив сына на попечение короля, старшего брата своего мужа. Дед пытался её найти, но бесполезно. Было время, когда ещё ребенком, Артан верил, что его не бросили, что просто не говорят, что она погибла. Но он некромант! И он точно знал, что его мать не погибала. Что её души не было среди мертвых. Когда он это узнал, он просто вычеркнул её из своей семьи и давил любую мысль об этой женщине. Даже детские воспоминания о снах, в которых мама была рядом, гладила по волосам и рассказывала сказки о звёздах. Она сделала свой выбор, уходя из дворца, он сделал свой, когда решил для себя, что он сирота. А чего ждать от молоденькой девчонки, выбравшийся из глуши? Попавшей во дворец? Слияние сил во время пробуждения показало, что в ней нет гнили, нет страха перед ним, что она доверяет ему. Настолько сильно доверяет, что её силы полноводной рекой пополняли его собственный резерв. Гаэр-аш даже остановился от одной простой мысли. Он знал, кто может вот так пополнить резерв тёмного лорда и мага вообще. Ведьмы! Их энергия питает магов, самый быстрый и надёжный способ пополнить резерв, да и самый приятный, пожалуй. Потому-то и прячут ведьмочек, потому и лютует Верховная, когда на её ведьмочек или школу покушаются. То, как силы и энергия Неемии вливались в его резерв, очень напомнило то, как ведьмочки подпитывают своих выбранных. Но так не могло быть! Потому что Неемия ведьмой не была. Её сила заключалась в пламени! Поймав себя на том, что мысли побежали по кругу, Артан решил пока не торопиться с выводами. В конце концов, ему необходимо было пресечь попытки устроить смуту в королевстве. Но спокойно сесть и подумать у Гаэр-аша не получилось. - Ну, и по какому поводу фейерверк? И почему я не обнаружил себя в списке приглашенных? - Эллохар удобно расположился в кресле самого Артана. В кабинете он был не один. В кресле рядом со столом сидел Тьер.